— Что такое? Недоволен? — спросил Цюань Тань.
Чэнь Чаонин поднял голову, бросил на него короткий взгляд, его кадык судорожно дёргнулся:
— Всё в порядке.
— Правда?
Он вдруг подумал, что Цюань Тань какой-то больной на голову — потащился за ним на улицу только ради этого.
Ах нет, постойте, Цюань Тань ведь тоже гей.
Они тут все ненормальные.
Он повернулся, вымыл руки и уже собирался уходить, как дверь снаружи отворилась и кто-то вошёл.
Это был совсем молодой мужчина в тонкой белой рубашке из тех, что выдают в отелях. Лицо его отливало болезненной бледностью, и он бесстрастно смотрел на Чэнь Чаонина и Цюань Таня.
— Здесь запрещено курить, положен штраф.
Чэнь Чаонин спросил его:
— Сколько?
— Пятьдесят.
Бросив на ходу: Спроси с него, — Чэнь Чаонин удалился.
В этот вечер кусок в горло не лез. Под предлогом того, что на фирме нужно задержаться сверхурочно, он покинул отель раньше времени. Машина стояла на открытой парковке, освещение там было паршивое, да он ещё и перепутал авто. Когда он наконец отыскал свою тачку, телефон несколько раз вибрировал. Достав его, он увидел два спам-сообщения, пропущенный вызов от Цюань Ин, а в самом низу — целую россыпь непрочитанных в WeChat. Стоя под тусклым светом уличного фонаря, он открыл мессенджер. Там висел рабочий чат, читать который у него не было никакого терпения, и он сразу вышел.
Его вытянутая тень за спиной казалась какой-то унылой и одинокой. Садиться в машину он по-прежнему не спешил, напряжённо сжав челюсти и снова открыв WeChat. Не говоря ни слова, он ткнул в диалог с Сян Синьхэ и напрямую совершил голосовой вызов.
Раньше он частенько так делал, и Сян Синьхэ всегда отвечал моментально. На этот раз вышло точно так же.
Ночной ветер принёс с собой липкую, удушливую жару. Голос Сян Синьхэ доносился из динамика глухо и неразборчиво.
— Алло?
Чэнь Чаонин молчал.
— Что с тобой?
По-прежнему ни звука.
— Что-то случилось?
Сян Синьхэ говорил глуховато, интонации были мягкими и лёгкими.
— Чего звонишь и молчишь?
На секунду у Чэнь Чаонина промелькнуло желание заставить его примчаться сюда и забрать своего каштанового медведя, но в конце концов он просто сбросил вызов.
Он прикрыл глаза и хриплым голосом выругался:
— Черт.
На телефон пришло новое сообщение в WeChat от Сян Синьхэ.
xxh: [Ты ошибся номером?]
Чэнь Чаонин почти никогда в жизни не сожалел о принятых решениях, но сегодняшний звонок Сян Синьхэ стал исключением.
Ответа от него так и не последовало.
xxh: [Ну ладно, тогда я спать.]
Чэнь Чаонин выключил телефон. Стоило ему забраться внутрь машины, как духота ипёртый воздух заставили его почувствовать нехватку кислорода. В WeChat снова всплыло сообщение, и снова от Сян Синьхэ.
Это был милый стикер с медвежонком, желающим спокойной ночи.
Тебе бы, братец бэкинг, пройти тест на натурала и получить справку на руки.
Глава 11. Злобный монстр
Чэнь Чаонин сказал, что ошибся номером, и Сян Синьхэ не принял это близко к сердцу. В конце концов, когда он сам впервые обнаружил аккаунт мистера Дятла в WeChat, он совершал точно такие же ошибки, так что после крепкого сна он благополучно забыл об этом инциденте.
Они договорились с Вэнь Юанем поужинать в среду вечером. Вэнь Юань упомянул, что взял отгул на четверг, и заявил, что хочет хорошенько зарядиться энергией вечерком. Сян Синьхэ думал, что под подзарядкой тот подразумевает вкусный ужин и полноценный отдых дома, но оказалось, что Вэнь Юань тащит его петь в караоке.
— Я угощаю, — Вэнь Юань хлопнул себя по груди. Под воздействием каких-то неведомых стимулов он не пожалел денег и заказал кабинку на четыре часа по полной стоимости. Сян Синьхэ попытался призвать его к благоразумию, но Вэнь Юань лишь гордо задрал подбородок и сообщил, что ему не только повысили зарплату, но и выдали квартальную премию, так что он намерен хорошенько погулять.
— Надо же, какой ты молодец! — искренне восхитился Сян Синьхэ.
— То-то же!
Вэнь Юань с поистине широким размахом заказал фруктовую тарелку и едва не прихватил к ней пару кувшинов ледяного пива, но благодаря вмешательству Сян Синьхэ от этой затеи пришлось отказаться.
— Мы не пьем, нам ведь еще потом возвращать... — он едва не ляпнул про возвращение в общежитие, но вовремя прикусил язык. Забыл! Теперь он безработная молодежь, а не студент.
Вэнь Юань потащил его за рукав прямо на мягкий диван в караоке-кабинке. Вокруг царила кромешная тьма, и лишь экран излучал мертвенно-бледный свет. Наставив микрофон на Сян Синьхэ, друг выпалил:
— Синьхэ, мы теперь не грызем гранит науки, так что расслабься и пей сколько душа пожелает!
В студенческие годы Вэнь Юань время от времени любил приложиться к бутылке. Голова у него была крепкая, но из-за проживания в общаге ему вечно приходилось себя контролировать.
— Нынче времена совсем не те, что прежде, — с тяжелым вздохом заключил Вэнь Юань.
Сян Синьхэ послушно кивнул, искренне полагая, что друг невероятно крут, и показал ему большой палец:
— Финансовая независимость — это прекрасно.
В студенческие времена Вэнь Юаню порой приходилось туговато с деньгами. Он постоянно твердил, что хочет заработать уйму денег, и после каждого такого разговора Сян Синьхэ уверял его, что мечта непременно сбудется.
Когда водятся деньги, и держатся люди совсем иначе. Сян Синьхэ казалось, что нынешний Вэнь Юань излучает ауру настоящего нувориша. На каждое его слово Сян Синьхэ отвечал бурной лестью, за что был вознагражден огромным ведром попкорна, которое Вэнь Юань распорядился принести специально для него.
Устроившись калачиком на диване с ведром попкорна в руках, Сян Синьхэ слушал пение Вэнь Юаня. Вращающийся под потолком разноцветный диско-шар расцвечивал его лицо причудливыми пятнами. Он методично жевал попкорн и слушал, как Вэнь Юань хриплым голосом выводит любовную балладу. К подобным песням он, по правде говоря, был равнодушен да и в музыке особо не разбирался — вкусы у него были самые заурядные.
Напевшись вдоволь, Вэнь Юань закашлялся и протянул микрофон ему. Сян Синьхэ как раз закинул в рот очередную горсть попкорна, замялся и в конце концов так и не взял микрофон.
— Я не буду петь.
О своей слабости слушать детские песенки он не рассказывал даже Вэнь Юаню. Дурацкая привычка: когда на душе скребли кошки, он включал детские песенки, чтобы снять стресс.
Вэнь Юань не стал настаивать. Плюхнувшись рядом на диван, он залез рукой в ведро с попкорном, которое держал Сян Синьхэ, и захватил пригоршню.
— Синьхэ, пару дней назад я за глаза назвал босса Чэня холодным и бессердечным сухарем, но когда он перевел мне деньги, я снова подумал: какой же он классный и вообще красавчик.
Во рту у Сян Синьхэ ужасно пересохло, и он сделал глоток воды. От приторной сладости першило в горле, и он тут же прикончил полбутылки, после чего поинтересовался у Вэнь Юаня:
— Что случилось? Он наорал на тебя?
— Нет.
Вэнь Юань принял подобающе серьезный вид, развернулся к нему полубоком и принялся излагать свежие сплетни. И это притом, что в кабинке находились всего вдвоем! Он норовил говорить прямо на ухо Сян Синьхэ, словно делился какой-то страшной тайной:
— Последние несколько дней он сам не свой — будто белены объелся. Разговаривать с ним стало еще труднее, чем раньше. После того как ты уволился, он нанял подряд двух ассистентов, но те и полмесяца не продержались, сбежали.
Сян Синьхэ озадаченно моргнул:
— Почему?
— Да кто ж знает! — Вэнь Юань тоже выглядел озадаченным. Чэнь Чаонин и раньше отличался завышенными требованиями, особенно когда подчиненные совершали промахи, — тогда он отчитывал людей без малейшего стеснения в выражениях. В общем-то, было вполне обычно, что новички не выдерживали и увольнялись. Но чтобы из-за какой-то мелочи устраивать разнос прямо в переговорной и тыкать людям в лицо... в этом чувствовалось что-то бесчеловечное.
— Поверь, ошибка была пустяковой, никакой материальной ущерб компании не понес, а он взял и довел человека до слез своими криками. — Вэнь Юаню до сих пор становилось не по себе при одном воспоминании об этом. Хорошо еще, что не на него орал, иначе ревел бы белугой.
— Всё-таки у тебя ангельское терпение. Как бы босс ни лютовал, ты всё сносил, — с чувством произнес Вэнь Юань. — На самом деле ты ему очень нравился.
Сян Синьхэ понял, что речь идет о том времени, когда он работал помощником у Чэнь Чаонина до потери памяти. Но ему всё равно не удавалось уложить это в голове. Судя по рассказам Вэнь Юаня, Чэнь Чаонин просто использовал его в качестве мальчика для битья.
Какая жуть!
Сян Синьхэ скривился и пробормотал:
— И как он только до такого докатился?
— Да вот так вот, — Вэнь Юань обнял его за плечи, с усилием притянув к себе. Посчитав, что музыка играет слишком громко, он просто выключил звук и зашептал прямо на ухо: — Последние дни он ведет себя крайне подозрительно. Выглядит так, будто его бросили.
— Чего?
Вэнь Юань не выглядящим шутником. Напротив, он говорил с абсолютной серьезностью, выкатив глаза от удивления и яростно кивая в подтверждение своих слов:
— Точь-в-точь!
Сян Синьхэ понятия не имел, как именно выглядят брошенные люди, поэтому лишь спросил:
— У него есть девушка?
— Эм... — Вэнь Юань поскреб в затылке. — Вроде нет. Хотя откуда мне знать? Никогда не видел его рядом с какими-нибудь девушками. Тьфу ты, я же просто сказал, что он ведет себя так, будто его бросили, а не то, что его реально бросили! Сейчас речь вообще не об этом.
Сян Синьхэ кивал и тянул свое дежурное «ага».
— Стоп.
Вэнь Юань цыкнул языком.
— Что я вообще мелю? Ты ведь столько времени по нему сох, уж тебе-то лучше знать, есть у него кто-то или нет.
Сян Синьхэ, снова приложившийся к бутылке с водой, поперхнулся так, что у него покраснели лицо и шея, а глаза наполнились слезами. Вэнь Юань тут же принялся хлопать его по спине, помогая прокашляться:
— Прости-прости, я совсем забыл, что ты ничего о нем не помнишь! Не переживай, больше ни слова об этом, клянусь, ни слова!
Какой-то громила в соседней кабинке безбожно фальшивил в каждой ноте, и этот гул отдавал прямо в барабанные перепонки Сян Синьхэ. Потерев глаза, он с сомнением посмотрел на Вэнь Юаня:
— Неужели я и правда так сильно по нему сох?
— Еще бы! — Цзин Юй* ㊣
Вэнь Юань ответил без малейших колебаний:
— Ты каждый год писал ему любовные письма.
— Каждый год? — Сян Синьхэ застыл с отупевшим выражением лица, с трудом веря, что речь идет о нем самом.
— Угу, каждый год, — подтвердил Вэнь Юань. — В этом году, должно быть, еще не отправлял. Ты всегда дарил их вместе с подарком в день его рождения — как раз на Рождество.
Это было донельзя неловко. Как можно из года в год преследовать натурала?
— Вэнь Юань, у меня что, с головой в прошлом было плохо?
Это был отличный вопрос. Вэнь Юань и сам задавался им в прошлом, но сейчас, услышав это из уст самого Сян Синьхэ, мог лишь предложить утешение:
— Ничего страшного, Синьхэ, всё в порядке. Желающих заполучить босса Чэня хватает. У него куча достоинств, да и лицом вышел, так что в твоей влюбленности нет ничего неестественного. Не занимайся самобичеванием. Я вовсе не хочу сказать, что ты никому не нужен — за тобой парни-геи в очередь выстраивались бы аж до самой Франции.
Красноречие Вэнь Юаня, как всегда, било через край. Сян Синьхэ твердо решил на следующей неделе выкроить время и записаться в другую больницу на повторное обследование мозга.
Распрощавшись с Вэнь Юанем, он добрался до дома уже в половине десятого вечера. На первом этаже хлопотала одна А Лань — она убиралась после ужина и готовила всё необходимое для завтрашнего утра. Поднимаясь наверх, он как раз столкнулся с Сян Вэйюанем, выходившим из кабинета.
— Папа.
— Скучно дома? В последнее время ты что-то зачастил с прогулками.
Сян Синьхэ честно признался:
— Угу. Сам не знаю, чем заняться. Вэнь Юань позвал поужинать, вот я и сходил.
— Если тебе совсем нечем заняться, давай я устрою тебя на работу? Или хочешь продолжить учебу?
Учебу?
Сян Синьхэ замялся:
— Может, я еще подумаю?
Опустив плечи и приняв беспомощный, растерянный вид, он тихо произнес:
— Папа, если честно, я и сам не знаю.
В голове было пусто. Кроме сна, еды и ожидания, пока Вэнь Юань освободится для очередной встречи, никаких занятий у него не было. Ну, разве что еще Сян Цзинсы иногда заглядывал к нему, чтобы сделать уроки под его присмотром.
http://bllate.org/book/41723/5327317
Сказали спасибо 0 читателей