Готовый перевод The Sickly Beauty's Villain Persona Crumbles / Больной красавец больше не злодей: Глава 3

Будучи болезненным хиляком, сегодняшний день выдался для него поистине изнурительным.

Младший соученик по-прежнему сохранял высокомерный и холодный вид, не удостоив Лю Цинцзюэ ответа, и та постепенно умолкла.

Вскоре напротив воцарилась тишина.

Му ЧАОсюэ в полусонном бреду думал: раз уж даже такое равнодушие к людям способно покорить девичье сердце, значит, младший брат действительно опирается на собственную силу... и сам того не заметив, провалился в сон.

Во сне он всё ещё нежился в горячих источниках Усадьбы Облачной Тени, лежа на мягкой пуховой постели.

Шея вдруг зачесалась, словно кто-то намеренно щекотал его.

Он качнул головой и потерся о подушку — зуд на шее пропал, но тут же тонкие, гибкие ветви пробрались сквозь промежутки между его пальцами, принимаясь раз за разом легко царапать и щекотать его ладонь.

Следом за этим обвившие талию лианы тоже начали докучать ему, и каждый листик и отросток норовил пощекотать его.

Он больше не мог спать, сбросив остатки сна и доведенный до предела, он распахнул глаза, опустив взгляд на эти бесчинствующие лозы, и слегка растерялся.

Хотя он не особенно боялся щекотки, портить кому-то сладкий сон — это уже перебор, не так ли?

Этой демонической лиане исполнилось уже не меньше сотни лет, она росла прямо от корней огромного дерева и, хоть ещё не обрела человеческий облик, служила отличной помощницей тысячелетнему Деревянному демону, то и дело помогая выслеживать одиноких заклинателей в окрестностях и заволакивать их обратно в пещеру.

Однако в оригинальном сюжете эта демоническая лиана, точно так же приволочив Лю Цинцзюэ обратно, в итоге оказалась успешно подчинена уникальной техникой самой Лю Цинцзюэ.

Маскировавшаяся под добычу Лю Цинцзюэ воспользовалась моментом, чтобы при помощи лоз совершить контратаку и уничтожить тысячелетнего Деревянного демона.

Припомнив это, Му ЧАОсюэ повернул голову и посмотрел на сидевшую напротив парочку.

По сравнению с лианами, что непрерывно донимали его, лозы, опутывающие тех двоих, выглядели весьма благопристойно и честно исполняли роль путов, связывающих пленников.

Младший соученик Жун Ле даже в столь бедственном положении не позволил растрепаться ни единому волоску — с абсолютно невозмутимым выражением лица он сидел с закрытыми глазами, регулируя дыхание, и казался совершенно глухим ко всему происходящему вокруг.

Му ЧАОсюэ перевел взгляд на ту самую «невесту».

Лю Цинцзюэ подмигнула ему, и её алые уголки губ чуть приподнялись.

Он приоткрыл рот, собираясь что-то сказать, но так и замер.

Лю Цинцзюэ с усмешкой посмотрела на него и поинтересовалась:

— Что же ты больше не спишь?

Он покосился на обвивавшие его лианы и с унылым вздохом покачал головой.

Лю Цинцзюэ окинула его долгим взглядом с головы до ног, совершенно не скрывая своего пытливого интереса:

— Судя по твоему слабому пульсу и невысокому уровню культивации, ты далеко не выдающийся человек. Как вышло, что, угодив в подобное место, ты смог так спокойно завалиться спать?

Он, казалось, вовсе не заметил насмешки в её словах, ответив неторопливо и плавно:

— Как барышня и изволили заметить, у меня ни уровня культивации, ни выдающегося ума. Попав в такую переделку, как ни суетись — всё равно попусту потратишь силы, так что лучше уж плыть по течению и наблюдать за переменами.

Собеседница насмешливо фыркнула:

— Какое удобное оправдание — плыть по течению.

— Угу-угу, именно так.

Му ЧАОсюэ рассеянно кивнул, решив, что прежде чем Деревянный демон будет повержен младшим соучеником, нужно бы избавиться от собственной сонливости. Судя по реакции Лю Цинцзюэ, она ещё не подчинила себе лианы, иначе с чего бы ей в столь критический момент тратить силы на то, чтобы щекотать его?

Наверняка эти лозы изо дня в день горбатятся на Деревянного демона и от скуки не находят ничего лучше, чем мучить его — самого слабого пушечного мяса среди их троицы.

Он опустил голову и, уже ни на что не надеясь, попытался договориться с обвивавшими его лианами:

— Проявите уважение, хватит уже баловаться.

И надо же такому случиться, те и вправду замерли.

Стоило ему поднять голову, как Лю Цинцзюэ по-прежнему пристально и с изрядным интересом изучала его.

Раз уж ей так хотелось пялиться, пусть смотрит — от него не убудет.

Он снова прикрыл глаза, погружаясь в дремоту и пытаясь досмотреть прерванный сон.

Однако не прошло и мгновения, как новые побеги обвили его тело, пробираясь через воротник вниз и оставляя на коже леденящий, слегка покалывающий след.

Он вновь открыл глаза, испытующе застыв, и опустил взгляд, с подозрением разглядывая бесчинствующие ветви. Точь-в-точь как в прошлый раз: стоило ему чуть шевельнуться, как конечности и тупое кольцо лоз сжались ещё туже.

А те лианы и побеги будто назло ему принялись щекотать ещё усерднее и веселее.

На секунду на душе у Му ЧАОсюэ стало тяжело: неужели растения в Мире бессмертных настолько любят развлекаться?

Глава 2

— Тсс.

Му ЧАОсюэ тихонько выдохнул, заметив, как грубая лоза оставила на его запястье тонкий кровоточивый порез.

Сидевший напротив и всё это время медитировавший с закрытыми глазами Жун Ле открыл глаза, на звук повернулся в их сторону и чуть шевельнул запястьем.

Раздался тихий глухой стук — небольшой камень угодил прямо в лиану.

Камень был пропитан духовной силой, и лоза, ощутив мощный отпор и впадя в первобытный страх, задрожала и со стоном отступила от конечностей Му ЧАОсюэ, скрываясь под землей.

— Попрошу вести себя пристойнее.

В просторной дуплистой пещере голос Жун Ле прозвучал словно горный родник или тающий весенний снег — холодный, чистый и донельзя приятный на слух.

В тот же миг показалось, что даже витавший в воздухе тяжелый запах гниения заметно рассеялся.

Му ЧАОсюэ и Лю Цинцзюэ синхронно перевели взгляд на хладнокровного и смазливого мужчину.

Лю Цинцзюэ с показным равнодушием парировала:

— Я ведь ничего такого не сделала, с чего вдруг призывы «вести себя пристойнее»?

Взгляд Жун Ле скользнул по извивающимся на земле лозам, в его холодном выражении читалась презрительная ясность, не требующая лишних слов.

Сразу после этого он полностью проигнорировал сидевшую рядом писаную красавицу-барышню, словно ничего и не произошло, и с прежним надменным видом вновь прикрыл глаза, погружаясь в медитацию.

Му ЧАОсюэ тут же сообразил: он вовсе не ошибался с самого начала. Деревья двигались не сами по себе — это та самая «барышня» из Класса Лю управляла ими, чтобы измываться над пешкой.

А младший брат, как и подобает герою оригинального текста, оказался полон чувства справедливости: заметив, как угнетают и тиранят сородича по секте, он без малейших колебаний поспешил на помощь, даже не зря имени пострадавшего.

Не зря он — будущий свет праведности и лидер Врат Бессмертных.

Теперь-то младший соученик, судя по всему, тоже раскусил странное поведение лиан и, как и Лю Цинцзюэ, припас козырь в рукаве.

Поразмыслив об этом, Му ЧАОсюэ, помимо легкого раздражения на Лю Цинцзюэ за испорченный сон, преисполнился ещё большей уверенности в том, что им удастся выбраться отсюда живыми.

После стольких прерванных попыток остатки сна окончательно развеялись, и он, нахмурившись, сидел неподвижно, погруженный в задумчивость.

«Барышня» из Класса Лю, похоже, ничуть не смутилась после ледяного игнорирования со стороны младшего соученика и вновь подала голос:

— Разозлился?

Му ЧАОсюэ задрал голову к потолку и рассеянно подумал: будущему лидеру Врат Бессмертных полагалось быть выше столь мелочных обид, чтобы сердиться из-за каждого пустяка.

http://bllate.org/book/41932/5357163

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь