Готовый перевод Why Are You So Cute / Почему ты такая милая: Глава 20

Его тон был предельно резким, и она поняла: сейчас ей больше некуда прятаться.

Крепко прикусив нижнюю губу, она глубоко вдохнула и сжала кулаки так, будто в этом жесте искала опору для собственного мужества.

Их взгляды долго сцеплялись в немом поединке, и наконец она тихо произнесла:

— Лу Синчэнь, скажи мне честно: этот браслет со звёздочками — правда ли ты купил его на ночном рынке за двадцать пять юаней?

Автор говорит: Завтра продолжим сладкую, как сахар, школьную жизнь!

Не забывайте оставлять комментарии! Хо-хо-хо! Вас ждут красные конверты!

Завтра обновление выйдет позже — примерно в одиннадцать вечера. Если не сможете дождаться — ложитесь спать, а утром прочитаете. Целую!

Лу Синчэнь был совершенно не готов к такому повороту. Он и представить себе не мог, что Цзян Мяо вдруг задаст именно этот вопрос, и от неожиданности застыл на месте.

Его молчание лишь подтвердило её подозрения.

— Зачем ты соврал, будто купил его на ночном рынке? — спросила она.

Разоблачённый, Лу Синчэнь всё ещё упирался:

— Кто тебе сказал, что я вру? У тебя есть доказательства? Может, кто-то просто несёт чушь!

— Сегодня в обед я зашла в тот самый бутик ювелирных изделий премиум-класса. Владелец совершенно точно подтвердил, что именно ты купил у них этот браслет.

Лу Синчэнь приподнял бровь. У него была поистине железная нервная система: даже пойманный с поличным, он оставался невозмутимым и спокойно продолжал выкручиваться:

— В том торговом центре каждый день бывает куча народу. Может, владелец просто перепутал?

Цзян Мяо горько усмехнулась:

— Если ты там никогда не был, откуда знаешь, какого возраста владелец магазина «Chose Your Love»?

— …

На этот раз он действительно не нашёлся, что ответить. Тогда, махнув рукой, он сдался:

— Ладно, признаю: браслет со звёздочками я купил в «Chose Your Love». Но… я просто боялся, что ты зазнаёшься и решишь, будто я полный дурак, раз потратил сто тысяч на подарок к твоему дню рождения.

Цзян Мяо знала, что он всегда цепляется за свою гордость, даже если из-за этого страдает сам. Он точно не скажет ей правду, и от этого ей стало не по себе. Она тяжело вздохнула и перевела разговор на учёбу.

Лу Синчэнь, которого она так долго допрашивала, с облегчением выдохнул, увидев, что она наконец отступает. Вся его решимость — та самая, с которой он собирался признаться во всём, — мгновенно испарилась.

Он всё ещё не осмеливался признаться в чувствах, ведь не был уверен, что Цзян Мяо отвечает ему взаимностью.

Чем сильнее любишь — тем страшнее потерять.

—

После окончания занятий Лу Синчэнь и Цзян Мяо, как обычно, пошли домой вместе.

Между ними ничего не было сказано вслух, но в воздухе витало странное, почти осязаемое напряжение — тонкая, неуловимая нить, связывающая их сердца.

Эта неопределённость не исчезла даже тогда, когда они снова оказались в комнате Лу Синчэня, где Цзян Мяо помогала ему с уроками.

— Эй, коротышка, я… тут не понимаю, — нарушил молчание Лу Синчэнь, чтобы разрядить обстановку.

Цзян Мяо бросила на него косой взгляд и придвинулась ближе. Её волосы скользнули по его щеке, оставляя за собой лёгкое, щекочущее ощущение, которое пробралось прямо к его сердцу.

Он совершенно потерял концентрацию и не слышал ни слова из её объяснений. Его мысли разлетелись в разные стороны.

— Понял? — тихо спросила она ему на ухо.

Горло его пересохло, в голове царила полная неразбериха, и он никак не мог сосредоточиться.

Цзян Мяо не понимала, о чём он думает и почему молчит. Её голос резко повысился:

— Эй, Лу Синчэнь! Я с тобой разговариваю! Ты меня слышишь?

— Ага, — тихо отозвался он.

Её разозлил этот ответ:

— «Ага» — это что значит? Ты не можешь говорить нормально? Ничего не понимаешь и ещё не хочешь слушать! Какой же ты безнадёжный!

Он понял, что она действительно злится, и поспешил смягчить тон:

— Просто горло пересохло, хочу попить воды. Не злись, хорошо? Я сейчас серьёзно займусь, ладно?

Цзян Мяо впервые видела, как он так покорно признаёт свою вину, и была слегка удивлена.

Её гнев тут же утих. Она тяжело вздохнула и вышла в гостиную.

Лу Синчэнь подумал, что она ушла домой, но вскоре девушка вернулась в его комнату с высоким стаканом тёплой воды в руках.

В её глазах читалась лёгкая досада. Она поставила стакан перед ним и, слегка подняв подбородок, сказала:

— Держи. Пей. А потом без отговорок — будешь внимательно слушать, как я объясняю задачи. Понял?

Лу Синчэнь взял стакан и почувствовал, как тепло от воды проникает в его ладони, растекается по телу и согревает всё его сердце.

— Чего улыбаешься, как идиот? Пей скорее! — не выдержала Цзян Мяо, видя, как он уставился на стакан с глупой улыбкой.

Лу Синчэнь очнулся, взял стакан и медленно покрутил его в руках. Прозрачная вода внутри колыхалась, образуя круги, словно отражая волнение в его душе.

И в этот момент он вдруг осознал: когда ты по-настоящему влюблён, даже обычная вода, принесённая любимым человеком, кажется невероятно сладкой.

Он запрокинул голову и одним глотком осушил стакан.

— Отлично, — сказал он с довольной улыбкой. — Очень сладкая.

Цзян Мяо: «…»

В его словах явно сквозила лёгкая флиртовая нотка.

—

После этого Лу Синчэнь сдержал обещание и действительно сосредоточился на учёбе.

Раньше он просто ленился: считал, что учиться — слишком хлопотное занятие, и поэтому всё время прогуливал. Так он и оказался в старшей школе Наньчэна.

Но стоило ему всерьёз взяться за дело, как Цзян Мяо с удивлением обнаружила: хоть его база и слабая, но стоит ей один раз объяснить типовую задачу — он тут же умеет применять это знание к другим примерам.

Для ученика, который годами спал на уроках и только и делал, что устраивал беспорядки, это было поистине впечатляюще.

Время шло, и между ними постепенно выработалась настоящая учебная синергия.

Когда последняя задача была разобрана, Цзян Мяо мягко улыбнулась:

— Неплохо, Лу Сяо-е. Похоже, ты не такой уж глупец.

Лу Синчэнь самодовольно приподнял бровь:

— Ещё бы! Просто раньше мне было не до учёбы. Поверь, если я всерьёз возьмусь за дело, мои оценки взлетят, как на крыльях, и я запросто стану первым в школе!

Цзян Мяо: «…»

Да уж, стоит только похвалить — и он сразу распушается, как индюк!

Такие мужчины вообще не переносят комплиментов.

—

Когда репетиторство закончилось, Цзян Мяо устало потянулась:

— Ладно, уже поздно. Я пойду в свою комнату. И ты ложись спать пораньше.

Лу Синчэнь спокойно кивнул:

— Ага.

Но как только она вышла, он сбросил всю маску спокойствия, тяжело вздохнул и рухнул лицом на стол.

Ах… Ему становилось всё труднее расставаться с ней.

Хотелось проводить с ней все двадцать четыре часа в сутки.

Жаль, что реальность не позволяла этого. Оставалось только мечтать.

—

На следующий день, когда Цзян Мяо ехала на велосипеде в школу, колесо внезапно лопнуло.

На этот раз Лу Синчэнь точно ни при чём — это был настоящий несчастный случай.

У них не было времени чинить велосипед, и Цзян Мяо пришлось оставить его в велопарковке у дороги. Она села на заднее сиденье велосипеда Лу Синчэня.

Раньше она уже садилась к нему, но сейчас всё казалось иначе.

Она вдруг почувствовала неловкость и не знала, куда деть руки.

Лу Синчэнь усмехнулся, как всегда дерзко оглянулся через плечо, но на этот раз в его глазах не было привычного вызова — они сияли, будто в них отражались звёзды. Он взял её руки и обвёл ими свою талию, затем крепко прижал их к себе и тихо, почти соблазнительно, произнёс:

— Держись крепче.

Она опешила, но он уже успел добиться своего. Его пальцы нежно скользнули по её костяшкам, и от этого прикосновения по коже пробежала дрожь — от макушки до кончиков ушей.

Когда она наконец пришла в себя и попыталась отстраниться, он резко оттолкнулся ногой и помчался вперёд.

Она невольно вскрикнула и ещё крепче прижала его. Он же, довольный, как кошка, напевал себе под нос.

Цзян Мяо молча сверлила его затылок взглядом.

Этот мерзавец не только воспользовался моментом, но ещё и гордится этим?

Однако это было только начало.

Весь день Лу Синчэнь вёл себя как суперклей «502» — прилип к ней и ни на шаг не отходил. Единственное, чего он не сделал — не последовал за ней в женский туалет. В остальном он постоянно возникал рядом, словно её личный призрак.

На уроке биологии он, как обычно, поменялся местами с Юй Сяосяо и уселся рядом с Цзян Мяо.

— Эй, коротышка, — начал он ворчать, — на других уроках ты так не усердствуешь. Почему же на биологии твои глаза буквально прилипают к лицу учителя? Предупреждаю: романы с преподавателями ни к чему хорошему не ведут. Ты хоть знаешь, какой он на самом деле? Вдруг за этой красивой внешностью скрывается что-то ужасное?

Цзян Мяо прервала его:

— Лу Синчэнь, у тебя не климакс случился? Откуда столько болтовни?

От такого сравнения Лу Синчэнь чуть не поперхнулся:

— …

Какой ещё климакс?! Он просто не выносил, когда она так восхищённо смотрит на биолога!

Ведь он сам не хуже этого старика Линь Юньшэня! Почему же за восемь лет она так и не заметила, что рядом с ней сидит самый красивый парень во всём мире?

Чем больше он думал об этом, тем злее становился. Он толкнул её в плечо, но, получив строгий взгляд в ответ, сразу сник и снова уткнулся в парту.

— Слушай внимательно, — тихо прошипела Цзян Мяо. — Ты вообще хочешь попасть в первую сороковку на промежуточных экзаменах или нет?

Он нехотя приподнял веки и стал слушать, как Линь Юньшэнь монотонно вещает о биологии. Чем дольше он слушал, тем больше ненавидел это лицо, которое, по его мнению, обманывает доверчивых девчонок.

Как же так вышло, что он теперь вынужден слушать лекции своего соперника?

—

После школы «прилипала» Лу Синчэнь снова отправился домой вместе с Цзян Мяо, широко улыбаясь.

Он катил велосипед, слегка задрав подбородок, и не удержался от колкости:

— Ну как? В трудную минуту тебя спасает только твой Лу Сяо-е! Этот Линь Юньшэнь — всего лишь красивая обёртка. Когда у тебя сломался велосипед, мог ли он тебя подвезти? Нет! Так что забудь о нём — между вами ничего не будет.

Цзян Мяо скривила губы:

— Лу Синчэнь, с таким воображением тебе не в школе сидеть, а сценарии писать! Ты настоящий талант! Зачем тебе учиться в старшей школе Наньчэна? Ты просто растрачиваешь свой потенциал!

— …

Она всё ещё злилась. Бросив на него взгляд, полный презрения, будто перед ней стоял идиот, она резко стукнула его по голове.

— Ай! — завопил он, преувеличенно корчась от боли. — Коротышка, ты что, хочешь убить собственного мужа?!

На самом деле он хотел сказать: «Ты что, хочешь убить меня и скрыть следы?», но от волнения сболтнул то, что давно кружилось у него в голове.

Как только эти слова сорвались с языка, оба замерли.

Автор говорит: Кто ещё, как и я, хочет, чтобы Лу Сяо-е чаще так «ошибался»? Поднимите руки!

Не забывайте комментировать! Сегодня снова раздаю красные конверты!

Лицо Лу Синчэня мгновенно покраснело. Он неловко почесал затылок и кашлянул пару раз, пытаясь скрыть смущение:

— Э-э… Зачем ты меня бьёшь? Теперь у меня в голове совсем каша.

http://bllate.org/book/4269/440337