Готовый перевод The Good Horse Wants to Eat Old Grass [Entertainment Industry] / Добрый конь хочет вернуться к старой любви [Шоу-бизнес]: Глава 1

Название: Хорошая лошадь хочет вернуться к прежней траве [Шоубизнес] (Завершено + экстра)

Категория: Женский роман

Аннотация:

Цюй Мо — хакер-гений, которая разорвала отношения и тут же пожалела об этом. Теперь она вновь встречает первую любовь!

В душе мечтает о воссоединении, но внешне сохраняет холодное спокойствие (притворяется, будто всё равно).

Только что чья-то рука-лапа коснулась её талии?

— Взломала главную страницу его компании!

Тот актёр слишком увлёкся ролью?

— Превратилась в хейтера и атаковала его официальный сервер!

Хейтеры снова начали строить домыслы?

— По IP-адресу я тебя добью!

Поклонники в изумлении:

— Босс, а как же твоё обещание сохранять хладнокровие?

Цюй Мо лишь пожимает плечами:

— Не моя вина. Сначала компьютер сам начал.

(Злюсь ужасно, но виду не подаю!)

Си Цзинь гладит её по голове:

— Молодец! Не шали!

Высокая, стройная, белокожая актриса (ледяная красавица) против богатого, красивого и надменного хакера-гения (ревнивицы).

Маленькая сладкая история о том, как ревнивица пытается вернуть утраченное.

Теги: единственная любовь, воссоединение после разлуки, сладкий роман, мода и популярность

Ключевые слова для поиска: главные герои — Цюй Мо, Си Цзинь; второстепенные персонажи — Цзи До, У Юй, Цуй Иньи, Сюй Кэ, Чжу Пэнпэн; прочее — расставание и воссоединение

Рассвет едва проступал сквозь листву, зелень на ветвях была особенно сочной. Лёгкий ветерок нежно колыхнул верхушки деревьев, сорвал один листок, и тот, лениво закружившись в воздухе, тихо опустился в волосы Си Цзинь.

Она стояла под деревом, одной ногой упираясь в перевёрнутую спинку стула, чтобы растянуть мышцы, и одновременно читала сценарий.

Её винно-красный спортивный костюм придавал и без того фарфоровой коже мягкое сияние. Си Цзинь была рождённой вешалкой для одежды: даже самая простая вещь не могла скрыть её соблазнительных изгибов. Нога, закинутая на спинку стула, была длинной и прямой, а обнажённая лодыжка белела, словно нежнейший тофу.

Длинные, как водопад, волосы ниспадали на плечи. Возможно, они мешали обзору, и она подняла руку, чтобы откинуть пряди за ухо. Случайно нащупав в волосах листок, она тонкими пальцами аккуратно вынула его, осторожно расправила на странице сценария и заложила между листами.

Её профиль был ослепительным: изящный нос, пухлые, сочные губы чуть приоткрыты, а ясные глаза время от времени скользили по группе фанатов за пределами съёмочной площадки. Её миндалевидные глаза будто наполнялись прозрачной водой, переливаясь и излучая врождённую, гипнотическую притягательность.

Когда Чжу Пэнпэн впервые увидела Си Цзинь, в голове у неё прозвучало лишь одно: «ошеломляюще прекрасна!»

Си Цзинь сменила ногу и продолжила растяжку, затем повернулась и протянула руку в сторону Чжу Пэнпэн, стоявшей в нескольких шагах.

Чжу Пэнпэн немедленно подала ей чёрный кофе. Она работала с Си Цзинь с момента окончания университета и обладала с ней почти телепатической связью: стоило Си Цзинь лишь приподнять веки — и Чжу Пэнпэн уже знала, что делать.

Чжу Пэнпэн глубоко уважала и была благодарна Си Цзинь. В те времена, когда она только начинала стажировку и ничего не понимала в правилах этого мира, ей приходилось постоянно извиняться перед всеми, пока не научилась правильно кланяться.

В тот день, когда Си Цзинь «подобрала» её, Чжу Пэнпэн как раз получала нагоняй от никому не известной модели, которая в ярости чуть не дала ей пощёчину. Окружающие делали вид, что ничего не замечают, и никто не хотел вмешиваться в чужие дела. Только Си Цзинь подошла, схватила модель за поднятую руку и резко отбросила её.

Она что-то тихо сказала своему агенту У Юй.

Затем повернулась к модели и холодно бросила:

— Мою подчинённую всё ещё хочешь ударить?

Модель, понимая, что неправа, опустила голову и промолчала. Увидев её молчание, Си Цзинь взяла Чжу Пэнпэн за руку и вывела из толпы.

— Если совершила ошибку — исправь её. Перестань постоянно извиняться.

Она помолчала и добавила:

— Если вина не твоя — не бери её на себя.

Чжу Пэнпэн, опустив голову, позволила Си Цзинь вести себя вперёд. Тепло разлилось по её сердцу, и слёзы медленно заполнили глаза.

Из-за холодной внешности, немногословности и редкой улыбки Си Цзинь за пределами съёмок её прозвали «ледяной красавицей».

Но Чжу Пэнпэн знала: под этой ледяной корой скрывалось сердце, тёплое, как весенний день.

Окружающие думали, что Си Цзинь стала популярной исключительно благодаря внешности, но Чжу Пэнпэн наблюдала, как та пробивалась в этом бизнесе. Она знала, насколько упряма и сильна духом её босс: никогда не сдаётся, не льстит, перенесла множество трудностей, но никому не жаловалась, всегда демонстрируя миру лишь безупречный образ.

Чжу Пэнпэн искренне сочувствовала ей и не могла терпеть, когда другие говорили о Си Цзинь плохо.

Когда в сети появлялись злобные комментарии, Чжу Пэнпэн яростно стучала по клавиатуре, защищая свою босс. Си Цзинь же спокойно отговаривала её:

— Не стоит обращать внимание. Я не стала актрисой ради чужого одобрения.

Чжу Пэнпэн не удержалась и спросила:

— Цзинь-цзе, а зачем ты вообще стала актрисой?

Си Цзинь лишь бросила на неё короткий взгляд, давая понять, что не желает продолжать разговор. Чжу Пэнпэн сразу же замолчала.

В это время Цуй Иньи, снимавшая сцену, вдруг вышла из себя. Она вырвала сценарий у ассистентки и с громким «пах!» швырнула его прямо в руки режиссёру:

— Обязательно переделывайте! Сколько можно повторять?

Лицо режиссёра потемнело, но он сдержался и, подавив раздражение, стал объяснять:

— Мы уже вложили столько сил и средств в съёмки! Сейчас всё переделывать — значит начинать с нуля. У нас тут люди работают, им кормить семьи. Мы просто не потянем такие траты.

Цуй Иньи не слушала. Она села на стул и поманила ассистентку:

— Позвони моему отцу.

Пока там бушевал скандал, Чжу Пэнпэн с любопытством сообщила Си Цзинь последние слухи:

— В сети все единодушно хвалят Цзинь-цзе: и актёрское мастерство, и внешность — полное превосходство над той самой Цуй Иньи, первой актрисой проекта. Вот она и разозлилась, требует переписать сценарий, говорит, что её героиня слишком наивная и глуповатая — не соответствует её идеальному образу.

Она фыркнула:

— Обычно роли выбирают актёров, а не наоборот.

Эту фразу она когда-то слышала от самой Си Цзинь и теперь почувствовала, насколько она уместна.

Си Цзинь сделала глоток кофе и рассеянно взглянула на эпицентр ссоры:

— С квартирой разобрались?

— Да! — кивнула Чжу Пэнпэн. — Место нашёл Цзи Цзэ. Говорит, в элитном жилом комплексе, с отличной системой безопасности. Владельцы подписывают соглашение о конфиденциальности, так что утечек не будет.

Си Цзинь посмотрела на неё, и в её голосе прозвучала лёгкая прохлада:

— Цзи До нашёл?

— Ну этот парень такой уж горячий! Умолял меня, чуть ли не на коленях, чтобы доверили ему это дело. Но он клялся, что сохранит тайну! — поспешно пояснила Чжу Пэнпэн, заметив недовольство Си Цзинь. — Говорил, что если проболтается, пусть провалит все экзамены, никогда не окончит университет, не найдёт девушку и не увидит своего кумира…

— Хватит, — прервала её Си Цзинь, захлопнув сценарий. — Поверим ему на этот раз.

*

Съёмочный день завершился глубокой ночью. Небо было чёрным, как разлитые чернила, и ни одного огонька звёзд не было видно.

Цзи До стоял у машины Си Цзинь, держа её чемодан, и с заискивающей улыбкой говорил:

— Сестра, я провожу тебя в новую квартиру!

Си Цзинь прошла мимо него, открыла дверцу и села за руль. Увидев, что Цзи До всё ещё стоит как вкопанный, она опустила стекло на пару сантиметров и постучала по нему:

— Положи вещи в багажник.

— Есть! — оживился Цзи До, схватил чемодан и побежал к задней части машины. Устроив багаж, он быстро юркнул на пассажирское сиденье, пристегнулся и сказал: — Сестра, я покажу дорогу.

Белый Porsche Cayenne выехал из подземного паркинга. Мелкий дождик начал стучать по стеклу, и вскоре капли превратились в плотную завесу. Машина растворилась в дождевой пелене, а стекающая по окнам вода мешала обзору.

Си Цзинь слегка ослабила педаль газа, включила дворники и подняла глаза к чёрному небу.

Цзи До весь путь не мог скрыть возбуждения и несколько раз пытался завести разговор, но, увидев усталое лицо Си Цзинь, предпочёл замолчать и сидеть тихо.

У ворот жилого комплекса машина остановилась. Охранник сверил данные и протянул Си Цзинь временный пропуск:

— Когда будет время, загляните в управляющую компанию за постоянной карточкой для парковки.

Си Цзинь кивнула, подняла стекло до конца и, дождавшись, когда шлагбаум поднимется, медленно въехала во двор.

В подземном паркинге она заняла первое попавшееся место. Цзи До, словно угорь, мгновенно выскользнул из машины, открыл багажник и вытащил чемодан.

Си Цзинь, закрыв дверцу, стояла рядом и с лёгким недоумением спросила:

— Денег на карманные расходы не хватает?

— Как можно говорить о деньгах! Это же так пошло! — Цзи До захлопнул багажник, подошёл к ней с чемоданом и, обиженно надувшись, спросил: — Сестра, разве я в твоих глазах такой меркантильный человек?

Си Цзинь равнодушно «хм»нула и кивнула подбородком:

— Веди.

Они вошли в лифт. Си Цзинь отошла в угол и открыла WeChat, чтобы отчитаться перед У Юй о рабочем дне. Цзи До нажал кнопку 22-го этажа и уставился на цифры, мелькающие над дверью.

Лифт поднялся на один этаж и остановился на первом. За дверью никого не было. Цзи До уже собирался нажать кнопку закрытия, как вдруг чья-то костистая рука схватилась за раму лифта.

Си Цзинь инстинктивно подняла глаза и медленно перевела взгляд снизу вверх.

Перед ней стоял человек в белых кедах, потрёпанной синей джинсовой куртке с дырами и чёрной толстовке с капюшоном. Козырёк бейсболки был опущен так низко, что его глаза скрывала тень.

Его одежда была слегка промокшей от дождя, и вокруг него витала прохладная сырость.

Он прижимал к уху телефон, казался раздражённым и несколько раз постучал пальцем по задней крышке устройства. Затем, опустив голову, длинными ногами шагнул в лифт, взглянул на панель с кнопками и отошёл вглубь кабины, небрежно прислонившись к стене правым плечом.

Он жевал жвачку, и чёткие линии его подбородка слегка двигались в такт жеванию, придавая ему неожиданную сексуальность.

Двери лифта закрылись. Он переложил телефон в другую руку, а свободную засунул в карман. Его профиль, резкий, как выточенный ножом, озарялся мягким светом лифтовой лампы.

Он чуть запрокинул голову, опершись затылком о стену, и кончиком языка провёл по уголку губ. Внезапно он коротко хмыкнул.

Си Цзинь невольно задержала взгляд на родинке у переносицы — на высоком, прямом носу. В её глазах мелькнула волна эмоций, но тут же исчезла.

Она резко отвернулась, достала из сумочки солнцезащитные очки, надела их и, распустив волосы, прикрыла ими большую часть лица.

— Отмени все предыдущие гипотезы и перестрой алгоритм.

— Спроси у Сюй Кэ.

— База данных проверена?

— Похоже на руткит.

— Если у тебя даже этого не хватает, чтобы понять, может, тебе просто умереть?

...

Его голос был низким, бархатистым, но сдерживаемое раздражение заставляло его говорить тише обычного.

Двери лифта открылись. Он нетерпеливо поднял козырёк бейсболки пальцем, чтобы лучше видеть.

Его глубокие, выразительные глаза на мгновение скользнули в сторону Си Цзинь, но взгляд был мимолётным, будто случайным, хотя и невероятно притягательным.

Он положил трубку, засунул телефон в карман и направился к выходу.

Но Цзи До вдруг схватил его за левую руку. Тот остановился и обернулся, нахмурившись.

— Что тебе?

Цзи До, ощутив его ледяный взгляд, тут же отпустил руку, нервно поправил одежду и, сдерживая порыв броситься к нему и обнять, едва не запрыгал от восторга:

— Великий Цюй! Я твой фанат до мозга костей!

Си Цзинь, стоявшая в углу лифта, опустила голову и не шевельнулась.

Цюй Мо не двинулась с места, развернулась и встала лицом к Цзи До.

Тот, не дождавшись ответа, радостно заговорил:

— Великий Цюй! Я вас обожаю! Наконец-то увидел вас вживую! Вы ещё красивее, чем на фото!

Цюй Мо на секунду замерла, их взгляды встретились, и она нахмурилась:

— Мне неинтересны мужчины.

Си Цзинь резко схватила Цзи До за воротник и потащила из лифта:

— Простите, мой брат — идиот.

Но Цзи До, уже отпустивший руку, вновь уцепился за рукав Цюй Мо и повис на ней, как коала:

— Великий Цюй! Я вас боготворю! Возьмёте меня в ученики?

Цюй Мо, которую потащило вперёд, ухватилась за раму лифта, чтобы не упасть.

Си Цзинь тянула Цзи До, Цзи До висел на Цюй Мо, а Цюй Мо крепко держалась за раму. Трое образовали странную цепочку, напоминающую шашлык.

От рывка воротник Цюй Мо сполз вниз, обнажив ключицу.

http://bllate.org/book/6310/602971