Ближе к вечеру Цзян И шел по тротуару, ведя за собой оборотня.
Точнее говоря, вел на поводке: в руке Цзян И зажимал старую, потертую цепь, другой конец которой крепился к ошейнику.
Чтобы оборотень не смог сбежать или навредить хозяину, на его лицо надели железный намордник, ошейник на шее был снабжен функцией электрошока, а запястья крепко стягивали железные кандалы.
Оборотень понуро опустил голову, его мягкие буровато-желтые волчьи уши безвольно прятались в растрепанных волосах. На нем были лишь мешковатые серые штаны, худощавая обнаженная грудь торчала ребрами наружу, тонкие мышцы туго обтягивали скелет — казалось, можно было пересчитать каждое ребро. На плечах и подмышками темнели синяки, которые особенно резко выделялись на фоне бледной кожи.
Судя по всему, ноги тоже были ранены, поэтому передвигался он невероятно медленно.
Цзян И поневоле пришлось сбавить шаг, чтобы не отрываться от спутника.
Оглянувшись на этого хилого оборотня, парень в очередной раз мысленно поразился: с какого перепуга он вообще вздумал покупать оборотня, когда у самого в кармане вонь стоит от безденежья?
Почуяв, что новый хозяин смотрит на него, оборотень исподлобья бросил короткий взгляд, но тут же отвел глаза при встрече взглядами и зашагал быстрее, отчего цепь между ними звякнула.
Глядя на эту жалостливую картину, Цзян И вздохнул:
— Иди тише, не спеши.
Получасом ранее.
Цзян И заглянул в Западный район на барахолку в планах прикупить кухонную утварь и свежие продукты.
С момента его перемещения сюда прошло уже больше полумесяца. Поначалу кошелек был пуст, и приходилось перебиваться дешевым искусственным питанием. Эту бурду замешивали из необходимых человеческому организму питательных элементов — она неплохо насыщала и считалась полезной, но на вкус была пресной донельзя. Питаясь ей полмесяца подряд, ощущаешь себя так, будто жуешь древесную стружку.
Немного накопив денег, он решил хоть немного улучшить свою жизнь.
Барахолка в Западном районе была самой крупной во всем Городен Сноу: здесь царили дешевизна и огромный ассортимент на любой вкус.
Точно не зная, как именно зонирован рынок, Цзян И вместо отдела хозтоваров случайно заббрел в секцию торговли питомцами.
Множество милых зверушек сидело в клетках: одни лениво дремали, другие жалобно заглядывали в глаза прохожим.
Продвигаясь дальше, Цзян И оказался в дальней части зоны питомцев — здесь продавали существ покрупнее.
Поскольку все они были секонд-хенд, выглядели создания не слишком здоровыми и не совсем полноценными: то русалки с обрубленными хвостами, то оборотни с откушенными ушами, то пожелтевшие древобородые...
Прохожие привычно лавировали между рядами, торгуясь с лавочниками, и Цзян И вновь отчетливо осознал: мир, в который он попал, разительно отличается от его родной Земли.
Цзян И затруднялся сказать, наступил ли в этом мире конец света или это далекое будущее. Общий уровень технологий здесь был примерно сопоставим с земным, а в некоторых аспектах они даже отставали.
Космическая радиация в этих местах свирепствовала вовсю: Федерация вложила баснословные средства в возведение защитных куполов, отрезавших львиную долю пагубного излучения. Однако такие легендарные древние расы, как оборотни и русалки, с трудом переносили радиационный удар, из-за чего были вынуждены искать убежища под защитой расы людей.
Вероятно, под воздействием космической радиации часть людей пробудила сверхспособности.
Что касается Цзян И, то при проверке в Центре Эвокеров его уровень культивации оказался самым низким, ранга E. Это значило, что энергетические всплески фиксировались, но выявить конкретную способность аппаратура не могла. Проводящие тест сотрудники тоже не особо расчувствовались: даже если бы Эвокеру ранга E измерили способность, от нее всё равно не было бы никакого толку.
К счастью, статус Эвокера давал Цзян И право подать заявку на недорогую однокомнатную квартиру и получать правительственные субсидии. Пусть эвокерам ранга E полагалось всего по пятьсот кредитов в месяц, этого хватало, чтобы кое-как сводить концы с концами в новом мире.
— Кх-а! — раздался впереди сдавленный хрип.
Звук выдался настолько мучительным и подавленным, что принадлежал явно не человеку, а дикому зверю.
Гзевать на чужие беды — заложено в человеческой природе. Сделав пару шагов вперед, Цзян И раздвинул толпу.
Источник шума находился у соседнего прилавка, где продавали оборотней. Каждое существо ютилось в тесной клетке, но одного из них выволокли наружу; пытаясь сопротивляться, бедняга активировал надетый на шею электрошокер и теперь бился в судорогах на земле.
Увидев это, Цзян И невольно отступил на шаг.
Рядом с ним стояли отец с сыном. Цзян И запомнил их: немного раньше в ряду с кошками и собаками мальчонка возжелал крупного и грозного мейн-куна. Отец, судя по всему, стесненный в средствах, полушутя-полуволоком потащил ребенка к ряду бэушных питомцев. Мальчишка упирался и норовил вцепиться в пушистый хвост кота, рассчитывая вытянуть зверя наружу, будто это помогло бы забрать его домой.
Теперь же пацан положил глаз на оборотня — обладателя куда более крупного и пушистого хвоста, чем у мейн-куна. К тому же этот экземпляр редко обходился без других изъянов: уши, хвост, лапы были целы, вот только комплекция подкачала, а сам зверь выглядел худым и тощим. Глядя на него, не покидало ощущение, что даже для тяжелой физической работы он мало на что годится.
— Пап, хочу именно его хвост! Ну давай быстрее, попроси дядьку отрубить его мне! — заныл ребенок, теребя отца за полу куртки.
Выходит, им нужен был исключительно хвост оборотня. Впрочем, неудивительно: содержать питомцев вроде оборотней или русалок по карману лишь аристократам да высокоуровневым Эвокерам. Простому же люду порой с трудом удавалось выплатить правительству налог на защиту от радиации, куда уж там кормить крупного и прожорливого оборотня.
Заметив, что пленник вырвался, торговец тут же приказал подручному приволочь зверя обратно, уложить как следует и занес топор над самым основанием хвоста.
Даже лишившись хвоста, оборотень при условии выживания мог сойти за рабочую силу, которую лавочник перепродаст во второй раз уже по другой цене.
Цзян И не выносил кровавых зрелищ и уже хотел уйти, но взгляд оборотня заставил его задержаться.
Черты лица напоминали человеческие, из приоткрытого рта торчали слишком длинные клыки, а затуманенные глаза казались совершенно пустыми — казалось, зверь уже смирился с уготованной участью.
Однако Цзян И был уверен: тот, кто способен на сопротивление, не сдается так просто.
И действительно: когда топор опустился во второй раз, оборотень резко цапнул за руку державшего его человека, дико взбрыкнул, скатился по земле в сторону и бросился прямо на середину прохода.
Сообразив, в чем дело, торговец мгновенно вдавил кнопку шокера на запястном браслете.
Потоки тока прошибли ошейник, и оборотень вновь рухнул на брусчатку. Словно выброшенная на берег рыба, он судорожно забился на асфальте и, вцепившись руками в шею, затрясся в спазмах.
Упал зверь как раз возле ног Цзян И.
— Эй, парень, подсоби, пни его сюда, — окликнул его лавочник.
Помедлив мгновение, Цзян И окинул взглядом лежащего под ногами оборотня и произнес:
— Хозяин, я покупаю этого оборотня.
В тот самый момент, когда оборотень коснулся его, в голове отчетливо прозвучало три слова: спаси меня.
— Парень, ты чего городишь? Не видишь, мы первыми на его хвост нацелились? — набросился на Цзян И мужчина с ребенком.
Лавочник поспешил вмешаться, сглаживая углы: он был не против сбыть хвост мужчине, а бесхвостого оборотня отдать Цзян И — и волка сыты, и овцы целы, да и цену обоим покупателям можно было скинуть.
— Нет, мне нужен не только хвост, я покупаю оборотня целиком, — стоял на своем Цзян И.
Обескураженный лавочник перевел взгляд с одного на другого и обратился к Цзян И:
— Молодой человек, этот оборотень влетит тебе в копеечку. Уши и хвост на месте, все конечности целы — считай, элитный товар среди бэушных оборотней.
С этими словами лавочник перевернул только что пережившего шок и утратившего способность сопротивляться зверя, схватил его за руки и ноги, демонстрируя Цзян И товар в полной комплектации.
Нахмурившись, Цзян И прервал эти манипуляции:
— Хватит. Сколько?
— Три тысячи! — выпалил лавочник и, видимо, сам испугавшись названной суммы, принялся расхваливать достоинства товара: — Ты не гляди, что он худой, откормишь пару дней — вмиг возмужает, на любой тяжелой работе сгодится! И мордашка ничего, хвост и уши куда красивее, чем у других оборотней...
Дороговато.
Таких денег у Цзян И с собой не было. Сверху вниз взглянув на оборотня, он встретился с ним спокойным и остекленевшим взором. Этот взгляд лишал возможности торговаться с лавочником, как с неодушевленной вещью, и спустя пару секунд Цзян И обронил:
— Подождите секунду.
Отойдя в сторону, парень настроил сообщение для владельца бара с просьбой выдать зарплату за неделю авансом.
http://bllate.org/book/41854/5346630
Сказали спасибо 0 читателей