Чем больше он об этом думал, тем сильнее убеждался, что идея отличная. Когда Лу Жэнь поднял голову, всё его лицо сияло улыбкой:
— Тогда я приду за ним в день бала.
— Хорошо.
Лу Жэнь радостно зашагал обратно.
В ванной комнате рядом с его спальней купальня и впрямь была уже наполнена горячей водой. В клубящемся белым туманом манящем водяном зеркале плавал слой свежих, готовых распуститься лепестков роз, а на краю бассейна аккуратно лежали чистый комплект одежды, благовония и принадлежности для мытья.
Лу Жэнь сбросил пропахшую потом одежду и погрузился в воду.
Вода идеальной температуры мягко омыла его плечи, мгновенно смывая усталость из мышц, а вмонтированный в пол по краю бассейна бледно-голубой Магический массив слабо замерцал, быстро восстанавливая его силы.
Лу Жэнь прислонился к бортику и задремал.
Ночью Лу Жэню приснился хороший сон.
Во сне он благополучно сбежал и купил огромное поместье на востоке материка, где никто его не знал, и счастливо и беззаботно зажил мирной жизнью.
На следующий день, выбираясь наружу со сна липкими от дремоты глазами, Лу Жэнь всё ещё не мог полностью вырваться из плена этого сновидения.
Бо Аня не оказалось в саду.
В мечтах о прекрасном будущем Лу Жэнь устроился на привычном месте, достал книги с тетрадями, разложил их перед собой и принялся терпеливо ждать.
Поскольку Бо Аня помогал ему управлять империей, он иногда опаздывал.
Сад Бо Ани не был похож на сады Качиса и Бута — сад Бо Ани выглядел самым обычным.
Сады Качиса и остальных были переустроены в соответствии с их собственными прихотями, а сад Бо Ани остался нетронутым: цветочные клумбы, узкие дорожки, каменные столы и стулья — всё выглядело точно так же, как и прежде.
Однако сам дворец Бо Ани выделялся на фоне остальных троих своей необычностью.
Хотя планировка осталась прежней, абсолютно всё внутри дворца было наивысшего качества. Например, камни, из которых был изготовлен тот самый набор стола и стульев, за которым они занимались, представляли собой отборный нефрит из глубоких гор.
Лу Жэнь уже видел нечто подобное раньше — на голове у одного городского лорда, который носил налобную повязку с украшением размером с большой палец.
Присмотревшись, Лу Жэнь почувствовал непреодолимый зуд в руках и попытался сковырнуть кусочек нефрита с собой.
Весь стол был вырезан из цельного куска нефрита, подступиться оказалось непросто...
Лу Жэнь присел на корточки и посмотрел на круглый каменный табурет, на котором обычно сидел. Таких одинаковых табуретов здесь было целых шесть — если пропадет всего один, Бо Аня ведь наверняка не заметит, верно?
До бала оставалось еще семь дней, и Лу Жэнь прикидывал в уме, какова вероятность того, что Бо Аня обнаружит пропасть в течение этой недели.
Хотя Бо Аня был чертовски богат, он отличался невероятной прижимистостью, так что пропажу он точно заметит.
Лу Жэнь сдулся.
Он вернулся на табурет, обнял стол и принялся ожесточенно тереться о него в ожидании, но Бо Аня так и не появился. Немного поколебавшись, Лу Жэнь поднялся на ноги: что-то случилось?
Они занимались в саду по правую руку от дворца Бо Ани, а его собственный рабочий кабинет располагался в главном здании.
Помедлив немного, Лу Жэнь собрал вещи и направился в ту сторону.
Дворцовые двери были распахнуты настежь, но в гостиной никого не оказалось.
— Бо Аня? — позвал Лу Жэнь.
Никто не ответил.
В нерешительности Лу Жэнь обернулся и посмотрел на парадный вход в глубь гостиной: неужели Бо Аня куда-то ушел?
— Кхе-кхе...
Не успел Лу Жэнь собраться на поиски, как из глубины залы донесся приглушенный кашель.
Этот голос принадлежал Бо Ане.
Лу Жэнь повернулся и шагнул внутрь.
Кашель доносился из спальни Бо Ани.
— Бо Аня? — Лу Жэнь постучал в дверь.
— Войди, — голос Бо Ани звучал донельзя хрипло.
Лу Жэнь толкнул дверь и вошел.
В просторной, безупречно чистой и роскошной до предела спальне, чуть меньшей по площади, чем его собственная, на огромной постели цвета слоновой кости Бо Аня с трудом приподнялся на локтях, пытаясь дотянуться до стакана с водой на прикроватной тумбочке.
Широкая пижама соскользнула с его белого плеча от резкого движения, обнажая ключицы и рельефные мускулы на сильных руках и груди. Кожа Бо Ани пылала алым, а кончики его ушей покраснели сильнее всего.
Похоже, температура подскочила слишком высоко, и каждое движение давалось ему с заметной скованностью.
Лу Жэнь подбежал к кровати и поддержал его:
— Ты в порядке?
Помогнув тому сесть и подложив за спину две подушки, Лу Жэнь бережно уложил больного обратно и заодно машинально запахнул на нем одежду.
Вот так Бо Аня и умудрился простудиться.
— Пустяки... — Длинные, похожие на перья ворона ресницы Бо Ани слегка дрожали, а голос звучал хрипло, выдавая редкую, прежде невиданную слабость. — Прошлой ночью я разбирался с делами бала и не уследил... Кстати, ты уже определился с партнером?
В глазах Лу Жэня мелькнула вина: поскольку он, король, толком не умел даже читать сложные иероглифы, большую часть государственных забот брала на себя эта троица, а Бо Ане доставалось тяжелее всех, ведь на нем висела вся бумажная волокита.
— Подожди-ка, — вспомнив что-то, Лу Жэнь вскочил и бросился к выходу.
Спустя пару минут Лу Жэнь привел Качиса.
Заметив вошедшего следом за Лу Жэнем Качиса, Бо Аня слегка напрягся и молча подтянул обратно только что сползшую пижаму.
Оценив обстановку в комнате, Качис тоже замер на пороге, а когда перевел взгляд на Бо Аню, улыбка на его лице стала еще шире, в то время как в глубине глаз заледянел холод.
Их взгляды пересеклись в пространстве, скрытом от глаз Лу Жэня.
Непрошеная забота.
Ха-ха.
Глава 08
— Качис, скорее осмотри Бо Аню, — лицо Лу Жэня выражало крайнюю тревогу.
Здоровье Бо Ани всегда было отменным — из тех людей, что без всякой магии, полагаясь лишь на кулаки, способны в одиночку одолеть подавляющее большинство воинов среднего ранга. На пути к уничтожению Короля демонов бывало всякое, и он болел, но в худшем случае дело ограничивалось параллем чихами.
Лу Жэнь еще ни разу не видел Бо Аню в таком плачевном состоянии, когда даже шея от жара стала багровой.
Качис неспешно подошел ближе:
— И впрямь выглядит паршиво.
Особенно с мозгами.
— И что делать? Ты можешь его вылечить? — встревожился Лу Жэнь.
Качис ведь сильнейший жрец на всем континенте, раз уж даже он говорит, что дело серьезное, значит, всё действительно очень плохо.
Неужели Бо Аня собирается умирать?
Сердце Лу Жэня сжалось — ему вовсе не хотелось, чтобы Бо Аня умирал.
Хотя тот и был невыносимым скрягой, у которого вечно чесался язык.
Настроение Бо Ани вдруг резко улучшилось. Проигнорировав насмешку, скрывавшуюся за улыбкой Качиса, он обессиленно откинулся на подушки:
— Кхе-кхе...
http://bllate.org/book/42082/5380038
Сказали спасибо 0 читателей