Разрозненные слова казались словно внезапно забывшими, как составлять предложения. Гуй Сяобао мысленно презирал самого себя: «С твоим-то уровнем ты ещё хотел пробовать себя в роли стримера? Шёл бы ты лучше домой на какой-нибудь завод устраиваться».
Гуй Сяобао тупо пялился в объектив целую минуту. От охватившего его смущения хотелось в буквальном смысле вжаться пальцами ног в пол и за пару минут вырыть под собой целый замок. Раньше, общаясь с клиентами, он вовсе не испытывал такого напряжения. И ведь то были живые встречи лицом к лицу, а теперь он просто смотрел на какие-то бездушные цифры.
Черт возьми, да перестань же ты нервничать!
Гуй Сяобао сглотнул слюну:
— Эм… Всем привет. Я… я это… ха-ха-ха-ха.
Непонятно было, над чем он вообще так глупо смеётся. Короче говоря, прохихикав добрых несколько десятков секунд, он едва не отупел от собственного смеха. QWQ.
— Ха-ха-ха, простите, меня только что не было, мне очень жаль… Почему тут столько людей смотрят мой стрим, ха-ха-ха, я отупел, тут же безумно много народу… — Лента комментариев мелькала с такой скоростью, что Гуй Сяобао даже толком не мог ничего разобрать — их было слишком много.
Гуй Сяобао снова взглянул на цифру в верхнем правом углу: за такое короткое время она поднялась ещё на одну позицию.
— …О боже мой, — остолбенело пробормотал он, после чего утёр лицо, разрываясь между желанием рассмеяться и неспособностью контролировать собственное выражение лица: — Сколько же тут в конце концов народу… Я… Простите, я и правда жутко нервничаю. Я никак не ожидал такого ажиотажа.
Он горько усмехнулся:
— Это мой самый первый стрим, правда.
Неся всякую чушь и невнятно бормоча, Гуй Сяобао постепенно возвращал себе привычный ритм и успокаивал бушующее сердце, но улыбка на его лице никак не желала униматься. Со стороны это выглядело так, будто у него поехала крыша: каждые две минуты он непременно издавал пару смешков.
— Ха-ха-ха, дайте-ка взглянуть… Эм, я правда ничего толком не подготовил, — Гуй Сяобао постепенно унимал слишком быстро бьющееся сердце. — Что вы хотите посмотреть? Может, мне прямо сейчас начать учиться… Лента комментариев бежит слишком быстро, не могли бы вы придерживаться чего-то одного…
Гуй Сяобао потёр лицо, отвёл взгляд в сторону и проскроллил непрерывно обновляющийся поток комментариев, обнаружив, что сами по себе иероглифы сверху ему вроде бы знакомы… но стоило сложить их вместе, как он тут же садился в лужу.
Погодите-ка, эти люди что, настолько круты? С какого перепугу они пишут ему на классическом литературном китайском — вэньяне? Да тут еще и стихи сочиняют!
В голове Гуй Сяобао вспыхнул огромный вопросительный знак. Однако современные интернет-пользователи славятся как великие литераторы современности, владеющие восемнадцатью ремёслами на выбор — среди них полно всяких гениев, так что бросить пару фраз на вэньяне для них, похоже… плевое дело?
…Но ведь он-то этого не умеет!
Пошарив добрую половину дня, Гуй Сяобао наконец отыскал нечто, смысл чего ещё хоть как-то улавливался:
— Жу… это ведь значит «ты», верно? Жу хэ юй вэй… Ох ты ж, ёлки-палки, это они меня спрашивают, что я хочу сделать? Да откуда я знаю, я же только об этом думаю…
Гуй Сяобао понял одну преогромнейшую проблему: эти люди вообще не собирались смотреть его трансляцию. Они просто пришли постебаться. Им банально хотелось посмотреть, как он опозорится.
Если бы Гуй Сяобао сейчас выдал фразу в духе «не могли бы вы выражаться нормально», это означало бы капитуляцию. Что ж, в нём взыграло упрямство и дух противоречия.
Гуй Сяобао взял запасной телефон и принялся пачками сканировать комментарии через специальное приложение для перевода с вэньяня. Черт побери, подумаешь, пара фраз на классическом китайском! Тоже мне нашли повод умничать, знатоки словесности!
Поисковик выдавал переведённые результаты один за другим. Гуй Сяобао самодовольно ухмыльнулся:
— Хэ-хэ, не ожидали, а?
— Только не надо говорить, что я читер. Раз уж есть инструменты, почему бы ими не пользоваться? Разве эти программы не для того и изобрели, чтобы люди ими пользовались? — пока Гуй Сяобао произносил эти слова, на его лице ещё сияла улыбка, но по мере того, как комментарии переводились всё дальше и дальше, выражение его лица постепенно застывало.
[У тебя что, какое-то неисполненное желание осталось? Судя по возрасту, ты ведь наверняка умирал в страшной обиде и с кучей сожалений? Хоть я и не чиновник, но кое-какие связи имею — если хочешь добиться справедливости, я вполне могу замолвить за тебя словечко...]
Бла-бла-бла, комментарий тянулся ещё очень долго… но Гуй Сяобао уже был не в силах это слушать. Мать твою, это уже чересчур. На кого это они накликают смерть? Кто тут вообще умер?
— Как тут в этой трансляции людей кикать? — Гуй Сяобао побледнел от злости и попытался вышвырнуть этого типа вон. Разумеется, его ждал провал, потому что в этом паршивом приложении банально отсутствовала функция изгнания зрителей!
Сделав каменное лицо, Гуй Сяобао процедил:
— …Уважаемый братец, мы с тобой вроде бы не враги, и трансляцию я веду впервые — с какого перепугу ты пророчишь мне скорую смерть? — Он глубоко вздохнул, едва удержавшись от того, чтобы не покрыть собеседника трёхэтажным матом, и выдавил из себя натянутую улыбку: — Раз ты такой нелюдь, твои близкие, должно быть, уже все на том свете. В следующем году на праздник Цинмин я обязательно поставлю палочку благовоний твоей матушке.
Поисковик всё ещё продолжал выдавать перевод. Гуй Сяобао просто взял и стёр тот абзац целиком.
Следующая порция комментариев гласила:
— [Бессмертный, в этом году урожай не уродился, если так пойдёт и дальше, всей семье будет нечего есть. Будь милосерден, помоги нам пережить это бедствие.]
Что это вообще за бред… У Гуй Сяобао от этого потока информации затылок заболел, но он всё же сдержался и продолжил с терпеливым видом:
— Братец, я никакой не бессмертный. Если урожай плохой, молиться мне бесполезно. К тому же на дворе какая эпоха, феодальным суевериям здесь не место. Надеяться на богов — всё равно что надеяться на себя самого.
Он бросил взгляд на цифру зрителей в верхнем правом углу:
— Раз уж в моей трансляции так много народу… Из каких ты мест? Назови точный адрес и опиши свою ситуацию — мы тут все вместе объединим силы и соберём тебе пожертвования. Как тебе такой вариант?
Гуй Сяобао прекрасно знал, насколько серьёзна сейчас ситуация с эпидемией: многие мелкие торговцы разорились и больше не могли вести бизнес. Этот простой крестьянин, судя по всему, тоже пострадал от последствий пандемии. В нынешние времена никому не приходится легко. Он невольно вздохнул.
— Перетерпим этот тяжёлый момент, и всё наладится. Жизнь ведь должна продолжаться, верно? Не бойся, поверь, государство вас не бросит, — подбодрил крестьянина Гуй Сяобао.
Он перевёл ещё несколько комментариев и обнаружил, что проблемы у всех разные. Кто-то спрашивал, откуда он родом, а кто-то вовсе ничего не спрашивал, а принимался сразу поливать его грязью. Когда в трансляции собирается много народу, в ней неизбежно появляются самые разные личности.
Поначалу Гуй Сяобао злился, когда его оскорбляли без всякой на то причины, но вскоре злость как-то сама собой сошла на нет.
Стоит ли вообще опускаться до споров с идиотами?
— Настоящее имя называть не буду, можете звать меня просто Сяобао. Откуда я родом? Едали когда-нибудь сухую лапсу реганьмянь? Вот как раз из тех мест, — Гуй Сяобао на самом деле уже давненько не бывал дома, а в последний раз лакомился реганьмянью бог весть когда. Он уже почти успел позабыть истинный вкус той самой лапсы.
— Ладно, не буду больше с вами болтать, — у Гуй Сяобао накопилось немало собственных вопросов — например, откуда все эти люди вообще узнали адрес его трансляции? Но когда он пытался задать этот вопрос, одни заявляли, что случайно подобрали её на дороге, а другие уверяли, будто гуляли где-то там, как вдруг она сама собой свалилась прямо с небес.
http://bllate.org/book/41809/5340727
Сказали спасибо 0 читателей