Ударная волна возбуждения постепенно утихала, и в темноте на каждого безмолвно накатывали усталость и сонливость.
По периметру поляны висело несколько маленьких масляных ламп, издали похожих на незаметные светлячки.
Все склонили головы, возводя палатки.
Шуршание, напоминающее движение мелкого песка, наполняло воздух, действуя словно колыбельная. Многие уже сдались, просто валились на матрасы внутри палаток, накрывались пологами и засыпали мертвецким сном.
Сосо поначалу с интересом помогал, но, продержавшись три минуты, умел лишь обнимать матрас и пускать слюни.
Дилин, происходивший из самой знатной аристократии Континента Мэр, поначалу тоже не умел ставить палатки, но, к счастью, перед отъездом наставник по магическому просвещению напомнил ему об этом и лично научил справляться с такой задачей. Стало быть, установка палаток в Академии Святого Падеса являлась давней и ценной традицией учебного заведения.
При почти полном отсутствии света у него ушел целый час только на то, чтобы закончить палатку. К тому моменту большинство людей уже погрузилось в мир снов. Дилин перетащил Сосо на один из краев палатки, перевел дыхание и лег сам.
Наконец-то добрались.
Он закрыл глаза.
Лишь пройдя через всё это, понимаешь, как невероятно трудно сделать подобный шаг. На самом деле, если бы принцессу Цяони в самый последний момент не заставили бросить учебу и отправиться домой для искупления вины, возможно, прямо сейчас он лежал бы на студенческой кровати в Священной академии славы Сови. Невозможно было забыть то волнение и восторг, которые охватили его изнутри, когда отец принес эту весть. Хотя в Шаманлире рыцарей уважали ничуть не меньше, это шло вразрез с его собственными тайными планами.
Он пожелал стать студентом Академии Святого Падеса не только ради того, чтобы превратиться в мага, — в куда большей степени им двигало стремление избавиться от оков императорской власти и собственного рода. А добиться этого могла лишь Академия Святого Падеса.
Лежавший рядом Сосо перевернулся, и его теплое дыхание безостановочно обжигало мочку уха Дилина.
Дилин достал из пространственного мешочка одеяло, укрыл их обоих, а затем повернулся на бок и заснул.
Мягкость палаточных матрасов оставляла желать лучшего, поэтому едва забрезжил рассвет, как Дилин и Сосо проснулись от ломоты в пояснице и спине. Каждый из них достал из пространственного мешочка воду для полоскания рта, а затем протер лица полотенцами.
Сосо внезапно произнес:
— Мы ведь сейчас в Академии Святого Падеса, верно? Я ведь не вижу какой-то нелепый сон во время привала в диких местах?
Дилин уже привык к его вспышкам энтузиазма, которые накатывали безо всякой системы. Он молча принялся собирать вещи, расстегнул полог и вышел наружу.
Стоило ему покинуть палатку, как он замер на месте.
Потому что Макрис в сопровождении целой группы магов расставлял на палатках какие-то пометки.
Словно почувствов его взгляд, Макрис обернулся и белозубо улыбнулся.
Сосо как раз высунулся наружу, увидел эту улыбку и издал пронзительный визг. Голосок у него от природы был не из тихих, особенно в тишине раннего утра. Вмиг все студенты были подняты на уши, в панике повыскакивали из палаток и принялись испуганно озираться по сторонам.
Улыбка Макриса застыла.
Шедшие следом за ним маги, которые как раз делали отметки на палатках, тоже оцепенели.
Дилин беспомощно потер лоб и протянул руку, зажимая Сосо рот. Он уже мог предсказать, что с таким спутником, как Сосо, его следующие шесть лет учебы пройдут поистине незабываемо.
Как бы то ни было, свою задачу по утреннему побуждению Сосо выполнил сполна.
Макрис лично подошел, чтобы выразить свое приветствие:
— Мне безумно любопытно узнать причину твоего крика. Если не возражаешь, не мог бы ты пояснить?
Сосо втянул голову в плечи. С того самого момента, как прошлой ночью он увидел, как тот порхает по воздуху, у Сосо к этому человеку развилась стойкая неприязнь на уровне инстинктов.
Дилин невозмутимо пояснил:
— Он с малых лет является преданным поклонником вашей светлости, поэтому так бурно отреагировал на вашу улыбку.
— О? Вот как? — Макрис с подозрением покосился на Сосо.
Сосо опустил голову.
Такой жест явно был истолкован неверно — как проявление застенчивости. Лицо Макриса наконец-то немного прояснилось:
— Ладно. Вы двое оставайтесь здесь, а я сперва устрою остальных студентов.
Впрочем, в его распоряжениях не было особой необходимости: приведенные им маги уже почти закончили распределять новичков.
Заметив, что их с Дилином бросили в одиночестве, Сосо с беспокойством спросил:
— Нас что, выгонят обратно?
— Нет. — В этом вопросе Дилин был весьма уверен. Академия Святого Падеса скорее спрячет их в каком-нибудь заброшенном складе под замок, чем рискнет нарушить договор и отправить товар назад.
Раздав оставшихся нескольких студентов тем магам, у которых еще оставались свободные места, и проводив их взглядом, Макрис повернулся обратно.
Тело Сосо вытянулось в струнку.
Макрис с довольным видом кивнул. К тем, кто восхищался им, он неизменно проявлял мягкость:
— Эта палатка ваша?
Не дожидаясь ответа Дилина, Сосо выпалил первым:
— Нет!
Макрис слегка опешил:
— Тогда ваша...
— Наша — никакая, — закусив губу, твердо произнес Сосо. — Все принадлежит академии!
— Ну, строго говоря, это так... — Макрис попытался развить свою мысль, но тут Сосо с новым пылом перебил его:
— Я уже готов в любой момент пожертвовать собой ради академии!
Макрис: «……» Если память ему не изменяла, они открыли школу, а не армию, верно?
Дилин с улыбкой пояснил:
— Всё, что касается вас, всегда вызывает у него бурю эмоций. Особенно теперь, когда в этом году ваше имя взлетело на девятое место в рейтинге магов Континента Мэр.
Гильдия Магии ежегодно проводила собственный рейтинг заклинателей, стремясь показать, будто именно она является главной магической организацией. Разумеется, ради укрепления авторитета Гильдии Магии здесь не обходилось без различных закулисных махинаций. Например, гильдия неизменно и без тени сомнения забирала себе первые три строчки. Хотя в глазах большинства магов Святой Академии вся эта тройка сильнейших состояла из дряхлых стариканов, у которых от напряжения каждый день сыпались волосы.
Нахмурившись, Макрис произнес:
— Гильдия Магии всё еще занимается всякой чепухой? Впрочем, развивать эту тему он не стал, а вместо этого достал из пространственного мешочка ярко-красную кисть, подошел к их палатке и вывел на ней эмблему.
Каждый маг, умевший создавать магические свитки, превосходно владел рисованием.
Сосо похлопал глазами и тихо пробормотал:
— Эмблема моего рода выглядит иначе. — Помолчав, он добавил: — И у семьи Басеко тоже.
Макрис пояснил:
— Разумеется, это эмблема не вашего рода. Это герб Архимага десятого ранга Хайдейина Тагилиса.
Дилин догадался:
— Он — наш будущий наставник?
— Да. — Макрис посмотрел на два полных жизни молодых лица и неожиданно почувствовал легкую жалость: — Хайдейин — великий маг. Пройдут тысячи лет, но никто не сможет этого опровергнуть.
Дилин уловил странную нотку в его голосе.
Сосо не стал вдаваться в глубокие размышления — его глаза просто радостно заблестели:
— А! Выходит, вы — не наш наставник?
Заметив, как сияют устремленные на него глаза юноши, Макрис решил, что тот опечален этим обстоятельством, и поспешил успокоить:
— Это еще не решено окончательно. Все зависит от того, согласится ли Хайдейин принять вас. Поскольку Хайдейин настоял на самостоятельном отборе учеников, руководство академии в итоге приняло решение: если Хайдейин забракует студентов, то он, будучи старшим наставником, обязан без промедления забрать их к себе. К этому полупринудительному, полунасильственному решению он изначально относился скептически, но, увидев чистый и яркий взгляд Сосо, неожиданно передумал: — Старайтесь изо всех сил. Если пройти действительно не удастся, я возьму вас к себе.
Сосо выпалил, даже не задумываясь:
— Я обязательно постараюсь пройти!
Макрис: «……»
Дилин пояснил:
— Во всяком случае, перед вами он точно ударить в грязь лицом не позволит.
Макрис с отеческой теплотой глянул на полное боевого задора лицо Сосо. Какой же славный мальчик.
Дилин же задумчиво смотрел на эмблему Хайдейина.
Он наконец вспомнил: кажется, ему доводилось слышать это имя от своего наставника по магическому просвещению.
Личность... не сказать чтобы шибко популярная.
Макрис вручил им обоим по небольшой брошюре, в которой подробно описывалось расположение объектов Академии Святого Падеса: где получать предметы первой необходимости, где находится столовая... а затем предоставил их самим себе.
Вдоволь выспавшись после полудня и оглядев вокруг бескрайние ряды пустых палаток, Сосо с тревожным видом обратился к Дилину, сидевшему под деревом за книгой:
— Нас что, бросили?
Дилин даже не поднял головы:
— Дни приема новичков длятся целых три дня, мы прибыли слишком рано.
Сосо не унимался:
— Но почему тогда не появился только наш наставник?
Ощущение, что их вот так запросто оставили в стороне, было поистине паршивым.
Вспомнив все те слухи, которые ходили о Хайдейине, Дилин тоже почувствовал, как на душе сгущаются тучи. Если их наставником действительно окажется он...
С юго-восточной стороны внезапно раздался нарастающий свист ветра.
Сосо и Дилин одновременно вскочили на ноги и подняли головы.
Буквально мгновение спустя в небе показались четверо магов, каждый из которых держал в руках по бамбуковому шесту. На перекрестии этих четырех шестов было закреплено кресло, в котором с высокомерным видом восседал юноша в сложнейшем, изысканном парадном костюме императорского двора. Казалось, они вовсе не замечают людей внизу, а целеустремленно направляются к территории академии.
Из-за того, что они летели против света, лицо юноши тонуло в ярких лучах.
Однако герб с изображением золотой орлиной головы на подлокотнике кресла был знаком Дилину до боли —
Императорский дом Империи Каньдин.
http://bllate.org/book/41735/5329055
Сказали спасибо 0 читателей