В семь вечера, когда большинство людей освобождались от дневных дел и усаживались за экраны — полистать ленту Вэйбо, посмотреть свежую серию дорамы или почитать новости, — по всем развлекательным медиа и крупным блогерским аккаунтам молнией пролетела сенсационная публикация:
[Семь смертных грехов Чжун Моцю: отправляем его «дебютировать» на самом пике!]
Пользователи сети моментально уловили дух грядущего скандала. «Семь грехов», да еще и «дебют» в кавычках — не иначе как намечалась интрига года.
А уж до сплетен и чужих тайн охотников в интернете всегда хватало.
Публикация появилась еще в шесть часов. Автор статьи не стал лить воду, сразу перейдя к делу, и сжато, с опорой на факты изложил суть обвинений:
Первое: Очернение и травля старших коллег — Цинь Хая и Сун Ляня.
Второе: Подстава соперника-одногодка — Вэнь Ли.
Третье: Лицемерие и удар в спину приятелю — Сюй Аньяну.
Четвертое: Натравливание фанатов на травлю в сети, приведшее к тому, что шестнадцатилетняя девушка наглоталась снотворного и едва не погибла.
Пятое: Фиктивный роман, последующие ложные обвинения в измене и косвенная вина в гибели Лу Яо.
Шестое: Самопиар через создание липового компромата на самого себя и притворство жертвой — эталонная «белая кувшинка».
Седьмое: Пляски на костях и спекуляция на имени погибшей «девушки» ради хайпа.
***
К статье прилагались скриншоты переписок Чжун Моцю с пабликом «Сплетник Шоу-бизнеса» и несколькими известными маркетологами.
Скептики пытались было усомниться в подлинности снимков, но, внимательно изучив каждую деталь, признали: слив реален.
Память у фанатов и рядовых пользователей хорошая. Каждый диалог на скриншотах безупречно соотносился с реальными событиями и датами прошлых скандалов. Доказательства оказались неопровержимыми.
В считаные минуты на личную страницу Чжун Моцю хлынул поток разъяренных комментаторов, фанатов пострадавших артистов и просто возмущенных пользователей:
«Только на днях смотрела с ним дораму! Казался таким милым, послушным мальчиком, я даже хотела добавить его в список любимчиков... А он такой тварью оказался! Сволочь, всю внешность изгадил!»
«Черт, черт, черт! Меня аж трясет от злости! Что за изверг? Я-то думала, откуда взялись слухи, будто наш Брат сорвал голос из-за наркоты, а это твой заговор!»
«Помните тот благотворительный вечер? После него сеть завалили заказными статьями, поливающими грязью Цинь Хая и Сун Ляня, зато Моцю восхваляли до небес! Я так и знала!»
«Вчерашний скандал вокруг Вэнь Ли — тоже твоих рук дело?! Ни стыда, ни совести!»
«А-а-а-а, я сейчас с ума сойду от ярости! Ах ты мерзавец, использовал нас, фанатов Му, как слепое оружие! Держись, паскуда, если я не вышвырну тебя из шоу-бизнеса, сменю фамилию!»
«Я помню ту историю с девушкой и травлей... Боже, у тебя вообще сердце есть?! Она же просто перестала быть твоей фанаткой и ушла к другому артисту! Стоило ради этого доводить человека? А потом сам же вылез с лицевыми извинениями от лица фандома, заявил, что берёшь вину на себя, и снова набрал очков! Чистейшая белая кувшинка!»
«Только сегодня узнала, что Лу Яо ни в чем не виновата... Она никогда ему не изменяла. Прости меня, Лу Яо, за те злые слова, хоть ты их уже и не услышишь».
«И после всего этого у тебя хватало дерзости выкладывать посты в память о Лу Яо, писать, как ты любишь её и скучаешь?!»
«Меня тошнит от одного вида тех постов. Какая мерзость, какая фальшь! Ты же прекрасно знал, что у нее депрессия! Чтобы разбудить в фанатах жалость и привязать их к себе, ты оклеветал ее, спровоцировал девятку травли и довел до самоубийства! И святоша при этом остался ни при чем!»
***
Поговорка о том, что за каждым дурным поступком неизбежно следует расплата, оправдалась сполна.
Пока волна народного гнева набирала силу, в сеть выгрузили еще одно разоблачение. Бывшая ассистентка Чжун Моцю опубликовала развернутое письмо. В нем не было выжимающих слезу оборотов — лишь сухая, страшная правда.
Она рассказала, как однажды Чжун Моцю подмешал ей клофелин и подослал в номер к нужному инвестору.
Девушка до сих пор не могла оправиться от психологической травмы: панически боялась алкоголя, мужских прикосновений, темноты и уже полгода посещала психотерапевта.
«Раньше я молчала, потому что у меня не было ни связей, ни денег. Я просто девчонка из деревни, а тот, кто меня изнасиловал, обладает огромным влиянием, — пишется в сообщении. — Чжун Моцю и Хуан Шуцзянь прямо сказали мне: если пикну, они сделают так, что в этом городе я больше не найду даже самой черной работы.
Мне было больно и страшно, но пришлось смириться. Мне нужно жить, нужно помогать стареющим родителям, которые вырастили меня из последних сил. Я не могла позволить себе рисковать. Перед лицом суровой реальности я выбрала молчание.
Но позже я узнала, что после меня через это прошли и другие. Это открытие причинило мне еще большую боль. Я без конца спрашивала себя: если бы я не струсила тогда, если бы нашла в себе силы заговорить, разве все сложилось бы так?
Я до сих пор сгораю от раскаяния. Вот уже полгода я живу в настоящем аду...»
Исповедь девушки окончательно взорвала интернет.
Ее история отозвалась глубокой болью в сердцах миллиона женщин. Если раньше пользователи думали, что «семь грехов» — это предел подлости, то теперь стало ясно: человеческому падению Чжун Моцю нет дна.
В этот вечер против него объединился весь Рунет.
В восемь часов вечера хэштег #ЧжунМоцюВонИзШоуБизнеса# с боем взлетел на первую строчку трендов Вэйбо. Как и сулило заглавие разоблачительной статьи, Чжун Моцю действительно «дебютировал» на самой вершине. Это был самый громкий успех за всю его карьеру — правда, окрашенный в цвета тотального позора.
Вся страна требовала его ухода и сурового уголовного наказания.
***
В этот самый момент в другом конце города Чжун Моцю, прочитав статью и разгромное письмо бывшей помощницы, в бешенстве разбил ноутбук о стену. Он метался по комнате, точно загнанный в угол дикий зверь.
— Успокойся ты! — пытался вразумить его Хуан Шуцзянь.
— Успокоиться?! Да как я, по-твоему, могу успокоиться?! — Чжун Моцю в два шага подскочил к менеджеру, вцепился в его воротник и уставился на него налитыми кровью глазами. — Ты видел, что они пишут?! Они требуют, чтобы я проваливал! Желают мне смерти! Мне конец, понимаешь?! Полный конец!
Хуан Шуцзянь рявкнул в ответ:
— А я, по-твоему, виноват?! Я же предупреждал тебя: не трогай Вэнь Ли, не трогай его! Ты хоть слово мое послушал?!
Чжун Моцю вдруг обмяк, руки его соскользнули с чужого пиджака.
— Да... — пробормотал он едва слышно. — Я сам во всем виноват. Сам напросился.
Он медленно поднял взгляд на Хуан Шуцзяня и тяжело, с расстановкой проговорил:
— Но тебе тоже конец.
Лицо менеджера посерело, но он попытался взять себя в руки:
— С чего бы? Ты делал всё это ради председателя Таня. Он нас вытащит.
— Вытащит? — Чжун Моцю горько и иронично усмехнулся. — Тебе точно уже за тридцать? Откуда в тебе столько детской наивности?
Он бессильно упал на диван, голос его звучал совершенно сухо и безжизненно:
— Я для него — обычная игрушка. Сломалась — выбросил и взял новую. С какой стати ему обо мне печься? Ты правда верил, что у нас всё по любви?
Хуан Шуцзянь посмотрел на Чжун Моцю и, увидав в его глазах беспросветную пустоту, окончательно пал духом. Мечущийся взгляд, дрожащие руки — менеджер заметался по комнате.
— Я... я пойду найду кого-нибудь, попрошу помощи...
Он кинулся к выходу, но едва распахнул дверь, как застыл: на пороге стояли полицейские в форме.
***
Новость о том, что Чжун Моцю и его менеджера Хуан Шуцзяня увозят в отдел, просочилась в сеть мгновенно. Разъяренные комментаторы под постами артиста разом затихли и дружно ринулись читать свежие сводки.
Пожалуй, это был единственный случай, когда интернет-сообщество проявило такое единодушие. Фанаты самых разных звезд, забыв прошлые обиды, сплоченно злорадствовали и поздравляли друг друга.
«Справедливость может задерживаться, но она всегда побеждает!»
«Вот это оперативность! Стражи порядка — моё уважение!»
«Девушка, которая не побоялась написать заявление, ты настоящая героиня! Не знаю, читаешь ли ты это, но верь: впереди тебя ждет только лучшее!»
«Закон кармы в действии: зло злодеям! Снова верю в справедливость!»
***
Вэнь Ли закрыл приложение Вэйбо и перевел взгляд на Му Лиюэ:
— Это твоих рук дело, да?
Та самая бывшая ассистентка ни за что не решилась бы на открытый демарш сама — она ведь прямо указала, что ей нужно на что-то жить и заботиться о престарелых родителях. Да и другим пострадавшим артистам рисковать репутацией не было никакого резона.
— Да, — Му Лиюэ смотрел на него спокойно и твердо. — Никто не смеет причинять тебе вред. А те, кто попытался, должны за это заплатить.
Сердце Вэнь Ли ёкнуло, и грудь в то же мгновение заполнило щемящее тепло.
Пальцы его невольно сжались. Он взял из вазы сочную черешню и ткнул её Му Лиюэ:
— Ешь.
Затем отправил ягоду в рот и сам. Справившись с нахлынувшими чувствами, он полюбопытствовал:
— И как тебе это удалось?
— Найти ассистентку было несложно, — небрежно пояснил Му Лиюэ. — Я пообещал ей, что если она не побоится заговорить, я оплачу ее обучение за границей. И гарантировал, что виновные понесут реальное наказание по закону.
— А откуда такая уверенность? Разве у неё были доказательства?
— Были, — ответил Му Лиюэ. — К тому же она назвала имена остальных пострадавших, и у некоторых тоже сохранились улики.
Помолчав, он добавил:
— Мне пришлось задействовать связи дяди, поэтому всё удалось решить так быстро.
Вэнь Ли вспомнил недавний разговор, подслушанный на лестничной площадке, и уточнил:
— А кому именно Чжун Моцю поставлял девушек? Его покровитель — один из директоров «Датан Инши». Он не попытается его вытащить?
— Тань Цян никого не вытащит — у него самого земля под ногами горит. Чжун Моцю со своим менеджером прислуживали именно ему: поставляли жертв в его постель и постели его дружков. Самое позднее завтра утром Тань Цян присоединится к ним в камере.
Вэнь Ли удовлетворенно кивнул и сжал кулак:
— Так им и надо. Такие мерзавцы должны сидеть за решеткой и проходить перевоспитание!
— Согласен, — отозвался Му Лиюэ.
Он не отводил взгляда от Вэнь Ли, и в глубине его глаз застыли тёплые искры.
Бессонная ночь давала о себе знать: сколько потом ни отсыпайся, организм все равно требует свое. Разговаривая, Вэнь Ли не сдержался и сладко зевнул.
Сон накатывал волной.
— Иди спи, — Му Лиюэ забрал из его рук вазочку с ягодами. — Тебе же завтра на работу?
— Ага, съемка постеров к проекту. Выходить в семь, так что вставать уже в полшестого, — при мысли о постели веки Вэнь Ли стали наливаться свинцом. Он снова зевнул.
Слегка похлопав себя по щекам, чтобы окончательно не отключиться на ходу, он достал телефон, завел пять будильников подряд и поднялся с дивана.
Сделав пару шагов к своей спальне, он обернулся:
— А ты чего не собираешься?
Му Лиюэ остался сидеть. Подняв глаза на Вэнь Ли, он тихо проговорил:
— А-Ли, разреши мне остаться, а?
Вэнь Ли сразу насупился:
— Еще чего.
Му Лиюэ поднялся, подошел ближе и мягко произнес:
— Дома без тебя слишком пусто и тихо. Я не хочу туда возвращаться. Я просто хочу побыть с тобой в одном пространстве, честно. Ничего лишнего делать не стану. Без твоего разрешения я даже в твои двери не загляну.
— Врал бы поубедительнее, — буркнул Вэнь Ли. — Днем ты прекрасно заходил. И ключи на тумбочке оставил.
— То было днем. А сейчас я даю слово. А-Ли, я лягу в гостевой.
Возможно, сыграла роль помощь, которую Му Лиюэ только что оказал, а может, виноват был мягкий свет лампы и уютная атмосфера. Или же дело было в знании того, что Му Лиюэ ходит к психотерапевту и изо всех сил пытается преодолеть свои проблемы ради их отношений.
Вэнь Ли дрогнул.
В памяти всплыли давние детали: Му Лиюэ часто мучился бессонницей, а от недосыпа у него ужасно болела голова. При этом он отличался редким упрямством — пока Вэнь Ли сам не замечал его состояния, Му Лиюэ ни за что не признавался.
Интересно, как он спал в последнее время?..
После долгой паузы Вэнь Ли тихо сдался:
— Ладно. Можешь остаться.
И тут же строго добавил:
— Только не фантазируй себе ничего! Это исключительно в знак благодарности за помощь.
Му Лиюэ сдержал легкий смешок и покорно кивнул:
— Я понял.
Вэнь Ли медленно моргнул — соображать от усталости становилось все труднее.
— Постельное белье сам застелешь, где лежит комплект — знаешь. Я спать.
— Хорошо. Спокойной ночи.
Вэнь Ли ушел к себе. И в то самое мгновение, когда дверь почти захлопнулась, из узкой щели донеслось едва слышное:
— Спокойной ночи.
Му Лиюэ на секунду замер.
А затем губы его сами собой расплылись в счастливой улыбке.
http://bllate.org/book/42195/5420204
Сказали спасибо 0 читателей