Готовый перевод Can You Do It / А ты вообще потянешь? Столкновение характеров: Глава 9

Цзинь Юань отличался исполнительностью. Вернувшись в университет, он сразу направился в учебный отдел, за полчаса заполнил и обобщил все формы, а затем сдал их в архив.

Информация синхронизировалась с обеих сторон, и Цзян Шуи получил текстовое уведомление.

Он ещё не оправился от смены часовых поясов, поэтому, пообедав, переоделся в пижаму и, закутавшись в одеяние, лёг спать.

Ближе к вечеру закатное солнце клонилось к закату. Кровать в гостевой комнате стояла прямо напротив окна, занавески были тонкими. Цзян Шуи сдёрнул маску для сна, и хлынувший со всех сторон свет заставил его зажмуриться.

В полусонном состоянии подумалось: дождя нет, погода в Лондоне сегодня прекрасная.

В горле пересохло, он сел выпить воды и заприметил за окном закатные облака, раскинувшиеся над синими стенами и чёрной черепицей. Полупрозрачные занавески колыхались от ветра, и закатное закатное зарево тоже легко покачивалось, окутанное туманной дымкой.

Допив полстакана воды, он наконец ощутил реальность происходящего: это дом дедушки в Цзянчэне.

Место, где выросла его мама.

В ушах раздался сигнал уведомления. Выудив из-под подушки телефон, он просмотрел сообщение от учебного отдела университета и в соответствии с инструкциями ответил подтверждением.

Дедушка привык всё решать властно. Проигнорировав его отказ от всяких приветствий, он связался с Чэн Циншанем. Едва Цзян Шуи собрался вздремнуть после обеда, позвонил староста Чэн. Они обменялись дежурными любезностями и заговорили о помощи в учёбе и преподавательском общежитии.

Сначала он хотел отказаться: его родной язык — китайский, в помощи он не нуждается. К тому же долгое и близкое общение с незнакомцем неизбежно приведёт к сближению. У него был устоявшийся круг общения, а все близкие друзья знали друг друга уже много лет, так что он не испытывал ни малейшего интереса к заведению новых близких отношений.

Но староста Чэн пошутил, что в университете А он человек новый и незнакомый, а с компаньоном быстрее вольётся в коллектив. К тому же он сообщил, что аспирантские общежития изначально строились как двухместные, но из-за ежегодного расширения набора и нехватки пространства превратились в трёх- и четырёхместные.

Снимать жильё тоже хлопотно, университетская территория огромна, и много времени будет уходить на дорогу до аудиторий. А в преподавательском общежитии можно получить собственную комнату, причём расположение отличное — близко и к аудиториям, и к библиотеке, и к столовой.

Поколебавшись немного, он согласился.

Староста Чэн сказал, что кандидат для помощи уже есть, но нужно сначала спросить мнения второй стороны, и после подтверждения придёт весточка.

Цзян Шуи посмотрел на экран телефона и медленно прочитал имя:

— Цзинь Юань.

Младшекурсник с третьего курса, которого староста Чэн расхваливал на все лады, и его будущий сосед по комнате.

Какое знакомое имя. Он повторил его ещё раз и внезапно вспомнил сплетни, услышаннные на улицах Лондона.

Самюэль тогда язвительно задирал всех подряд, а студенты из тех университетов Японии и Южной Кореи не хотели ввязываться и делали вид, что не слышат. Цзинь Юань из университета А, возвращавшийся снаружи после звонка, как раз проходил мимо и просто макнул его головой в торт.

Они даже подрались. Самюэль, насколько я помню, вроде бы занимался тхэквондо, выглядел широким в плечах и грозным, но Цзинь Юань поверг его на землю всего за пару движений...

Самюэль цеплялся к Цзян Шуи, и чем меньше тот обращал внимания, тем сильнее тот наглел. Пока однажды на открытом полигоне для стрельбы боевыми патронами Цзян Шуи не приставил пистолет прямо к голове Самюэля, окончательно решив проблему.

В воображении Цзян Шуи всплыл жалкий вид Самюэля с испачканным кремом лицом, поверженного Цзинь Юанем.

Он подумал: трус, который силен лишь с теми, кто слабее, только так с ними и надо поступать.

В сообщении были указаны номер телефона и WeChat. Он добавил Цзинь Юаня в WeChat, а в заявке на добавление в друзья написал: привет, я Айз... — сообразив, удалил и набрал заново.

Привет, это Цзян Шуи.

Добавил мгновенно.

Цзинь Юань:

— Привет, это Цзинь Юань.

Аватарка у Цзинь Юаня была лаконичной: на чистом белом фоне красовался чёрный иероглиф Цзинь, написанный размашистым, свободным почерком. Очень красивая фамилия. Цзян Шуи как раз любовался ею, как в окне диалога всплыло ещё одно сообщение.

Цзинь Юань:

— В эти дни вам, аспирантам, нужно выбрать междисциплинарные элективные курсы. Сначала зайди в управленческую систему университета и сверь данные студента. При встрече я помогу тебе отхватить нужные. Некоторые курсы высоко ценятся, но преподаватели за ними не следят — можно прогуливать, и даже сдавать финальный экзамен не нужно, достаточно просто сдать один отчёт.

Цзян Шуи поступил в аспирантуру на Филологический факультет, и помимо профильных предметов ему предстояло посещать два междисциплинарных элективных курса. Профильные предметы были главным, поэтому ради экономии времени и сил к последним можно было относиться спустя рукава.

Цзян Шуи:

— Мне это очень нужно, спасибо, Цзинь Юань.

Цзинь Юань:

— Не стоит формальностей.

Он собирался пойти пообедать в столовую и, проходя мимо спортивной площадки, нашёл чистый участок травы, присел и продолжил писать:

— Да, я получил ключи от преподавательского общежития, завтра уже можно будет въехать, но там только мебель, а предметов первой необходимости нет. Я пойду вечером в супермаркет, составь список того, что тебе нужно, я куплю всё разом.

Сотрудники университетской хозяйственной части работали эффективно: стоило старосте Чэн подать заявку, как ключи оказались на руках. Он уже заглядывал в квартиру — пятый этаж, комнаты чистые, прямо как в демонстрационном зале.

Цзян Шуи привык жить изысканно и с комфортом, он не любил без нужды менять вещи, к которым привык, поэтому поинтересовался у Цзинь Юаня, что тот планирует покупать. Получив ответ и дочитав сообщение, он ответил:

— Если можно, купи мне тоже пару крючков и тонкий матрас, спасибо.

Он прикинул стоимость с запасом и перевёл деньги Цзинь Юаню.

Цзинь Юань вернул перевод назад. Цзян Шуи перевёл снова. После нескольких попыток туда-сюда Цзинь Юаню надоело препираться, и он просто отправил голосовое сообщение:

— Ты слишком много даёшь. Это же попутное дело, незачем быть настолько вежливым. Больше не переводи, пусть будет так.

Его тон был непреклонным, и Цзян Шуи пришлось уступить: раз он не принимает деньги, значит, при встрече преподнесёт подарок.

Разделенные экраном, они больше особо не болтали, и Цзинь Юань с улыбкой произнёс:

— Ладно, до завтра.

У него был тон, каким успокаивают маленьких девочек — мягкий, с улыбкой в самом конце.

Услышав это, Цзян Шуи подумал, что этот младшекурсник такой послушный.

Совсем не похож на крутого парня, способного повалить Самюэля — скорее всего, это были сильно приукрашенные слухи.

Он отозвался:

— До завтра.

Цзян Шуи только что проснулся, наполовину уткнувшись лицом в подушку, говорил медленно, с лёгкой хрипотцой в голосе и ленцой.

Цзинь Юаню это показалось до того нежным.

На спортплощадке свистел ветер, кто-то играл в баскетбол. Подошвы скрипели о покрытие, тела сталкивались снова и снова, мяч со стуком ударялся о кольцо... Он встал и ушёл, пробираясь сквозь какофонию шума, и записал Цзян Шуи в контактах: Принцесса на горошине.

Вечером Цзинь Юань отправился в супермаркет за предметами первой необходимости и выбрал для Принцессы на горошине самые лучшие крючки и самый дорогой латексный матрас.

В квартире было две комнаты, с разными окнами, но похожей планировки. Цзинь Юань спросил Цзян Шуи, какую комнату тот хочет, а Цзян Шуи предложил выбрать первой ему, сказав, что займет ту, что останется.

http://bllate.org/book/41894/5351514