Готовый перевод The Parent of Class 3-2's Ling Sirui is a Bit Weird / Странный папочка Лин Сыжуя из третьего класса: Глава 2

— Будут новости — сразу пишите в группу, обсудим вместе, — распорядился Хао Кэ.

— Сделаем! — отозвался Учитель Лю.

Хао Кэ перевёл взгляд на мохнатого толстяка, который с аппетитным чавканьем уплетал масляные шарики.

Словно почувствовав это, лис поднял мордочку и уставился прямо на него.

Зверь повёл изящным чёрным носом, аккуратно слизнул розовым языком крошки с усов и прищурил узкие, янтарно-жёлтые глаза с каким-то потусторонним, почти демоническим лукавством.

Хао Кэ оцепенел. В этот миг его словно током ударило.

«Да этот лис просто оборотень какой-то!»

Однако волшебство длилось недолго. В следующую секунду щёки зверька комично раздулись — судя по всему, он набил рот под завязку и никак не мог проглотить добычу.

Кое-как справившись с угощением, лис забавно вытянул шею, словно слегка поперхнувшись.

Былое демоническое величие растаяло без следа: во взгляде жёлтых глаз теперь читалось лишь глуповатое блаженство обожравшегося существа.

Едва зародившийся образ загадочного лиса-соблазнителя с треском провалился.

Хао Кэ с улыбкой покачал головой и зашагал прочь из рощи. Как раз вовремя: навстречу ему уже спешил отряд школьной охраны, вооружённый бронещитами и рогатинами-захватами.

***

Без пяти минут полвосьмого Хао Кэ уже стоял у дверей своего класса — 3-2.

Опытный классный руководитель знает: не нужно демонстративно заходить в кабинет минута в минуту, пытаясь личным примером приучить детей к порядку. Настоящее мастерство педагога измеряется тем, насколько невидимо его руководство. Идеальный класс функционирует как швейцарские часы даже в отсутствие учителя: дежурные следят за дисциплиной, все вовремя сдают тетради и приступают к утреннему чтению.

Поэтому Хао Кэ не стал заходить сразу, а скромно замер у задней двери, наблюдая за подопечными через узкое окошко.

— «Утром со склонов гор, с горных лугов, по узким тропинкам, заросшим пушистыми шапками цветов и дикими подсолнухами, спешили в школу дети...» — доносился из класса дружный хор.

В просторном, залитом солнцем кабинете ученики класса 3-2 сидели как струнки: руки ровно сложены на партах, синие форменные пиджаки аккуратно застёгнуты поверх клетчатых рубашек. Под руководством молодой ассистентки, госпожи Шу, ребята звонкими детскими голосами читали текст вслух.

Десятки тёмных макушек синхронно покачивались в такт чтению. Хао Кэ невольно залюбовался ими — ну точь-в-точь зелёные ростки, дружно тянущиеся к весеннему солнцу.

Едва отзвучали последние строки параграфа, он удовлетворённо кивнул и взглянул на часы. Семь сорок. Самое время заходить.

На экране вспыхнуло уведомление: новое сообщение в рабочем чате охраны.

Разблокировав телефон, Хао Кэ открыл чат и невольно улыбнулся. Ему прислали свежую фотографию.

На переднем плане красовались трое рослых, экипированных по полной программе охранников, от одного вида которых веяло абсолютной надёжностью. Богатыри держали наготове защитные рогатины, сомкнув их кольцом вокруг белого пушистого наглеца. На фоне мужчин зверёк казался совсем крошечным. Прижатый к земле, он лежал на животе с уморительно надутыми щеками. Во всём его облике сквозила чистейшая, искренняя обида.

«И что мне с вами делать, глупые людишки?..»

Хао Кэ готов был поклясться, что именно эта философская мысль читалась на недовольной морде лиса. Сдержав смешок, он быстро набрал ответ.

— Хао Кэ: 👍

— Хао Кэ: У лиса очень чистая и ухоженная шёрстка, лоснится прямо. Наверняка домашний, просто убежал у кого-то. Пожалуйста, поаккуратнее с ним, не травмируйте. Отведите пока в дежурную часть, а я поспрашиваю у коллег, может, кто знает хозяев.

— Учитель Лю: Понял, сделаем, учитель Хао! 🙌🙌

Переслав снимок в общий чат учителей, Хао Кэ убрал телефон в карман и вошёл в класс.

В классе 3-2 училось всего четырнадцать человек. Тринадцать из них Хао Кэ вёл с самого первого класса, так что между ними давно установилось идеальное взаимопонимание, не требующее лишних слов.

Беспокойство вызывал лишь один ребёнок — мальчик, перевёвшийся к ним в начале этого полугодия.

Впрочем, в плане учёбы новенький превзошёл все ожидания: на вводном тестировании он умудрился набрать максимальные сто баллов по всем предметам, заняв безоговорочное первое место на параллели. Результаты контрольных работ ещё не успели огласить, поэтому одноклассники даже не догадывались, какой гений поселился рядом с ними.

Но Хао Кэ переживал совсем не за оценки. Его волновали вещи куда более тонкие.

Хао Кэ окинул взглядом ряды парт и остановился на единственном пустующем месте.

— Ребята, а Лин Сируя ещё нет? — спросил он.

— Не-е-ет!

— Мы его не видели!

Зазвенели наперебой детские голоса. Каждый спешил ответить учителю, хотя никто толком ничего не знал.

— А вы не знаете, почему он опаздывает? — поинтересовался Хао Кэ.

— Наверное, проспал!

— Или в пробку попал! У меня папа всегда так говорит, когда на работу опаздывает!

— А может, он просто живёт очень далеко?

Класс зашумел, выдвигая самые невероятные версии, из которых ни одна не имела отношения к реальности.

— То есть никто из вас не знает, где он живёт, и никто не может с ним связаться? — Хао Кэ предпринял ещё одну попытку.

Дети дружно замотали головами. Гао Цайфэй мотнула головой так усердно, что её высокий хвост смешно заплясал из стороны в сторону.

Хао Кэ негромко вздохнул.

— Учитель Хао, почему вы вздыхаете? — сладко протянула круглолицая девочка с короткой стрижкой, сидевшая прямо перед ним на первой парте. — Это из-за того, что Лин Сируй нарушает дисциплину? Вы только не расстраивайтесь, я сейчас же поставлю ему в журнале дежурств жирный красный крестик!

Она преданно уставилась на учителя сияющими глазами, явно ожидая похвалы за рвение.

Эту сообразительную малышку звали Мяолинь Юнсинь. Девочка росла на удивление не по годам развитой и практичной. Её житейской хватке и умению лавировать в коллективе позавидовал бы иной взрослый. Временами Хао Кэ ловил себя на мысли, что его ассистентка, вчерашняя выпускница госпожа Шу, на фоне этой первоклассницы выглядит сущим младенцем.

— Я вовсе не злюсь на Лин Сируя за опоздание, — мягко возразил Хао Кэ. — Меня огорчает другое. Сируй учится с нами уже больше полумесяца, но никто из вас так и не попытался с ним подружиться. Вы не знаете, где он живёт, чем увлекается по выходным, никто не зовёт его гулять или вместе ходить до школы.

Ребята притихли, виновато опуская головы.

— Кто помнит тему наших уроков по основам этики и права в прошлом триместре? — спросил Хао Кэ.

— Дружба! — дружно выдохнул класс.

— Верно. Мне бы очень хотелось, чтобы те знания, которые мы получаем в школе, не оставались лишь строчками в учебниках. «Знания, почерпнутые из книг, всегда поверхностны; чтобы постичь суть вещей, нужно познать их на собственном опыте». Эти строки принадлежат великому поэту Лу Ю из его стихотворения «Чтение книг зимней ночью в назидание сыну Цзыюю». Пусть это станет для вас домашним заданием: подумайте над смыслом его слов.

— Хорошо-о-о...

Учитель Хао в очередной раз превратил обычное опоздание в увлекательный, живой урок нравственности, искусно переплетая сухую теорию с классической поэзией.

Стоявшая у доски госпожа Шу посмотрела на него с нескрываемым восхищением.

Чего никто в классе не знал, так это того, что сам классный руководитель был осведомлён о семье Лин Сируя ничуть не лучше остальных. Он даже связаться с его родными толком не мог.

В суматохе начала учебного года на Хао Кэ навалилась такая гора бумажной работы, что руки просто не доходили заняться этим вопросом вплотную.

Он снова взглянул на пустующую парту, и в памяти всплыл разговор, состоявшийся на прошлой неделе, когда он объявил о предстоящем родительском собрании.

Мальчик был невысоким для своего возраста, едва метр тридцать с кепкой, и макушкой едва доставал учителю до груди. Он рос на редкость миловидным ребёнком — хрупкий, с чистыми оленьими глазами, в которых вечно читался едва уловимый испуг. Длинные пушистые ресницы обрамляли влажные, глубокие чёрные зрачки, смотревшие на мир с трогательной беззащитностью.

Но когда зашла речь о вызове родителей, мальчик внезапно побледнел. Его и без того светлая кожа мгновенно утратила всякие краски, став почти прозрачной, отчего огромные тёмные глаза показались ещё больше и беззащитнее.

— В пятницу?.. — прошептал тогда ребёнок, сжимая кулачки. — А... обязательно кому-то приходить?

— У тебя какие-то трудности дома, Сируй? — мягко спросил Хао Кэ, внимательно вглядываясь в лицо ученика. — Твоего папу ведь зовут Лин Сюй, верно? Твои оценки за контрольные просто великолепны, он наверняка будет гордиться твоими успехами. Если ты стесняешься или переживаешь, я могу сам позвонить ему и всё объяснить.

— Нет... не надо, учитель. Я... я сам ему скажу, — пробормотал мальчик и поспешно опустил голову, пряча взгляд.

В тот момент Хао Кэ не придал этому значения, посчитав разговор исчерпанным. Но теперь, прокручивая события в голове, он вспомнил, что в прошлую пятницу Сируй весь день ходил сам не свой. И если бы не внезапное землетрясение, вызванное извержением горы Овечьего Рога, из-за которого школа отменила все плановые мероприятия, пришёл бы вообще его отец на собрание?

Что за атмосфера царит в семье, если круглый отличник до смерти боится пригласить отца в школу?

И что это за родитель такой, которому настолько плевать на собственного сына, что за три недели с момента перевода ребёнка в новую школу он даже не соизволил подтвердить запрос классного руководителя в друзья в мессенджере?

Хао Кэ устало потёр виски. Да, за успеваемость мальчика переживать не приходилось, но вот семейная обстановка вызывала всё больше тревожных вопросов.

Ученики третьего класса — это уже не несмышлёные малыши. У них есть собственное достоинство, свои маленькие секреты и личные границы, которые не имеет права бесцеремонно нарушать даже классный руководитель.

Поэтому Хао Кэ решил не рубить с плеча, а выждать.

Он надеялся прояснить ситуацию на сегодняшнем родительском собрании.

Но если бы Сируй сегодня вообще не явился на уроки, то дело приняло бы слишком скверный оборот, требующий немедленного вмешательства.

— Разрешите войти... — раздался тихий, робкий голосок от двери.

Госпожа Шу первая с облегчением воскликнула:

— А вот и Лин Сируй!

Хао Кэ повернулся на голос. У порога, переминаясь с ноги на ногу, стоял запыхавшийся бледный мальчуган.

— Извините, пожалуйста, я опоздал, — едва слышно пролепетал он.

Учитель пристально оглядел его с ног до головы, убеждаясь, что с ребёнком всё в порядке, и мягко произнёс:

— Постарайся больше не задерживаться. Проходи на место.

Мальчик мышкой юркнул к своей парте и принялся торопливо вытаскивать из рюкзака пенал и учебники.

— Сируй, постой, не двигайся, — сидевший позади него крепыш-толстячок поднялся со стула и ловким жестом снял с макушки новенького сухой листок. — Ты чего, сквозь кусты продирался, что ли?

Щёки Лин Сируя вспыхнули пунцовым румянцем. Он ещё ниже опустил голову, делая вид, что страшно занят раскладыванием карандашей.

— Слышь, Сируй, меня Ду Тэнда зовут! — весело пробасил толстяк, наваливаясь всем телом на чужую парту и фамильярно похлопывая соседа по плечу. — Давай дружить! Если кто обидит — сразу мне говори, я тебя в обиду не дам!

Сируй втянул голову в плечи и вместе со стулом отодвинулся чуть вперёд, уклоняясь от тяжёлой руки нового приятеля.

— Учитель Хао! — обиженно закричал Ду Тэнда, надув губы. — А он со мной разговаривать не хочет!

— Ду Тэнда, урок уже начался. Немедленно сядь на место, — строго осадил его Хао Кэ.

— Ну ладно... — пробурчал несостоявшийся покровитель и нехотя плюхнулся на стул под весёлое хихиканье одноклассников.

http://bllate.org/book/42282/5416023

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь