Глава 3. Из самой глубины водоворота (3)
Еще до того, как это маленькое существо пришло в себя, оно успело потрепать всем нервы, а после пробуждения и вовсе устроило настоящий хаос.
Лин И, затаивший обиду за всё, старое и новое, наотрез отказывался подпускать Линса к себе. А учитывая, что до этого он голыми руками разобрал спасательную капсулу, остальные молодые люди при приближении мальчишки каждый раз вздрагивали от страха.
В конце концов Сы Сэ удалось смешать питательный раствор с высокой концентрацией глюкозы и, после долгих уговоров, наконец скормить его пленнику. Наевшись, Лин И стал на удивление тихим и послушным: не проронил ни слова и замер, завернувшись в одеяло, наблюдая за тем, как сотрудники лаборатории снуют туда-сюда.
— Он наблюдает за вами, — сделал вывод Линс. — Очень умный. Воспринимайте его как младенца.
В этот момент Люсия неожиданно обратилась к Лин И:
— Здравствуй, Лин И.
Лин И поднял голову и тут же уставился в угол потолка.
Линс, державший в руках планшет, поставил звездочку в графе «слух». Система речевого синтеза Люсии была настроена невероятно естественно, голос звучал так, будто раздавался прямо над ухом, и обычный человек ни за что не определил бы источник звука, но это маленькое создание в кратчайшие сроки безошибочно вычисляло его местоположение.
Люсия повторила:
— Здравствуй, Лин И.
— Люсия? — спросил Линс. — Ты его обучаешь?
— Да, господин маг.
Лин И не сводил глаз с того места, откуда исходил голос, а Люсия продолжала методично повторять:
— Здравствуй, Лин И.
Наконец Лин И открыл рот и, помедлив, произнес ответный слог. Произношение слова «привет» далось ему легко, ошибок не было, и все замерли в ожидании следующей фразы. Однако, к их изумлению, Лин И не стал повторять собственное имя, а сказал:
— …Люсия.
Сы Сэ сделал преувеличенно удивленное лицо. Раз мальчишка понял, что Люсия — это имя, значит, он действительно очень умен и понимает человеческую речь. Как бы ни изменилось его физиологическое строение, он все еще оставался человеком, и уровень угрозы в глазах окружающих резко снизился.
Но если Лин И был человеком, то Люсия — нет. Даже обладая высоким интеллектом, она не умела проявлять материнскую заботу, поэтому лишь механически повторяла свое:
— Лин И, добро пожаловать в сознание. Это Шестой район Путника. Сейчас две тысячи шестьсот восемьдесят первый год, ты покинул Землю сто тридцать семь лет назад.
Лин И смотрел на нее с полупониманием.
На его кожу были прикреплены датчики, непрерывно считывавшие показатели состояния организма. Один из наблюдавших за данными молодых людей удивленно воскликнул:
— Его уровень стресса значительно снизился.
Другой добавил:
— Малыши обычно ведут себя так рядом с женскими особями. Они чувствуют себя в безопасности, инстинктивно отдаляясь от агрессивных индивидов и притягиваясь к менее опасным.
Все присутствующие дружно перевели взгляды на Линса.
Линс в этот момент заполнял бортовой журнал — обязанность руководителя корабля, прописанная в правилах. Он держал в руке шариковую ручку — весьма архаичный способ письма, но многими любимый. Его белая рубашка была застегнута на все пуговицы, сидел он неестественно прямо, с непроницаемым лицом. Когда Линс не улыбался, от него исходило ощущение маниакальной дотошности и строгости.
Молодые люди синхронно втянули головы в плечи и поспешили вернуться к своим делам. Хотя Линс был ненамного старше них, страх перед ним был куда сильнее, чем перед их собственными наставниками.
Под монотонный голос Люсии и редкие ответы Лин И время тянулось долго, пока на столе у Линса не пикнул таймер. Он поднялся и достал шприц. Лин И, увидев, что он приближается, тут же напрягся, всем своим видом выражая отказ.
Линс, не проронив ни слова, подошел к Лин И и взял того за запястье. Лин И даже не успел понять, что произошло, как игла вошла в кожу.
Шприц мгновенно окрасился в красный.
Линс быстро извлек иглу, и Сы Сэ тут же перехватил почти полную трубку крови для анализа. Все действия были четкими, быстрыми и профессиональными — Линс даже не стал проводить стандартную дезинфекцию перед забором крови. На месте укола не выступила ни капля, лишь осталось крошечное, почти незаметное красное пятнышко.
Лин И остолбенел.
В следующую секунду по его щекам покатились крупные слезы. Он с недоверием смотрел на Линса, и в его взгляде читались одновременно гнев и обида. Линс испытующе разглядывал его. Лин И заплакал еще сильнее — он был красив, и этот вид расстроенного подростка мог разбить сердце кому угодно.
Кому угодно, кроме Линса. Он развернулся и вышел.
Лин И проводил его взглядом, дрожа от ярости, и, всхлипывая, утер лицо ладонями. Было ясно как день: это маленькое существо затаило на Линса глубокую обиду, но при этом смертельно его боялось и не решалось ответить.
Вскоре они изучили характер Лин И. Несмотря на мутации, он сам не осознавал своих сил, а значит, не мог потерять контроль и повторить ту агрессию, которую проявил при пробуждении. Проблема была в другом: ребенку не хватало эмоциональности. За исключением моментов, когда он реагировал на приближение Линса или общение с Люсией, на остальных людей он смотрел с полным безразличием, временами напоминая бездушную куклу.
Люсия вывела свою трехмерную проекцию, чтобы обучить Лин И базовым навыкам: как открывать питательные капсулы, как ходить, как одеваться. Ее образ — золотоволосая рыцарша в белых доспехах с голубыми глазами — был единственным женским воплощением на корабле, и все ее обожали.
— Богиня Люсия, — благоговейно произнес Сы Сэ, — можно с вами сфотографироваться?
Люсия, опираясь на свой огромный меч, ответила ровным тоном:
— Недостаточно прав доступа.
В этот момент подошел Лин И и позвал:
— Люсия.
Он еще не до конца привык к ходьбе, поэтому его движения были слегка скованными, но в то же время по-своему осторожными и изящными. Люсия повернулась и направилась к нему. Сы Сэ понуро принял тот факт, что он находится на самом дне иерархии прав доступа.
Его коллега пробормотал:
— Я тут вспомнил… Доктор Линь проводит эксперименты над людьми, отбирая образцы случайным образом из замороженных тел военных. Откуда тогда этот ребенок?
Сы Сэ ответил:
— Может, махинации с билетами? Высшая элита на Земле наверняка могла пропихнуть своих детей на корабль. Не каждый способен придерживаться принципов, как Маршал Ши Юйсы, который ради этого отказался даже от жены и ребенка.
— Махинации почти невозможны, — покачал головой другой сотрудник. — Вы же знаете, как строго все было тогда. Никто, кроме Маршала и госпожи Чэнь, не мог влиять на право посадки, но они оба были крайне принципиальны. Слышал, госпожа Чэнь даже хотела отдать свой билет доктору Е Сэлинь, потому что ей было жаль, что та не попала на борт. Раз квоты нельзя было расширить, значит, этот малыш чем-то особенный.
Беседа вскоре закончилась. Выяснив, что агрессия Лин И не проявляется без причины, и с помощью Люсии, они больше не нуждались в круглосуточном наблюдении вчетвером. Нужно было ликвидировать последствия аварии в черной дыре, детально зафиксировать убытки в лабораториях, чтобы после возвращения к Путнику запросить ресурсы у Второго района, а также укрепить оборудование, чтобы оно не пострадало при дальнейшей тряске.
Что касается шанса в три процента на возвращение к Путнику — он был ничтожно мал, а спустя несколько дней ситуация стала еще хуже. Энергия на исходе, запасы воды и питания таяли, а навигация в черной дыре становилась все сложнее: переплетения силовых полей грозили разорвать корабль на части при малейшей ошибке.
Иногда трехмерная проекция Люсии рядом с Лин И искажалась и исчезала — из-за того, что вычислительных мощностей не хватало на поддержание программ. Линс следил за обратным отсчетом. Системы подачи кислорода, терморегуляции и гравитации были переведены в минимальный режим поддержания жизни. Внутри корабля стало холодно, а из-за пониженной гравитации у всех кружилась голова.
Получив уведомление от Люсии, пошатываясь, собрались молодые сотрудники. Линс сидел в черном пальто за столом, а на экране позади него горел таймер: до истощения энергии оставалось 29 минут 46 секунд.
На столе стояли питательные капсулы. Сы Сэ подошел, едва держась на ногах, с пустым взглядом:
— Ужин… наш последний ужин. Господин Иисус, нас тут маловато для тайной вечери.
Линс ответил с каменным лицом:
— Мария скоро придет сюда с Иудой.
Сы Сэ оглянулся на коридор:
— Какой еще Иуда? Это же маленький ангелочек.
Маленький ангелочек был в белой рубашке, которая была ему велика, а из-под подвернутых брюк виднелись тонкие щиколотки. Он был похож на куклу, но вид у него был недобрый. Идя рядом с Люсией, он твердо смотрел вперед, даже не глядя на Линса.
Странно, но у него совсем не было реакции на невесомость. Линс поставил две звезды в графе «координация движений».
Когда Лин И подошел ближе, свет в коридоре погас — теперь освещалась только эта комната, чтобы максимально сэкономить энергию.
— Все в сборе, — Линс поправил серебряные очки. — Тогда для начала, юный друг, скажи-ка мне: это ты вырвал мою кошачью мяту из мензурки?
Лин И промолчал.
— Молчание — знак согласия, — хмыкнул Линс. — Тогда следующий вопрос: ты сделал это ради забавы или в качестве мести мне?
Лин И уже понимал многое, но этот вопрос был слишком сложным. Он лишь знал, что этот невыносимый человек снова над ним издевается.
— Опять молчишь — значит, второе, — Линс улыбнулся одними уголками губ. — Сегодня питательный раствор без сахара.
Это было просто, и Лин И понял все. Он снова был готов заплакать от ярости.
— Подойди, — холодно приказал Линс.
Лин И с мольбой посмотрел на Люсию, но та не могла ответить. Зная, что все здесь подчиняются приказам Линса, он неохотно подошел. Но действия Линса удивили его: тот не стал делать укол или причинять боль, а лишь протянул руку и застегнул две верхние пуговицы на его рубашке. Пальцы Линса случайно коснулись кожи Лин И, и мальчишка вздрогнул.
В голосе Линса послышалась низкая, насмешливая нотка:
— Так сильно меня боишься?
Лин И отвернулся. Линс посмотрел на остальных. Все молодые люди понимали: Линс специально дразнит Лин И, а шутка про тайную вечерю нужна была, чтобы хоть немного разрядить атмосферу.
До конца оставалось 23 минуты 14 секунд. Линс постучал пальцами по столу:
— Если ничего не изменится, мы умрем. Хотя все вы — убежденные материалисты, я надеюсь, что ваши души вернутся домой. Чтобы ваш уход прошел приятнее, я разрешаю вам добавить сахар в питательные растворы.
Сы Сэ обессиленно взял капсулу:
— Желаю, чтобы и ваша душа вернулась домой, доктор Линь.
Остальные тоже взяли растворы:
— Желаем возвращения наших душ домой.
На столе осталась одна капсула. Лин И не совсем понимал, что происходит, но был уверен, что последнюю порцию ненавистный Линс заберет себе. Линс действительно взял капсулу, но спокойно сказал:
— Мне не нужно.
Он протянул раствор Лин И:
— Он сладкий.
Лин И взял прохладную капсулу в ладони, чувствуя себя совершенно сбитым с толку.
http://bllate.org/book/42172/5392889
Сказали спасибо 0 читателей