Снова ночь.
И снова старейшина Чэнь.
Он сидел на циновке, скрестив ноги и укрощая бунтующее дыхание.
Днём, пытаясь вычислить подбрасывателя записок, старец истратил немало сил: каждый встречный казался ему подозрительным, каждый выглядел затаившимся в тени врагом. Изнурённый многодневной алхимической перегонкой, после подобной встряски он чувствовал, как духовная ци выхолаживается и бунтует в жилах. Пришлось прибегнуть к медитации.
Совершив полный циркуляционный круг, Чэнь добился того, что дыхание утихомирилось, а ци вошла в гармоничное русло.
И как раз в этот миг!
Прямо над самым ухом оглушительно раздался вопливый, тоненький голосок:
— Батя-а-а! Я так по тебе скучал, уа-а-а-а!..
Старейшина Чэнь моментально распахнул глаза и наотмашь ударил ладонью на звук!
Что-то белое со скрежетом разлетелось на куски.
Всмотревшись в обломки, старец мгновенно изменился в лице.
Белой штуковиной оказался человеческий череп, ныне превратившийся в мелкое крошево.
«Это же... Череп Звука Пещер?» — обладая обширными познаниями, Чэнь без труда узнал артефакт из Пещеры Девяти Звуков, что в Лесу Жёлтых Источников. Сей инструмент мог воспроизводить человеческую речь.
Окинув взором осколки, старейшина приметил среди них ещё один листок бумаги.
Он развернул его.
Почерк был ровно тот же, что и вчера.
«О твоих грешках мне всё известно. Жду сегодня в полночь у Скалистой Горы в Лесу Свернувшегося Дракона. До встречи!»
Чэнь слегка сжал пальцы, и записка мгновенно обратилась в горстку пепла.
Лицо его стало мрачнее грозовой тучи:
— Я посмотрю, что за тварь вздумала со мной в прятки поиграть!
***
Вскоре старейшина Чэнь прибыл к Скалистой Горе в Лесу Свернувшегося Дракона.
Скалистая Гора являлась настоящим чудом природы: тысячи огромных валунов сплетались здесь в вычурную спираль, образуя узнаваемый силуэт, который ни с чем нельзя было спутать.
Чэнь проявил осторожность и не стал дожидаться неизвестного на открытом месте. Вместо этого он бесшумно скользнул на близлежащее дерево, намереваясь выследить шантажиста и узреть его истинное лицо.
А если представится случай... разумеется, вырвать сорняк с корнем.
Полночь подступила быстро.
Возле Скалистой Горы возникла одинокая тень.
Едва узрев её, старейшина Чэнь чуть с дерева не рухнул.
Это был старейшина Ци! Неужто записку подбросил он?..
Дело принимало скверный оборот.
Не успел Чэнь взвесить все «за» и «против», как старейшина Ци бегло огляделся по сторонам и юркнул в густые заросли поблизости.
Старейшина Чэнь: «...»
Спустя мгновение появилась ещё одна знакомая фигура.
Старейшина Вэй.
Он точно так же с опаской оглядел окрестности и нырнул в один из гротов Скалистой Горы.
Старейшина Чэнь: «...»
А затем...
Показались старейшина Сюй и старейшина Чжан.
Эти двое заявились настолько «вовремя», что столкнулись нос к носу.
Переглянувшись, они замерли с крайне нелепыми выражениями на лицах.
— Старейшина Сюй, вы какими судьбами здесь?
— Да вот... решил перед сном прогуляться. А вы, старейшина Чжан, что тут делаете?
— И я... тоже решил прогуляться.
Выдавив из себя пару сухих фраз, оба одарили друг друга взглядами, полными глубокого подозрения.
— Неужели вы...
— Неужели это вы...
Когда атмосфера накалилась до предела и казалось, будто они вот-вот вцепятся друг другу в глотки, из тени вышагнула ещё одна фигура:
— Постойте!
Сюй и Чжан уставились на прибывшего, и лица их перекосило ещё сильнее:
— Старейшина Чжао, а вы-то откуда взялись?!
Сидевший на дереве Чэнь обомлел: он даже не заметил, когда явился Чжао! Неужто тот пришёл ещё раньше него?..
Похожее на иссохшую кору лицо старейшины Чжао дёрнулось пару раз:
— Причина, по которой я здесь, ровно та же, что и у вас. Я получил ту самую записку.
Сюй и Чжан остолбенели.
— Неужели и вам...
— Неужели и вы тоже...
Старейшина Чжао едва приподнял веки:
— И не только мы. — Он понизил голос: — Старейшина Чэнь, старейшина Ци, старейшина Вэй, вылезайте уже. Вы и так достаточно насмотрелись.
Едва прозвучали эти слова, как под потрясёнными взглядами Сюя и Чжана из своих укрытий вышли трое упомянутых.
У старейшины Сюя в голове словно все мысли разом отключились:
— Да что здесь происходит?!
Старейшина Чжао холодно усмехнулся:
— Все мы пришли сюда из-за таинственного послания. Тот, кто заманил нас в одно место, явно замыслил недоброе! — Он бросил взгляд на ночное небо. — Полночь миновала, а этот негодяй так и не показался. Видать, у него везде свои уши.
С этими словами он взмахнул рукавом.
В его ладони вспыхнула золотистая искра, и остальные старейшины лишь успели уловить, как в ночной тьме что-то молниеносно прошмыгнуло прочь. Скорость была таковой, что даже они не смогли разглядеть тварь.
— Удрала-таки...
На губах старейшины Чжао проступила зловещая ухмылка, и он призывающим жестом извлёк ярко-синюю бабочку:
— Эта мелкая тварь наверняка побежала к своему хозяину. Я успел пометить её особым ароматом. Если мы последуем за моим Мотыльком Поиска Аромата, то без труда узнаем, кто устроил этот фарс!
Не успели присутствующие выразить восхищение его проницательностью, как сбоку донёсся сдержанный, но исполненный уважения голос:
— Старейшина Чжао воистину оправдывает звание первого мастера диковинных искусств нашей секты. Подобные детские уловки перед вами — лишь баловство.
Услышав этот голос, все присутствующие вздрогнули.
Из-за деревьев вышел статный мужчина средних лет в белоснежном парчовом халате с благородными чертами лица.
Выражения лиц старейшин вмиг стали крайне неловкими.
— Глава секты? Что вы здесь делаете?
Прибывшим оказался не кто иной, как Фэн Байюй — глава секты Небесного Развития.
Заметив их замешательство, он едва заметно улыбнулся:
— Разумеется, я здесь по той же причине, что и вы. Получил странную записку, засомневался и решил проверить лично. — Он перевёл взгляд на Чжао: — Будьте добры, старейшина Чжао, ведите нас. Пора схватить того, кто вздумал сорить угрозами.
— Само собой, — кивнул старейшина Чжао и щёлкнул пальцами. Лазурный мотылёк встрепенулся и порхнул в глубину леса.
***
На берегу реки.
С травяным стебельком во рту Лу Чанцин встречал вернувшегося маленького паучка.
— Ну что, пришли?
Этот Призрачный Паук был родом из Леса Жёлтых Источников, и достался он юноше по чистой случайности.
Когда Чанцину исполнилось восемь лет, он втайне от матери убежал поиграть в Лес Жёлтых Источников и сбился с пути. На свою беду, он наткнулся на свирепого тигра, который увязался за ним. Спасаясь бегством, мальчик умудрился переполошить стаю Огромных Синелучевых Волков, огромного Медведя Испуганного Огня высотой с гору и гигантского пёстрого змея. В итоге между хищниками вспыхнула жестокая бойня — кто-то сдох на месте, кто-то остался калекой, а зрелище вышло воистину кровавым.
Прячась в кустах и наблюдая за побоищем, Чанцин приметил маленькое яйцо.
Из него-то и вылупился Призрачный Паук.
Боевой мощью паук не отличался, зато передвигался с невероятной скоростью, был крошечным, точно песчинка, и действовал абсолютно бесшумно. Для обычных людей поймать его было невыполнимой задачей — словом, идеальный помощник для тёмных делишек.
Именно благодаря ему Чанцин сумел без тени подозрения подбросить послания в обители великих заклинателей.
Сам юноша полагал, что намекнул более чем прозрачно: сперва пустил записки для затравки, затем отправил Череп Звука Пещер с записью голоса... Тот, у кого совесть чиста, просто посчитает это глупой ловушкой и пройдёт мимо. И лишь тот, у кого есть грешки за душой или незаконнорождённый сын, обязательно явится на встречу!
Чтобы окончательно обезопасить себя, он даже не стал лично приходить в Лес Свернувшегося Дракона, а поручил паучку спрятаться в ветвях и разузнать, кто именно пришёл, дабы вычислить папашу.
Идея казалась безупречной!
Призрачный Паук перебрал длинными лапками и дважды поскрёб траву.
Лу Чанцин нахмурился:
— Что?! Все семеро пришли?!
В следующее мгновение он обомлел:
— Как... тебя засекли?!
Лицо его перекосилось от испуга, он настороженно огляделся по сторонам...
...и столкнулся со свинцово-холодными взглядами семерых могущественных заклинателей.
Выражение лица Чанцина окончательно застыло.
— Э-э... доброй ночки...
Фэн Байюй окинул взором его одеяние и нахмурился:
— Ты из новоприбывших учеников?
Лу Чанцин закивал с самым покорным видом:
— Ученик Сун Чжаогуан, вступил в орден лишь вчера.
— Ученик внешнего круга?! Кто приказал тебе устраивать весь этот фарс на моём Туманном пике?!
Чанцин вжал голову в плечи, напустив на себя крайний испуг:
— Дяди и дяди-старейшины, вы всё неправильно поняли! Ученику ведь скоро предстоит выбирать наставника, верно? А способности мои... весьма посредственные. Вот я и решил пойти на хитрость, привлечь внимание кого-нибудь из уважаемых старейшин... Не думал, что... переполошу столько народу! Вся вина на мне!
— Наставника привлечь? — с холодной насмешкой перебил его старейшина Чжао. — Призрачный Паук, Череп Звука Пещер... Подобные редкие вещицы не могут водиться у обычного новобранца без роду и племени! Признавайся, кто ты такой?! Зачем устроил всю эту смуту? Не лазутчик ли ты демонических сект?!
Лу Чанцин исподлобья взглянул на него и несмело поинтересовался:
— А вы... случаем, не глава секты?
Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь — все семеро здесь! Среди них точно кроется его бессовестный папаша!
Старейшина Чжао обомлел от такой наглости.
В этот момент Фэн Байюй, глава секты Небесного Развития, произнёс строго:
— А если и не глава? Разве остальные не имеют права учинить тебе допрос?
Лу Чанцин посмотрел на него с таким видом, словно у него наболело на душе, но он не смеет вымолвить ни слова:
— Этот ученик устроил весь этот переполох вовсе не ради того, чтобы выпросить ученичество. Настоящую причину... я могу поведать только самому главе секты. Лично.
Стоило этим словам прозвучать, как остальные старейшины разом умолкли.
В конце концов, каждый из них пришёл сюда лишь потому, что за ним водился грешок!
Этот мальчишка натворил дел, а теперь утверждал, будто может доложиться лишь главе... Неужели он и впрямь прознал про их тайны?!
В глазах Фэн Байюя промелькнул огонёк:
— Раз тебе есть что сказать, говори прямо здесь.
Услышав это, Лу Чанцин снова осторожно переспросил:
— Так вы... и есть глава секты?
Фэн Байюй скупо кивнул.
Лу Чанцин чинно опустился на колени, вид его стал чрезвычайно строгим и исполненным важности:
— Ученик пошёл на эту глупость лишь потому, что дело касается исключительно главы секты! И поведать о нём я могу только вам одним, наедине!
Его упорный нажим на то, что разговор предназначен ТОЛЬКО для главы, заставил лица старейшин вытянуться ещё сильнее.
Их переменчивые мины не укрылись от Фэн Байюя, вызвав у него лишь внутреннюю насмешку: «Вот они, опора и цвет секты Небесного Развития!»
Впрочем, когда демонические секты затаились неподалёку, ему, как главе ордена, не хотелось плодить лишние слухи и поводы для сплетен.
Потому он сдержанно отрезал:
— В праведном деле нет тайн. Присутствующие старейшины — опора нашего ордена и мои самые доверенные люди. Нет ничего, чего бы они не могли слышать. Говори прямо здесь: что у тебя за дело?
«В праведном деле нет тайн», да вот только о ТАКОМ деле направо и налево не болтают!
Слова матери всё ещё звучали в ушах, и Чанцин выглядел глубоко растерянным:
— Но это... действительно касается только главы секты...
Заметив, как юноша мнётся и отвиливает, Фэн Байюй потерял остатки терпения:
— Это приказ! Говори здесь и сейчас! Что ты заладил «наедине» да «наедине»?! Неужто и впрямь засланный шпион демонов, вознамерившийся навредить мне из-за угла?!
От этих слов в груди Лу Чанцина мгновенно вспыхнуло яростное пламя!
Он и так был сыт по горло этим паршивым отцом, а пришёл сюда исключительно из уважения к предсмертной просьбе матери. И этот тип смеет разговаривать с ним в таком тоне?!
Что ж, раз сам напросился, скрывать больше нечего!
Будет тебе разговор! В конце концов, опозорится не он!
Лу Чанцин выпрямил спину и отчеканил:
— Раз на то воля главы секты, ученик повинуется!
— Говори!
Чанцин расправил плечи и во весь голос выкрикнул:
— Ученик преодолел тысячи ли ради одной цели — найти своего отца! Владыка глава секты! Неужели вы забыли собственного родного сына, которого бросили шестнадцать лет назад?! Все эти годы... я искал вас... с такой! Горькой! Болью!
Стоило этим словам прозвучать, как над поляной воцарилась мёртвая, гробовая тишина.
http://bllate.org/book/42354/5421992
Сказали спасибо 0 читателей