Готовый перевод So You Are Still Alive / Ты всё ещё жив: Глава 27

Он поднял на неё глаза, и в его взгляде застыла нежность:

— Тогда позволь мне добиваться тебя…

— Поздно, — перебила его Лу Сяньюй. — Сейчас я тебя не люблю.

Се Линьюань заметил, как она отвела глаза, и уголки его век слегка покраснели:

— Не устраивай сцен, как маленький ребёнок, ладно?

— Я не устраиваю сцен, — с улыбкой покачала головой Лу Сяньюй. — Знаешь, почему я полюбила его?

Се Линьюань покраснел окончательно и пристально уставился на неё.

— Вот, к примеру, сейчас я вскользь упомянула, что хочу жареных ньоугао. Он, конечно, ворчит, мол, я капризничаю, но всё равно идёт и покупает.

А ты только и можешь сказать: «Не устраивай сцен, как ребёнок».

— Линьюань-гэ, — Лу Сяньюй изогнула губы в улыбке, — вот в чём разница.

— И потом… он такой замечательный.

Се Линьюань поднял глаза. В её миндальных глазах сверкали искорки — яркие, почти ослепительные.

— Почему бы мне не влюбиться? — Она повернула голову к выходящему Цзи Бэйчуаню и радостно прищурилась. — Се Линьюань, я не отрицаю: когда-то ты мне нравился. Но теперь я люблю его.

Се Линьюань приоткрыл губы, будто собирался что-то сказать, но в этот момент зазвонил телефон.

Он ответил — это был ассистент, напоминающий о встрече.

Положив трубку, Се Линьюань снова стал прежним — спокойным и учтивым. За слегка поблёскивающими стёклами очков его тёмные глаза смотрели многозначительно:

— Не верю.

Лу Сяньюй с детства была окружена всеобщей любовью и восхищением. Её принципы и чувства всегда были чёткими: не нравится — значит, не нравится. Верит он или нет — ей было совершенно безразлично.

Она ничего не стала возражать. Се Линьюаню же нужно было спешить на деловую встречу, поэтому он направился в ресторан.

У входа он столкнулся лицом к лицу с выходящим Цзи Бэйчуанем.

Се Линьюань внимательно взглянул на него — с лёгкой насмешкой и даже с некоторым презрением.

— Какая неожиданность, — сказал он Цзи Бэйчуаню.

Цзи Бэйчуань крепче сжал бумажный пакет в руке и машинально посмотрел на Лу Сяньюй. Та помахала ему, и её голос зазвенел весело и нежно:

— Ты бы поторопился, я уже умираю от голода!

Шаги Се Линьюаня замедлились на мгновение, но, вспомнив о встрече, он ускорил ход.

Цзи Бэйчуань протянул Лу Сяньюй пакет с едой и, бросив мимолётный взгляд на ресторан, небрежно спросил:

— А он здесь откуда взялся?

Лу Сяньюй откусила кусочек жареных ньоугао. От спешки соус оставил тонкую полоску у неё на губах.

Жуя, она пробормотала невнятно:

— Откуда я знаю? Я ведь не червяк у него в животе.

Цзи Бэйчуань удивлённо приподнял бровь, поднял руку и аккуратно вытер соус с её губ, с довольной улыбкой произнеся:

— Лу Сяоюй, ты повзрослела.

— Пошёл вон! — фыркнула Лу Сяньюй и сердито уставилась на него.

Аппетит у неё был небольшой: съев три кусочка ньоугао, она заявила, что больше не может, и протолкнула пакет Цзи Бэйчуаню:

— Не буду есть.

Цзи Бэйчуань чуть приподнял веки:

— Такие глаза, такой животик…

— …Но ведь тебе всё равно нравится меня баловать, — тихо пробормотала она.

Голос был таким тихим, что ветер унёс его в мгновение ока.

Цзи Бэйчуань доел ньоугао и спросил, глядя на неё:

— О чём ты только что говорила с Се Линьюанем?

— Ты разве не слышал?

Она думала, что он слышал — ведь стоял так близко.

Цзи Бэйчуань усадил её на заднее сиденье мотоцикла и легко ткнул пальцем ей в переносицу:

— А что именно я должен был услышать?

В любви тот, кто первым признаётся в чувствах, проигрывает.

За свои восемнадцать лет Цзи Бэйчуань всегда жил по своим правилам — свободно и дерзко. Только встретив Лу Сяньюй, он узнал, что такое тревожное ожидание и страх потерять. Только она могла заставить его, непобедимого до этого, капитулировать без боя.

Лу Сяньюй удобно устроилась, обхватила его за талию и прижалась щекой к его спине:

— Если не услышал — пусть будет так.

Цзи Бэйчуаню стало невыносимо приятно от её прикосновения. Его прохладная ладонь накрыла её мягкую руку на талии. Он склонил голову и посмотрел на неё — его тёмные глаза горели ярко:

— Лу Сяоюй, начинать речь и не договаривать до конца — это нехорошо.

Лу Сяньюй покраснела под его пристальным взглядом и ущипнула его за бок:

— Да неважно! Поехали скорее.

Её усилия были слабыми — Цзи Бэйчуань лишь почувствовал лёгкий зуд, словно по коже провели перышком.

— Ну и ладно, не хочешь — не говори, — бросил он.

Мотоцикл влился в поток машин. Ледяной ветер свистел в ушах, но Лу Сяньюй прижималась лицом к спине Цзи Бэйчуаня и слушала мощный стук его сердца. Уголки её губ невольно приподнялись.

*

В четверг недельные дожди в Наньчэне наконец прекратились, и сквозь облака проглянуло солнце.

В этот день в школе №9 проходили зимние спортивные соревнования.

Утром состоялось открытие, но Лу Сяньюй, из-за травмы ноги, участия не принимала.

Сян Цяньцянь, отвечающая за культурно-массовую работу в классе 8Б и координирующая обеспечение на соревнованиях, осталась с ней в классе.

На стадионе царило оживление: директор выступал с речью на трибуне, за ним следовали длинные доклады других школьных руководителей, доносящиеся через громкоговоритель. Лу Сяньюй клевала носом от скуки.

Сян Цяньцянь распорядилась, чтобы парни отнесли ящики с бутылками воды на стадион, а сама принесла две бутылки обратно и протянула одну Лу Сяньюй:

— Сяньюй, после открытия сразу эстафета 4×100 метров среди юношей. Пойдём посмотрим?

Лу Сяньюй сделала глоток воды и покачала головой:

— Не пойду.

Сян Цяньцянь вздохнула с лёгким разочарованием, но тут же поддразнила её:

— Кроме Цзи Бэйчуаня, тебя никто не заставит двинуться с места, да?

— Сян Цяньцянь! — Лу Сяньюй покраснела и схватила со стола учебник, чтобы стукнуть подругу. — Заткнись немедленно!

Сян Цяньцянь ловко увернулась и, прищурившись, показала ей язык:

— Это же правда.

Лу Сяньюй бросила на неё сердитый взгляд и взялась за сборник задач по математике. Ведь сразу после соревнований начнётся ежемесячная контрольная, а её база знаний оставляла желать лучшего.

Выступления руководства закончились, и объявили начало эстафеты 4×100 метров. Через динамики прозвучал звонкий девичий голос, приглашая участников занять стартовые позиции.

Сян Цяньцянь отодвинула стул и, положив подбородок на стол, склонила голову к Лу Сяньюй:

— Сяньюй, если ты действительно влюблена в Цзи Бэйчуаня, поскорее забери его себе.

Лу Сяньюй вписала в скобки букву «С», повернулась к подруге и, постукивая ручкой по щеке, спросила:

— Цяньцянь, мне иногда кажется, что ты переживаешь за наши отношения даже больше меня.

Та ещё в лавочке рассказывала ей про «соперницу» Чжао Эньжо, в спортзале устраивала им уединённые встречи и постоянно твердила: «Поскорее признайся ему!»

Даже мама не так волнуется за её личную жизнь.

Сян Цяньцянь понимала, что нельзя раскрывать свою истинную мотивацию — страсть фанатки CP-пар, — и быстро придумала отговорку:

— Если вы с Цзи Бэйчуанем наконец станете парой, я буду лучшей подругой самого крутого парня в школе! Как здорово будет хвастаться!

— О… — Лу Сяньюй усмехнулась многозначительно. — Правда?

Она ей не верила.

Сян Цяньцянь, хоть и чувствовала себя неловко, твёрдо заявила:

— Конечно!

Лу Сяньюй больше не стала настаивать и вернулась к задачам, бросив лишь:

— Подождём ещё немного.

Сян Цяньцянь оперлась руками на щёки:

— А сколько ещё?

Конфеты, конечно, вкусные, но ничто не сравнится с радостью, когда любимая пара наконец объединяется!

Лу Сяньюй подняла глаза. Солнечный свет проникал сквозь окно, согревая лицо, и она прищурилась:

— Сама не знаю.

Она выросла в очень счастливой семье, где родители любили друг друга. Это сильно повлияло на её взгляды на любовь.

Когда она впервые влюбилась в Се Линьюаня, то всё время хотела быть рядом с ним, бегала за ним.

Но сейчас ей почти восемнадцать, и она словно повзрослела.

Цзи Бэйчуань так долго любил её. Если она только сейчас начинает отвечать ему взаимностью и сразу же согласится быть с ним, это будет несправедливо по отношению к нему.

Он первый влюбился.

Значит, признание должно исходить от неё.

Любовь — это равенство. Односторонние чувства — это просто влюблённость. А настоящая любовь возможна только тогда, когда оба идут навстречу друг другу.

*

Днём у юношей 10-го класса проходил забег на 500 метров. Цзи Бэйчуань представлял класс 8Б.

Под шутками и перешёптываниями одноклассников Лу Сяньюй усадили на трибуны для болельщиков класса 8Б.

Цзи Бэйчуань опустился на корточки перед ней и посмотрел снизу вверх:

— Обязательно поддержи меня!

Шёпот и смешки вокруг достигли ушей Лу Сяньюй. Она поправила позу и, немного смутившись, толкнула его:

— Ладно, ладно, я знаю. Иди скорее.

— Стыдишься? — с явной издёвкой усмехнулся он и щёлкнул её по щеке. — Тогда обязательно поболей за меня.

— Хорошо, хорошо, папочка понял, — пробормотала она, опустив голову, чтобы скрыть покрасневшие уши. — Главное, не занять последнее место.

— Подожди, — он широко улыбнулся, — привезу тебе золото!

Он развернулся и побежал вниз, махнув ей на прощание. Его улыбка была дерзкой и уверенной.

Яркое солнце освещало стадион. Лу Сяньюй прищурилась, разглядывая юношу внизу.

Он стоял, обращённый к ней спиной, в лучах заката. Под свободной белой спортивной формой угадывались чёткие линии мышц. Высокий, стройный, с приподнятыми уголками глаз, он сиял, словно луч света, пронзивший прямо в её сердце.

Тук-тук. Тук-тук.

Вокруг стоял гвалт, но Лу Сяньюй слышала только стук собственного сердца.

Рядом неожиданно появилась Сян Цяньцянь, улыбаясь, как хитрая лисица:

— Сяньюй, сердце колотится?

Лу Сяньюй постаралась успокоить пульс и невозмутимо ответила:

— Всё нормально.

На самом деле сердце билось так сильно, будто вот-вот выскочит из груди.

Сян Цяньцянь, занятая организацией обеспечения, лишь на минуту отвлеклась на подругу, а затем утащила Гун Гуна к финишу.

Забег на 500 метров вот-вот должен был начаться. Лу Сяньюй с остальными болельщиками сидела на трибунах. Из-за плохого зрения она еле различала Цзи Бэйчуаня на пятой дорожке.

Юноша слегка согнул спину, уперся руками в землю, готовясь к старту. Мышцы его тела были напряжены и гармоничны.

Лу Сяньюй невольно встала, чтобы лучше видеть, но, не найдя опоры, чуть не упала. К счастью, чья-то рука подхватила её.

— Осторожно.

Лу Сяньюй автоматически поблагодарила, но, обернувшись и увидев Чжао Эньжо, резко отстранилась.

Лу Сяньюй всегда отличалась мелочной обидчивостью. После того как Чжао Эньжо подстроила ей козни и стала «соперницей», она не собиралась проявлять к ней дружелюбие.

Чжао Эньжо, заметив холодное выражение лица Лу Сяньюй, решила не навязываться и тоже перевела взгляд на беговую дорожку.

Свисток судьи — и гонка началась.

Участники рванули с места, никто никому не уступал. Цзи Бэйчуань бежал впереди всех. Ученики класса 8Б и девушки, тайно восхищавшиеся им, изо всех сил кричали его имя.

Всего несколько секунд — и он первым пересёк финишную черту.

На мгновение наступила тишина, а затем стадион взорвался ликующими криками. Все скандировали его имя.

Лу Сяньюй прикрыла уши и посмотрела в сторону финиша.

Цзи Бэйчуань, упершись руками в колени, тяжело дышал. Через мгновение он обернулся к трибунам, встретился взглядом с Лу Сяньюй и беззвучно произнёс:

— Победил.

Сквозь толпу людей она видела его ясно. На фоне яркого солнца его чёрные волосы прилипли ко лбу, а приподнятые уголки глаз сияли, ослепительно яркие.

Среди всеобщего ликования Лу Сяньюй почудилось тихое «Прости». Она обернулась — рядом уже не было Чжао Эньжо.

После забега состоялось награждение.

Сян Цяньцянь помогла Лу Сяньюй спуститься с трибун к месту вручения медалей. Цзи Бэйчуань уже получил свою награду. Пот стекал по его подбородку, а кадык двигался при каждом вдохе.

Это было невыносимо соблазнительно.

Увидев Лу Сяньюй, Цзи Бэйчуань не дождался, пока к нему подойдут школьные руководители, а пробился сквозь толпу прямо к ней.

Сян Цяньцянь тактично отошла в сторону.

Цзи Бэйчуань обнял Лу Сяньюй. От него пахло потом и теплом.

Она на мгновение замерла, а затем оттолкнула его:

— Что ты делаешь? Люди же смотрят!

— О, так ты стесняешься? — усмехнулся он, снял с шеи медаль и надел ей. Взгляд его был прикован к её глазам. — Я отдал тебе медаль, теперь ты должна подарить мне что-то взамен.

Лу Сяньюй посмотрела на медаль у себя на груди и фыркнула:

— Да я её и не просила. К тому же…

Она тихо проворчала:

— Не видела ещё такого нахала, который сам требует подарок.

— Ты думаешь, я так себя веду со всеми? — Он приблизился к её уху, и его горячее дыхание защекотало кожу. — Просто я люблю тебя, поэтому и прошу.

— …

Какие-то странные доводы.

Лу Сяньюй отпрыгнула назад, но Цзи Бэйчуань ловко подхватил её. Заметив, как покраснели её уши, он хитро усмехнулся:

— Так дашь или нет?

— Дам, дам, дам! — сдалась она, краснея. — Что тебе нужно?

Цзи Бэйчуань одобрительно приподнял бровь, аккуратно поправил прядь волос у неё за ухом и, понизив голос до шёпота, томно произнёс:

— Я хочу тебя.

Их взаимодействие во время спортивных соревнований вызвало настоящий переполох в школе №9.

На главной странице школьного форума появились десятки тем, посвящённых им двоим.

http://bllate.org/book/4362/446993