Готовый перевод How / Как правильно использовать дядю-кинозвезду: Глава 13

Презентация нового альбома Вэй Мань «Стремление к страсти», организованная AX Entertainment, проходила на площади в самом центре города. Серебристая сцена, рекламные щиты в сине-черных тонах, а на них — сама Вэй Мань, томно и сексуально расположившаяся на классическом диване. Макияж в стиле смоки-айз придавал ей облик, полный искушения и дурмана. Даже без какой-либо рекламы на мероприятие хлынули тысячи фанатов, запрудив все подходы к площади.

Сюда же стянулись ведущие развлекательные СМИ, ведь это было событие огромной важности для индустрии.

Как только настало время, Вэй Мань въехала на площадку на красном спорткаре. На ней был черный топ с открытыми плечами, кожаные брюки и армейские ботинки. С помощью телохранителей она грациозно выбралась из машины.

Облегающий наряд подчеркивал соблазнительные изгибы тела, а открытые плечи притягивали взгляды. Хотя Вэй Мань уже перешагнула сорокалетний рубеж, ее фигура ничуть не уступала современным участницам девичьих групп, а в ней самой чувствовалось то особое очарование, которое присуще лишь зрелым женщинам. Белоснежная кожа без единой поры, волнистые локоны, алые губы и плавная походка — она напоминала гордую, порхающую бабочку-парусник.

Фанаты с нетерпением ждали этот альбом, вышедший спустя пять лет после предыдущего. Голос Вэй Мань, низкий, мягкий, но сильный, всегда отдавал легкой ноткой грусти. Ее баллады трогали до глубины души, а быстрые треки поражали сексуальностью — любой жанр в ее исполнении звучал завораживающе.

Вэй Мань начинала как певица, и лишь спустя десять лет на сцене, благодаря Цинь Юю, она постепенно попробовала себя в актерстве. В итоге это увлекло ее настолько, что она с головой ушла в кино. Ее возвращение на музыкальную арену вызвало настоящий ажиотаж среди поклонников.

Аудитория Вэй Мань была невероятно широкой: любого пола и возраста. Те, кто полюбил ее роли, неизбежно проникались и ее песнями. В новый альбом вошло девять композиций, к которым прилагались два клипа и случайный постер. К одиннадцати часам утра, как только открылись музыкальные магазины, продажи уже перевалили за десять тысяч копий.

Стоило Вэй Мань выйти на сцену, как раздались оглушительные крики.

Обошлось без ведущего. Королева Вэй лишь приложила указательный палец к губам, и шум мгновенно стих. Она осталась на сцене одна. Закрыв глаза, она начала двигаться в такт низкому, пульсирующему ритму, который внезапно заполнил пространство. Ее взгляд, то приоткрывающийся, то снова скрытый, и легкая усмешка на алых губах задали тон.

«Искушение» — один из главных треков альбома. Темный стиль, построенный на ритмах трэпа — это был совершенно новый опыт для Вэй Мань.

Черная подводка — это искушение,

Один лишь взгляд, и нет преград.

Придешь или нет? Решись, не бойся,

Сегодня ночью сорви с себя маску.

Изгиб губ — это искушение,

Укуси, и аромат разольется повсюду.

Хочешь или нет? Отдайся порыву,

Сладко, как яд, я лишу тебя рассудка.

Низкий, вкрадчивый голос проникал в самые потаенные уголки души. В сочетании с грациозными движениями, вызывающей улыбкой и гипнотическим взглядом, это заставляло фанатов в зале терять голову.

В этот момент Вэй Мань словно вышла из привычных рамок экранного образа, вновь обретая ту страсть к пению, что была у нее в самом начале пути.

Во время инструментального проигрыша к ней присоединились двое танцоров. В черных облегающих майках и джинсах, один в темных очках, другой в бейсболке — подтянутые, мускулистые. Вэй Мань, чьи кончики пальцев с ярко-красным лаком скользили по их рельефным грудным мышцам, танцевала вплотную с ними, то и дело дразня их игривой улыбкой.

Поцелуй — это вызов,

Я заставлю тебя гореть от страсти.

Соблазн и искушение — кто поддастся, тот попался,

Стремление к страсти, отринь все остальное.

Наполненные намеками сцены заставляли перехватывать дыхание. Фанаты были поражены и шокированы смелостью нового альбома Вэй Мань.

Затем на сцену вынесли диван с золотой резьбой. Вэй Мань села, закинув ногу на ногу, оперлась рукой на подлокотник и, подобно монарху, окинула взглядом зал.

Двое танцоров начали по очереди демонстрировать свое мастерство. Танцор в бейсболке показал брейкинг, рокин-степ, переходы и закончил выступление резким движением бедер в такт музыке.

Танцор в темных очках поначалу двигался медленно, вторя причудливой мелодии, щелкая пальцами и уверенно вступая в зрительный контакт с Вэй Мань.

Когда никто уже не понимал, что он собирается показать, он внезапно взорвался энергией. Его движения, полные мощи и сексуальности, мгновенно накалили воздух. Его смуглая кожа блестела от пота, а каждое движение мышц, каждое резкое движение рук было пропитано силой. Он сместил центр тяжести, мощно работая бедрами в ритме музыки. В его движениях не было ни грамма женственности — лишь чистая, дерзкая мужская сексуальность, вдохнувшая в музыку новую жизнь.

То, как он выгибал спину, переходя в глубокий присед, подчеркивало силу его мышц. Его рука пробегала по темным волосам, обнажая еще больше шарма, а кончик языка, скользнувший по губам, говорил о полном упоении процессом.

— О боже, я никогда не видела, чтобы мужчины так танцевали тверк, это невероятно сексуально!

— Я так смущаюсь, у этого танцора такие сильные бедра!

— Этот парень просто демон!

Вэй Мань быстро выбрала последнего. Гордой походкой она подошла к нему и сорвала с него темные очки. Его глубокие черты лица, обрамленные растрепанными волосами, казались высеченными из камня, а персиковые глаза, высокий нос и слегка изогнутые губы излучали опасное обаяние.

Многие в толпе сразу узнали его, и крики тут же заполнили площадь.

Вэй Мань и парень встали в центре сцены, двигаясь синхронно. Одни и те же движения: Вэй Мань привносила в них женственность, а он — яростную, взрывную мощь, покоряя музыку своим телом.

Взмахи головой, широкие шаги, удары кулаками в такт — все было идеально слажено.

Они сменили позицию, встав друг за другом, на расстоянии меньше вытянутой руки. Продолжая двигаться в ритме, они с невероятным взаимопониманием синхронно работали бедрами. Игривые улыбки и насмешливые взгляды — это было по-настоящему вызывающе.

Соблазнить тебя, лишь чтобы отдаться страсти.

Пойдем, мальчик, счастье вызывает привыкание.

Один изящный поворот, и музыка резко оборвалась. Капли пота стекали по телу, обтянутому влажной тканью, парень тяжело дышал, и казалось, от него до сих пор исходит этот жар.

Все взгляды были прикованы к ним — полные восхищения и обожания. Но среди этой толпы были два человека, которые с самого начала видели только его. Одна из них — Линь Лань, стоявшая внизу у сцены. Другой — тот, кто наблюдал из специального коридора справа от сцены: он стоял неподвижно, облаченный в стально-серый костюм, а в его проницательных, спокойных глазах читались глубокий расчет и живой интерес.

Вэй Мань положила руку на плечо парня, немного перевела дыхание и, улыбнувшись, спросила:

— Вас удалось соблазнить?

— Да-а-а!

Ответный рев толпы сопровождался визгами. Вэй Мань довольно прищурилась, закусила губу и загадочно улыбнулась.

— А вы знаете, кто этот мужчина рядом со мной?

— Официант! Официант! Официант!

Голоса слились в один мощный гул.

— Отлично!

По знаку Вэй Мань Гу Чэнфэн повернулся. Его волосы все еще были влажными, а на лице играла сияющая, искренняя улыбка. Он скромно поклонился фанатам.

Три дня назад, когда он получил приглашение от Вэй Мань, Гу Чэнфэн был ошеломлен. Он думал, что после съемок клипа их пути разойдутся, но Вэй Мань попросила его стать ее партнером по танцам.

Конечно, он колебался. Для него было непривычно крутить бедрами перед такой толпой, но, видя, как сильно этого хочет Вэй Мань, он не смог отказать.

На следующий день, посмотрев выступление тренера в репетиционном зале, он согласился.

— Думаю, многие из вас уже попали под влияние сексуальных бедер Сяо Фэна. А теперь прошу вас насладиться моей второй песней, Нежность как грех. Я сама написала слова и руководила съемками клипа, надеюсь, это подарит вам новые впечатления.

Вэй Мань не позволила Гу Чэнфэну уйти, она взяла его за руку, и ее выражение лица в одно мгновение стало мягким и сдержанным.

Зазвучала меланхоличная мелодия фортепиано. На огромном экране здания слева от сцены внезапно появилось пугающее изображение: мужчина, страдающий от наркотической зависимости, корчился на диване, дрожа от боли. Его лицо было бледным, взгляд расфокусированным, а тяжелое, прерывистое дыхание, усиленное акустикой, звучало поистине ужасающе.

Мужчина то мучительно кривился, то вдруг начинал безумно смеяться, прежде чем окончательно затихнуть, медленно закрыв глаза и перестав улыбаться.

Я забыла, когда в последний раз так обнимала своего мужчину.

Мы прошли вместе большую часть пути, но сердца стали так далеки.

На экране Вэй Мань, завершив концерт, возвращалась домой и видела холодное тело возлюбленного.

Слезы хлынули из глаз, душераздирающий плач наполнил пространство. Вэй Мань крепко прижимала мужчину к себе, сотрясаясь от рыданий.

Клип начинался шокирующе. Тихий, словно исповедь, голос проникал в самую глубину души, рассказывая печальную историю любви.

До смерти мужчины они жили под одной крышей и постоянно ссорились. Его холодное равнодушие, игнорирование, жестокие толчки, вспышки неконтролируемого гнева и разрушения — все это указывало на самые болезненные слепые зоны в отношениях, свойственные женщинам.

Фанаты, не отрываясь, следили за экраном. Они хмурились от жестокости героя, сжимали кулаки от его холодных усмешек и насилия, обрушиваемого на Вэй Мань. Их эмоции скакали вместе с сюжетом.

Нежность как грех. Рай, который ты подарил, был слишком прекрасен, и я не в силах вернуть его назад.

Между бережливостью и вседозволенностью мое сердце запуталось.

Как грех, как проклятие.

В клипе Вэй Мань отдавала себя всю, терпела любые унижения и не хотела расставаться. Сначала могло показаться, что она просто погрязла в играх плохого парня, но тут кадры сменялись воспоминаниями из их юности — первой встречей в университетском городке.

Не было больше щетины и безумства. Он был полон света, нежности и непреодолимого обаяния — точь-в-точь как Гу Чэнфэн, стоявший сейчас на сцене.

Многие только тогда поняли, что того самого плохого парня играл он.

В молодости он был невероятно заботлив: провожал ее в любую погоду, приносил горячий суп в дождливые дни, строил гримасы, чтобы рассмешить ее, и с такой нежностью расчесывал ей волосы… Они плели сети сладкой любви, из которых невозможно было выбраться.

Эта песня несла двусторонний смысл. Она была не просто о страданиях женщины в любви, а о раскаянии и осознании. Вэй Мань хотела ответить на его нежность, но выбрала неправильный путь, из-за чего он, привыкнув к ее бесконечному потаканию, в конце концов потерял жизнь.

Нежность как грех… Может, я просто выбрала неправильный способ любить?

Если бы можно было все исправить, я бы отдала все богатства мира…

Уставшая от слез Вэй Мань лежала на диване рядом с холодным телом, ее дрожащие пальцы гладили его растрепанные волосы, как он когда-то гладил ее, а на губах играла улыбка, хотя в глазах уже не было души.

Нежность как грех.

Когда их силуэты поглотила тьма, на экране появилось название.

Многие фанаты прослезились, тронутые этой искренней и тяжелой историей. Тяжелое, горькое чувство еще долго не отпускало их сердца.

Даже Гу Чэнфэн почувствовал ком в горле. Он почти забыл, что мужчина в клипе — это он сам, настолько глубоко он погрузился в атмосферу происходящего.

Вэй Мань посмотрела на Цинь Юя, стоявшего справа от сцены, и ее глаза довольно блеснули.

— И плохого, и хорошего парня в клипе сыграл один человек — Сяо Фэн. Это новый артист, которого AX Entertainment собирается активно продвигать. Пожалуйста, запомните его имя: Гу Чэнфэн. И перестаньте называть его просто официантом.

Вспышки камер мгновенно осветили всю сцену. Гу Чэнфэн стоял, ошеломленно глядя на Вэй Мань.

http://bllate.org/book/42035/5373967

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь