Готовый перевод The Big Shot Just Wants to Pamper Me [Transmigration] / Босс хочет баловать только меня [Попаданка в книгу]: Глава 10

Дверь ванной осталась приоткрытой, и Су Цинъюань увидела, как Су Яо выглядывает наружу — вероятно, переживала, не проболтается ли та о походе в бар.

Су Цинъюань бросила на неё мимолётный взгляд и покачала головой:

— Ничего особенного. Просто не поймалось такси, и я пошла домой вместе с одноклассницей.

Лю Ин налила ей стакан воды:

— Ну и слава богу, слава богу! Мяо Цзин звонила, спрашивала, добралась ли ты домой. Говорит, в «Вичате» ты не отвечаешь, хотела уточнить, пойдёшь ли в выходные в библиотеку заниматься.

Су Цинъюань достала телефон и увидела, что он полностью разрядился и выключился. Она кивнула:

— Тогда я сейчас перезвоню Цзиньцзинь. В эти два дня мы с ней будем в библиотеке и обедать дома не станем.

Лю Ин никогда раньше не видела, чтобы Су Цинъюань сама проявляла интерес к учёбе, и поспешно закивала:

— Мама сварит тебе грушевый отвар — возьмёшь с собой.

Вернувшись в комнату, Су Яо потянула Су Цинъюань к двери и тихо спросила:

— Ну как всё прошло? С Ван Чжэном ничего не случилось?

Су Цинъюань взглянула на неё и нарочито громко произнесла:

— Сестрёнка, а почему бы тебе сначала не спросить, как я сама? А ты сразу за Ван Чжэна принялась! Сестрёнка, нельзя же так рано влюбляться!

Лю Ин как раз проходила мимо двери, услышала эти слова, заглянула внутрь, помедлила секунду — и промолчала.

Су Яо побледнела от злости, резко повернулась и легла спать.

На следующее утро Су Цинъюань встретилась с Мяо Цзин в библиотеке.

Увидев, что подруга цела и невредима, Мяо Цзин наконец перевела дух:

— Я изначально хотела пойти с вами в бар, но вечером мама велела срочно ехать к бабушке, и мне пришлось отказаться. Потом услышала, что ночью там что-то случилось — Ван Чжэн подрался с кем-то. Я так испугалась! Звонила тебе на мобильный — он постоянно выключен, поэтому позвонила домой и придумала предлог насчёт библиотеки… Мама ничего не узнала про бар?

— Нет, — Су Цинъюань похлопала её по руке. — Не волнуйся, со мной всё в порядке.

— Как так вообще получилось? Почему они вдруг подрались? — Мяо Цзин наклонилась ближе. — И Су Яо тоже хороша — бросила тебя одну там! Разве так можно поступать, будучи старшей сестрой?

Су Цинъюань улыбнулась:

— Да на самом деле ничего особенного не было. Похоже, только Чжэн Лэй немного пострадал, остальные все целы.

Мяо Цзин задумчиво закусила ручку и замолчала, но её взгляд стал полон восхищения и зависти.

Наконец она склонила голову набок:

— Цинъюань, ты такая красивая и добрая ко всем… Мне тебя очень завидно. Вот если бы у меня был старший брат, я бы попросила его жениться на тебе и сделать моей невесткой.

Су Цинъюань фыркнула:

— А я бы с радостью вышла замуж за твоего брата.

Тогда не пришлось бы каждый день трястись от страха перед тем живым разбойником Лу Ляо и бояться, что придётся за него выйти.

— Ладно! — Мяо Цзин вытащила учебники из сумки. — Пора за дело. Эти два дня Су Яо раздаёт всем анкеты для выпускников и ходит такая надменная, будто уже попала в экспериментальный класс. Цинъюань, ты обязательно должна хорошо учиться! Даже если сейчас не получится попасть в экспериментальный класс, в следующий раз обязательно добьёшься своего. Я не хочу оказаться с Су Яо в одном классе… Она мне просто ненавистна.

Су Цинъюань не удержалась от смеха:

— Ведь есть же два экспериментальных класса: один математический, другой — английский. Так что ещё неизвестно, окажемся ли мы с ней в одном классе.

— Верно, — кивнула Мяо Цзин. — К тому же ты сегодня идеально написала диктант по английскому и решила сложную задачу по физике. Может, мы обе попадём в первый класс!

Они провели в библиотеке два дня, и Су Цинъюань вернулась домой только в воскресенье после трёх часов дня.

В понедельник утром уже должны были объявить результаты распределительных экзаменов. Су Яо была уверена в успехе, поэтому не волновалась и не читала учебники, а сидела за компьютером и смотрела дорамы.

Увидев, что Су Цинъюань вернулась, она закрыла крышку ноутбука, встала и подошла к прихожей, взяв с вешалки газету:

— Цинъюань, сегодня пришла «Газета для пожилых».

— Ага, — Су Цинъюань, не глядя, разувалась. — Разве это не подписка с работы мамы? Я её не читаю.

— Сегодняшнюю «Газету для пожилых» принёс не тот человек из бара, — тихо, избегая взгляда Лю Ин, проговорила Су Яо и протянула газету. — По-моему, он вообще не почтальон. Наверняка какой-нибудь мошенник, обманул тебя.

Су Цинъюань на мгновение замерла, затем выпрямилась и растерянно уставилась на газету:

— Кто же тогда принёс? Дедушка Сунь? Он что, ещё не на пенсии?

Су Яо презрительно скривила губы и уже обычным голосом ответила:

— О чём речь? Ему ещё лет пять работать.

Лю Ин, стиравшая в это время бельё на балконе, услышала разговор и вышла с вешалкой в руках:

— Кстати, Цинъюань, у нас ведь осталась одна форма почтальона. Я сегодня хотела отдать её, но он так и не пришёл. Ты точно не ошиблась?

Су Цинъюань помолчала, вспоминая того мужчину, который из-за слов «чаша братства» ввязался в драку.

Если он не почтальон, откуда у него тогда мотоцикл с логотипом «Почты Китая»? И на заднем сиденье точно висела сумка для газет с символикой почты…

— Может, он из другого отделения?

По какой-то причине ей казалось: он бы её не обманул.

Су Яо посмотрела на Лю Ин и повернулась к Су Цинъюань:

— Кстати, разве наша учительница Лю не советовала нам подписаться на журнал «Загадки математики и физики»? Почему бы тебе не оформить подписку на год — заодно вернёшь ему форму.

Лю Ин вытерла руки и спросила:

— «Загадки математики и физики»? Это ваш классный руководитель рекомендовал?

Су Яо кивнула:

— Да, она в этом году ведёт экспериментальный класс и сказала, что все там готовятся к экзаменам именно по этому журналу. Посоветовала подписываться лично в отделении связи. Я думаю, раз я попаду в математический экспериментальный класс, школа сама оформит подписку, а тебе — нет. Так что лучше оформи сама.

— Отлично, сходишь в отделение и оформишь подписку, — Лю Ин вытащила из сумочки триста юаней и протянула их Су Цинъюань. — Вдруг сестра не поступит — будете читать вместе.

Су Цинъюань чуть не рассмеялась: в представлении Лю Ин она безнадёжная двоечница, которой даже при огромных усилиях максимум удастся выйти на средний уровень. Та и в голову не допускала, что обе дочери могут попасть в экспериментальные классы или даже наоборот — Су Цинъюань попадёт, а Су Яо — нет.

Это бы её сильно удивило.

Су Цинъюань больше не стала отказываться, взяла деньги, положила в карман и пошла за формой.

Отделение связи, обслуживающее район Лицзинъюань, находилось совсем рядом — всего в двух кварталах. Почта закрывалась в пять, а сейчас уже почти четыре, внутри почти никого не было.

Су Цинъюань подошла к окошку подписки, заполнила бланк, оплатила и направилась в отдел, где работали разносчики газет.

В это время все разносчики были ещё на маршрутах, остались лишь двое немолодых сотрудников, которые вставляли рекламные листовки в вечерние газеты.

Су Цинъюань, держа форму, наклонилась к ним:

— Скажите, пожалуйста, здесь работает высокий молодой человек? Мне нужно передать ему кое-что.

— Высокий? — толстый работник посмотрел на своего худощавого коллегу и усмехнулся. — Да вот Лао Ли — самый высокий у нас, метр семьдесят три.

Су Яо фыркнула:

— Видишь? Я же говорила — ты столкнулась с мошенником.

Су Цинъюань не стала обращать на неё внимания и снова спросила:

— А молодые работники есть? С короткой стрижкой, немного грубоватый на вид, очень высокий, ездит на красивом мотоцикле с эмблемой «Почты Китая».

— У нас в отделении уже много лет нет молодых разносчиков, — сказал худощавый Лао Ли. — Кто сейчас пойдёт работать на такую зарплату? Все энергичные ребята разъехались курьерами. Да и кто станет покупать мотоцикл ради развоза газет? Зарплата и на бензин не покроет. Сейчас у кого электровелосипед — уже считай, повезло.

Су Цинъюань опустила глаза на широкую и тёплую толстовку и не знала, что сказать.

Автор говорит: до того как Лу Ляо раскрыл свою личность, Су Цинъюань думала: «Он бы меня не обманул!» А после того как раскрыл — «Ха! Жди меня в крематории!»

Некоторое время Су Цинъюань молчала, потом сказала:

— Тогда я хочу найти дедушку Суня.

Два старика начали раздражаться — им надоело отвечать на вопросы.

Но девушка в лучах заката выглядела такой хрупкой, а в голосе звучала такая искренняя просьба и упрямая решимость, что Лао Ли смягчился, отложил работу и показал рукой назад:

— Там, помогает курьерам выгружать посылки.

— Спасибо, — Су Цинъюань обхватила форму и пошла.

За её спиной толстяк цокнул языком:

— Сейчас не самое удачное время искать старика Суня. Его проклятый сын-должник опять явился требовать деньги.

Лао Ли добавил:

— Опять? Он ведь на свадьбе так разорился, что почти всё состояние родителей растратил. Говорят, теперь бросил акции, целыми днями пьёт и играет в мацзян, сильно задолжал. Жена не выдержала, ушла от него с ребёнком. Теперь старику придётся туго.

Дедушка Сунь развозил «Газету для пожилых» раз в неделю — по воскресеньям. В остальное время помогал в отделении с приёмом и отправкой посылок.

Су Цинъюань издалека увидела почтовый фургон — просторный грузовик с открытыми задними дверями, из которых торчали коробки разного размера.

Рядом стояли двое в форме почтовиков: один вытаскивал посылки из машины, другой расставлял их на земле. Тот, кто вытаскивал, был дедушка Сунь, а стоявший на земле высокий парень — владелец той самой толстовки, которую держала Су Цинъюань.

Увидев его, она наконец облегчённо вздохнула:

— Вот он где.

Рядом с ними стоял ещё один мужчина в гражданской одежде — скорее всего, сын дедушки Суня — и громко ругался:

— За дом-то ты получил немало денег! Сколько уж там на лечение мамы ушло? Да и тебе, старику, много ли надо? Не может быть, чтобы ни копейки не осталось!

Су Цинъюань слышала от женщин из жилищного комитета, что жена дедушки Суня заболела раком, и он продал дом, чтобы оплатить лечение. Тогда весь район собирал для них пожертвования, но жена была слишком пожилая, и, несмотря на всё, умерла.

Дедушка Сунь вытер пот, снял перчатки и спустился с машины:

— У нас был старый дом в плохом районе, продавали срочно и дёшево — денег и на лечение не хватило, пришлось ещё у родственников и соседей занять. Откуда у меня сейчас деньги?

— Всё потому, что ты не умеешь продавать недвижимость! Не нашёл агента, позволил себя обмануть — вот и не получил нормальных денег! А теперь пришёл ко мне ныть, что бедный?!

Дедушка Сунь вздохнул, взял сына за рукав и потянул прочь:

— Иди домой, сынок. Давай поговорим дома, не надо здесь шуметь. Папе ещё работать надо.

— На этой работе сколько получаешь? Хватит ли на жизнь? Я просил тебя отдать мне все деньги на акции — ты меня послушал? Если бы ты ушёл с работы и сидел дома с ребёнком, развёлся бы я с женой? Старый дурак! Из-за тебя я теперь такой неудачник! Всё одно и то же — работа, работа… А эти газеты кому вообще нужны? Кто их сейчас читает?!

Не успел он договорить, как стоявший рядом молчаливый молодой человек резко выпрямился и швырнул в него целую коробку.

В коробке, видимо, было что-то тяжёлое — Лу Ляо, с его диким нравом и силой, одним ударом свалил сына дедушки Суня на землю. Тот схватился за грудь и долго не мог подняться.

— Эй, парень, ты… — дедушка Сунь испугался и хотел помочь сыну встать, но, увидев холодное и зловещее лицо молодого человека, не осмелился подойти.

— Если не хватает денег — сам думай, как их заработать. Ещё раз увижу, как ты сюда заявился, ноги переломаю, — Лу Ляо одной рукой поднял тяжёлую коробку. — Вали отсюда.

Сын дедушки Суня так перепугался, что вскочил и, спотыкаясь, выбежал за ворота.

Лу Ляо мрачно нахмурился и подумал, что за последние два года его характер заметно смягчился.

Ведь и сейчас ещё много людей читают газеты. Например, она.

— Всё из-за того, что в молодости плохо следил за ним, — дедушка Сунь причмокнул, взял коробку и обеспокоенно осмотрел её. — Парень, только не повреди посылку клиента. Эти интернет-покупки стоят дорого — мне два-три месяца работать, чтобы компенсировать убыток.

Молодой человек выпрямился, аккуратно поставил коробку на место и коротко бросил, отстраняя Лао Суня:

— Если что-то сломается — пусть ищут меня. Я заплачу.

Он усадил старика на скамейку и открыл ему бутылку воды:

— Сиди, отдыхай. Остальное я сам выгружу.

Вернувшись к машине, он подхватил сразу две самые большие коробки и легко, с ловкостью профессионала, начал выгружать их на землю.

— Спасибо тебе, парень, — дедушка Сунь взял бутылку, и глаза его покраснели от волнения. — В последние годы работы всё больше, а людей в отделении не хватает. Если бы не ты, мой старый хребет уже не выдержал бы.

Осенью ветерок становился прохладнее. Молодой человек расстегнул зелёную форму, обнажив рельефный пресс, и грубо бросил:

— Пей воду и поменьше болтай.

http://bllate.org/book/5786/563707