Готовый перевод The Whole World Knows I Love You / Весь мир знает, что я люблю тебя: Глава 35

Юй Цзинь слегка кивнул, будто заранее знал, как она отреагирует.

— Я и сам об этом думал. Но ничего страшного — у нас ещё много времени. Я могу постепенно заставить тебя снова полюбить меня.

— Янь-Янь, — тихо окликнул он её детское прозвище. — Раньше я был нехорош.

— Дай мне шанс. Я всё исправлю. Хорошо?

Говоря это, он чуть склонил голову, и его губы почти коснулись её уха. Тёплое дыхание окутало её, словно невидимое прикосновение.

Его руки всё ещё обнимали её, и любому со стороны эта сцена показалась бы милой парочкой, погружённой в свой мир.

Цзян Янь молчала, плотно сжав губы. Её тонкие пальцы крепко вцепились в перила.

Помолчав немного, она собралась что-то сказать, но Юй Цзинь мягко приложил палец к её губам:

— Тс-с… Начинается.

Цзян Янь перевела взгляд на трассу. Судья уже поднял стартовый пистолет. После трёхсекундного отсчёта раздался выстрел, и все мотоциклы одновременно рванули вперёд. Трибуны взорвались криками — зрители машинально начали следить за мотоциклами, но уже через несколько секунд те достигли первого поворота.

Цзян Янь тут же протиснулась сквозь толпу и побежала к финишу первого круга.

Юй Цзинь последовал за ней.

На трассе не умолкал гул моторов — мощный, грозный, захватывающий дух. Цзян Янь впервые наблюдала такие соревнования вживую и была в восторге, не отрывая взгляда от последнего поворота.

Прошло совсем немного времени, и почти одновременно три мотоцикла вылетели из поворота, накренившись так сильно, что их корпуса почти касались земли. Зрители невольно затаили дыхание — сердца готовы были выскочить из груди.

Юй Цзинь прислонился к ограждению и, совершенно не интересуясь гонками, с интересом смотрел на восхищённое лицо Цзян Янь.

— Нравится?

— В следующий раз прокачу тебя.

— Ты же не ездишь на мотоцикле, — возразила она.

Юй Цзинь слегка усмехнулся:

— Ты даже это знаешь.

После окончания первого заезда по громкой связи объявили результаты, и вскоре на старт вышли участники второго заезда.

Через несколько кругов Юй Цзинь заметил: Цзян Янь следит не просто за зрелищем — у неё есть конкретный фаворит. Каждый раз, когда мимо проносился мотоцикл под номером один, она визжала от восторга, громко кричала и подбадривала его так, что у Юй Цзиня чесались уши.

Он слегка нахмурился:

— Ты его знаешь?

Цзян Янь проигнорировала вопрос и не отрывала глаз от мотоцикла номер один.

Каждый раз, когда тот проезжал мимо, она подпрыгивала, как настоящий чирлидер, и кричала ему:

— Вперёд!

В итоге гонщик под номером один занял первое место в своей группе.

Сойдя с трассы, он направился к месту, где собралась толпа болельщиков. Цзян Янь протиснулась вперёд и замахала рукой:

— Пинчжоу-гэ!

Гонщик снял шлем и взъерошил волосы, придавленные шлемом. Перед ними стоял молодой человек лет двадцати с небольшим.

Увидев Цзян Янь, его глаза загорелись. Он кивнул кому-то рядом и, зажав шлем под мышкой, подбежал к ней и дружески потрепал её по голове:

— Откуда ты взялась? Я искал тебя, но не нашёл — думал, ты не пришла.

Цзян Янь улыбнулась так сладко:

— Я давно здесь! Жду, когда ты выиграешь, чтобы за угощение зацепиться.

Цзян Пинчжоу — двоюродный брат Цзян Янь. Он давно крутился в пекинских кругах, его семья владела сетью супермаркетов и была весьма влиятельной.

На этот раз он специально вернулся в Юэчэн на некоторое время ради этих соревнований.

Цзян Пинчжоу рассмеялся:

— Не дави на меня! Даже если бы не выиграл — всё равно угощал бы. А Хань-Хань где?

— В школе. Не смог прийти.

Цзян Пинчжоу хмыкнул:

— Не верю. Он бы точно пришёл. Просто где-то прячется.

Цзян Янь огляделась:

— Не вижу его нигде.

Они ещё немного поболтали, и тут Цзян Пинчжоу наконец заметил, что рядом с Цзян Янь стоит ещё один человек.

Он кивнул в сторону Юй Цзиня:

— А этот красавчик, который выглядит не слишком довольным, кто такой?

Цзян Янь бросила на Юй Цзиня мимолётный взгляд и небрежно ответила:

— Не знаю. Не особо знакомы.

Лицо Юй Цзиня стало ещё мрачнее.

Цзян Пинчжоу рассмеялся:

— Так всё-таки «не знаешь» или «не особо знакомы»?

— Не знаю, — отрезала Цзян Янь.

Юй Цзинь бросил на неё мрачный взгляд:

— С кем ты пришла? Уже забыла?

Цзян Янь подняла голову, чтобы ответить, но Цзян Пинчжоу вдруг придержал её за лоб и отодвинул в сторону:

— Погоди-ка.

Он внимательно посмотрел на Юй Цзиня:

— Мне кажется, я тебя где-то видел.

Он хлопнул себя по лбу:

— Вспомнил! Ты ведь Юй Цзинь? Тот самый гуру тюнинга!

Взгляд Юй Цзиня скользнул по лицу Цзян Пинчжоу — он его не помнил и, скорее всего, никогда не встречал.

— Гуру — это слишком громко. Я — Юй Цзинь.

Цзян Пинчжоу обрадовался ещё больше:

— Так ты и правда он! Я видел твои фото и твои переделанные машины у Лао Чжао.

Он поднял большой палец:

— Братан, ты крут! Машина, которую ты переделал для Лао Чжао, просто шедевр.

Лао Чжао — один из руководителей организационного комитета этих соревнований, тот самый, кто хотел пригласить Юй Цзиня в качестве гостя для вручения наград.

Юй Цзинь не проявил особого энтузиазма, лишь кивнул в сторону Цзян Янь:

— Это твоя…?

— Моя двоюродная сестра, — уточнил Цзян Пинчжоу.

Узнав, что это просто двоюродная сестра, Юй Цзинь немного расслабился. Цзян Пинчжоу достал телефон:

— Давай номер, брат. Может, когда-нибудь поможешь и мне что-нибудь переделать.

Цзян Янь тут же вмешалась:

— Этот «гуру» очень холодный. Обычно не даёт свой номер и не берётся за случайные заказы.

— Кто сказал? — Юй Цзинь бросил на неё взгляд, взял телефон Цзян Пинчжоу и ввёл свой номер. — Звони в любое время. Сейчас я свободен.

Цзян Пинчжоу забрал телефон и укоризненно посмотрел на Цзян Янь:

— Вот из-за таких, как ты, у него и портится репутация. Какой он холодный? Очень даже дружелюбный парень.

«Дружелюбный».

Цзян Янь впервые слышала, чтобы кто-то так описывал Юй Цзиня.

Цзян Пинчжоу с сочувствием посмотрел на Юй Цзиня:

— Извини, моя сестрёнка с детства избалована — говорит, не думая. Не обижайся.

Юй Цзинь спокойно кивнул:

— Привык.

Цзян Пинчжоу переводил взгляд с одного на другого:

— Но вы-то кто друг другу?

Юй Цзинь начал:

— Мы…

Не договорив и двух слов, его перебила Цзян Янь:

— Мы не особо знакомы.

Юй Цзинь посмотрел на неё, но не стал возражать.

Цзян Пинчжоу почувствовал странное напряжение между ними, но времени разбираться не было — его ждали другие дела. Он бросил Юй Цзиню:

— Держи связь! — и быстро ушёл.

Когда Цзян Пинчжоу ушёл, Юй Цзинь наконец посмотрел на неё:

— Мы не знакомы?

Цзян Янь попыталась уйти, но Юй Цзинь схватил её за запястье и прижал к углу, оперевшись руками по обе стороны от неё. Он опустил голову и посмотрел ей в глаза:

— Я помню, как мы вместе ели, дрались, спали на верхней и нижней койках. Ты не раз засыпала у меня на руках… — Он сделал паузу. — И дважды целовала меня. После всего этого мы «не знакомы»?

Цзян Янь вспыхнула:

— Кто тебя целовал!

— В больнице — один раз.

Тот поцелуй со вкусом клубничного торта он помнил до сих пор.

Щёки Цзян Янь порозовели:

— Это был только один раз.

Юй Цзинь провёл большим пальцем по её щеке, стирая пятнышко грязи, которое она нечаянно нацепила:

— В ту ночь на Сяосишане ты уснула в моей комнате, и я отнёс тебя обратно.

Его палец всё ещё касался её лица, и Цзян Янь чувствовала, как кожа под ним горит.

Она отлично помнила ту ночь:

— Ты сказал, что я сама вернулась.

Юй Цзинь повторил:

— Я отнёс тебя.

Он указал пальцем на точку у своего рта, ближе к уголку губ:

— Ты поцеловала вот сюда.

Цзян Янь толкнула его:

— Я спала! Я ничего не помню!

Юй Цзинь снова оперся на стену по обе стороны от неё:

— Поцеловала и отказалась признавать? Так не пойдёт.

Цзян Янь долго пыталась вырваться, но Юй Цзинь стоял как нерушимая стена. В конце концов она сдалась, прижавшись спиной к стене, чтобы хоть немного увеличить расстояние между ними:

— И что ты хочешь?

Большой палец Юй Цзиня скользнул по её уху, а взгляд опустился на её алые губы.

— Я хочу вернуть долг.

На этот раз он не колебался, как в прошлый раз, и наклонился, чтобы поцеловать её.

Цзян Янь тут же прикрыла рот ладонью.

Юй Цзинь поцеловал тыльную сторону её ладони.

Он открыл глаза. В следующее мгновение Цзян Янь со всей силы наступила ему на ногу. Юй Цзинь вскрикнул от боли, руки ослабли, и Цзян Янь вырвалась и убежала, даже не оглянувшись.

Юй Цзинь остался стоять на месте, пока боль не утихла. Эта девчонка действительно не жалеет сил.

Он прислонился к стене и провёл большим пальцем по своим губам, вспоминая её смущённое выражение лица. Уголки его губ дрогнули в дерзкой усмешке.

Настоящий мини-танк. Характер стал ещё круче — теперь её ни за что не скажешь и не обидишь. Но он будто одержим — чем больше смотрит, тем больше нравится.

До самого конца соревнований Юй Цзинь так и не увидел Цзян Янь. Он вернулся к своей машине и ждал. Когда зрители начали расходиться, он увидел, как Цзян Янь вместе с Цзян Пинчжоу села в другую машину. За ними последовала ещё пара автомобилей — целая процессия уехала прочь.

Он не последовал за ними и уехал один.

В тот вечер Цзян Пинчжоу отвёз Цзян Янь домой и остался на ужин.

Цзян Яньфэн тоже был дома. Он велел горничной приготовить ещё несколько блюд. Цзян Пинчжоу выпил с ним по паре рюмок.

Цзян Янь и Цзян Чжихань молча ели, не так болтливы, как обычно.

Цзян Яньфэн выглядел обеспокоенным, будто что-то случилось. Цзян Пинчжоу кое-что знал:

— Дядя, если понадобится помощь, наша семья…

Цзян Яньфэн дал ему знак глазами, чтобы он замолчал.

Он перевёл тему:

— Вот бы у меня был такой сын — голова не болела бы.

Цзян Чжихань, сидевший за столом, обиделся:

— Что за слова? Чем я вас раздражаю? Если хотите, я тоже могу выпить с вами.

— В твоём возрасте пить что? — Цзян Яньфэн тут же разозлился. — Куда ты сегодня делся?

Цзян Чжихань чуть не спрятал лицо в тарелку:

— На занятиях был. Куда ещё?

Цзян Яньфэн бросил на него гневный взгляд:

— На занятиях? А кто после второго урока перелез через забор и сбежал из школы? Это видел сам завуч!

Он фыркнул:

— Даже сбежать нормально не умеешь. Ну и чем ты занимаешься?

Затем он перевёл взгляд на молча евшую Цзян Янь:

— Про то, о чём я тебе говорил в прошлый раз…

— Не пойду! — нахмурилась Цзян Янь. — Пап, мне всего двадцать, я только что окончила учёбу. Ты так торопишься выдать меня замуж? Если я тебе мешаю — скажи прямо. Я съеду и не буду тебе на глаза попадаться.

С этими словами она встала из-за стола и ушла наверх, даже не доев.

Атмосфера за столом стала напряжённой. Цзян Чжихань быстро доел свою порцию, вытер рот и сказал:

— Я тоже поел. Пойду проведаю бабушку наверху. — Сегодня ей было нехорошо, еду уже принесли в комнату.

Цзян Пинчжоу налил Цзян Яньфэну ещё рюмку вина:

— Не переживайте. Может, всё не так плохо.

Цзян Яньфэн сделал глоток:

— Не говори им. Всё равно не помогут, только зря волноваться будут.

— Хорошо, понял.

Цзян Янь вернулась в свою комнату и рухнула на большую кровать, натянув одеяло на голову.

Она открыла глаза — перед ней была только тьма.

Мягкая ткань касалась щёк, и ей казалось, что пальцы Юй Цзиня всё ещё касаются её уха.

Раздражённо перевернувшись, она схватила подушку и накрыла ею голову.

Через некоторое время из-под одеяла выскользнула рука и нащупала ящик тумбочки. Из него она вытащила альбом и спрятала под одеяло.

В темноте Цзян Янь прижала альбом к груди. Слёза скатилась по щеке и быстро растворилась в розовом покрывале.

С тех пор как она вернулась в Швейцарию, она больше не рисовала его.

Первый рисунок в альбоме изображал руины. Он протискивался сквозь щели и тянул к ней руку.

За его спиной сияло солнце.

Все последующие рисунки были плодом её воображения: как он читает, ест, как проводит каждый день. Она мечтала о случайной встрече с ним у кофейни на углу.

Потом он оказался рядом с ней — и воображение больше не понадобилось.

Она нарисовала множество реальных портретов Юй Цзиня: как он спит на том старом диване, прикрыв лицо журналом; как лежит на нижней полке поезда в Сяосишань, и на плече виднеется татуировка.

Как играет в баскетбол, как переделывает машины.

Последний рисунок — тот самый полдень в больнице, когда он принёс ей клубничный торт, и она сама его поцеловала.

Это было романтично.

На этом рисунке впервые появилась и она сама.

В тот день Юй Цзинь растерялся — это было так непохоже на его обычную серьёзность. Позже Цзян Янь долго смеялась над этим втайне.

Он такой противный.

Когда она отдавала ему всё своё сердце, он её игнорировал. А теперь, когда она наконец успокоилась, он снова лезет к ней.

Когда-то она так мечтала услышать от него «я люблю тебя». Но сегодня, когда он так униженно просил шанс, в её сердце осталась лишь горечь.

Цзян Янь старалась сдержать эмоции, чтобы он не заметил, как его слова задели её.

Как так?

Хочешь — и всё. Не хочешь — и всё. Теперь снова хочешь?

От этой мысли Цзян Янь разозлилась и швырнула альбом из-под одеяла, решив заснуть.

Через некоторое время, уже в полусне, она снова протянула руку и спрятала альбом под одеяло.

Луна поднялась. Ей стало сонно.

http://bllate.org/book/4623/465660