Готовый перевод The General's Young Husband / Молодой супруг генерала: Глава 22

— Купить верёвочную цепочку? — не понял Чжи Лэ. — Вам для чего?

Цинь Дан лукаво усмехнулся:

— Ни для чего особенного.

На самом деле он хотел приобрести мягкую шёлковую верёвочку, чтобы тот человек мог повесить на шею маленький ароматный мешочек!

Цинь Дан повёл Чжи Лэ в одну из лучших тканевых лавок Облачного Города.

Вокруг сновало немало народу, и в этот день большинство покупателей приходили парами. Молодой господин, явившийся с прислугой, естественно выделялся на их фоне — особенно учитывая его приятную внешность.

Из-за этого за ним закрепилось немало любопытных взглядов.

Цинь Дан ещё не успел подойти к управляющей, как раздался ехидный голос:

— Кого я вижу! Неужто это Цинь Дан? Ого, да ты целый букет несёшь! Кто тебе подарил?

Цинь Дан поднял глаза. Перед ним стоял юноша в окружении четырёх-пяти слуг, с надменным выражением лица и вычурно одетый. Лицо показалось знакомым — Четвёртый принц.

Императорских отпрысков осталось немного: нынешний государь и несколько его сводных младших братьев. Все они были почти ровесниками Цинь Дана.

Но поскольку дядя Цинь Дана — нынешний Верховный Императорский Супруг, а сам Цинь Дан пользуется особым расположением, зависть принцев к нему неудивительна.

Четвёртый принц считался самым глупым из них, зато умел ловко угодить.

Цинь Дан прищурился:

— Цинь Дан приветствует Четвёртого принца.

Его голос был тихим, и в шумной лавке мало кто его услышал.

Принц сверкнул глазами:

— Что ты сказал? Не расслышал! Твоя сестра так учила тебя кланяться?

Цинь Дан хмыкнул:

— Мы ведь не во дворце. Да и если я сейчас громко объявлю здесь, что передо мной Четвёртый принц, думаешь, ты сегодня вообще сможешь выйти из этой лавки?

— Ты… — лицо принца изменилось. Если раскроется его личность, все вокруг точно начнут пялиться на него, как на диковинку!

— У меня сейчас дела, так что не стану с тобой задерживаться, Юнь Цзинжань! Сам развлекайся! — Цинь Дан махнул рукой и направился к прилавку вместе с Чжи Лэ.

— Ваше высочество, что делать? — робко спросил слуга.

Этот Цинь Дан — не шутка: нынешний чжуанъюань, способный убить медведя голыми руками! А уж тем более, хоть перед ними и принц, но по реальной власти младший брат канцлера куда опаснее.

Четвёртый принц стиснул зубы:

— Следуйте за ним! Я… хочу посмотреть, что он собирается покупать!

…

В итоге Цинь Дан выбрал прочную и долговечную верёвочную цепочку. Она выглядела скромно, но ярко выделялась на фоне других — насыщенного алого цвета.

— Молодой господин нравится эта цепочка? Алый — цвет радости и счастья. Если подарить её возлюбленному, это будет в самый раз, — улыбнулась управляющая.

Лицо Цинь Дана покраснело. Он хотел сказать, что это не так, но слова застряли в горле. Он ведь выбрал именно алый, потому что считал его счастливым цветом, который, возможно, принесёт удачу…

Но почему в устах управляющей это превратилось в нечто вроде обручального талисмана?!

Цинь Дан нахмурился:

— Мне нужна именно эта. Сколько стоит?

Управляющая усмехнулась:

— Узор на верёвочке непростой. Молодой господин выглядите добродушно, так что за триста монет отдам.

Цинь Дан уже собирался расплатиться, как вдруг Четвёртый принц снова выскочил вперёд:

— Управляющая! Эту верёвочку хочу я!

Лицо Цинь Дана мгновенно похолодело, отчего слуги позади принца испуганно съёжились.

Сжимая верёвочку в руке, Цинь Дан спросил:

— Юнь Цзинжань, ты сегодня решил нарваться на неприятности?

Принц фыркнул:

— В этой огромной лавке только тебе одному разрешено покупать?

— Молодой господин Цинь Дан? — удивилась управляющая. — Вы из резиденции канцлера?

— Да, он из резиденции канцлера, — выпалил принц, — но я ношу фамилию Юнь! Теперь скажи, кому ты продашь эту верёвочку?

Юнь — императорская фамилия!

Однако управляющая лишь нахмурилась:

— Молодой господин Цинь, триста монет за верёвочку. Забирайте.

— Ты не поняла? Я ношу фамилию Юнь! Я даю тебе одну ляну! Хочу именно эту верёвочку! — Принц вытащил из кошелька серебряную монету и с силой шлёпнул её на прилавок.

Управляющая нахмурилась ещё сильнее.

Цинь Дан тихо усмехнулся:

— Юнь Цзинжань, щедрость твоя поражает. Видимо, в последнее время живёшь в достатке. Завтра зайду во дворец к дяде и спрошу, не слишком ли много вам выделили месячных?

— Ты…!

Слова Цинь Дана были правдой. Верховный Императорский Супруг очень любил племянника, и если тот пожалуется, месячные принцу вполне могут урезать.

Юнь Цзинжань быстро сообразил и вдруг широко улыбнулся:

— Ладно, не буду спорить. Но, Цинь Дан, на фестивале Санъюнь ты хочешь подарить всего лишь красную верёвочку? Не слишком ли скупо? Неужели думаешь, моя кузина обратит на это внимание? Не забывай, она же главная богачка Облачного Города!

Его кузина? Юнь Синтэн?

Цинь Дану стало ещё непонятнее:

— Какое отношение Юнь Синтэн имеет ко мне? Зачем мне дарить ей что-то на фестивале Санъюнь? Юнь Цзинжань, ты совсем спятил?

Принц вспыхнул от злости:

— Ты меня оскорбил! Думаешь, раз подружишься с моей кузиной, я ничего тебе не сделаю, Цинь Дан?

— Кажется, ты никогда ничего со мной сделать не мог, — усмехнулся Цинь Дан. — Одним словом я могу лишить тебя месячных, а ты всё ещё осмеливаешься лезть ко мне?

Юнь Цзинжань стиснул зубы:

— Не зазнавайся! Я не позволю кузине выйти за тебя! Завтра же отправлюсь в особняк Жуйского князя!

Он усмехнулся:

— Ты можешь лишить меня месячных, а я испорчу твою помолвку. Боишься?

— …Ты совсем глупец? — Цинь Дан с трудом подбирал слова. — Тебе слишком хорошо живётся? Как в глубинах дворца тебя угораздило вырасти таким дураком? Каждый день рядом с Юнь Цзинанем, но и капли его хитрости не перенял?

— Ты…! — Принц задрожал от ярости.

Даже его слуги не выдержали:

— Ваше высочество, не стоит конфликтовать с молодым господином Цинь!

Бить его не получится, а пустая перепалка может стоить ещё и урезанных месячных. Зачем это?

— Если у тебя нет дел, не лезь ко мне со своей глупостью. А не то изобью так, что зубы собирать будешь! — Цинь Дан свирепо сверкнул глазами и даже сжал кулачки.

Принц инстинктивно отступил на шаг, злобно и обиженно глядя, как Цинь Дан расплатился и ушёл.

Он ничего не мог сделать.

Ровным счётом ничего.

— Уходим! — прошипел он.

— Ваше высочество… Куда направимся?

— В особняк Жуйского князя! Не позволю кузине выходить за Цинь Дана! Пусть только попробует! — Юнь Цзинжань разгневанно ушёл вместе со свитой.

В толпе чёрная фигура в мужском одеянии почесала затылок.

С каких пор молодой господин собирается выходить замуж в особняк Жуйского князя?

Но по виду принца… похоже, он не врал!

Ладно, пойду доложу госпоже.

Хе-хе, эта Юнь Синтэн осмелилась посягнуть на невесту моей госпожи? Видимо, жизнь ей уже наскучила!

…

Цинь Дан вернулся в резиденцию, весь в радужных мечтах, чтобы прикрепить ароматный мешочек к алой верёвочке. Но, проходя мимо главного зала, он вдруг уловил знакомый голос Чжоу Нина.

Разве молодой господин Чжоу не сказал, что занят учёбой? Отчего он оказался в резиденции Цинь?

Цинь Дан вспомнил слова Юнь Синтэн в тот день и, прищурившись, направился к Чжоу Нину.

Едва он добрался до поворота, как разговор заставил его замереть на месте:

— На этот раз канцлер поторопилась, — с лёгким неодобрением сказал Чжоу Нин. — Чэнь Инь десятилетиями укрепляла своё положение при дворе. Теперь её влияние невозможно полностью уничтожить, да и действовать так резко — значит упустить возможность привлечь этих людей на свою сторону.

— Есть в этом смысл, — согласилась Цинь Цзинъюань.

— Тогда зачем поступать так? Чэнь Инь хоть и в тюрьме, но одного лишь Зала Воинской Славы недостаточно, чтобы окончательно её сломить. У змеи сто ног — и мёртвая она всё ещё кусается. Не понимаю замысла канцлера.

Цинь Цзинъюань лишь улыбнулась:

— Чжоу Нин, ты похож на меня. Ударяя змею, бей в её семя уязвимости! Если уж действовать — то сокрушительным ударом! Именно поэтому я и выбрала тебя.

— Но, Чжоу Нин… У каждого есть своя чешуя, которую нельзя трогать. Даже у меня бывают вспышки гнева. Чэнь Инь не раз пыталась навредить моему младшему брату. Разве я должна молчать? Да, змея со ста ногами мертва, но не обессилена. Однако Чэнь Инь стара. Одного предупреждения достаточно. Я смогла уничтожить её влияние раз — смогу и сто, и десять тысяч раз. Когда ей умирать и умирать ли вообще — решать мне.

Чжоу Нин долго молчал, затем тихо произнёс:

— Я думал, что канцлер и советник Чэнь — равные противники, делящие власть над двором пополам. А теперь… — Он слегка усмехнулся, и в его голосе прозвучало сожаление: — Советник Чэнь действительно состарилась.

— Думаю, даже Сяо Линдань не догадывается, что всё это твой замысел, — сказал Чжоу Нин. — Даже я удивлён.

Ведь кроме того случая со споткнувшейся ногой, Чэнь Инь почти не навредила Цинь Дану. Кто мог подумать, что месть канцлера придёт так быстро и так жестоко?

Всего лишь ловушка с ложным обвинением — и Зал Воинской Славы оказался виновен в жестоком обращении и организации азартных игр, а сама советник Чэнь оказалась в тюрьме.

Теперь понятно, почему канцлер так страшна.

Она заняла свой пост совсем недавно, а государь уже так ею доверяет. Цинь Цзинъюань в политике словно рыба в воде.

— Мой маленький колокольчик… — улыбнулась канцлер, качая головой. — Обычно он очень сообразителен, но стоит столкнуться с определёнными людьми или обстоятельствами — и перестаёт думать.

— А разве это плохо? — мягко улыбнулся Чжоу Нин. — Люди с глубокими мыслями живут утомительно.

— Верно.

— Кстати, где вы нашли помощника? Слышал, что для поединка в Зале Воинской Славы нужен не каждый. План получился безупречным. Неужели вам помогла та, что живёт по соседству?

Цинь Цзинъюань кивнула с улыбкой:

— Всё, что касается мести за моего маленького колокольчика, делает её послушной. А когда она послушна — план не может провалиться.

— Бывали такие случаи раньше? — удивился Чжоу Нин.

— Три года назад тоже кое-что случилось. Кстати, именно из-за Сяо Линданя она тогда и ушла в армию.

— О?

— Об этом узнаешь позже. Скоро уже не удастся это скрывать. После императорского банкета, когда объявят всеобщее помилование, обязательно найдутся те, кто вылезет из нор.

Чжоу Нин, видя, что она больше не хочет говорить, не стал настаивать.

Они перешли к другим темам.

Цинь Дан, стоя у двери, сверлил тайную стражу пронзительным взглядом и беззвучно прошептал губами:

— Не смейте говорить, что я здесь был!

Тайная стража покорно кивнула.

Цинь Дан крадучись ушёл.

Но внутри его бушевало смятение.

Ему было совершенно безразлично, что случилось с Чэнь Инь — разве что повод для сплетен. Но слова сестры о том, что три года назад отъезд Сяо Минчжу из столицы как-то связан с ним…

Этот вопрос давно мучил его, но ни намёков, ни следов не было.

Он и сам толком не помнил, что происходило в тот год перед отъездом Сяо Минчжу. В его воспоминаниях тот год прошёл спокойно — не могло же там случиться чего-то настолько серьёзного, чтобы она была вынуждена уйти в армию.

Что же всё-таки произошло?

Цинь Дан, охваченный растерянностью и замешательством, бродил, как во сне, пока не добрался до своего двора.

…Сяо Минчжу уже давно ждала его в беседке под санъюньским деревом.

Она сняла все средства для маскировки, и её фигура вернулась к привычному для него облику.

Цинь Дан вышел из оцепенения, и в его глазах вспыхнул огонёк:

— Ты пришла? Всё закончила?

Сяо Минчжу кивнула:

— Тебе нечего мне сказать?

Она пристально смотрела на него, будто требуя долг, и даже достала кнут.

Кнут?

КНУТ?!

Цинь Дан вспомнил события двухдневной давности и поспешно отступил на два шага:

— Э-э… Сестра Минчжу, давай поговорим спокойно…

— Не хочу.

— Подожди… — Цинь Дан пустился на уловки: — Я могу всё объяснить!

Сяо Минчжу бросила на него холодный взгляд.

Цинь Дан глубоко вздохнул:

— Дело в том, что я пошёл в Павильон Видящего Реку встретиться с Юнь Синтэн, а она настояла, чтобы я зашёл в Зал Воинской Славы. Вот я и зашёл, а там увидел, как ты того человека чуть не убила! Я не удержался и прыгнул на арену… А потом…

Сяо Минчжу слушала эту скороговорку без пауз и нахмурилась.

Цинь Дан сразу сбавил тон:

— …И ты всё это увидела.

— Я не собиралась убивать её до смерти. Тот человек — смертник из тюрьмы, но проявил раскаяние, поэтому я дала ей шанс. Если спектакль удался — она получит свободу, — спокойно пояснила Сяо Минчжу.

— Ага! — Цинь Дан ничего не стал возражать, лишь тихо пробормотал: — Так что я ведь не специально пошёл в Зал Воинской Славы! Всё вина Юнь Синтэн!

Он решительно кивнул:

— Да! Всё её вина!

— …

http://bllate.org/book/6802/647210