Готовый перевод Be My Little Fairy / Будь моей маленькой феей: Глава 26

Когда все разошлись, Юань Инь закрыла двери зала настольного тенниса и, обернувшись, улыбнулась Цзян Жаню, который всё это время ждал её:

— Не ожидала, что все окажутся такими горячими.

Цзян Жань… Он тоже не ожидал, что эти ребята проявят такую «горячность».

Неужели он слишком скромничал?

— Пошли, — сказал он и направился вверх по лестнице. — Покажу тебе крышу. Там удобнее поговорить.

На пути к самой верхней площадке стояла железная дверь. Цзян Жань нажал пару раз на замок — и тот открылся.

Юань Инь с изумлением уставилась на него.

— Кодовый замок, — пояснил Цзян Жань, оглянувшись и подмигнув. — Секретная база.

— Ты часто сюда приходишь? — спросила Юань Инь. — Откуда знаешь код?

Цзян Жань слегка прикусил губу:

— Впервые привожу сюда девушку.

А код… это день рождения моего дедушки. Я сразу его угадал.

Услышав это, Юань Инь почувствовала, как щёки залились румянцем, и забыла продолжить расспросы.

Крыша спортзала находилась прямо над тем местом, откуда вчера они выехали на мотоциклах из леса. Это была самая высокая точка школы Цзянчжун. Здесь же стоял круглый астрономический павильон с чёрными стеклами и металлической надписью над входом: «Астрономическая обсерватория Чжэндэ». В ночи надпись казалась особенно футуристичной.

В учебных корпусах ещё горел свет в нескольких классах — выпускникам разрешили задерживаться до двенадцати часов ночи. На стадионе и аллеях мерцали фонари, а два общежития напротив сияли огнями, словно гигантские маяки.

— Как красиво! — воскликнула Юань Инь, подходя ближе к краю крыши и оглядывая панораму школы и пологие холмы, усыпанные огнями.

Цзян Жань встал рядом с ней. Ветерок принёс запах её волос — особенный, свежий, совсем не такой, как в классе, когда они сидели рядом за партами. Сейчас всё было иначе… больше походило на свидание.

Он нарочито спокойно устремил взгляд вдаль:

— Ты всегда недолюбливала, когда я общаюсь с посторонними, верно?

Юань Инь повернулась к нему и слегка надула губы:

— Не то чтобы недолюбливала… Просто мне казалось, ты не должен быть таким.

Сердце Цзян Жаня дрогнуло:

— А каким, по-твоему, я должен быть?

Каким?

Мысли Юань Инь унеслись на три года назад.

В день свадьбы Цзян Епина его внезапно вызвали на задание — и он погиб.

Эта трагедия ошеломила всех. Юань Фанфэй рыдала, не в силах стоять на ногах. Бабушка Цзян Жаня, в отчаянии крича и ругаясь, требовала, чтобы Юань Фанфэй отдала жизнь за сына. Родственники Цзяна заперли мать и дочь во дворе, заставляли Юань Фанфэй стоять на коленях перед гробом, говорили, что смерть Цзян Епина — её вина, ведь она «известная вдова», приносящая несчастье.

Люди из отдела, где служил Цзян Епин, еле сдерживали разъярённую родню.

Тогда пятнадцатилетняя Юань Инь схватила кухонный нож и бросилась туда. Но Цзян Жань выбежал навстречу, вырвал у неё нож и оттащил в сторону.

— С твоей мамой ничего не случится! — заверил он.

Его отец только что погиб, но сам он не пролил ни слезинки — спокоен, будто сторонний наблюдатель.

Она молчала, лишь холодно смотрела на него.

Если бы не его своевольство, Цзян Епин не поехал бы в тот день на задание, не погиб бы, и Юань Фанфэй снова не стала бы вдовой. Им с матерью не пришлось бы терпеть издевательства со стороны семьи Цзяна.

Тогда она не хотела разговаривать ни с кем из рода Цзяна, особенно с Цзян Жанем.

Но он увёл её подальше от этой сумятицы плачущих и кричащих взрослых — во внутренний двор.

Там царил прохладный лунный свет, а старые качели безмолвно свисали с перекладины.

Цзян Жань принёс подушку, усадил её на ступеньки и принёс туфли.

— Подними ногу, — сказал он.

Он был так заботлив и внимателен — этот парень, которого она знала всего один день.

Никто не заметил, что она босиком, кроме него.

Но она ненавидела его. Чем добрее он становился, тем сильнее ей хотелось плакать, капризничать и злиться на него.

Поэтому она резко пнула его в грудь — так сильно, что он вместе с туфлями упал на землю.

Цзян Жань в изумлении поднял на неё глаза.

Она по-прежнему молчала, плотно сжав губы, и холодно смотрела на него, словно окружив себя колючей бронёй.

Он не рассердился. Подошёл снова, порылся в кармане и сунул ей в руку какой-то предмет.

— Съешь. Станет легче, — сказал он.

Юань Инь опустила взгляд. В руке оказалась свадебная конфета — та самая, которую она лично выбрала для свадьбы матери и Цзян Епина. Её любимые молочные леденцы Fujiya, привезённые из провинциального центра.

Сжимая конфету в ладони, она не выдержала — крупные слёзы покатились по щекам и упали на руку Цзян Жаня.

Он аккуратно распаковал леденец и поднёс ей ко рту:

— Не плачь.

Она опустила голову и осторожно лизнула конфету. Очень сладко.

Пока она сосала леденец, рядом послышался тихий всхлип. Она подняла глаза и увидела, как Цзян Жань смотрит в небо.

Теперь она поняла: он тоже плакал.

Тайком.

Такой своенравный, упрямый, но невероятно нежный мальчишка, даже плакать не желал при других.

Это и стало её первым впечатлением о Цзян Жане.

Позже он снова появился в её жизни — уже как школьный хулиган из Цзянчжуна. Тогда она считала, что просто снова столкнулась с ним случайно.

Лишь в день своего рождения она поняла: его доброта и забота остались прежними.

Раньше она думала: «Хорошо бы он действительно стал моим старшим братом. Тогда я могла бы всегда рассчитывать на его защиту, позволять себе капризничать и шалить».

Человек с таким тонким сердцем и такой добротой — разве он создан быть хулиганом?

Поэтому ей было непонятно, почему он теперь красит лицо боевой раскраской, катается ночами на диких мотоциклах, участвует в азартных гонках и флиртует с девушками.

Юань Инь отвела взгляд и поправила прядь волос за ухо:

— Мне просто странно… Ты ведь хотел стать полицейским? Почему теперь занимаешься делами, которые противоречат закону?

Цзян Жань легко запрыгнул на широкий бетонный парапет и спросил:

— Хочешь присоединиться?

По его виду было ясно: сейчас он собирается рассказать многое.

Юань Инь последовала его примеру и тоже запрыгнула на парапет, усевшись рядом.

— Ты… — начал Цзян Жань, засунув руки в карманы и подняв глаза к звёздному небу, — знаешь, как погиб мой отец?

Юань Инь подумала про себя: «Знаю. И даже больше, чем ты».

— Погиб при исполнении, — ответила она вслух.

Цзян Жань кивнул:

— Он спас богача, похищенного бандитами. Заложника вывели, а отец остался прикрывать отступление. Один из преступников, ускользнувший от окружения, выстрелил ему в спину.

Юань Инь повернулась к нему.

На лице Цзян Жаня не было эмоций, но в глазах зияла бездонная пустота — глубже, чем само небо.

Её сердце сжалось от боли.

Пусть между ним и Цзян Епином отношения и были натянутыми, но всё эти годы ему, наверное, было очень тяжело?

— Банда была из другого региона, — продолжал Цзян Жань, — но на месте у них были сообщники. Именно они снабжали их оружием.

Юань Инь молча слушала.

— Я хочу отомстить за отца, — сказал Цзян Жань, повернувшись к ней. В его глазах загорелся огонь, ярче любой звезды.

Юань Инь почувствовала, будто её обожгло. Ночной ветерок с холма развевал её волосы, и она, поправляя их, спросила:

— Как ты собираешься это сделать?

— Год я искал того, кто ускользнул. Узнал, что изначально ему приказали убить заложника, но отец встал на пулю вместо него.

Юань Инь в изумлении уставилась на него:

— Так это тот самый человек, которого ты привязал к мотоциклу и привёз в город?

Цзян Жань удивлённо приподнял бровь:

— Ты и об этом знаешь?

Юань Инь всё поняла. Неудивительно, что он был так жесток — месть за отца…

Она забыла ответить и поспешила спросить:

— Тогда зачем ты сейчас общаешься с Бяо-гэ и его компанией? Неужели за этим убийцей стоял ещё кто-то?

Цзян Жань покачал головой:

— Нет. Но источник оружия так и не найден. Полиция подозревает банда «Лун», но доказательств нет. Я хочу найти эти доказательства и выкорчевать всю эту сеть торговцев оружием. Только тогда я смогу сказать, что отомстил за отца.

Он посмотрел ей прямо в глаза, словно давая клятву:

— В тот день я прекращу водить дружбу с этими людьми. Я, Цзян Жань, никогда не хотел быть хулиганом. Ни сейчас, ни в будущем.

Юань Инь была потрясена. То, о чём он говорил, выходило далеко за рамки её представлений!

Невероятно, до чего он готов ради Цзян Епина!

Если банда «Лун» действительно занимается контрабандой оружия, это же смертельно опасно!!!

— Ты… — начала она, чувствуя, как внутри всё сжимается от тревоги, — они никогда не подозревали тебя?

— Я сам к ним не лез, — мягко ответил Цзян Жань, заметив её волнение. — Это они сами вышли на меня. Во-первых, у меня есть поручитель — Лао Лэй. Во-вторых, с детства известен как неуправляемый. В-третьих, отлично управляю мотоциклами. Лао Лэй — владелец горы Шэшань, сидел в тюрьме. Я с детства катался у него на горе.

Юань Инь знала. Именно поэтому он и принёс живых змей в качестве свадебного подарка Цзян Епину и Юань Фанфэй.

Именно поэтому Цзян Епин в тот день и поехал на задание.

Она кивнула, опустив глаза, и беззвучно покачала ногами в воздухе:

— А если ты так и не найдёшь доказательств?

— Чувствую, скоро получится, — с воодушевлением спрыгнул Цзян Жань на землю и встал перед ней. Его голос стал тише, но полон решимости: — Сюй Циyanь видел оружие — значит, там точно происходит сделка! Их логово должно быть где-то поблизости!

Юань Инь широко раскрыла глаза:

— Это ты звонил в полицию в тот день?

Цзян Жань подмигнул.

В его глазах горела такая уверенность и решимость, что Юань Инь поняла: для того, чтобы отомстить за отца таким способом, нужна невероятная смелость и стальная воля.

Она не знала, что сказать. В груди бурлили противоречивые чувства: радость оттого, что он доверил ей свою тайну; боль — потому что ничем не могла помочь; страх — за его безопасность среди таких отчаянных головорезов, как Бяо-гэ. Все слова застревали в горле, будто камень давил изнутри. Наконец, через долгую паузу, она произнесла лишь:

— Тогда будь осторожен.

Для Цзян Жаня этих слов было достаточно. Сердце мгновенно успокоилось.

Пусть весь мир, даже Ли Ицзюнь, считает его безответственным повесой — ему всё равно. Но если Юань Инь его осуждает, это хуже, чем сидеть на иголках.

Он почувствовал облегчение, будто сбросил с плеч огромный груз, и протянул ей руку с лёгкой улыбкой:

— Главное, что ты больше не злишься. Спускайся, я провожу тебя домой.

Юань Инь тоже улыбнулась, заметив, что он до сих пор переживает из-за её слов в тот раз. Она слегка надула губы:

— Ты ведь мог сразу всё объяснить.

Она не стала брать его руку, а сама спрыгнула вниз.

Цзян Жань инстинктивно подхватил её под мышки, мягко поставив на землю.

Юань Инь оказалась прямо у него на груди — полностью в его объятиях. Её взгляд упал на его кадык, а ладони невольно уперлись в его грудь. Под руками ощущалась твёрдая, тёплая мускулатура и сильное, ровное сердцебиение, которое будто электрическим током прошло сквозь неё и достигло самого сердца.

Впервые она осознала в нём не просто «старшего брата», а мужчину.

Расстояние между ними сократилось настолько, что атмосфера стала напряжённой.

Цзян Жань поспешно отпустил её — чуть-чуть, совсем чуть-чуть не обнял её прямо сейчас.

Юань Инь заметила, как его кадык дрогнул. Щёки вдруг залились жаром, и она опустила глаза, отступив на шаг назад.

Увидев, что она отстранилась, Цзян Жань неловко усмехнулся и перевёл тему:

— Да ты совсем лёгкая! Как так можно учиться, если ты такая худая? Ешь побольше, ладно?

Тон был совершенно братский.

Юань Инь облегчённо вздохнула — сердце постепенно успокаивалось.

«Он же сам говорил, что считает меня младшей сестрой. О чём я вообще думаю?» — подумала она.

На следующий день, войдя в класс, она увидела Цзян Жаня, усердно зубрящего английские слова, и на её столе — коробочку молока.

Цзян Жань даже не заговорил с ней — лишь кивнул и снова углубился в учебник.

Его чёлка слегка закрывала глаза, прямой нос и тёмные зрачки, устремлённые в книгу, придавали ему сосредоточенный, почти чужой, но в то же время завораживающий вид.

Юань Инь была ошеломлена: «Он всерьёз решил учиться…»

После обеда Цзян Жань с книгой под мышкой отправился в комнату Жань Дахая, но узнал, что того нет.

Пошёл в экспериментальный класс — Жань Дахая там тоже не оказалось.

http://bllate.org/book/4536/459106