Готовый перевод What’s It Like to Marry for Love / Что значит выйти замуж по любви: Глава 39

— Что с тобой, сынок? Только что сидел довольный, как сытый кот, решал задания и хвастался, что всё — проще простого, а теперь вдруг нахмурился?

Цзянь Сяobao молча взглянул на неё:

— Я только что делал китайский и английский, а теперь перешёл к математике.

Сюй Яо растерялась:

— И что? Для тебя это разве имеет значение?

Как заботливая и ответственная мать, она прекрасно понимала уровень интеллекта и способностей сына. Хотя она с Цзянь Шэном и не стремились воспитывать из Сяobao вундеркинда, его умственные способности были настолько высоки, что школьная программа давалась ему без малейших усилий — просто как игра.

Сюй Яо не видела принципиальной разницы между математикой и другими предметами. Если уж на то пошло, английский в этом возрасте должен быть даже сложнее — ведь там столько всего нужно запомнить. Она даже специально изучала школьную программу, чтобы быть в курсе.

Она похлопала сына по плечу и с серьёзным видом сказала:

— Слушай, парень, не надо у тебя такого отторжения к математике. Твой папа — математик, а ты не хочешь решать его задания? Да за такие листочки многие бы убили! Цени то, что имеешь.

Цзянь Сяobao вздохнул.

— У меня нет отторжения, мам, — сказал он, не отрывая взгляда от листа. — Просто я… не очень понимаю, как это решать.

Сюй Яо аж подпрыгнула от удивления:

— Да ладно?! Раньше ты решал контрольные за пятый класс и набирал восемьдесят баллов! Неужели тебя поставила в тупик эта… детсадовская работа?

Будучи сыном молодого математика, Цзянь Сяobao с раннего возраста находился в соответствующей среде. Цзянь Шэн с удовольствием систематически обучал его, чтобы сын не тратил время впустую. И действительно, Сяobao обладал острым умом и живой реакцией — идеальные задатки для занятий математикой. По другим предметам он был на уровне обычного ребёнка своего возраста, но в математике явно опережал сверстников.

Теперь же он утверждал, что не может справиться с диагностической работой, которую составил сам Цзянь Шэн. Первое, что подумала Сюй Яо, — это невозможно:

— Уровень твоего отца всем известен. Неужели он дал тебе задания за пределами программы? Или ты за лето так сильно деградировал?

На материнские сомнения Цзянь Сяobao ответил тем, что поднял лист и протянул ей прямо в лицо.

Сюй Яо почувствовала, что сын её презирает:

— Ты чего, Цзянь Сяobao? Неужели я не смогу решить детсадовские задачки? Я хоть и не занималась высшей математикой в университете, но двенадцать лет школьной программы прошла! На ЕГЭ по математике у меня было больше ста баллов! Среди художников — я королева!

Она горячо оправдывалась, но при этом расслабленно перевела взгляд на лист. Сначала усмехнулась с пренебрежением, потом замерла, уставившись на задания, и погрузилась в размышления.

А затем…

Цзянь Шэн, закончив видеоконференцию со своим аспирантом, заглянул проверить, как продвигается сын с заданиями, и с изумлением обнаружил жену за соседним столом: она тоже склонилась над черновиком, что-то усиленно записывала и хмурилась ещё сильнее, чем сам Сяobao.

Умная колонка по-прежнему играла зловещую музыку из фильмов про злодеев, и Цзянь Шэн, словно герой боевика, вступил в комнату под этот саундтрек:

— Яо-Яо? Ты тут чем занимаешься?

Сюй Яо подняла на него растерянный взгляд.

— Милый, а какой сложности эта математическая работа?

Цзянь Шэн бросил взгляд на её черновик, всё понял и невозмутимо ответил:

— Конечно, уровень детского сада.

Сюй Яо: «…»

Она швырнула ручку на стол и впала в отчаяние.

.

Сюй Яо начала сомневаться в собственном разуме.

— Получается, я всё это время училась впустую? — с недоверием спросила она Цзянь Шэна. — Неужели я настолько глупа, что даже детсадовские задачки не могу решить?! Может, мой мозг просто атрофировался, пока я не смотрела?

— Всё не так, — махнул рукой Цзянь Шэн и пояснил: — Знания, которые требуются для решения, действительно соответствуют программе детского сада, разве что кое-где слегка выходит за рамки — но это всё, что Сяobao уже освоил. Главная сложность этой работы — не в знаниях, а в способности мыслить. Так что сказать, что это «сложно» — нельзя, но и «просто» тоже не скажешь. Просто не каждый сможет это решить.

Они сейчас разговаривали в гостиной. Цзянь Шэн пояснил, что раз Сяobao уже закончил китайский и английский, присматривать за ним больше не нужно — ведь математическую работу он составил сам. Пусть Сяobao даже будет пользоваться интернетом: листает «Чжиху», «Байду», приложения для решения задач или даже звонит воспитателю из детского сада — всё равно он нигде не найдёт ответов.

Услышав объяснения мужа, Сюй Яо немного успокоилась и вернула себе базовое доверие к собственному интеллекту. Но тут же возник новый вопрос:

— Я заметила, что Сяobao явно считает эту работу сложной. Почему в китайском и английском всё стандартно, а в математике резко такой скачок?

Цзянь Шэн усмехнулся и спокойно ответил:

— Китайский — дело понимания, английский — дело накопления. Если он справляется, зачем мне его специально мучить? Но математика — совсем другое.

Этот предмет требует мышления и врождённых способностей. Его потолок чрезвычайно высок, и он отлично помогает остудить пыл самовлюблённого ребёнка. Цзянь Шэн кивнул в сторону комнаты сына и тихо добавил:

— В последнее время нас не было рядом, и его постоянно хвалили. Он немного зазнался.

Сюй Яо сразу всё поняла.

Ребёнок переживает столько нового, естественно, что временами впадает в эйфорию. Она сама этого не заметила, но после слов мужа осознала проблему и с пониманием отнеслась к его методу.

Страшно и то, что ребёнок потеряет уверенность в себе, и то, что станет слишком самонадеянным. Беречь его, направляя по пути здоровой, уравновешенной личности, — вот самое сложное в воспитании.

Сюй Яо тихонько приоткрыла дверь и заглянула внутрь. Цзянь Сяobao сидел спиной к двери, прикусив ручку, нервно болтал ногами и упорно боролся с задачей.

Музыка в комнате играла громко, и он совершенно не заметил, что дверь приоткрылась. Он даже не знал, что родители наблюдают за ним снаружи. Но, несмотря на отсутствие контроля, он не бросил задание и не занялся чем-то другим, а продолжал упрямо биться с задачей. В этом уже проявлялись черты характера: упорство и целеустремлённость.

Глядя на его сосредоточенное лицо, Сюй Яо чувствовала и гордость, и жалость. Она тихо спросила Цзянь Шэна:

— А если он так и не решит? Не подорвёт ли это его уверенность?

Цзянь Шэн смотрел на сына и, улыбнувшись уголками губ, покачал головой:

— Он обязательно решит. Ведь это же Цзянь Сяobao. Кто ещё может знать его возможности лучше меня?

И действительно, буквально через несколько минут после этих слов Сяobao решил ещё одну задачу. Он быстро вписал ответ, радостно вскрикнул и начал весело болтать ногами — на этот раз от чистой радости.

Цзянь Шэн смягчился и кивнул:

— В момент, когда находишь решение, наслаждение невозможно передать словами.

Видимо, все учёные такие. Цзянь Шэн — да, и его юный последователь Цзянь Сяobao — тоже. Сюй Яо улыбалась, тихонько закрыла дверь и обменялась взглядом с мужем.

А потом ей вдруг пришла в голову мысль, и она спросила:

— Слушай, милый, раз ты уверен, что Сяobao точно справится… А как насчёт меня? Если я продолжу думать, смогу ли я в итоге решить?

Цзянь Шэн посмотрел на неё, задумался на секунду и деликатно ответил:

— Не стоит зацикливаться на таких мелочах.

Сюй Яо: «…Ладно, поняла…»

Уууу.

Она снова почувствовала себя униженной и подумала: «Зачем я вообще спросила? Сама себе нервы треплю!» Быстро отступила в сторону, сделала вид, что ничего не было, и уютно устроилась на диване, спокойно листая ленту в телефоне.

Теперь она иногда попадала в топ новостей: после того как они официально подтвердили отношения с Цзянь Шэном, их пару стали активно обсуждать в сети. Её подписчиков прибавилось на несколько десятков тысяч. Многие из них раньше не следили ни за ней, ни за Цзянь Шэном, но, узнав об их связи, начали восторженно кричать: «Божественная любовь! Я в восторге!» — и массово подписываться на обоих.

Сюй Яо не особенно волновало, что их пара стала объектом фанатского обожания. В конце концов, их отношения и правда были идеальными, и пусть фанаты наслаждаются настоящей любовью — от этого всем только польза.

Под влиянием популярности она стала чуть чаще появляться в соцсетях. Иногда, под натиском просьб подписчиков, она выкладывала фото Цзянь Шэна: его руку с книгой, вкусные блюда, которые он готовил, или кадры с его выступлений с её точки зрения — чтобы фанаты могли насладиться «сладостями».

Соответственно, она чаще заглядывала в топы новостей. Сегодня, открыв ленту, она с удивлением, но и без особого изумления увидела Цзун Юэ в одном из топиков.

Неудивительно, потому что Цзун Юэ — популярный молодой актёр, сейчас снимается на площадке, и ему нужно поддерживать популярность через соцсети. Сюй Яо не раз видела его в топах, но раньше просто пробегала глазами.

Удивительно, потому что сегодняшний топик был чересчур провокационным — настолько, что Сюй Яо засомневалась в собственном зрении.

«Цзун Юэ, возможно, сам признался в отношениях?» Эээ…

Он хоть и выглядит немного наивным, но вряд ли настолько глуп. Сюй Яо, даже не будучи инсайдером индустрии, знала: как только у актёра с огромной армией фанаток появляется девушка, карьера получает серьёзный удар.

А уж если он сам об этом объявляет… Сюй Яо с подозрением кликнула на топик и увидела, что Цзун Юэ сам опубликовал пост в вэйбо:

[Цзун ЮэV: Без тебя мне так тяжело жить.]

Сюй Яо: «?»

Любой скажет, что это признание в отношениях. Сюй Яо с недоверием посмотрела на пост и подумала: судя по её впечатлению от Цзун Юэ, такие сентиментальные, почти драматические слова вполне могли быть написаны им самим.

Комментарии под постом уже взорвались. Его фанатки спокойно отправили кумира на съёмки, думая, что он снимается в фильме про милых животных без главной героини — значит, абсолютно безопасно. А тут бац — и из официального аккаунта выскакивает таинственная «она», без которой жизнь невыносима.

Фанатки в панике метались по комментариям, злясь и вопя:

— Кто эта ведьма, которая околдовала нашего холодного, меланхоличного и преданного бога?!

Когда Сюй Яо увидела эти эпитеты — «холодный, меланхоличный, преданный» — она тут же вышла из поста и перепроверила ID аккаунта.

Сюй Яо: «Эти слова… про Цзун Юэ?»

Она с сомнением побродила по топику и обнаружила, что общественное мнение действительно складывается именно так.

Причины были разные. Во-первых, Цзун Юэ, хоть и был популярным актёром, но снимался исключительно в сериалах и никогда не появлялся в реалити-шоу или развлекательных передачах. Во-вторых, его команда прекрасно понимала, какой он на самом деле, и строго запрещала ему болтать лишнего: «Молчи, снимайся, сохраняй образ».

Вот и получилось то, что получилось. Сюй Яо не вдавалась в глубокий анализ этого феномена. Она почти не знала Цзун Юэ — пару дней назад они лишь вежливо подписались друг на друга на съёмочной площадке. Пробежавшись по комментариям, она спокойно закрыла страницу, решив, что это её совершенно не касается.

Но на следующий день Сюй Яо получила звонок от охраны жилого комплекса: какой-то подозрительный тип, весь закутанный, вёл себя странно и утверждал, что он знаменитость, пришёл к ней в гости. Она в недоумении спустилась вниз и увидела, как Цзун Юэ, полностью замотанный, стоит под конвоем охраны и, завидев её, заискивающе ухмыльнулся.

Сюй Яо: «…»

.

Перед Цзун Юэ стояла чашка свежезаваренного чая. Сюй Яо сидела напротив него на диване. Они молча смотрели друг на друга, и в комнате повисла крайне неловкая тишина.

Как актёр, Цзун Юэ, хоть и вызывал слёзы у зрителей своей игрой, всё же обладал профессиональной выучкой. Пока Цзянь Шэн и Сюй Яо молчали, он быстро взял себя в руки и начал «играть».

— Простите за то, что так неожиданно ворвался, — начал он, стараясь скрыть неловкость и одновременно чувствуя обиду. — У меня плотный график, неизвестно, когда снова появится свободное окно, да и ваших контактов у меня нет… Пришлось прийти лично. Я пытался написать вам обоим в вэйбо, писал Сяobao в вичат, даже на рабочую почту Дабао отправил сообщение… Но никто из вашей семьи мне не ответил…

Сюй Яо: «…»

http://bllate.org/book/6561/625200