Готовый перевод If You Get Angry Again, I'll Start Acting! / Ещё один гневный взгляд, и я включу драму!: Глава 9

— Мерзость.

Янь Чжэ зажмурился. Господи, как же ему хотелось придушить этого Бай Цзяньчжоу!

Раздался сухой стук в дверь.

— Войдите, — даже не обернувшись, бросил Цзяньчжоу.

В комнату, глядя строго перед собой, вошёл телохранитель Юй Шуцзе. Протянув Янь Чжэ бумажный пакет, он произнёс:

— Господин просил передать. Это телефон — дополнение к наличным.

[0013] [0013] [0013] Лицо Янь Чжэ мгновенно преобразилось, расцветая лучезарной улыбкой:

— Огромное спасибо, господин Бай!

Лицо Цзяньчжоу помрачнело ещё сильнее.

— Ещё мерзостнее, — отрезал он.

Янь Чжэ продемонстрировал феноменальную гибкость характера:

— Вы абсолютно правы.

Бай Цзяньчжоу развернул кресло и направился к выходу. У самой двери он замер и, не оборачиваясь, бросил:

— Куплен у того самого консультанта, у которого ты выпрашивал десять юаней.

Юй Шуцзе счёл долгом добавить:

— Десять юаней ему тоже вернули, так что не переживайте, маленький молодой господин Янь.

Цзяньчжоу презрительно фыркнул и выкатился в коридор:

— Ничтожество.

Подумаешь, десять юаней! Что в этом такого?! Он вообще-то только вчера в эту книгу попал, откуда у него деньги?!

Убедившись, что хозяин удалился на безопасное расстояние, Юй Шуцзе вежливо поинтересовался:

— Молодой господин Янь, останетесь на обед?

— Нет, спасибо, — твёрдо отрезал Янь Чжэ.

Он лучше найдёт какую-нибудь забегаловку на улице и съест тарелку лапши, чем просидит хоть минуту в этой роскошной клетке один на один с живым Янь-ваном. Кто его знает, из кого тут готовят...

***

Прошло пять минут.

Янь Чжэ сидел за столом словно приклеенный, не сводя глаз с домашних блюд.

— Вы ведь один всё это не съедите? Переводить продукты — грех для кармы, давайте я помогу вам накопить немного добродетели.

Вот тебе и «нет, спасибо».

Бай Цзяньчжоу даже век не поднял, сохраняя безучастный вид. Молчит — значит, разрешил.

Сейчас, за обеденным столом, он не казался столь беспросветно мрачным. Клубящийся над горячими блюдами пар придавал его облику хоть какие-то человеческие черты.

Ну да, живой Янь-ван — тоже человек. Без еды загнётся.

Юй Шуцзе, давненько не видевший, чтобы хозяин разделял с кем-то трапезу, не удержался от замечания:

— Господин специально велел повару приготовить всё это для вас.

Янь Чжэ в изумлении воззрился на Цзяньчжоу. Разве тот не презирал прежнего владельца этого тела до глубины души?

И точно — стоит ли удивляться? — стоит Юй Шуцзе выговорить эти слова, как Цзяньчжоу мгновенно изменился в лице. Уставившись на телохранителя ледяным взглядом, он процедил:

— Мне надо учить тебя, когда следует открывать рот, а когда молчать?

Юй Шуцзе мгновенно покрылся холодным потом:

— Простите! Я сболтнул лишнего.

Выместив гнев на подчинённом, Цзяньчжоу тут же переключился на Янь Чжэ:

— Пожрёшь — и проваливай!

Мда... Взрывной характер возведён в абсолют.

Но хотя бы не вышвыривает прямо сейчас, и на том спасибо.

Это была первая нормальная еда Янь Чжэ с момента перемещения. Вчера после скандала на банкете до него никому не было дела; пришлось стащить пару пирожных, чтобы хоть как-то заморить червячка. Неудивительно, что стоит ему спуститься и уловить доносящиеся из кухни ароматы, как ноги сами принесли его сюда.

Ел он жадно, быстро, ничуть не походя на избалованного отпрыска богатого семейства.

Бай Цзяньчжоу тем временем вернулся к своему привычному состоянию психопата. Едва притронувшись к еде, он отложил палочки и язвительно заумывал:

— И в семье Янь тебя научили так вести себя за столом?

Янь Чжэ косо взглянул на тарелку собеседника — тот почти ничего не тронул. Видимо, сам аппетитом не отличается, вот и бесится, глядя, как другие уплетают за обе щёки.

Впрочем, отсутствие аппетита — штука действительно паршивая. От Цзяньчжоу так и веяло болезненной немощью. В романе поминали, что, помимо паралича ног, он страдал ещё каким-то недугом, из-за которого вскоре после свадьбы и скончался.

Раз уж с его-то деньгами болезнь оказалась неизлечимой, дрянь там сидела редкая.

— Я просто проголодался, — буркнул Янь Чжэ.

— Янь Чимэн тебя голодом морил? — фыркнул Цзяньчжоу. — В холодильнике вода.

Наученный горьким опытом, Юй Шуцзе даже не шелохнулся, чтобы принести воду.

Янь Чжэ, впрочем, не обиделся: блюда подали неострые, запивать их не требовалось. Правда, из-за спешки насыщение пришло слишком быстро — желудок-то не резиновый.

Вот только душевно он ещё не наелся.

Еды на столе оставалось ещё предостаточно — для двоих шесть или семь блюд и так перебор, а Цзяньчжоу к тому же почти не прикасался к кушаньям.

Поразмыслив, Янь Чжэ потянулся палочками к последним стручкам бамии. Эта штука ему даже нравилась. Одну из них он аккуратно переложил в пиалу Цзяньчжоу:

— Господин Бай, не хотите? Бамия отлично укрепляет мужскую силу и восполняет энергию. Вам, кажется, как раз не помешает.

Исполнен сочувствия и заботы! Никакого подтекста или сарказма! Честно, поклясться готов!

Бай Цзяньчжоу долго молча смотрел на угощение, после чего ровным голосом произнёс:

— Можешь лично проверить, требуется ли мне что-то восполнять.

Янь Чжэ мгновенно прикусил язык.

Хотя про себя всё равно проворчал: с этой своей физиономией мертвеца из преисподней ему точно не помешала бы порция мужской энергии.

Цзяньчжоу поддел палочками стручок и небрежно швырнул его обратно на общее блюдо:

— Я не ем всякую дрянь.

Янь Чжэ проглотил упрёк. Ну да, куда уж нам.

— Спасибо за угощение. Если я больше не нужен, то пойду.

Сытный обед слегка сгладил душевную травму от капающего воска, но оставаться здесь дольше всё равно не хотелось.

На этот раз Цзяньчжоу отпустил его без лишних препирательств:

— Если надумаешь насчёт помолвки, через три дня отправишься со мной в старое поместье.

— А если... я просто гипотетически говорю! — если я соглашусь... — замялся Янь Чжэ, — что от меня потребуется в поместье?

— Ничего. Разве что зашить себе рот перед выездом.

Янь Чжэ лишился дара речи.

Юй Шуцзе вовремя вступил в разговор:

— Молодой господин Янь, хозяину пора отдыхать. Я провожу вас.

Поднявшись из-за стола, Янь Чжэ наконец смог получше рассмотреть дом.

Гостиная, открывавшаяся из столовой, представляла собой огромный круглый зал с высоким просветом под самый потолок, откуда просматривались галереи верхних этажей. Отделка поражала роскошью, но холодные тона и педантично расставленная мебель лишали это место какого-либо уюта. Не дом, а золочённый клётчатый загон.

Обернувшись на прощание, Янь Чжэ увидел, что Цзяньчжоу так и остался неподвижно сидеть перед нетронутыми яствами.

День клонился к полудню. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь высокое окно, упали на плед, укрывавший его ноги, но лицо оставалось в тени. Вырисовывался лишь точёный, сухой подбородок.

— Молодой господин Янь, нам сюда.

Стоило Янь Чжэ отвернуться, как оставшийся в одиночестве Цзяньчжоу вдруг поднял палочки. Он подцепил ту самую бамию и отправил её в рот.

Опустив веки, он медленно, без малейшего удовольствия разжёвывал стручок. Спустя пару мгновений глухо сплюнул всё в урну и вытер губы платочком.

***

Усадьба Цзяньчжоу превосходила владения семьи Янь размахом. Запрятанная в глубине Наньшаня, она походила скорее на частную резиденцию: с собственным парком, прудами, выходом к подножию горы и термальным источникам.

Дорога к выезду требовала машины.

Янь Чжэ смотрел на мелькающий за окном пейзаж — ни единого прохожего. В таком огромном поместье наверняка требуется целая армада слуг. Куда все делись?

Гнетущая тишина давила на уши. Янь Чжэ невольно сжал пальцы и озвучил свой вопрос.

Юй Шуцзе, сидевший за рулём, на мгновение замер и ничего не ответил.

Когда Янь Чжэ уже решил, что ответа не будет, тот произнёс:

— Если вам посчастливится переехать сюда, сами всё поймёте.

Исчерпывающее объяснение, ничего не скажешь.

Вообще Янь Чжэ не жаловался на отсутствие любопытства. Подперев щеку кулаком, он глядел на уплывающее назад поместье, и в голове само собой всплыло наиболее точное определение:

Склеп для живого человека.

За воротами началась серпантинная дорога, виляющая по горному склону. На десятки километров вокруг не просматривалось ни единого жилого дома.

Неудивительно, что в оригинале Янь Хао продержали здесь в заточении целый месяц, и никто даже не услышал его криков, пока тот не сорвал голос.

— Молодой господин Янь, куда вас отвезти?

— Высадите меня у ближайшей станции метро, пожалуйста.

Помимо визита в банк, вернувшемуся к жизни Янь Чжэ хотелось окунуться в обычную людскую суету — шумные места давали ему ощущение безопасности.

Вскоре показался павильон метро. Машина плавно замерла. Янь Чжэ потянул ручку, но дверь оказалась заблокирована.

Он вопросительно воззрился на водителя. Юй Шуцзе неожиданно произнёс:

— Молодой господин Янь, в будущем вам лучше избегать называть хозяина по имени.

—... Но имя ведь для того и дано, чтобы его произносить.

— Хозяин не любит своё имя, — намекнул Юй Шуцзе. — Вот мой номер, запишите. Если что-то понадобится, можете связаться со мной.

Щёлкнул дверной замок.

Янь Чжэ вылез из машины, всё ещё переваривая услышанное.

Его захлестнула пёстрая людская волна. Поседев в обществе Цзяньчжоу пару часов, он уже сам начал чувствовать себя выходцем с того света, но живой человеческий гул моментально вернул его в мир смертных.

День выдался изматывающим.

Теперь можно немного расслабиться.

Янь Чжэ миновал досмотр с целым пакетом наличных. В эпоху поголовной оплаты телефоном сотрудник службы безопасности не удержался от долгого, изумлённого взгляда.

Кто бы знал, что эти деньги достались ему ценой поруганного достоинства!

Стоило вспомнить капающий воск, как по коже побежали мурашки. По пути попался магазин товаров для взрослых, и Янь Чжэ обдало волной запоздалого стыда.

Он, девственник с двадцатилетним стажем, едва успев познакомиться с человеком, уже вовсю вытворяет такое! Это же... это же просто разврат!

Развратник Бай Цзяньчжоу! Никакой мужской скромности! Соблазняет деньгами чистую, невинную душу! Скотина!

Мысленно смешав Цзяньчжоу с грязью, Янь Чжэ потратил остаток дня на смену паролей по банковским картам. Проверив баланс, он обомлел: у оригинального хозяина тела практически не водилось денег — на всех счетах наскреблось от силы тысяч тридцать юаней.

Родной сын Янь Чимэна, казалось бы! Откуда такая нищета?

Он немедля оформил новую сим-карту и заново зарегистрировал WeChat на полученном от Цзяньчжоу смартфоне.

Поколебавшись, Янь Чжэ скинул новый номер и контакт Юй Шуцзе, добавив, что отныне пользуется только этим аккаунтом.

В это время в поместье Юй Шуцзе, прочитав сообщение, обратился к хозяину:

— Маленький молодой господин Янь в эти два дня действительно ведет себя странно. Никаких встреч с сомнительными дружками, никаких интрижек. Похоже, и впрямь решил начать с чистого листа.

Цзяньчжоу промолчал.

Юй Шуцзе осторожно закинул удочку:

— Он прислал свой новый WeChat... Как думаете... стоит добавить?

— С какой стати мне его добавлять? — отрезал Цзяньчжоу.

Юй Шуцзе мгновенно всё понял. Открыв диалог с Янь Чжэ, он просто переслал ему контактный QR-код хозяина, воздержавшись от комментариев.

К счастью, Янь Чжэ оказался сообразительным и тут же отправил запрос на добавление.

Как ни странно, при всей опасности живого Янь-вана Янь Чжэ подсознательно предпочитал держаться поближе к нему, чем к семейству Янь.

Сбежать на край света и сменить имя — хорошая идея лишь на словах. У Янь мощные связи: стоит им заявить о пропаже, и полиция поднимет его из-под земли, если только он не решит до конца дней оставаться нелегалом.

К тому же из утренней перепалки супругов Янь следовало, что его, внебрачного сына, вытащили на свет не просто так. Похоже, так просто от них не отделаешься.

Пока ситуация не стала критической, придётся действовать по обстоятельствам.

Дома его, как и следовало ожидать, встретила буря.

Янь Чимэн, побагровев от ярости, выдрал из брюк кожаный ремень:

— Мозгов совсем нет?! Ты с какого перепугу попёрся к Бай Цзяньчжоу?!

Янь Чжэ хлопнул ресницами:

— Откуда вы знаете?

— Янь Суйань лично звонил мне в кабинет! Велел научить собственного отпрыска элементарной стыдливости!

— Да он сам меня совратил... — пробормотал Янь Чжэ.

И воском капал, и деньгами швырялся!

— Что ты там пищашь?!

Видя, что ремень вот-вот пойдёт в ход, Янь Чжэ шмыгнул в свою комнату и замкнул замок.

Янь Чимэн со всей дури заехал ремнём по двери:

— Попробуй у меня не выйти! Эй, кто-нибудь, зовите слесаря! Нет, зовите плотников, пусть снесут эту клятую дверь!

Дверь, однако, уцелела благодаря вмешательству Янь Хао.

— Папа, береги здоровье, не надо так кипятиться...

— Не мешай мне!

— Уже поздно. Завтра поговоришь с братом, — заботливо урезонил его Янь Хао. — Ты ведь хотел со мной посоветоваться...

Слушая, как удаляются их шаги, Янь Чжэ облегчённо перевёл дух.

Приняв душ, он вернулся в комнату. Запрос в WeChat всё ещё висел без ответа.

Янь Чжэ отложил телефон, но тут его осенила мысль. Быстро вытеревшись и облачившись в пижаму, он настороженно огляделся.

Согнувшись в три погибели, заглянул под кровать, перерыл шкафы и тумбочки.

Ни жучков, ни камер.

Или их спрятали так искусно?

Откуда Бай Цзяньчжоу узнаёт о каждом его шаге?

Загадка оставалась неразрешённой, но сил думать уже не было. Прошлую ночь он почти не спал, а сегодняшний день выжал из него все соки.

Стоило опустить голову на подушку, как веки налились свинцом.

И снова ему приснился кошмар: он лежит на кровати совершенно обнажённый, крепко связанный по рукам и ногам, а над ним возвышается Бай Цзяньчжоу с зажжённой свечой. Воск заливает его с головы до ног, пока Цзяньчжоу насмешливо цедит: «Ни капли стыда. Тело так реагирует, а всё твердишь, что не хочешь быть рабом. Смотри, как поднялся».

И последняя раскалённая капля падает аккурат туда...

— Нет-нет-нет!!!

С диким воплем Янь Чжэ очнулся в три часа ночи. Он сел на кровати, сжавшись в комок от стыда и горячего лица.

Да у него точно крыша поехала!

Даже заработанные двадцать восемь тысяч не могли заглушить моральную травму от этой восковой экзекуции. С какого перепугу этот психопат решил выкинуть нечто подобное?

Если он не фанат БДСМ, откуда у него вообще взялись эти атрибуты?!

Пока Янь Чжэ беззвучно бился в истерике, экран телефона вспыхнул, и раздался короткий сигнал.

Смахнув уведомление, он увидел, что Цзяньчжоу глубокой ночью наконец изволил принять запрос. Он стал первым и единственным контактом в списке, прислав сухое сообщение:

[Как всё обдумаешь, жду в понедельник до пяти вечера у Башни Циншэн.]

Янь Чжэ одной рукой отстучал: «Хорошо» — и швырнул смартфон на матрас, словно вымещая злость. Гаджет подпрыгнул, мигнув красным огоньком.

Приглядевшись, Янь Чжэ увидел рядом со своим сообщением красный восклицательный знак.

Удалил? Или заблокировал?!

Вот же психопат!

Натянув одеяло до самых ушей, Янь Чжэ со скрежетом зубовным переименовал контакт: «Развратная дрянь».

http://bllate.org/book/42260/5415386

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь