Готовый перевод The Sickly One is Fortune-Telling Again / Болезненный прорицатель: Судьба, скрытая во тьме: Глава 15

Кукловод в Дунву пользовался немалым уважением. Если бы гостя не пустили внутрь, а снаружи оказался кто-то с дурным характером, Семья Сы рисковала навлечь на себя огромные неприятности из-за подобного оскорбления. Но если впустить его, то как быть с И Чэньсюэ, которого сюда пригласили самым официальным образом?

В подобной ситуации любой бы растерялся, но, к счастью, И Чэньсюэ был вовсе не из тех, кто цепляется за мелочи. Он заговорил раньше хозяев дома:

— Как раз вовремя, лишний человек — лишняя надежда.

Получив согласие самого заинтересованного лица, супруги Сы тут же велели слуге идти встречать гостя.

Посторонние передвигаются не так медленно, как И Чэньсюэ, поэтому слуга вскоре привёл того Кукловода. И Чэньсюэ, лишь мельком заметив из-за ширмы край бледно-дымчатых одежд, едва заметно повёл бровью.

Хорошая встреча, даос.

Прижав к груди грелку для рук, И Чэньсюэ прислонился спиной к деревянному столбу и чуть склонил голову. Выбившаяся из причёски прядь чёрных волос легла на плечо, придавая всему его облику несколько ленивый вид.

— Стоило мне услышать, что придёт Кукловод, как я сразу подумал — это наверняка ты, и не ошиблся, — он выпалил ложь без малейишего смущения, а в уголках его глаз и бровей искрилась улыбка. — Даос, ты на этот раз тоже пожаловал из-за Злобного духа? Вот удача, взгляни-ка на этот кулон. Моих познаний в боевых искусствах маловато, никак не пойму, в чём тут секрет.

Говоря это, он освободил одну руку, зацепил двумя пальцами красную шёлковую нить и слегка подал кулон вперёд. Движение вышло небольшим, но подвеска всё же раскачалась из стороны в сторону.

Сы Гуюань пристально смотрел на него, насквозь видя все его неуклюжие попытки заискивать.

Он вполне мог бы отвергнуть этот замысел, но, встретившись взглядом с Сы Ланьцином, вдруг поднял руку. Ладонью вверх — словно собираясь принять кулон. Однако, не дожидаясь, пока И Чэньсюэ отпустит шнурок, он согнул пальцы и передумал, вместо этого задев красную нить, обмотанную вокруг пальцев И Чэньсюэ.

Их пальцы неизбежно соприкоснились. Хоть это и длилось всего мгновение, И Чэньсюэ на миг замер от неожиданности.

Он скосил глаза на Сы Гуюань, но тот выглядел совершенно невозмутимым, опушив ресницы и разглядывая нефритовый кулон на ладони.

Подавив странное чувство в груди, И Чэньсюэ тоже перевёл взгляд на подвеску.

Тот точно так же подцепил красную нить, взвесил кулон на ладони — движение ничем не отличалось от его собственного, — а затем поднял глаза, прямо встретившись с лучистым взглядом И Чэньсюэ.

Никто другой не стал бы так смотреть на него, совершенно не стесняясь.

— И впрямь есть нечто странное, — спокойно произнёс он, словно соглашаясь с чьим-то утверждением.

— У даоса проницательный взгляд, — улыбка в глазах И Чэньсюэ стала глубже. — И в чём же именно заключается эта странность? Прошу даоса рассказать подробнее.

Сы Гуюань чуть прищурился, размышляя, где это тот научился прикидываться дурачком, и некоторое время молчал. Его взгляд тем временем естественным образом задержался на И Чэньсюэ и не смещался.

И Чэньсюэ твёрдо решил валять дурака, хранил молчание и с улыбкой ждал, пока собеседник заговорит первым.

В комнате воцарилась тишина: те, кому хотелось высказаться, не смели, а те, кто смел, не желали говорить.

К счастью, нашёлся один не совсем человек, которого И Чэньсюэ приучил к излишней вольности. Маленький ростом, но смелый не по годам, он сделал два шага и встал между ними, выказав на лице крайнее недовольство:

— Тебе, нельзя смотреть, брат Сэньсюэ.

Слова эти, звучавшие отрывисто, показались Сы Гуюаню невыносимо режущими слух, каким бы слогом ни были сказаны. Особенно когда прозвучало это обращение — потеряв бдительность, он едва не раздавил кулон в руке.

— Какое тебе дело? — голос Кукловода брызнул ядовитой желчью. — Он тебе подчиняется или мне?

Люсу опешил от такого вопроса. И Чэньсюэ был его хозяином, и право указывать имел лишь он один, сам же Люсу командовать И Чэньсюэ никак не мог. Что же до стоящего перед ним человека, то его он видел сегодня впервые и тем более не смел ему указывать.

Словно угадав его мысли, Сы Гуюань отвёл взгляд и произнёс:

— Раз ни тот ни другой, то и не лезь.

И Чэньсюэ с живым интересом наблюдал за пикировкой этой парочки. Хотя со стороны это походило на избиение младенца, зрелище доставило ему немало удовольствия.

Люсу и без того соображал туговато, а сейчас его мысли окончательно спутались. Он вроде бы и чувствовал правдивость слов Сы Гуюаня, но в то же время ощущал фальшь, однако подобрать возражение не мог.

В конце концов он опустил руку, преграждавшую путь к И Чэньсюэ, и, не мигая, уставился на Сы Гуюаня, вынеся вердикт:

— У тебя, злой рот.

Услышав это, И Чэньсюэ вспомнил день в усадьбе семьи Чэнь, когда этот человек бросил ему, что у него бледное лицо, как у мертвеца, и, не удержавшись, приложил палец к губам, тихо рассмеявшись.

И ведь правду сказал, у этого человека действительно злой рот.

Однако стоило ему посмеяться, как начался приступ кашля. Хотя кашель был ненастоящим, он всё же отвернулся, и в этот момент его взгляд встретился с глазами Сы Гуюаня. Тот, казалось, всё это время неотрывно следил за ним, а выражение лица было точь-в-точь как в тот день, когда он ляпнул про бледное лицо. Совершенно спокойное, но под этой гладью чудились бушующие волны, грозные горы и дождевые тучи, готовые в любой момент рухнуть вниз и придавить так, что вздохнуть невозможно.

И Чэньсюэ не мог толком объяснить, откуда у него такое ощущение, и спросил:

— Даос, неужели ты думаешь о том, насколько тяжела моя болезнь?

Сы Гуюань ответил:

— Нет.

И Чэньсюэ уже решил, что на этом его ответ исчерпан, как услышал:

— Я думаю о том, как тебя вылечить.

И Чэньсюэ замер, а затем внезапно расхохотался. На самом деле смешного было мало, в этом смехе преобладало горькое смирение.

Разве можно его вылечить? Разве это вообще возможно исправить?

С тех пор как он выбрался из ледяного гроба, никто из хорошо знавших его людей никогда даже не заикался о том, как излечить этот недуг. Люсу и Чжи Юань давно привыкли к его постоянному кашлю — не то что спрашивать, они даже мыслей таких не допускали.

Но сегодня нашёлся человек, который столь серьёзно заявил, что думает о способах исцелить источенное болезнями тело. Разве после этого можно сохранять невозмутимость?

— Даос, ты... — И Чэньсюэ усмехнулся. — До чего же ты странный.

— Начиная с того раза у семьи Чэнь, ты говоришь это уже в третий раз.

И Чэньсюэ с улыбкой отозвался:

— Верно, в третий.

— Уважаемый господин, а семья Чэнь, о которой вы говорите... это какая семья?

Этот вопрос задала госпожа Си. Семей по фамилии Чэнь на свете миллионы, но сейчас, услышав это имя, она в первую очередь подумала лишь об одной.

— Переулок Наньцзы, Чэнь Сюань, — ответил Сы Гуюань, даже не думая ничего скрывать.

http://bllate.org/book/41762/5333820

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Вы не можете прочитать
«Глава 16»

Приобретите главу за 5 RC

Вы не можете прочитать The Sickly One is Fortune-Telling Again / Болезненный прорицатель: Судьба, скрытая во тьме / Глава 16

Для покупки авторизуйтесь или зарегистрируйтесь

100 гл. на все книги · 350 RC Главы открывают любые книги этого автора. Не сгорают. Новая покупка прибавляет главы.