— Вообще-то я... я не Янь Цзинсюнь. — Помолчав, Цзин Сюнь заговорил.
Повернувшись к Шэнь Ицзиню, он поднял голову и встретился с ним взглядом.
— Меня зовут Цзин Сюнь... я не из вашего мира. Я попал сюда позже, через переселение душ.
— Сяо Сюнь... — на этот раз даже Шэнь Ицзинь не смог скрыть изумления.
— На самом деле вы давно подозревали меня, правда? — Цзин Сюнь облокотился на дверной косяк, перенеся вес тела. — Вы подробно меня исследовали, общались с моей матерью... наверняка уже поняли, что я не настоящий Янь Цзинсюнь.
— Я не сомневался в тебе. Сяо Сюнь...
Но Цзин Сюнь покачал головой, давая понять, что все в порядке.
Он знал, что больше всего его выдавали способности.
Коллеги по работе – профессор Хо, старшекурсники, сотрудники компании – не знали о прошлом Янь Цзин Сюня. А такие, как Тан Цзиньюань, Ян И и даже отброс-гун, не были знакомы с его нынешней личностью. Возможно, Тан Цзиньюань и другие косвенно слышали о его успехах в определенных областях и не задавались вопросами, ведь оригинальный хозяин тела тоже неплохо учился.
Но это лишь потому, что его нынешняя специализация слишком глубока, и окружающие не могли в полной мере осознать уровень его мастерства.
Однако Шэнь Ицзинь, проводивший с ним дни и ночи, знал.
Со временем любые отговорки вроде «люблю читать» и «фотографической памяти» перестали работать.
Хотя господин и не был знаком с оригинальным хозяином тела, небольшое сравнение все равно выдавало несоответствия.
Цзин Сюнь понимал: чем ярче он проявлял себя в компании, тем сильнее росли подозрения Шэнь Ицзиня.
Раньше он задумывался, стоит ли раскрывать правду.
Но прошло так много времени, а господин так ни о чем и не спросил. Даже не поинтересовался, как он освоил столь сложные вещи.
И он молчал.
Облокотившись на дверь, Цзин Сюнь невольно начал царапать дверную панель ногтями.
Не от нервов – просто не знал, как начать.
Неожиданно сообщить человеку, что он персонаж книги... странно, не правда ли?
Особенно когда этот книжный мир так реален, и у каждого есть свои мысли и способности.
Как сейчас.
Даже господин был ошеломлен услышанным.
Между ними было всего два шага.
Цзин Сюнь отчетливо чувствовал, как замерло дыхание Шэнь Ицзиня, как напряглось его тело.
К счастью, Шэнь Ицзинь все же был Шэнь Ицзинем – его психика оказалась крепкой.
Он стоял неподвижно, лицо, обычно не выдававшее эмоций, теперь было совершенно пустым. Но он все же задал вопрос. Медленно, с недоверием, сопротивлением и страхом, он с трудом выдавил:
— Когда ты впервые увидел меня... — Не договорив, он резко сменил интонацию и прямо спросил: — Это был ты, кто переспал со мной? Сяо Сюнь.
Цзин Сюнь: «...»
Ладно, он знал, что господин немногословен и прямолинеен. Как человек, занимающий высокое положение, он привык четко выражать свои мысли...
Но чтобы первым делом спросить ЭТО!
Серьезно?!
Внезапный стыд смутил Цзин Сюня. Он сдавленно ответил:
— Конечно. — И добавил грубовато: — Конечно, это был я! Иначе с чего бы я согласился на брак?! Именно потому, что мы переспали... тогда вы предложили ответственность, и я подумал, что мы подходим друг другу... — Он не договорил.
Еще до того, как тело успело среагировать, его резко притянули в объятия. Тот, кто секунду назад цеплялся за дверь, теперь оказался в крепких руках.
— Хорошо, — прошептал Шэнь Ицзинь, и его голос, еще хриплый от недавнего напряжения, прозвучал глухо. — Это хорошо.
— ...
Затем Шэнь Ицзинь спросил:
— Когда ты переселился, сяо Сюнь?
— В тот вечер, за несколько минут до того, как случайно попал в вашу комнату.
Цзин Сюнь кратко объяснил, заодно упомянув историю с видео о прыжке с крыши, личность оригинального хозяина и то, что это мир книги. Все это он вкратце изложил Шэнь Ицзиню. В завершение он подытожил:
— Поэтому до этого я никогда не видел отброса-гуна... то есть второго молодого господина.
— Хм, — кивнул Шэнь Ицзинь. — Я понял.
Цзин Сюнь: «Угу».
Последовало долгое молчание.
Цзин Сюнь решил, что господину нужно время осмыслить услышанное, и не мешал. Он просто продолжал обнимать его, одновременно испытывая огромное облегчение.
Сейчас ему казалось, что согласие на брак тогда было опрометчивым.
Проведи он еще пару дней в здоровом теле, адаптируясь к обычной жизни, – и, возможно, перед принятием решения он бы сто раз подумал... и, вероятно, отказался.
Хотя сейчас Цзин Сюнь ни о чем не жалел.
Но раньше ему иногда казалось, что брак, полный секретов, не может быть искренним.
Например, когда сотрудники лаборатории обращались к нему с вопросами, а Шэнь Ицзинь находился рядом, он невольно начинал беспокоиться: не вызовет ли прямой ответ подозрений у господина? И так далее. Подобные ситуации возникали постоянно.
Хотя это и не доставляло ему особых неудобств, порой все же возникало чувство некой отстраненности.
Но это ощущение неискренности и дискомфорта все равно тревожило его.
Теперь же все стало иначе. Все было сказано, никаких секретов.
Цзин Сюнь почувствовал облегчение, которое сложно описать словами.
Вообще, он и сам находил это удивительным.
Казалось бы, следовало всегда скрывать свои способности. Но в какой-то момент перед Шэнь Ицзинем... он постепенно перестал защищаться.
Каждый раз, когда подчиненные задавали ему вопросы, он, немного помучившись мыслями о возможном разоблачении, все равно выбирал следовать своей природе и отвечал прямо.
Как будто он всегда доверял Шэнь Ицзиню.
Еще с тех времен, когда не был завершен университетский проект, он подсознательно чувствовал, что Шэнь Ицзиню можно доверять.
Даже если тот узнает, что он не настоящий Янь Цзинсюнь, то не оставит его, не предаст и не станет смотреть на него с осуждением.
Цзин Сюнь признавал, что в какой-то степени рисковал.
А сейчас ему оставалось лишь ждать, пока господин переварит услышанное.
Когда прошло достаточно времени (и когда объятия Шэнь Ицзиня стали настолько крепкими, что грозили перейти в удушье), Цзин Сюнь наконец спросил:
— Итак... что вы думаете обо всем этом?
— Это кажется невероятным, — ответил Шэнь Ицзинь. Его голос звучал нормально – тот самый бархатистый, приятный тембр, легкость в интонациях. — То, что произошло с сяо Сюнем, возможно, является переходом через пятое измерение в параллельную вселенную.
— ...Я тоже об этом размышлял, — сказал Цзин Сюнь. Он серьезно поделился своими выводами: — Согласно современным физическим теориям, переход через пятое измерение возможен, но параллельные вселенные – нет. Поэтому моя ситуация больше похожа на... Может, через пару дней я порекомендую вам несколько романов? О переселении в книжные миры – для начала ознакомьтесь.
Шэнь Ицзинь: «...»
— Ладно, — вздохнул Цзин Сюнь.
Сейчас они все равно не смогут дать научное объяснение попаданию в книгу. Возможно, лишь когда человечество преодолеет скорость света, появится ответ. А пока Цзин Сюнь был бессилен. Он лишь тщательно разъяснил Шэнь Ицзиню:
— В любом случае, текущая ситуация такова: оригинальный Янь Цзинсюнь не вернется, и я тоже не могу уйти. Все, что мне остается, – жить дальше в этом облике. Так что, господин... вы можете это принять?
— Сяо Сюнь, я уже говорил, — Шэнь Ицзинь ответил с поразительной легкостью, будто давно продумал эти слова. — Неважно, что случится – ты мой. С самой первой нашей встречи.
Цзин Сюнь: «...»
Опустив голову на плечо Шэнь Ицзиня, он моргнул. За 0,1 секунды в его сознании пронеслись все их прошлые диалоги, и он вспомнил, когда именно господин говорил нечто подобное.
Единственный раз Шэнь Ицзинь упоминал это в частной клинике, после разговора с госпожой Ло.
Теперь, оглядываясь назад, Цзин Сюнь понимал: вероятно, тогда господин уже заподозрил неладное.
Но почему же он сам не придал значения этим словам?
Потому что Шэнь Ицзинь сказал лишь: «Неважно, что случится – ты мой».
Без всяких «с первой встречи»!
Вот к чему приводит лаконичность!
Учитывая контекст, как Цзин Сюнь мог догадаться, что его «раскусили»?!
— ...Значит, уже тогда вы поняли, что со мной что-то не так?
— Я лишь ощущал странность, — ответил Шэнь Ицзинь.
Видя вопросительный взгляд Цзин Сюня, он пояснил:
— Твоя мать рассказала кое-что о твоем прошлом, и это не очень сочеталось с нынешним сяо Сюнем.
Вообще, странностей было много. Например, почему такой умный сяо Сюнь жил в таких тяготах – стоило ему создать небольшую программу и анонимно выставить ее на продажу, и семья Янь не смогла бы его угнетать. Достаточно было немного подумать, чтобы заметить несоответствия.
— Но почему же вы ни о чем не спрашивали? — не понимал Цзин Сюнь.
Разве не естественно – заметить странности и задать вопросы?
Тем более они собирались стать партнерами!
— Вы не боялись, что после свадьбы я вас попросту «продам»?
— Хм. Если захочешь – продавай, — в голосе Шэнь Ицзиня еще чувствовался легкий запах алкоголя, но звучал он совершенно трезво.
Видимо, он еще не успел напиться.
Или уже протрезвел.
Лицо Цзин Сюня вновь бережно коснулись ладони.
Встретившись с ясным взглядом Шэнь Ицзиня, он услышал:
— Потому что результат был бы одинаковым в любом случае.
...
Цзин Сюнь отвел взгляд:
— Ч-что вы имеете в виду?
— Все равно я бы тебя не отпустил, — ответил Шэнь Ицзинь.
Цзин Сюнь: «…»
Видно было, что выпитое спиртное сделало Шэнь Ицзиня более разговорчивым, чем обычно.
Шэнь Ицзинь сказал:
— Я так сильно люблю сяо Сюня, что даже если что-то не идеально – не смогу отпустить.
Цзин Сюнь: !
Щеки Цзин Сюня начали стремительно краснеть на глазах. Он хотел отвернуться от господина, но не мог пошевелиться – его голова была надежно зафиксирована длинными пальцами мужчины.
Более того, господин еще и нежно поцеловал его в губы.
Обжигающее спиртное дыхание буквально довело Цзин Сюня до состояния «полной готовности».
Но даже этого Шэнь Ицзиню было мало – он продолжал нашептывать ему в ухо: «Когда я думаю, что рядом со мной остается такой теплый и милый сяо Сюнь – это делает меня счастливым».
Его беспокоило прошлое Цзин Сюня, но он не позволял этому влиять на их будущее.
Пока Цзин Сюнь оставался тем самым Цзин Сюнем в его глазах – ничего другого не имело значения.
Он сделает все, чтобы удержать его.
Включая подавление своей ревности, любопытства и... безумного желания навсегда приковать этого человека к себе, обладать им, завладеть им полностью.
Длинные пальцы скользнули по лицу юноши. Ему так хотелось намертво вцепиться в него, чтобы больше никто не мог увидеть...
Но в итоге, как обычно, вместо сжатой ладони пальцы лишь распрямились, слегка дрожа, осторожно очерчивая в воздухе прекрасные черты молодого человека…
…боясь даже приблизиться.
Боясь, что тот рассыплется.
Как же тут можно было спрашивать лишнее или действовать?
В конце концов, Шэнь Ицзинь лишь углубил начатый поцелуй.
Но это был всего лишь поцелуй.
Возможно, они задержались наверху слишком долго – вскоре дворецкий постучал в дверь, передав, что старый господин просит их спуститься.
Остаток вечера Шэнь Ицзинь вел себя совершенно нормально, снова превратившись в того невозмутимого и холодного альфа-босса.
Что даже сбило с толку Цзин Сюня, который неотрывно следовал за ним.
Он-то думал, что после такого разоблачения их ждет как минимум... бурная эмоциональная реакция или долгие размышления?
Но Шэнь Ицзинь мгновенно принял его объяснения и новую установку, не проявляя и тени сомнения.
Он просто не отпускал его руку.
И улыбался чуть чаще обычного.
Гости даже смогли впервые разглядеть на его лице некоторые эмоции, банкет прошел прекрасно, а старый господин Шэнь остался доволен...
Когда торжество закончилось, было уже поздно.
Цзин Сюнь с Шэнь Ицзинем решили не возвращаться и остались в особняке – в комнате последнего.
Лунный свет струился, как вода. Уже искупавшиеся и переодетые в домашнюю одежду, они устроились на большой кровати.
Рост Шэнь Ицзиня делал даже двухметровую кровать тесноватой, а здешнее спальное место и вовсе уступало их домашнему по размерам.
Когда свет погас, в темноте их тела естественным образом сблизились – уже невозможно было сказать, кто первым коснулся чьей руки.
Пальцы сплелись сами собой.
Во тьме Шэнь Ицзинь спросил:
— Так чем же занимался сяо Сюнь в прошлом?
— М-м? — Цзин Сюнь понял, что господина заинтересовала его личность – жизнь до попаданчества.
Он повернулся на бок, вглядываясь в черты Шэнь Ицзиня сквозь темноту:
— Господин хочет послушать?
Тот тоже развернулся, обняв его длинной рукой и притянув к себе:
— Хочу.
— Ну... я тоже занимался исследованиями, — начал Цзин Сюнь.
Его история была довольно скучной.
Если уж на то пошло, это была скорее борьба с болезнью...
— Значит, сяо Сюню всего двадцать? — голос Шэнь Ицзиня в темноте звучал особенно глубоко и бархатисто. Он сделал паузу, крепче прижимая юношу: — Все время болел?
— ...Можно сказать, что совершенствовал дух, занимался самосовершенствованием?
С этими словами Цзин Сюнь автоматически перекинул ногу через Шэнь Ицзиня.
Давала о себе знать его привычка во сне за что-нибудь цепляться.
К счастью, за это время господин уже привык.
Шэнь Ицзинь даже погладил ту ногу.
Цзин Сюнь зевнул:
— Просто врожденная недоразвитость сердечно-легочной системы. Говорят, в детстве еще можно было вылечить, но требовалось много денег. А потом...
Потом его выбросили в мусорный бак.
Но он чудом выжил.
— Сяо Сюнь...
Обнимающие руки сжались еще крепче. Шэнь Ицзинь не стал ничего говорить, просто прижал его к себе.
Это безмолвное утешение было для Цзин Сюня лучшим. На самом деле он давно смирился – еще в детдоме многие его утешали, потом были учителя и старшие товарищи... Он никогда не чувствовал себя обделенным любовью.
Чем больше он переживал, тем яснее понимал – жизнь справедлива.
Он тоже многое получил.
Неосознанно поигрывая с декоративной пуговицей на воротнике Шэнь Ицзиня, Цзин Сюнь спросил:
— Теперь господин знает обо мне все. А я о господине? Я ведь еще ничего не знаю.
Шэнь Ицзинь усмехнулся у него над головой:
— Разве сяо Сюнь не говорил, что здесь – книга? Разве в книге не было информации обо мне?
— ...Я вообще-то не очень ее читал.
Это старший Пэй читал ту книгу.
Цзин Сюнь намеренно ушел от темы – вдруг Шэнь Ицзинь спросит, о чем там сюжет... Неужели придется признаться, что это был безумный, бессовестный кровавый трэш, где он, Цзин Сюнь, был главным героем-шоу, да еще и в паре с отбросом-гуном?!
Тогда господину точно пришлось бы выпить еще десяток бокалов шампанского?!
Инстинктивно Цзин Сюнь тоже обхватил Шэнь Ицзиня за спину. В сочетании с положением верхом на ноге, он почти полностью обвился вокруг мужчины.
Короче говоря, стоило просто безапелляционно заявить, что почти не знаешь сюжета, и дело с концом. Хотя он и вправду не знал всего развития событий.
Цзин Сюнь избирательно сообщил:
— Я знаю только, что в будущем у господина все будет очень хорошо... Главное – ни в коем случае не нарушать законы и не преступать нормы морали.
— Нарушать законы? — голос Шэнь Ицзиня прозвучал с явными нотками недоумения, явно давая понять, что он никак не может представить, как бы это могло случиться.
Однако в итоге он так ничего и не спросил.
Они просто поболтали о прошлом.
Беспорядочно и бессистемно, давая волю фантазии.
Поза, в которой он почти лежал в объятиях господина, была невероятно удобной, а его бархатистый голос и вовсе казался идеальной колыбельной.
Цзин Сюнь и так провел тяжелый день, поэтому вскоре уснул.
В темноте раздалось ровное, едва слышное дыхание юноши.
Шэнь Ицзинь неподвижно держал его в объятиях. Прошел час, а может, и два. Не привыкший спать в одной позе, Цзин Сюнь перевернулся и откатился на другой край кровати. Только тогда Шэнь Ицзинь приподнялся, сел и бережно укрыл крепко спящего юношу одеялом.
На следующий день был самый обычный, ничем не примечательный рабочий день.
Цзин Сюнь поздно лег накануне и не смог проснуться самостоятельно. Но вопреки обыкновению, Шэнь Ицзинь с самого утра вытащил его из постели.
— Что... регистрация брака? — Он сел, покачиваясь от сонливости, и поначалу даже не понял, о чем идет речь. Когда же до него дошло, Цзин Сюнь буквально подпрыгнул на кровати.
...
Кажется, они действительно договаривались, что после помолвки сразу подадут заявление. Но это «сразу» получалось уж слишком по-спринтерски?! Хотя, в принципе, все было логично.
Цзин Сюнь быстро умылся, позавтракал внизу с дедушкой Шэнем, после чего Шэнь Ицзинь повез его в ЗАГС.
Оформление документов заняло меньше времени, чем он ожидал. Поскольку они заранее взяли свидетельство о домовладении у мамы Ло и даже подготовили фотографии, весь процесс, включая очередь, занял всего пять минут. Сотрудница, оформлявшая их документы, с улыбкой вручила им два свидетельства. Не удержавшись, она добавила: «Какие красивые фотографии... Вы так подходите друг другу!». И только тогда Цзин Сюнь осознал, что он действительно вступил в брак.
...
Хотя после свадьбы ничего особо не изменилось.
Они даже сразу вернулись в офис – вчерашний ранний уход обернулся для господина Шэня горой неотложных дел, а Цзин Сюнь и сам крутился как белка в колесе, так что им почти не удавалось видеться в течение дня.
Цзин Сюнь то и дело забывал, что утром они подавали заявление. Но раз уж это случилось, его подсознание то и дело напоминало ему о содержимом той красной книжечки, и посреди работы с данными он вдруг ощущал прилив волнения или неожиданную сладкую теплоту в груди.
Это чувство было странным.
Но странным образом... не неприятным.
Поэтому Цзин Сюнь просто позволил ему быть, не пытаясь анализировать.
Их обычный распорядок с Шэнь Ицзинем не изменился... вечером после работы господин повез его в их любимый ресторан, а вернувшись домой, продолжил совещание по видеосвязи, пока Цзин Сюнь читал.
Но когда он, увлекшись, собрался взять новую книгу, Шэнь Ицзинь вдруг окликнул его.
— Сяо Сюнь.
Цзин Сюнь, зашедший в кабинет за книгой, замер на месте:
— Я помешал совещанию?
— Нет, мы как раз закончили, — с этими словами он захлопнул ноутбук и поднялся из-за стола, выпрямившись в полный рост. — Пойдем, примем ванну, — сказал Шэнь Ицзинь.
Цзин Сюнь:
— ...Господин хочет спать?
Он взглянул на настенные часы – было всего десять. Обычно Шэнь Ицзинь работал до одиннадцати, а потом умывался и ложился. Если же освобождался раньше, они играли в игры или занимались чем-то еще. Впервые за все время он звал его спать в десять вечера.
Но еще утром Цзин Сюнь заметил, что глаза господина покраснели сильнее обычного – похоже, он действительно плохо спал прошлой ночью.
Цзин Сюнь кивнул:
— Хорошо.
Быстро помывшись и переодевшись в пижаму, он улегся на кровать, еще пахнущий водой, и продолжил читать книгу, лениво болтая ногами. Тем временем Шэнь Ицзинь тоже отправился в душ.
Теплый оранжевый свет лампы мягко заполнял комнату. Цзин Сюнь не следил за временем, но Шэнь Ицзинь вернулся удивительно быстро.
И тогда его укусили.
Сначала все было как обычно.
Но потом Цзин Сюнь вдруг почувствовал нечто странное.
...Кажется, что-то коснулось его.
Что-то не так.
Он заморгал и замер в неподвижности, не решаясь пошевелиться.
Шэнь Ицзинь укусил его за шею сзади.
— Сяо Сюнь. — Хриплый, опьяняющий голос, полный нескрываемого желания, окутал его, проникая в самое нутро. — Можно? — спросил Шэнь Ицзинь.
———
Авторское примечание:
Цзин Сюнь: «??? Что происходит??? Разве господин не [бип] способен [бип]?..»
http://bllate.org/book/42302/5415943
Сказали спасибо 0 читателей