Юй Синвэй обнял подушку и притворился возмущенным: Я вовсе не выгляжу бесстыдником. Я же четко надел и одежду, и штаны, мои картинки не цензурировали, и ничего пошлого я не замышлял~
В мягком свете ламп Юй Синвэй в бордовой шелковой рубашке с V-образным вырезом прищурил лисьи глаза, а его протяжный голос заставил его выглядеть точь-в-точь как оживший эльф-соблазнитель.
Сидящий рядом X01 смотрел на это с глубоким чувством, думая про себя, неудивительно, что его хозяин смог так крепко прибрать к рукам человека вроде Хэ Лоу, который всегда отвечает местью на обиду. С таким-то видом можно не просто строить воздушные замки, даже если он начнет нести полную чушь, в нее все равно трудно не поверить!
К тому же, раз ты сам от меня отказался, какое тебе дело до того, какие картинки я выкладываю… — мягко произнес Юй Синвэй.
Разгоревшееся в груди Хэ Лоу пламя было мгновенно потушено мягким тоном Юй Синвэя. Он глубоко вздохнул и сухо бросил: Кто сказал, что я от тебя отказался?
Цзэ Цзэян, разумеется! — злопамятный Юй Синвэй воспользовался случаем, чтобы наябедничать перед своим благодетелем, и наигранно всхлипнул: Это он сказал, что ты меня бросил, да еще обозвал жалкой брошенкой какого-то денежного мешка, у-у-у…
Маленький эльф X01 наблюдал за этим с отвисшей челюстью.
Юй Синвэй продолжил всхлипывать: Старик Хэ еще с утра сказал, что моя роль в «Огни над Цзинъюнем» упала с главной мужской до какой-то восемнадцатой на задворках, и теперь все над мной смеются!
Хватит плать… — Хэ Лоу сжал зубы.
Он прекрасно знал все эти привычные дешевые фокусы маленького лиса и понимал, что сейчас Юй Синвэй наверняка просто притворяется и разыгрывает слезы. Но стоило раздаться этому мягкому плачу, как ему снова безумно захотелось оказаться рядом, заключить этого хитрую лисицу в объятия, прижать к самому сердцу и как следует успокоить.
У-у-у… — Юй Синвэй продолжал фальшиво плакать.
Хэ Лоу сдался и был вынужден баюкать его тихим голосом: Не плачь, сокровище, чего ты хочешь, я все тебе дам.
Юй Синвэй тут же прекратил плавать и выставил напоказ свой лисий хвост: Найди людей, чтобы заняться моим пиаром и раскруткой, подними мне популярность.
— Лицо Хэ Лоу помрачнело: Хорошо.
А еще мне нужно три тысячи юаней. — Юй Синвэй, не забывший про клубок шерсти, который он хотел купить, продолжил настаивать.
Хэ Лоу напомнил ему: Я только сегодня перевел тебе двести тысяч.
Юй Синвэй: У-у-у-у-у-у…
Ладно, ладно. — Хэ Лоу чувствовал себя совершенно растерянным от этого плача: Понял, переведу тебе через минуту.
Правда? — Юй Синвэй приоткрыл прищуренные глаза и, наглея всё больше, выдал: Тогда я еще хочу быть главным героем, буду играть того крутого великого героя смутного времени, а вовсе не какого-то разбойничьего атамана, грабящего простых девушек!
—
Ту-ту-ту…
С потемневшим лицом и исчерпавшим весь запас терпения Хэ Лоу просто сбросил вызов.
Вопрос на засыпку, за который ничего не дадут: почему братец Хэ перевел маленькому эльфу всего двести тысяч, а не два миллиона, как это постоянно делают генеральные директора в других романах?
Глава 8. Снова, снова и снова в трендах
Получив перевод от Хэ Лоу на три тысячи юаней, Юй Синвэй переоделся в удобную пижаму и с наслаждением зарылся под одеяло, собираясь как следует выспаться.
Он проспал мертвецким сном, всю ночь погруженный в тягостные сновидения, и в конце концов во сне ему привиделась сцена их первой встречи с Хэ Лоу.
В тот день режиссер и инвесторы напоили Старика Хэ до такой степени, что тот вырубился и потерял всякое сочувствие к реальности. Когда Старик Хэ рухнул без чувств, некому стало прикрывать Юй Синвэя от тостов, и ему пришлось через силу выпить два бокала шампанского, протянутых инвесторами.
А чуть позже он почувствовал, что в его теле поднимается какое-то странное и неправильное жжение, и в панике выбежал из отдельного кабинета, спотыкаясь на ходу. Позади за ним гнались несколько человек с расплывчатыми лицами, выкрикивая на бегу оскорбления и ругань.
Юй Синвэя жутко мутило, голова гудела и казалась чугунной, а по телу одна за другой прокатывались волны невыносимого жара, заставляя его на уровне инстинктов продолжать бежать вперед без оглядки.
Освещение в клубе было тусклым и двусмысленным, и за очередным поворотом он со всего маху врезался в чьи-то объятия, источавшие тонкий аромат парфюма. И без того затуманенная голова от этого удара окончательно превратилась в кашу, и сквозь пелену он смутно услышал, как кто-то испуганно ахнул неподалеку.
Юй Синвэй туманным взглядом приподнял покрасневшие лисьи глаза и уперся в холодное и красивое лицо. С большим трудом повернув голову назад, он заметил, что преследователи затаились в засаде за углом и выжидающе наблюдают.
Охваченный полным отчаянием беспомощный Юй Синвэй ухватился за этого незнакомца, как утопающий за соломинку, вцепился в его безупречно выглаженную рубашку и сквозь слезы запросил помощи.
Спасите меня. — Его ресницы дрожали от влаги, а искусанные губы умоляюще шептали: Мне подсыпали какое-то лекарство, мне совсем плохо, я не хочу, не хочу, чтобы…
Чувство стыда мешало Юй Синвэю произнести вслух последние слова.
Незнакомец приподнял подбородок Юй Синвэя, пару секунд внимательно вглядывался в его черты лица, а затем подхватил его на руки и с явным интересом спросил: Как тебя зовут?
Юй Синвэй. — Он уткнулся носом в грудь этого человека, продолжая лихорадочно рвать на себе одежду от подступающего жара, а его щеки пылали огнем.
Обладатель низкого голоса произнес: Запомни, меня зовут Хэ Лоу.
Юй Синвэй тихонько повторил: Хэ Лоу…
Мм, неплохо звучит. — Хэ Лоу в качестве награды слегка подбросил его на руках, словно заигрывая с домашним питомцем.
Позже тот отвез его в больницу, а Старик Хэ, едва протрезвев ранним утром следующего дня, в панике примчался туда и зарыдал, обнимая его.
Юй Синвэй молча уставился на потолок: Чего ты ревешь, я же не умер.
У Хэ Сюйфэна ручьем текли слезы и сопли: Во всем виноват я, это я потащил тебя на ту встречу, чуть не позволив тебе…
Юй Синвэй смотрел на него широко открытыми, ничего не выражающими глазами: Ты не виноват, просто я раньше свернул не на ту дорогу.
Он крутился в индустрии уже три года, но из-за отвращения к местным грязным нравам и нежелания участвовать в сомнительных попойках и банкетах успел нажить немало врагов, так что ресурсов у него практически не осталось. Былые амбиции и мечты, с которыми он только начинал свой путь в шоу-бизнесе, постепенно стирались под ударами суровой реальности, а болезнь матери с каждым днем прогрессировала, придавливая его плечи неподъемной тяжестью медицинских счетов.
При этих мыслях Юй Синвэй глубоко вздохнул и дрожащими пальцами выудил из-под подушки визитницу с тисненой золотой фольгой, протягивая ее Старику Хэ.
Братец Хэ, позвони по этому номеру.
Хэ Сюйфэн взял визитку, и стоило ему взглянуть на напечатанное имя, как его глаза резко округлились: Хэ… Хэ Лоу?! Откуда у тебя его визитка?!
Юй Синвэй сжал зубы: Свяжись с ним от моего имени и скажи… спасибо за помощь прошлой ночью, я бы хотел угостить его ужином.
Хэ Сюйфэн покрутил в пальчах визитку и спросил: Ты уверен, что человек его уровня вообще согласится ужинать с нами?
http://bllate.org/book/41677/5321815
Сказали спасибо 0 читателей