Готовый перевод You Are the Galaxy in the World / Ты — звёздная река этого мира: Глава 27

Услышав это, Лу Линь и ещё несколько человек обернулись. В тот самый миг, когда Чжоу Лэшань увидела Нин Синхэ, её лицо застыло.

Первая мысль пронеслась молнией: «Какой красавец!»

А уже во второй мелькнуло ощущение знакомства — будто бы она где-то его уже видела.

Неужели он какая-нибудь звезда?

Память у Чжоу Лэшань и впрямь была неважной — она давно позабыла, что встречала его в доме Ань И.

— Цижань, это тот самый Нин Синхэ, о котором я тебе рассказывал, — сказал Лу Линь, а затем, обращаясь к Нин Синхэ, представил: — Это мой лучший друг и университетский однокурсник Чжоу Цижань. А рядом — его родная сестра.

— Здравствуйте, — вежливо кивнули друг другу оба.

Именно в этот момент из студии звукозаписи вышла Ань И. Лу Линь тут же добавил:

— Она тоже сестра Цижаня, зовут Ань И.

Чжоу Лэшань, услышав, как Лу Линь чётко назвал имя Ань И, но не удосужился назвать её собственное, обиженно надула губы.

Ань И же растерялась окончательно: как теперь вести себя с Нин Синхэ? Притвориться, будто они незнакомы?

Они посмотрели друг на друга, и Ань И охватили неловкость и напряжение.

Лу Линь и Чжоу Цижань удивились их реакции.

— Вы что, знакомы? — не удержался Цижань.

Нин Синхэ коротко кивнул и спокойно подтвердил:

— Мой отец работает у них водителем.

Чжоу Лэшань мгновенно всё поняла! Вот почему этот красавец казался ей знакомым — ведь именно он играл на гитаре в доме Ань И!

При новой встрече он показался ей ещё привлекательнее, чем в прошлый раз. Многие звёзды шоу-бизнеса и рядом не стояли с ним!

— А, теперь всё ясно, — сказал Цижань и тут же добавил с улыбкой: — Да вы, оказывается, очень даже связаны судьбой!

Ань И, поняв, что скрывать уже бесполезно, прямо спросила:

— Нин Синхэ, а ты здесь зачем?

— На прослушивание.

Нин Синхэ ограничился этими двумя словами, но Цижань тут же пояснил подробнее:

— Лу Линь считает, что у него отличные данные, и хочет подписать его как артиста. Сегодня он пришёл именно для прослушивания — сначала выпустят несколько синглов.

Ань И была поражена.

Выходит, компания, в которую собирается попасть Нин Синхэ, принадлежит семье Лу Линя!

В этот момент в её душе вдруг возникло странное, сложное чувство.

— Ладно, поговорите потом, — сказал Лу Линь и кивнул Нин Синхэ, приглашая его в студию.

Тот кивнул в ответ и уверенно зашагал внутрь.

Чжоу Лэшань с восхищением смотрела ему вслед, воображая его низкий, бархатистый голос, и в её глазах засверкали сердечки.

Ань И заметила её мечтательное выражение и лёгким щелчком по лбу прервала её грезы.

— Тебе всего пятнадцать! О чём ты вообще думаешь?

— Ну и что, что пятнадцать? Всего-то на пару лет младше тебя, — фыркнула Чжоу Лэшань и снова уставилась на Нин Синхэ.

Тот уже вошёл в студию и надел наушники.

Песню, которую он должен был исполнить сегодня, Лу Линь заранее прислал ему, так что Нин Синхэ уже выучил её.

В наушниках заиграла вступительная мелодия. Нин Синхэ мысленно отсчитал такты и начал петь.

Если раньше Ань И пела неплохо, то теперь все поняли, что такое настоящее волшебство.

В его голосе чувствовалась особая, почти противоречивая смесь — юношеская чистота и глубокая, почти взрослая скорбь. Казалось, каждая нота несла в себе эмоции, и стоило ему запеть грустную песню — слушатели мгновенно погружались в её атмосферу.

Ань И смотрела на него, стоящего в студии, и ей казалось, будто он весь озарён внутренним светом.

Образ Нин Синхэ сливался в её сознании с тем первым впечатлением, и её сердце по-прежнему бешено колотилось.

«Если он станет знаменитостью, — подумала она, — он наверняка быстро прославится и обретёт множество поклонников. Он станет центром внимания, будет стоять в центре огромной сцены… Но мне, эгоистке, совсем не хочется, чтобы так случилось. Потому что тогда он уже не будет моим».

Хотя и сейчас он ей не принадлежал…

Ань И слушала, как заворожённая, и к концу песни её глаза наполнились слезами.

Это чувство было трудно объяснить. Просто потому, что она любила Нин Синхэ, его грустная, отчаянная песня вызывала в ней жалость к нему, заставляла сердце сжиматься и порой даже хотелось броситься к нему и крепко обнять.

Раньше она слышала много печальных баллад, но никогда не испытывала такой острой реакции.

Когда Нин Синхэ закончил последнюю фразу дрожащим голосом, слеза сорвалась с её ресницы и упала на пол.

Цижань бросил на неё взгляд, увидел, как она вот-вот расплачется, и толкнул локтём Лу Линя.

— Видишь? Именно такие девчонки — основная аудитория. Если он смог довести её до слёз, значит, у Нин Синхэ действительно есть талант.

Лу Линь не ответил, но в тот момент, когда Ань И уронила слезу, он уже доставал из кармана свой платок и протягивал ей.

Ань И на секунду замерла, глядя на неожиданно появившийся перед ней платок, и тихо сказала:

— Спасибо.

Она взяла его.

В студии Нин Синхэ, наблюдавший за этим сквозь стекло, резко сжал зрачки. В его тёмных глазах на миг вспыхнула ярость.

Он снял наушники и вышел из студии. Цижань тут же подошёл к нему и одобрительно хлопнул по плечу.

— Отлично! Просто великолепно! Даже мою сестру до слёз растрогал.

Нин Синхэ слегка приподнял уголок губ и посмотрел на Ань И.

Девушка с красными глазами напоминала маленького зайчонка — беззащитного, трогательного и невероятно милого.

— Выпей воды, отдохни немного. Ещё две песни впереди, — сказал Лу Линь и тут же распорядился, чтобы ассистент принёс Нин Синхэ горячую воду.

Тот быстро принёс стакан, и Нин Синхэ, приняв его, поблагодарил:

— Спасибо.

Лу Линь, заметив, что Ань И всё ещё всхлипывает, спросил:

— Что ты почувствовала в его песне? Почему так расстроилась?

— Да ничего особенного… Просто в его голосе такая душевная боль.

Цижань, услышав слово «душевная боль», громко рассмеялся.

— Тебе-то сколько лет? Ты хоть раз влюблялась? Откуда тебе знать, что такое душевная боль?

— … — Ань И недовольно скривила губы. Её брат иногда бывал невыносим.

Разве «душевная боль» — это не просто сильная грусть и отчаяние? Нужно ли обязательно влюбляться, чтобы это понять?

Лу Линь, слушая их перепалку, улыбнулся.

— Ты слишком мало думаешь о современных детях.

— Я уже не ребёнок! — возмутилась Ань И.

Лу Линь посмотрел на неё с лёгкой усмешкой:

— Пока младше меня — всё ещё ребёнок.

Уловив этот взгляд, Нин Синхэ нахмурился.

По мужской интуиции ему показалось, что Лу Линь смотрит на Ань И не просто как на знакомую.

…

За всё утро Нин Синхэ исполнил три песни, и Лу Линь остался доволен всеми.

Закончив прослушивание, Лу Линь пригласил Нин Синхэ поужинать вместе с ними в ресторане «Хот-пот». Нин Синхэ ещё не ответил, как Чжоу Лэшань уже взволнованно воскликнула:

— Пошли! Веселее будет!

Увидев её пыл, Цижань предупреждающе сверкнул глазами.

Чжоу Лэшань высунула язык и замолчала.

Но тут вмешалась Ань И:

— Мы же все знакомы. Пойдёмте вместе.

Нин Синхэ глубоко взглянул на неё и, в конце концов, кивнул.

Отказывать Ань И он просто не мог.

Даже лишняя минута рядом с ней была для него бесценной.

Лу Линь заранее забронировал столик, и компания из пяти человек поднялась на второй этаж популярного в городе Ли ресторана «Хот-пот», в отдельную комнату.

Цижань первым сел за стол, и Лу Линь занял место рядом с ним. Ань И посмотрела на Нин Синхэ и сказала:

— Садись вот сюда.

Она указала на стул рядом с Лу Линем. Нин Синхэ без колебаний тут же опустился на него — так быстро, что Ань И даже не успела опомниться.

Она моргнула и села рядом с ним. Чжоу Лэшань недовольно поджала губы и, ворча, уселась на свободное место у Ань И.

— Заказывайте, что хотите, — сказал Лу Линь и протянул меню Ань И, Нин Синхэ и Чжоу Лэшань.

Нин Синхэ медленно открыл меню и тут же увидел цену на бульон — 398 юаней. В его душе мгновенно вспыхнула горькая обида.

Тем временем Цижань заговорил с Лу Линем о их совместном бизнесе.

— Твой отец тебя просто балует! Просто так вкладывает несколько миллиардов — будто ты в детские игры играешь.

— Да ну что ты, — возразил Лу Линь. — На самом деле он требует, чтобы я удвоил эти деньги за год или два.

— Ну, деньги на деньги заработать — не так уж сложно. Не переживай, действуй постепенно.

Цижань перевёл взгляд на Ань И:

— А как у тебя с подготовкой к поступлению за границу? Родители уже всё организовали?

Ань И инстинктивно посмотрела на Нин Синхэ, боясь, что он поймёт её неправильно.

Но тот, казалось, был полностью погружён в изучение меню — на его лице не отразилось ни малейшего интереса к разговору, будто он ничего не слышал.

На мгновение Ань И почувствовала разочарование, а затем твёрдо ответила:

— Я не хочу уезжать. Они не могут заставить меня.

Цижань усмехнулся:

— Ты ещё совсем ребёнок. Против родителей не пойдёшь. Да и что плохого в обучении за границей? Посмотри вокруг — почти все, кого мы знаем, там побывали.

Ань И не хотела обсуждать это при Нин Синхэ и резко ответила:

— В общем, я не поеду. И всё!

— Ладно, ладно, не поедешь — так не поедешь. Чего ты злишься? — Цижань, человек добродушный, не стал спорить и снова повернулся к Лу Линю.

Ань И, злясь, решила утешиться едой и заказала сразу кучу блюд.

Официант записал всё и вышел.

Чжоу Лэшань тем временем достала телефон, открыла WeChat, нашла функцию добавления друзей и, перегнувшись через Ань И, положила аппарат перед Нин Синхэ.

— Давай добавимся в друзья. Набери свой WeChat ID.

Ань И скривила губы, взяла её телефон и вернула обратно.

— Вам ведь почти не о чём говорить. Какая разница в возрасте!

Чжоу Лэшань широко раскрыла глаза и возмущённо воскликнула:

— Я же не тебя добавляю! При чём тут ты?

Ань И пожала плечами и промолчала.

Нин Синхэ с нежностью смотрел на её выражение лица.

Ему очень нравилось, когда она так себя вела.

Чжоу Лэшань всё ещё не сдавалась:

— Скажи свой WeChat ID, я сама добавлюсь.

На этот раз Ань И промолчала — она знала, что брат вмешается. И действительно, в следующий миг он сказал:

— Зачем тебе добавлять его в друзья? Какие у тебя цели?

Чжоу Лэшань сразу сникла и виновато пробормотала:

— Просто хочу завести ещё одного друга…

— А почему ты не просишь WeChat у Лу Линя? Не хочешь с ним дружить? — легко парировал Цижань.

Чжоу Лэшань тут же замолчала, раздосадованно отложила телефон и подумала: «Ну и ладно! Не буду добавляться!»

Увидев, что сестра отступила, Цижань перестал её дразнить и обратился к Нин Синхэ:

— Ты сейчас в старшей школе?

— Да, учусь во втором классе старшей школы.

— Есть университет мечты?

— Есть.

Едва Нин Синхэ ответил, как Ань И тут же добавила:

— Он раньше всегда был в первой десятке лучших на параллели.

Цижань был поражён и, подняв бокал, восхитился:

— Перед тобой настоящее будущее!

Нин Синхэ тоже поднял бокал, скромно чокнулся с ним и сказал, что в этом нет ничего особенного.

Цижань на миг поймал взгляд Ань И, устремлённый на Нин Синхэ, и почувствовал нечто странное.

«Похоже, моя сестрёнка неравнодушна к этому парню!»

Вскоре официант принёс бульоны — каждому по отдельной кастрюльке.

— Синхэ, ешь, что хочешь, не стесняйся, — пригласил Цижань, а затем добавил, обращаясь к Ань И: — Ты тоже не только ешь, но и присматривай за ним.

Ань И сначала не поняла, что он обращается именно к ней, пока не встретилась с его взглядом.

Почему-то ей стало не по себе, будто он что-то заподозрил.

Смущённо опустив голову, она тайком взглянула на Нин Синхэ — и их глаза встретились.

http://bllate.org/book/4279/440992