Готовый перевод The General Is Hard to Seduce / Генерала трудно соблазнить: Глава 16

Шэнь Цяньжун и не подозревала, что повторяет собственные слова. Она лишь перевела дух и, кивая, облегчённо воскликнула:

— Ну и слава богу, слава богу!

Только произнеся это, она вдруг сообразила: ответ Е Ланьцина был почти дословной копией её собственного. Прикрыв ладонями лицо, она залилась таким детским смехом, будто вновь стала той девочкой, что бегала босиком по саду.

Через несколько дней.

За городской стеной по длинной дороге взметнулось густое облако пыли — с громом и пылью приближался конный отряд.

Е Ланьцин заранее получил донесение и распахнул ворота, чтобы встречать гостей.

Во главе колонны ехал невысокий, но крепко сбитый мужчина. Его густые брови резко пересекали лоб, а глаза были крошечными, словно зёрнышки зелёного горошка. Бороду он держал в порядке, но едва закончил зачитывать императорский указ и сбросил официозное выражение лица, как его улыбка придала чертам откровенно пошловатый оттенок.

Содержание указа не удивило никого: Е Ланьцину предписывалось оставить две тысячи воинов под началом Чу Юаньшэна, а остальную тысячу — вернуть в Чанъань для отчёта.

Е Ланьцин принял свиток и только поднялся с колен, как услышал презрительное фырканье. Чу Юаньшэн задрал подбородок и холодно бросил:

— А где госпожа Цяньжун?

Е Ланьцин замер.

— С какой целью вы её ищете?

— Это моё дело, а не твоё! — немедленно завопил Чу Юаньшэн. Однако, будучи ниже Е Ланьцина на целую голову, он вдруг поймал на себе ледяной, пронизывающий взгляд и почувствовал, как сердце замерло. Голос его тут же сник, хотя он упрямо пытался сохранить насмешливый тон: — Слушай, Е Ланьцин! Не думай, что раз ты одержал победу, я не посмею с тобой расправиться! Погоди, я тебе ещё покажу!

Е Ланьцин оставался неподвижен, как скала.

Чу Юаньшэн, не зная, куда девать злость, набросился на своего заместителя:

— Чего стоишь, как истукан? Император повелел подготовить богатые дары для госпожи Цяньжун! Веди немедленно!

Заместитель, услышав, что речь идёт об императорском повелении, поспешно повёл его вперёд.

Е Ланьцин обернулся и с тревогой смотрел, как отряд направляется к дому Шэнь Цяньжун.

Ночью ранее он получил письмо от отца.

Тот ни словом не обмолвился о его победе и не выразил ни капли гордости. Весь текст был пропитан гневом и строгим запретом быть вместе с той женщиной-колдуньей. «Если вы всё же соединитесь, — писал отец, — весь наш род погибнет из-за вас».

Е Ланьцин сжёг письмо. Он даже не знал, есть ли у них в роду кто-то ещё, кроме него и отца.

Когда Чу Юаньшэн подошёл к двору Шэнь Цяньжун, Лю Чжици уже успел обойти его короткой дорогой и вкратце объяснил ей ситуацию, после чего незаметно присоединился к толпе.

Чу Юаньшэн, не дойдя до двора, махнул рукой, и слуги внесли три больших сундука. Он распахнул их один за другим и громко объявил своим подчинённым:

— Это императорские дары для госпожи Цяньжун: один — с драгоценностями, второй — с украшениями, третий — с роскошными нарядами!

Подчинённые, хоть и презирали его в душе, вынуждены были тихо поддакивать.

Шэнь Цяньжун вошла в комнату и ясно увидела, как лицо Чу Юаньшэна мгновенно потемнело, а в глазах вспыхнуло презрение.

Он ожидал увидеть несравненную красавицу, а оказалось — всего лишь миловидную девушку.

Но всё же… раз она женщина Е Ланьцина, с её внешностью можно и смириться.

Он подошёл ближе, улыбаясь во все тридцать два зуба:

— Вы, должно быть, госпожа Цяньжун? Я давно слышал о вашей славе!

Шэнь Цяньжун взглянула на его морщинистое лицо и, сдерживая отвращение, вежливо улыбнулась, после чего неспешно уселась в кресло. Чу Юаньшэн тут же занял место напротив неё и заискивающе заговорил:

— Довольны ли вы этими подарками, госпожа Цяньжун?

Она приподняла брови, и улыбка её стала ещё шире:

— Неужели господин Чу хочет погубить меня?

— Что вы имеете в виду? — спросил он, поспешно выгнав всех посторонних.

Шэнь Цяньжун смотрела на него с нарастающим невинным любопытством:

— Это императорские дары. Как я могу быть недовольна?

— Ха-ха-ха! — громко рассмеялся он, подумав про себя: «Всё-таки женщина с пониманием».

— А как вы относитесь ко мне? — спросил он, улыбаясь всё более пошло, совершенно не замечая этого. — Неужели я не кажусь вам единственным красавцем под небесами?

Шэнь Цяньжун чуть не вырвало от вчерашнего ужина, но сдержалась и спокойно ответила:

— Генерал Е — командующий всей армией. А вы…?

Чу Юаньшэн выпрямился, явно польщённый:

— Мой отец — родной брат нынешнего императора! — Он резко наклонился вперёд и потянулся, чтобы схватить её за запястье. — Пойдёте со мной, и я обеспечу вам роскошную жизнь!

Шэнь Цяньжун незаметно отдернула руку, взяла чашку чая и задумалась: как бы ответить так, чтобы было особенно приятно? Она не знала, что за дверью уже стоял человек, сжавший кулаки до побелевших костяшек и готовый убить.

— Правда? — Шэнь Цяньжун поставила чашку, слегка нахмурив брови. — Но сведения, которые дошли до меня, не совсем совпадают с тем, что вы говорите.

— Что вы имеете в виду? — лицо Чу Юаньшэна мгновенно потемнело.

Шэнь Цяньжун поглаживала зелёную отделку на рукаве, нежно касаясь пальцами гладкой ткани. Опустив голову, она взглянула на зелёный оттенок своего среднего пальца и на миг замешкалась. Но когда заговорила, голос её был ледяным:

— По моим сведениям, ваш отец много лет держался в тени, лишь бы сохранить титул князя. А теперь, похоже, всё пойдёт прахом из-за вас, его незаконнорождённого сына. Неудивительно, что вас сослали на границу.

Чу Юаньшэн вскочил, и пальцы его, словно когти, потянулись к её горлу.

Эта девушка выглядела такой невинной, но её слова были ядовиты. Одним предложением она вскрыла все его уязвимые места.

Его отец всю жизнь жил в унижении, а он сам — всего лишь побочный сын, которому никогда не унаследовать титул. Его старший брат — такой же ничтожный трус. Только он хотел принести славу роду, но его отправили в эту глушь, где даже ветер пахнет пылью!

Как только пальцы Чу Юаньшэна сжали её горло, Шэнь Цяньжун едва заметно коснулась его тыльной стороны ладони. В тот же миг в комнату ворвался мужчина и приставил меч к спине Чу Юаньшэна.

Шэнь Цяньжун увидела ярость в глазах Е Ланьцина и почувствовала, как её сердце наполнилось теплом. Она всеми силами желала, чтобы Чу Юаньшэн исчез прямо сейчас. Но раз уж она уже наложила заклятие, то, сделав вид, что всё ещё в его хватке, подмигнула Е Ланьцину:

— Я же говорила, что могу защитить себя!

Едва она произнесла эти слова, Чу Юаньшэн побледнел и ослабил хватку.

Меч Е Ланьцина всё ещё не опустился. Если бы Чу Юаньшэн не отпустил её вовремя, клинок уже пронзил бы его тело.

Шэнь Цяньжун смотрела на него с невинным видом:

— Я сама справлюсь. Уйди, пожалуйста?

Она не хотела, чтобы он видел её в таком своевольном виде. Ей больше нравилось быть милой и озорной в его глазах.

Е Ланьцин, наконец, убрал меч, но, уходя, бросил на неё взгляд, полный гнева.

Шэнь Цяньжун выдохнула, лишь увидев, как он покинул двор.

Она спокойно вернулась в кресло, положив левую руку на подлокотник, и с интересом наблюдала, как Чу Юаньшэн, корчась от боли, еле держится на ногах, опершись на стол.

— Господин Чу, — сказала она, — вы приехали из Чанъани, значит, должны знать кое-что, о чём не ведают простолюдины. Как вы посмели замышлять против меня? Неужели жизнь вам показалась слишком спокойной?

Чу Юаньшэн резко поднял голову, и в его маленьких глазках вспыхнул гнев.

Все в Чанъани знали: госпожа Цяньжун — та самая колдунья Шэнь Цяньжун. Перед отъездом отец строго предупредил его: не связывайся с такой женщиной. Но как он мог упустить шанс? Ведь это женщина Е Ланьцина!

Им обоим по двадцать лет, но почему Е Ланьцин — знаменитый красавец и герой, а он даже в собственном доме не может поднять головы?

Он попытался снова напасть, но едва пошевелился — и всё тело пронзила невыносимая боль, будто тысячи лезвий резали его одновременно.

— Что… вы хотите? — с трудом выдавил он.

— Ничего особенного! — Шэнь Цяньжун покачала головой с видом полной невинности. — Просто за каждое преступление полагается наказание. Разве не так?

— Какое преступление? — Он не стал вытирать пот, струившийся по лбу. — Я лишь хотел, чтобы вы пошли со мной. В худшем случае — это просто приставание к простолюдинке.

— Правда? — Шэнь Цяньжун даже не удостоила его взглядом и лишь холодно вдохнула. — А насильственное похищение и убийство девушек в Чанъани — это, по-вашему, несущественно?

Чу Юаньшэн уставился на неё, и в его глазах наконец-то вспыхнул настоящий ужас. Он знал, что она колдунья, но не подозревал, насколько она беспощадна. Теперь он понял: ему не избежать кары.

В конце концов, он собрался с последними силами и прохрипел:

— Делай что хочешь! Убивай или мучай — мне всё равно!

— Хм! — Шэнь Цяньжун не сдержала презрительной усмешки. — Кто сказал, что я хочу вас убивать? Я предпочитаю побеждать без пролития крови.

— Тогда, может, сразу скажете, что хотите получить даром? — процедил он сквозь зубы, пытаясь собрать ци для последнего удара. Если уж ему не жить, он утащит эту женщину с собой. Но чем больше он пытался собрать энергию, тем слабее становился. Внезапно энергия ударила обратно, сердце сжалось от боли, и он рухнул на пол.

— Вы ошибаетесь, — холодно сказала Шэнь Цяньжун, глядя на него. — Вы — волк? Да вы не больше осенней саранчи! Если бы я погибла здесь, в Линьчжоу, императору пришлось бы дать народу и солдатам объяснение. А вам? Ваш отец, скорее всего, радуется, что вы, наконец, заткнулись!

Чу Юаньшэн сжался на полу, полностью лишившись сил для сопротивления.

Шэнь Цяньжун посмотрела на него с явным безразличием:

— Господин Чу! Люди должны знать меру. Эти три сундука — императорская милость, и вы ещё осмелились ими хвастаться. Даже тридцать таких сундуков не сравнятся с теми запасами зерна, что я пожертвовала армии.

Она помолчала, потом махнула рукой и бросила ему пилюлю:

— Ладно, вот противоядие. Оно защитит вас на год. Но если я узнаю, что вы снова творите зло, не вините меня за жестокость!

Покинув двор, Шэнь Цяньжун сразу направилась к резиденции Е Ланьцина. Он, похоже, рассердился — его нужно как следует утешить.

Но, добежав туда, она никого не застала. Солдаты у ворот сказали, что он совещается с заместителями в главном зале. Она решила подождать.

Лишь к вечеру она увидела, как белая фигура медленно возвращается. Она тут же подскочила к нему:

— Ты закончил? Устал?

Е Ланьцин молчал, лицо его оставалось суровым — то ли он всё ещё злился, то ли совещание прошло неудачно.

Шэнь Цяньжун шла за ним следом:

— Когда мы поедем в Чанъань?

Е Ланьцин остановился и холодно посмотрел на неё:

— Что ты сделала с Чу Юаньшэном?

Шэнь Цяньжун почувствовала неловкость и тихо ответила:

— Да ничего особенного… просто наложила заклятие.

Неужели он злится из-за этого? Она нахмурилась. Странно! Ведь он сам готов был пронзить того мечом.

— Ты дала ему противоядие?

Шэнь Цяньжун широко раскрыла глаза:

— Откуда ты знаешь?

Е Ланьцин вошёл в комнату и сел:

— Я предположил, что ты не станешь отнимать у него жизнь.

— Верно! — Она уселась рядом. — Он, конечно, вызывает отвращение, но всё же — назначенный императором командир пограничной крепости. Достаточно лёгкого наказания, убивать его ни к чему.

Е Ланьцин повернулся к ней и долго смотрел. Наконец, он тяжело вздохнул и серьёзно сказал:

— Шэнь Цяньжун, если подобное повторится, поступай так, как считаешь нужным. Не думай обо мне.

Он понял, что она действовала ради него.

Сердце Шэнь Цяньжун забилось, как испуганный олень. Лишь через некоторое время она успокоилась и с восторженным блеском в глазах прошептала:

— Е Ланьцин, мне кажется, я начинаю нравиться тебе всё больше и больше.

Е Ланьцин слегка кашлянул и отвёл взгляд:

— Просто запомни: в следующий раз не щади его.

Шэнь Цяньжун послушно моргнула:

— Хорошо!

Помолчав, она подошла ближе и, склонив голову набок, спросила:

— Е Ланьцин, а если бы я действительно убила его, что бы ты делал? Весть всё равно дойдёт до Чанъани. Императору не составит труда найти повод обвинить тебя.

— Ничего страшного, — спокойно ответил он. — Чу Юаньшэн — всего лишь избалованный юнец, да ещё и с кровавыми делами на руках. Даже если император и боится меня, он не станет раздувать этот скандал.

— Точно! — воскликнула она. — Ведь тогда пострадает честь императорского дома!

http://bllate.org/book/6811/647766