В течение следующей недели все мысли и силы Хуа Лина были сосредоточены на двух вещах: во-первых, поддерживать тесную связь с Пин И и следить за местонахождением Боевого топора Синтяня; во-вторых, активно готовиться к участию в Саммите Трех Миров. Подготовка же заключалась всего в одном пункте — покупке одежды.
Стоит отметить, что прошедшие саммиты Трех Миров — Мира Бессмертных, Мира Демонов и Мира Смертных — были не только площадкой для политических и экономических дискуссий, а также семинаром по технологиям культивации, но и вдобавок тайным конкурсом моды и красоты. К тому времени ведущие СМИ всех трех миров собирались вместе, а божества и демоны со всех сторон блистали во всей красе, соревнуясь в изяществе и очаровании.
На всех предыдущих саммитах Ян Цзянь, бог войны из Мира Бессмертных, неизменно занимал первое место в рейтинге популярности. Благодаря своему неземному, холодному и отрешенному темпераменту, а также потрясающей внешности он заслужил звание главного богача и красавца Мира Бессмертных, несколько раз подряд завоевывая награду «Золотая тыква» в номинации «Мужское божество» по версии шоу «Прекраснее всех в Трех Мирах», и пользовался колоссальной популярностью среди всех трех миров.
Хуа Лин как раз услышал, что на этот раз Ян Цзянь вновь примет участие в саммите в качестве одного из представителей Мира Бессмертных, и потому изо всех сил старался нарядиться, преисполненный решимости. Что до остальных дел в Мире Демонов, Ваше Высочество Царь Духов к ним особого рвения не питал: при первой возможности увильнуть — увильгал бы, при случае затянуть — затянул бы. Стоило Фэйляню попросить его пересчитать хоть пару монет, как тот отнекивался и ленился шевельнуть пальцем. Но стоило зайти делу о внешности, как все его симптомы прокрастинации и неизлечимой лени тут же испарялись.
Хуа Лин полностью оправдывал свое имя: хотя десять тысяч лет назад его истинной формой было насекомое, в душе он невероятно напоминал гордого цветастого павлина, и больше всего на свете не выносил, когда кто-то выглядел красивее него.
Фэйлянь слишком хорошо знал повадки этого своего друга, с которым они провели десять тысяч лет. Заметив, что Хуа Лин всем видом выказывает нежелание ехать на саммит, Фэйлянь резко сменил тон и, казалось бы, невзначай бросил несколько фраз:
— Пин И на этот раз поехать не сможет, похоже, нас снова затмят небожители. А ведь если бы Пин И присутствовал, мы могли бы потягаться с Ян Цзянем.
— Говорят, Драконий Дворец в этот раз отправил двоих принцев, причем один из них — известный в Мире Смертных киноактер. В СМИ вовсю обсуждают, не сменит ли хозяина нынешняя награда «Золотая тыква» за мужскую красоту.
— В общем, будь то Ян Цзянь или Ао Цзы, лавры все равно достанутся обитателям небес, эх…
— Вот если бы Хоу Цинь вышел из затворничества, было бы здорово. Жаль только, что в нашем великом Мире Демонов на этот раз не нашлось ни одного красавца, которого не стыдно было бы показать людям.
……
Хуа Лин был полностью заведен. Раз уж на кону стояло лицо его великого Мира Демонов, как он, будучи одним из трех Королей Демонов, мог оставаться в стороне? Хуа Лин холодно хмыкнул и сказал Фэйляню:
— Не переживай, ты отвечаешь за переговоры, а я — за свою внешность. Я хочу посмотреть, что такого особенного в этих сопляках из Мира Бессмертных! Хм!
После этого Фэйлянь с улыбкой в уголках рта и полным удовлетворением отключил видеосвязь.
И вот в течение всей этой недели Король Демонов безумствовал по магазинам, сметая товары люксовых брендов в торговых центрах Хайши. Приглянувшиеся вещи он скупал без раздумий, а также велел ассистенту договориться с несколькими топовыми дизайнерами одежды, чтобы те сшили для него два наряда по индивидуальному заказу.
Сменив очередной костюм, Хуа Лин делал серию из девяти снимков и выкладывал их в микроблог, чтобы посмотреть на реакцию наблюдающих фанатов. Глядя на сплошной поток сердечек и целующихся смайликов в комментариях, Хуа Лин расплывался в довольной улыбке — за неделю он умудрился выложить больше сотни селфи.
Наконец в один прекрасный день один из его потенциальных «партнеров по постели», чьим вкусом Хуа Лин дорожил больше всего, не выдержал и оставил комментарий:
— Дорогой, я-то думал, ты властный президент, а ты, оказывается, держишь лавку на Таобао да еще и сам подрабатываешь моделью. Одежда красивая, жаль только, что чужая [смайлик: пока-пока].
Хуа Лин: ……
Разъяренный, он решительно занес бедняка в черный список. Твою ж мать, кто тебе сказал, будто властный президент не может носить красивую одежду…
Тщательно готовившись целую неделю, он наконец дождался дня открытия Саммита Трех Миров.
Рано утром Хуа Лин привел себя в порядок, встал пораньше и плотно позавтракал, чтобы восполнить силы. Затем он выбрал наряд, уложил три огромных чемодана багажа и стал ждать в номере отеля Фэйляня и остальных.
Через час Фэйлянь прибыл вовремя. Услышав стук в дверь, Хуа Лин поднялся, распахнул ее и, увидев на пороге Фэйляня, уже собирался сказать: «Пойдем».
Но слово «пойдем» еще не сорвалось с губ, как взгляд Хуа Лина упал на лицо стоявшего рядом с Фэйлянем человека, и его голос мгновенно подскочил на несколько децибел:
— Юйлюй?! Ты как здесь оказался?
Перед ним стоял Юйлюй ростом под два метра, с растрепанной на голове птичьей гнездоподобной шевелюрой, в широкой темно-синей толстовке сверху, зеленых шортах до колен снизу и ярко-красных пляжных кроксах на ногах…
Глядя на разодетого в пух и прах Ваше Высочество Владыку Демонов напротив, Хуа Лин почувствовал, что начинает задыхаться. Однако еще больший ужас вызывало то, что Юйлюй абсолютно его не замечал и не слышал. Засунув в уши наушники, он сосредоточенно уткнулся взглядом в планшет в своих руках и увлеченно играл.
Хуа Лин сделал шаг вперед, резким движением выдернул наушники из гаджета и, уставившись на Юйлюя, выпалил:
— Юйлюй, какого черта ты вырядился в этот наряд?!
В тот самый момент, когда наушники были вырваны, из планшета донеслось характерное звуковое сопровождение: дун-дун-дун, а Юйлюй при этом с предельной концентрацией пялился в экран, и на его лице читалось абсолютное блаженство.
Лишь когда звуки «дун-дун-дун» смолкли, Юйлюй тяжело вздохнул, после чего опустил взгляд на Хуа Лина и поприветствовал его:
— Инь Лин, давно не виделись.
Сказав это, он снова уткнулся в экран и принялся за второй раунд «дун-дун-дун».
Хуа Лин слегка дернул уголком рта, перевел взгляд на Фэйляня и процедил:
— Зачем ты его притащил?
Фэйлянь беспомощно пожал плечами и ответил:
— Людей не хватает, пришлось взять его для массовки.
Голос Хуа Лина приобрел зловещие нотки:
— Разве его появление в таком виде не опустит средний показатель нашего Мира Демонов до отрицательных значений? Получается, мои труды за целую неделю пошли насмарку?
Фэйлянь вздохнул:
— Ничего не поделаешь. Пин И вернуться не может, Хоу Цинь в затворничестве, на Шэнь Ту и вовсе надежды нет, а у остальных посланников срочные дела, они не смогли освободиться. По правилам Саммита Трех Миров количество участников не должно быть меньше восьми человек, вот мне и пришлось взять его с собой.
Хуа Лин поднял глаза и пересчитал присутствующих: помимо Фэйляня и Юйлюя, за спиной Фэйляня стояли четверо посланников в черном. Хуа Лин приподнял брови и спросил:
— Даже с учетом Юйлюя нас всего семеро. Все равно не хватает.
Фэйлянь ответил:
— Гунгунь сидит в машине внизу.
Хуа Лин: ……
Помолчав с полминуты, Хуа Лин медленно произнес:
— В следующий раз оставь Юйлюя тоже в машине.
Услышав это, Фэйлянь усмехнулся и сказал Хуа Лину:
— Разве ты не хвастался, что за твою внешность можешь не переживать? Давай, переодень Юйлюя.
Хуа Лин нервно хохотнул, и в его голосе послышалось легкое дрожание:
— По-твоему, найдется ли хоть одна моя вещь, которая придется ему впору?..
Фэйлянь поднял глаза на Юйлюя и, кажется, только сейчас осознал, что разница в росте между ними составляет целых двадцать сантиметров, после чего озадаченно замер.
Скрипя зубами, Хуа Лин выдавил:
— При его габаритах одежду в Мире Смертных нужно только на заказ шить. Если ты собирался его брать, почему не предупредил меня заранее?
Фэйлянь невинно ответил:
— Все решалось в последний момент. Ладно, раз не во что — переодевать не будем, пускай сидит в сторонке да в игрушки играет.
Хуа Лин посмотрел на Юйлюя, но в конце концов не выдержал, схватил его за руку, втащил в номер и швырнул на диван, после чего бросился в ванную за полотенцем и расческой и принялся усердно наводить порядок на голове Юйлюя.
Хрен с ним с костюмом, но умыться-то хотя бы можно было, Ваше Величество Владыка Демонов…
Потратив на сборы еще добрых десять минут, делегация наконец спустилась из номера. Стоило им сесть в машину, как Гунгунь тут же с воплем бросилось на Хуа Лина. На сердце у того стало теплее, и он бросил взгляд на сидевшего рядом Юйлюя:
— Посмотри на него, Гунгунь и то куда человечнее тебя, столько времени не виделись, а все равно сразу ко мне ластится.
Юйлюй, не отрывая пальцев от экрана, даже не поднял головы:
— О, Пин И говорил, у него период течки, оно к кому ни попадя лезет.
Хуа Лин: ……
Сидевший рядом Фэйлянь добавил контрольный удар:
— Юйлюй прав, пока мы шли, Гунгунь уже успело по очереди потереться о каждого посланника. Сам поосторожнее будь, смотри не приучи его…
Хуа Лин: ……
В этот момент он отчетливо понял, что больше никогда не сможет смотреть на глупую физиономию Гунгуня с высунутым языком прежними глазами. Куда подевалось доверие между человеком и зверем?..
Пиком оттолкнув Гунгуня ногой, Хуа Лин сел с прямой спиной, однако внутри него бушевали нешуточные страсти. Появление этих двух дураков превзошло все его худшие ожидания. Он твердо решил держаться от Юйлюя и Гунгуня подальше, ибо после того, как он собственными глазами увидел, как Шэнь Ту уплетает пончики, он уверовал, что глупость — вещь заразная, если находиться рядом слишком долго.
Дорога прошла в молчании, и машина благополучно прибыла к месту проведения Саммита Трех Миров — коттеджному поселку, раскинувшемуся на самом берегу моря. Организаторы со стороны Мира Бессмертных на этот раз отошли от традиций устраивать саммит в конференц-залах отелей и выбрали местом проведения песчаный морской пляж, а делегатов расселили по пляжным виллам по четыре человека в каждую.
Хуа Лин, одетый в брендовый костюм и туфли ручной работы из чистой кожи, при виде этой картины покрылся испариной. Он бросил косой взгляд на красные пляжные тапочки на ногах Юйлюя.
Что ж, пожалуй, именно эта обувь оказалась здесь самой подходящей…
Навстречу им выбежал маленький бессмертный мальчик в образе отрока и почтительно произнес:
— Ваше Высочество Царь Духов, прошу за мной.
Фэйлянь кивнул, и все последовали за мальчиком к большому тенту посреди пляжа. Под тентом уже сидело несколько человек.
Внимательно всмотревшись, Хуа Лин узнал в одном из них Цзинь Ланя, дяду-наставника Цзинь Чжэня из Мира Смертных. Заметив Фэйляня и остальных, Цзинь Лань поднялся, чтобы поприветствовать их. Стороны обменялись дежурными любезностями, после чего разговор завязывать не стали.
Вскоре один за другим стали прибывать и остальные представители Мира Смертных — в основном главы пяти великих секты со своими учениками, среди которых было немало знакомых лиц, некогда виденных на горе Цинъюань. Пляж мгновенно оживился.
Из-за инцидента с разрушением ворот горы Цинъюань силами Шэнь Ту между Миром Смертных и Миром Демонов всё еще сохранялся определенный холодок, поэтому обе делегации вполне естественным образом расположились поодаль друг от друга. Фэйлянь от природы был немногословен, заняв свое место, он умолк, а Юйлюй и вовсе с головой погрузился в свою игру. Хуа Лин наблюдал, как представители Мира Смертных оживленно о чем-то болтают, в то время как на их стороне, не считая звуков «дун-дун-дун» из телефона Юйлюя, царила абсолютная тишина, и от этого ему стало немного тоскливо.
В этот момент вдали раздался шум: под предводительством маленького бессмертного отрока к пляжу приближалась еще одна группа людей. Впереди шествовала изящная и грациозная женщина. Ее черные волосы были уложены в классическую высокую прическу, сбоку в нее была вотчена золотая стеклянная шпилька в виде распустившего птицу крылья феникса. Сдержанное и благородное лицо, выдающиеся манеры, темно-синее ципао, наброшенная на плечи золотая шаль с кистями и круговой веер с изображением пионов в руке — каждый ее шаг был плавным, а любое движение источало царственную роскошь.
Заметив это, Фэйлянь слегка опешил и произнес:
— Западная Царица-Мать Силин? Неужели Бессмертные на этот раз отправили ее?
Фэйлянь поднялся на ноги, попутно дернув за рукав сидевшего рядом Юйлюя. Хуа Лин тоже встал, и троица направилась к выходу из-под тента.
Краем глаза заметив, что Юйлюй все так же сидит, уткнувшись в игру, Хуа Лин слегка нахмурился и прошептал:
— Я же говорил, надо было оставить его вместе с Гунгунь в машине. Посмотри, какое величие исходит от их главного босса, и глянь на него… Фэйлянь, за что на этом саммите отвечает Юйлюй? Неужели он и правда приехал исключительно для массовки?
Не успел Фэйлянь ответить, как за спиной Западной Царицы-Матери Силин появились трое мужчин, выстроившихся в ряд. Человек в белых одеждах посередине был не кто иной, как старший принц Драконьего Дворца Ао Су, а по бокам от него стояли второй принц Драконьего Дворца Ао Цзы в черных одеждах и бог войны Ян Цзянь.
Хуа Лин повернул голову и встретился взглядом с Ао Су. При виде его лица сердце Хуа Лина забилось чуть быстрее. Ао Су выглядел точно так же, как и прежде: длинный белый халат с запáхом, белые брюки-дудочки, белые кожаные сапоги с квадратными носками, а также неизменные белые очки в белой оправе и белые перчатки.
Заметив Хуа Лина, Ао Су вежливо и сдержанно кивнул, и в его глазах не дрогнул ни один мускул. Хуа Лин на секунду опешил, ответил кивком на кивок, а затем поспешно отвел взгляд. Он почувствовал, что щеки слегка горят: хотя после ухода из Драконьего Дворца он больше не виделся с Ао Су, это лицо являлось ему едва ли не каждую ночь в сновидениях — из-за чего ему приходилось ежедневно менять постельное белье.
Уняв затрепетавшее сердце, Хуа Лин перевел взгляд на двух других спутников. Ао Цзы был облачен в черный кожаный наряд, бунтарские черные волосы были собраны на затылке в хвост, и от всего его облика веяло дерзкой, демонической властностью. Из-за истории с ранением Сяо Цзю Хуа Лин изначально питал к Ао Цзы неприязнь, да и крутым красавчиком тот в его глазах не казался, так что, скользнув по нему беглым взглядом, Хуа Лин посмотрел на Янь Цзяня.
Увидев внешний вид Ян Цзяня, Хуа Лин невольно слегка изумился, и в его голове сами собой всплыли четыре слова: и впрямь хорош.
Ян Цзянь обладал статной фигурой, соболиными бровями, звездными глазами и лицом, подобным нефриту. Он был одет в просторные парадные одежды золотого цвета с широкими рукавами, подол золотистого одеяния до колен украшал изысканный белый узор, а узкий пояс с ромбовидным узором подчеркивал идеальные линии талии и бедер. Слегка приподнятый воротник добавлял его облику еще больше холодной и утонченной красоты.
Глядя на разношерстные наряды небожителей, Хуа Лин невольно подумал, что его собственный костюм действительно слегка устарел. В этот момент делегации Мира Бессмертных и Мира Демонов сошлись лицом к лицу, все остановились, а во главе встали Фэйлянь и Западная Царица-Мать Силин.
Как раз когда Фэйлянь собирался заговорить, сидевший до этого безвылазно в игре Юйлюй вдруг подскочил на месте и сорвался с места в сторону делегации Мира Бессмертных.
Хуа Лин и Фэйлянь оба замерли, ошеломленно глядя на него. Юйлюй подлетел к самому Ян Цзяню, с широкой ухмылкой протянул руку и произнес фальшивым, ехидным голосом:
— Второй братец, отсыпь мелочи на пропитание!
Ян Цзянь: ……
Хуа Лин: ……
Фэйлянь: ……
Спустя долгое время Хуа Лин массировал виски и украдкой передал Фэйляню секретное голосовое сообщение:
— Юйлюй что, приехал сюда работать… побирушкой?
http://bllate.org/book/41820/5342165
Сказали спасибо 0 читателей