Готовый перевод Players think I'm an Evil God / Игроки думают, что я злой бог: Глава 5

Бах!

Ствол старого ружья слегка нагрелся, грудь юноши с каштановыми волосами тяжело вздымалась, палец на спусковом крючке мелко дрожал. Дуло указывало туда, где распласталось тело твари: огромный ротовой аппарат и больше на лице ничего, ни глаз, ни носа. Помесь червя и сороконожки: влажная кожица, множество лапок.

Выстрел всполошил тех, кто остался у вездехода: двое мужчин и женщина тут же подошли к юноше, и один из них, очевидно старший, хмуро спросил:

— Что случилось?

— На меня… на меня только что внезапно напала эта тварь. — Юноша побледнел и, обернувшись, указал туда, где только что лежала тварь, — и с ужасом обнаружил, что там пусто.

— Я не вру и не брежу, правда! — Голос его против воли сорвался на визг.

В Инспекции внезапные видения и слуховые галлюцинации у следователя — опасный сигнал: значит, психика на грани. Если это случается во время операции, её нужно приостановить. А здесь, в глуши, человека, который провёл бы с ним психотерапию, точно не найти — остаётся один вариант: выйти из задания.

Но юноша с каштановыми волосами пока всего лишь стажёр. Если он выйдет из задания, даже не начав его, то, помимо всего прочего, шансов на перевод в штат у него точно не останется.

— Окей, не кипятись. — Старший похлопал его по плечу. — Может, дело не в галлюцинациях, а в том, что мы подъезжаем к Аркхему.

— Похоже, слухи правдивы: чем ближе к этому городу, тем выше шанс увидеть существ из того мира, — задумчиво отозвался другой следователь и покосился на побелевшего юношу. — На людей с сильной интуицией это, вероятно, действует сильнее.

Однако коротко стриженная женщина думала иначе. Характер у неё был жёсткий, и этот пугливый, как заяц, юноша её раздражал. Она холодно бросила:

— А может, это просто галлюцинации человека, у которого душа в пятки ушла.

— Ничего подобного! — тут же воскликнул юноша.

— Кто знает. Мы-то ничего не видели: на месте нет трупа твари, только следы от твоих пуль, да и раньше никаких подозрительных звуков не было.

Тут Эдмунд снова опустил голову и замолчал.

В итоге разрядить обстановку вновь вышел старший, начинавший тот разговор:

— У Эдмунда интуиция сильнее среднего, да и в сводках говорилось, что некоторые жители по ночам видят существ, явно не принадлежащих этому миру. Мы ведь именно за этим и приехали — расследовать.

Под откровенно неодобрительным взглядом командира коротко стриженная женщина фыркнула и больше юношу не задевала. Но атмосфера в отряде испортилась ещё до того, как они прибыли на место, и у командира от этого буквально раскалывалась голова.

Все вернулись в машину и поехали дальше. Эдмунд тихо сказал:

— Я правда не врал.

— Не переживай, я понимаю: тебе незачем это делать. — Командир мягко успокоил его и, увидев, что лицо Эдмунда всё ещё бледное, решил, что тот тревожится из-за задания. — Не бойся, мы всего лишь расследуем причины этого явления. Появится опасность — сразу отступим. Мы всего-навсего передовой отряд.

— Командир… то, что вы сказали, «не принадлежащих этому миру»… Выходит, эти твари не порождены нашим миром?

— А, точно, ты же стажёр и у тебя и правда нет допуска к этой части документов. — Командир помедлил, но всё же сказал: — Но расследовать, ничего не зная, слишком опасно. Ладно, объясню коротко.

— Раз ты смог попасть в Инспекцию, склонность к этому у тебя точно есть: время от времени ты видишь то, что обычные люди не видят. Но тебе ведь было любопытно, откуда берутся эти твари?

— Вы раньше говорили… другой мир?

Командир кивнул:

— Это, можно сказать, секрет уровня «А» внутри Инспекции. Кроме мира яви, в котором мы живём, существует измерение, которое пока называют Миром грёз. Все твари, которых ты видишь, его обитатели. И лишь когда их призывают в наш мир, обычные люди могут их увидеть и взаимодействовать с ними.

— Мир грёз, говорят, что это измерение богов и древнее поле битвы божеств. Неописуемых существ там не счесть, и, если они явятся, то запросто уничтожат всё живое на поверхности.

Слушая командира, Эдмунд бледнел всё сильнее:

— Тогда наш мир в большой опасности?

— Ха-ха, да не бойся. Мир грёз — обиталище богов и одновременно естественный защитный барьer: чем могущественнее существо Мира грёз, тем труднее ему попасть в мир яви. Чтобы призвать нечто способное уничтожить мир, требуется ритуал невероятной строгости, а если такое и впрямь начнётся, Инспекция обязательно вмешается.

Так что в мире яви никаких «божеств» нет.

Эдмунд облегчённо выдохнул и искренне сказал:

— Этот мир для обычных людей и правда слишком опасен.

Но командир покачал головой:

— Вот здесь ты ошибся, юный Эдмунд. Всё наоборот: чем сильнее у человека интуиция, тем страшнее для него этот мир. Как у тебя: если бы ты не видел эту тварь, она не смогла бы тебе повредить.

Правила существ Мира грёз таковы: если они не являются в реальность через ритуал призыва, их не видят — значит, они не могут и воздействовать на реальность. Людям без интуиции, грубо говоря, даже если их невольно затянет в событие, умереть доведётся спокойно.

— Иногда то, что ты видишь, не обязательно к лучшему. Чем больше видишь, тем больше можно пострадать. Судя по тому, что ты описал, перед тобой было что-то класса «D» или настолько мелкое, что его даже в реестр не заносят. А если бы появилось нечто класса «C» или выше «B»? Приехали бы мы и, вероятно, успели бы только забрать твой труп.

Эдмунд сглотнул: на душе уже скребло.

Видя, что новичок от его слов потерял голову от страха, командир вдруг сменил серьёзное лицо на громкий хохот:

— Да не бойся! Равез такое просто увидишь? Чем могущественнее тварь, тем меньше шансов её увидеть.

— Не волнуйся, этот мир вовсе не так страшен, как тебе кажется.

…

Этот мир слишком жуткий!

Переезжать, обязательно переезжать! Как можно скорее выбраться из этой дыры!

Всю дорогу Лейна буквально трясло от страха: он боялся, что его привлекательность сработает так же «эффективно», как в больнице, и притянет к нему десятка полтора тварей.

Но, к счастью, твари не приближались. Если они не двигались, Лейн просто делал вид, что не видит их. Не меняясь в лице, он прошёл мимо вороны с человеческим лицом, по опыту своей игры в прошлом, он узнал в ней класс «B», «Похоронного ворона», который встречается только в поздних особых сценариях, а потом поднял ногу и, будто споткнувшись, вовремя не наступил на шевелящееся растение.

Класс «C», «Костогрыз».

Вообще, в игре, помимо обычных тварей, встречающихся в самых разных сценариях, есть и «особые» — те, что появляются только в определённых модулях. Как раз эти две, мимо которых он только что прошёл, водятся лишь в поздних сценариях «Кто умер?» и «Берегите природу».

А здесь… они повсюду.

Это и есть та самая стартовая деревня из постов на форуме? Дружелюбный, уютный Аркхем?

Лейну стало совсем нехорошо.

Всю дорогу он думал о всякой всячине, и вскоре Огер привёл его в квартал, где они снимали жильё. Вокруг почти никого — в основном отдельные частные дома. Дом двухэтажный, внутри довольно просторно, обстановка очень уютная: в углах и в мелочах расставлены лампы тёплого света и вещицы, полные житейского тепла.

Очень уютно. И очень тепло.

Лейн слегка удивился: он думал, что жилище двух холостяков будет запущенным, а оказалось, всё настолько аккуратно. Впрочем, если подумать — Огер только выглядит грубовато, а по тому, как он заботился о нём раньше, видно: человек очень внимательный.

Но стоило вспомнить о скрытых опасностях Аркхема, и радоваться уже не хотелось.

— Лейн, что такое? — удивился Огер, увидев, что тот всё не входит в дом.

Лейн помолчал, а потом заговорил с тяжёлой серьёзностью:

— Огер, давай переедем. Из этого города.

— Почему? Разве здесь плохо?

— Не то чтобы плохо. — Лейн с трудом мог объяснить причину. Он лишь думал, что встретить в этой жизни такого чистоплотного и внимательного соседа — верный признак того, что в прошлой жизни он спас целую галактику; к тому же Огер целую неделю ухаживал за ним в больнице.

Он хотел отплатить добром, но здесь было слишком опасно.

Если и дальше торчать в этой чёртовой дыре, однажды можно и жизни лишиться.

— Но… — медленно произнёс Огер, сообщая печальный факт, — переезд дорого стоит.

И тут Лейн узнал о своём финансовом положении.

Его нынешнее тело принадлежало бедному студенту — даже университет окончен в кредит. Зарубежные студенческие займы очень дороги, а Лейн только что выпустился. То есть он ещё ничего не успел, а уже увешан долгами. Не то что переезд из города — дожить до следующего месяца и то проблема.

— Не волнуйся, Лейн, — утешил его добрый сосед. — У меня есть немного денег. На переезд не хватит, а на ближайшие дни — вполне.

Ах да, спохватился Лейн, кажется, счёт за больницу тоже оплатил этот сосед.

То есть теперь Лейн не просто должник по студенческому кредиту, но и соседу заодно.

Лейн не принял слова Огера близко к сердцу и выжал из себя натянутую улыбку:

— Прости, Огер. Я верну тебе деньги как можно скорее.

— Ничего страшного, я не спешу.

А вот Лейн очень спешил.

Он уже знал, что это игра. Судя по времени на игровом форуме, вот-вот начнётся следующее закрытое бета тестирование. Он помнил, что в прошлой жизни оно длилось месяц, и как раз к его концу в игре грянуло первое крупное сценарное событие — одна из причин, почему игра стала настолько известной своей жестокостью.

Итог того сражения: Аркхем перестал существовать.

Да, в буквальном смысле перестал: игровая карта исчезла, весь город и полмиллиона живущих в нём людей пропали в никуда — ни живых, ни мёртвых.

Пока это было лишь сюжетом игры, Лейн, конечно, не переживал. Но стоило представить, что таков будет его собственный финал и финал близких ему людей через месяц и становилось жутко.

Он обязан до следующего месяца заработать на переезд, а на худой конец — хотя бы на билет, чтобы уехать из города вместе с Огером.

Так что сейчас ему нужен способ зарабатывать.

В прошлой жизни Лейн был психологом-консультантом, работал неплохо, наработал клиентуру и связи. И, по совпадению, нынешнее тело тоже принадлежало психологу — с лицензией на практику.

Но, в отличие от Лейна, прежний владелец тела был зелёным новичком, только что выпустившимся: ни связей, ни наработанной клиентуры. А в профессии, где всё держится на рекомендациях клиентов и где крайне важна приватность, старт будет до крайности тяжёлым — это понятно и без объяснений.

…Но ничего не поделаешь.

И опыт прошлой жизни Лейна, и специальность нынешнего тела сужали выбор профессий до совсем небольшого набора; в других отраслях он никогда не работал. Что же, идти в актёры?

Хм, с учётом нынешнего лица это, пожалуй, не так уж невозможно — можно ведь и хорошо заработать. Но с учётом опасностей самого этого мира — себе дороже.

В общем, в конце концов Лейн честно попытался вернуться к старой профессии и, расспросив соседа, узнал, что у прежнего владельца тела даже арендован кабинет для психологической практики, недалеко отсюда. И решил посмотреть.

Кабинет находился за углом, в квартале от дома: раньше тут была кофейня, но хозяин не вытянул дело и сдал помещение по очень низкой цене — тому самому только что выпустившемуся владельцу тела, полному амбиций и готовому свернуть горы.

Лейн в этом не разбирался, но был потрясён.

Обычно психологи-консультанты начинают в частных клиниках старших коллег или больших больницах, постепенно нарабатывают клиентов и связи и лишь когда доход стабилизируется, открывают собственный кабинет и принимают пациентов. Начать сразу так — это, что называется, большая смелость.

А расплачиваться за неё приходится нынешнему Лейну.

Когда он узнал от арендодателя, что аренда за прошлый месяц не оплачена и вместе с этим месяцем нужно отдать хозяину целых 7 500 западных кредитов, Лейн едва не заплакал от горя.

Что же… что же теперь делать…

Просидев в собственном кабинете до самого вечера и так и не дождавшись ни одного клиента, Лейн тоскливо вздохнул и потрогал своё лицо.

Неужели и правда придётся зарабатывать этим лицом?

И когда он уже разрывался в этих тяжких сомнениях, наконец кто-то пришёл.

— Добро пожаловать! — Лейн резко выпрямился.

Пришедший на миг опешил, шагнул вперёд и его высокая фигура вышла на свет: гладкие линии, выразительные черты, красивое лицо, светлые волосы и зелёные глаза — эталонный красавец; когда он улыбался, вспоминались отпуск, солнце и пляж.

— Так ты уже выписался, Лейн.

Лейн моргнул и немного неловко кивнул:

— Да… давно не виделись, старший Айкен.

Верно: перед ним был старшекурсник, знакомый прежнего владельца тела. Кажется, его звали Альберт Айкен; он и в больницу к Лейну приходил — правда, к тому времени внутри этого тела уже был другой человек, и Лейн отделался отговоркой о потере памяти.

Лицо Альберта Айкена вдруг стало серьёзным:

— Лейн, тебе… нехорошо?

Лейн тут же насторожился:

— Нет. С чего ты взял?

— Раньше ты всегда называл меня просто по имени, — Альберт сразу сделал обиженный вид. — А теперь зовёшь «старший Айкен».

— Правда? Прости, я плохо помню. — Лейн натянуто улыбнулся и под его ожидающим взглядом всё-таки назвал его по имени: — Альберт.

— Ничего, я понимаю: ты только что из больницы. — Похоже, Альберт уже сам придумал Лейну оправдание. — Как самочувствие сегодня?

— Нормально… Альберт, ты пришёл сюда специально, чтобы со мной поговорить о прошлом?

По возможности Лейн хотел бы держаться подальше от всех, кто знал прежнего владельца тела, чтобы его не разоблачили. Особенно от этого старшекурсника: в Аркхеме тот довольно известен, говорят, стал восходящей звездой полиции, раскрыл немало громких дел, попадал в газеты, а чувство справедливости у него было развито в полной мере. В больнице Лейн уже успел испытать его проницательность; если можно, он вовсе не хотел поддерживать с этим человеком отношений.

Ведь он не прежний владелец тела, а такое, как «воскресение из мёртвых», вообще нужно унести с собой в могилу.

— На самом деле есть одно дельце, с которым хотелось бы к тебе обратиться, — смущённо сказал Альберт. — Ты же знаешь, я работаю в полиции?

— Мм… кажется, ты упоминал.

— Мы как раз занимаемся одним очень тяжёлым делом: подозреваемый упорно молчит, и эксперты по допросу пока ничего не могут с ним сделать. Я помню, что ты тоже специалист по психике, и хотел попросить тебя попробовать найти подход.

Лейну очень хотелось поязвить: если даже эксперты по допросу не справляются, чем поможет им он? Области-то разные, и разрыв между ними — пропасть без дна. Это же просто «в отчаянии хвататься за что попало»!

Он уже собирался отказаться, как вдруг Альберт добавил вторую половину фразы:

— Разумеется, не бесплатно. Шестьсот западных кредитов в день.

Взгляд Лейна постепенно стал острым. Он шагнул вперёд и пожал Альберту руку:

— С удовольствием помогу.

Сам он не заметил, как у Альберта застыло тело: рукопожатие вышло коротким — Лейн тут же отпустил руку, отвернулся, быстро собрал небольшую сумку и с абсолютно серьёзным лицом сказал:

— Идём прямо сейчас!

Ответное пожатие Альберта чуть замешкалось: когда пальцы согнулись, ладонь уже была пуста. Он уставился на свою руку и с лёгким сожалением отозвался:

— Ага.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

http://bllate.org/book/42262/5409222

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь