Палящее солнце безжалостно палило. Данцзэн Гунбу, только что отыгравший роль трупа номер два, нашел местечко, чтобы передохнуть. На ступенях уже сигло немало людей — все они были массовкой и ждали, пока бригадир распределит для них работу.
Данцзэн Гунбу достал телефон. На экране красовалось сообщение от агента: «Прости, я уволился, и ту роль, о которой мы говорили раньше, скорее всего, получить уже не удастся».
Да, агент. Пусть сейчас он всего лишь актер массовки, но у него имелся агент.
Данцзэн Гунбу начал сниматься в кино еще до окончания университета. Пусть это была лишь дипломная работа кого-то из старшекурсников, но та лента в свое время гремела на всю округу и даже завоевала награды. Благодаря выдающейся внешности и живому актерскому мастерству Данцзэн Гунбу тогда приглянулся многим агентствам.
В те дни Данцзэн получал по меньшей мере три звонка в день, и все от представителей индустрии. Восемнадцати-девятнадцатилетним парнишкой, только-только поступившим в институт, он был невероятно наивен, а из-за того, что принадлежал к этническому меньшинству, еще и плохо говорил по-мандарински. Он ничего не смыслил в жизни и наивно полагал, что стоит подписать контракт с компанией, как о нехватке ролей можно будет забыть.
И вот Данцзэн Гунбу заключил договор с агентством еще до выпуска, правда, оговорив условие: документ вступает в силу только после окончания учебы, чтобы не мешать учебе.После окончания учебы Данцзэн сразу устроился в Жэхай и стал частью этой компании. Тогда менеджер, которого ему выделило руководство, звалась Ян Цзытин — та самая, что только что прислала ему сообщение. Она была деловой и способной карьеристкой, но в последнее время увязла в скандале из-за негласных правил на рабочем месте и теперь даже подала в отставку.
Похоже, то происшествие и впрямь сильно на нее повлияло.
Данцзэн Гунбу ответил: «Все в порядке».
— Эй! Ты! Сидишь тут в телефоне, иди сюда, получи расчет!
Данцзэн поднял голову, увидел своего бригадира массовки, быстро подбежал и почтительно поздоровался:
— Брат!
Бригадир был сорока-пятидесятилетним мужчиной средних лет. Увидев парня, он попытался похлопать его по плечу, но поскольку Данцзэн был слишком высоким — ростом примерно метр восемьдесят семь, — этому невысокому мужичку ростом метр шестьдесят пришлось символически похлопать Данцзэна по спине: — Ай да парень, до чего же хорош собой!
Он достал телефон и перевел Данцзэну двести юаней:
— Это твой сегодняшний заработок.
С этими словами он протянул ему красный конверт:
— А это подготовленный съемочной группой конверт с удачей. Что ни говори, а эта съемочная группа оказалась весьма щедрой.
При этом он сунул в конверт еще две сотенные купюры из собственных запасов и отдал Данцзэну:
— Бери. Ты ходишь за мной уже несколько дней, а я смог пристроить тебя всего на одну роль, на душе аж совесть скребет.
Увидев это, Данцзэн Гунбу не стал отказываться. Он принял конверт, поклонился и поблагодарил:
— Спасибо, брат.
— Послушай, с чего это ты вдруг надумал податься в массовку? С твоей-то внешностью тебе прямая дорога роли главных героев играть, как это тебя ни один скаут не приметил и контракт не предложил?
Услышав это, Данцзэн горько улыбнулся:
— В шоу-бизнесе столько красавцев и красавиц, куда уж мне.
Мужчина окинул его взглядом и, похлопав по спине, сказал:
— Поверь мне, ты обязательно прославишься. Я в этом деле столько лет, людей насквозь вижу.
Данцзэн улыбнулся:
— Тогда воспользуюсь вашим добрым словом, брат.
Мужчина вовсе не бросал слов на ветер и не пытался просто утешить. Внешность Данцзэн Гунбу действительно была безупречной: соболиные брови, звезды в глазах, глубокие черты лица. Возможно, из-за своего происхождения из национального меньшинства его глаза казались необычайно яркими, а высокий рост и длинные ноги делали его абсолютным воплощением благородного героя.
Единственным недостатком, пожалуй, было то, что от постоянного пребывания на солнце и ветру его кожа слегка загорела, что не совсем соответствовало нынешней моде на утонченных хрупких юношей.
В красном конверте изначально было двести юаней, бригадир добавил еще двести, да вдобавок перевод по WeChat на двести — итого дневной заработок составил шестьсот юаней. Это и был весь его доход за текущий месяц: ровно шестьсот, до арендной платы в семьсот пятьдесят не хватало еще ста пятидесяти.
Зажав в кулаке шестьсот юаней, Данцзэн вернулся домой, чувствуя легкую головную боль.
Он снимал комнату в квартире с перегородками: одно жилое помещение было разделено на три части. Сама квартира состояла из двух спален и гостиной, и он арендовал меньшую спальню всего за семьсот пятьдесят юаней в месяц. Его сожителем тоже был актер по имени Ху Ян.
Только вот тому повезло куда больше: он мог получать гораздо больше ролей, да еще и с репликами и выходом на передний план.
По идее, с такой внешностью, как у Данцзэна, стоило ему подписать контракт с агентством, он бы точно не скатился до положения статиста, перебивающегося с хлеба на воду.
Если же вдаваться в причины, то об этом пришлось бы рассказывать очень долго.
Жэхай нельзя было назвать особо крупным агентством, скорее — крепким середнячком. Поначалу, когда Данцзэн Гунбу только пришел в компанию, ему улыбнулась удача, и им занялась Ян Цзытин. Как уже упоминалось ранее, Ян Цзытин являлась типичной деловой женщиной с выдающимися организаторскими способностями.
http://bllate.org/book/41941/5358405
Сказали спасибо 0 читателей