Янь Хэань не выдержал и спросил:
— Ты ведь просто наугад тыкаешь, да?
Судя по тому, как быстро он, судя по его же логике, даже не вчитывался в задания.
Ань Сюнь, не поднимая головы, отозвался:
— Ага, ты сразу это раскусил. Какой ты молодец.
Янь Хэань: «……»
Почему-то ему казалось, что Ань Сюнь к нему совсем не благосклонен и окольными путями намекает на его глупость.
Ему было до скрежета скучно, и он наугад выудил из рюкзака какой-то учебник, словно распаковывая слепую коробку, после чего открыл первую страницу.
Янь Хэань с предельно сосредоточенным лицом перечитал первую строчку три раза.
Дочитав, он повернулся к Ань Сюню и спросил:
— У тебя есть саридон? Ну, то самое обезболивающее.
Кончик ручки Ань Сюня замер, и он наконец удостоил его прямым взглядом:
— Что у тебя болит?
Янь Хэань скривил лицо, изображая вселенское страдание:
— От чтения у меня голова раскалывается.
Ань Сюнь: «……»
Он сдержал уже готовый сжаться кулак:
— Тогда не читай.
Пара-тройка реплик туда-сюда — Ань Сюнь держался крайне холодно, и разговор никак не клеился.
Янь Хэань не особо понимал почему.
Впрочем, к подобному беспричинному отторжению Янь Хэань был не привыкать.
Иронично, но в Ань Сюне он чувствовал какое-то родственное, почти семейное знакомое тепло.
Янь Хэань заставил себя еще немного почитать учебник, но его тут же сморил сон.
Подперев висок рукой, он снова перевел взгляд на Ань Сюня.
Оформляя перевод в другую школу, Янь Хэань рисовал в воображении самые разные картины. Но он поистине не ожидал, что парень, который накануне привез ему доставку еды, окажется его одноклассником.
В том кругу, где вращался Янь Хэань, подработка в старшей школе была чем-то из ряда вон выходящим, существующим разве что в телесериалах.
Он испытывал жгучее любопытство к сверстникам вроде Ань Сюня. Но раз уж Ань Сюнь не стал расспрашивать его о том, с чего это он вдруг решил сменить имидж, он тоже решил не лезть в чужие тайны.
У каждого по секрету друг от друга — ничья.
Поняв, что осилить учебник не сможет, Янь Хэань начал озираться по сторонам. Он потрогал ткань занавесок, смахнул пыль с подоконника, выглянул в окно, а затем принялся сваливать на парту в одну кучу тетради и всевозможные ручки.
В следующие несколько минут Ань Сюню довелось воочию познакомиться с выражением «плохой ученик богат на канцелярию».
Целый ряд разноцветных текстовыделителей, три перьевые ручки разной толщины, два механических карандаша, два модных скотча с узорами, полный набор транспортиров, треугольников и линейки, бессчетное количество гелевых ручек, один традиционный карандаш 2B, а в довершение — электрическая точилка для карандашей в виде Железного Человека.
На закуску шли две массивные тетради: на обложке одной красовалось выжигающее глаза изречение: «Не учись сегодня — завтра станешь мусором», а на второй, сплошь черной, серебрились два прописных слова: Death Note (Тетрадь смерти).
Ань Сюнь: «…………»
Розовый цвет такой нежный, а сколько вам лет, уважаемый?
Синдром восьмиклассника для учеников помладше звучит слишком наивно, а для старшеклассника Янь Хэаня — в самый раз.
Шуму он навел столько, что сидевший перед ними Хань Юйнань не выдержал и обернулся. Его взгляд приковала та самая электрическая точилка, и он с неподдельным интересом спросил:
— Братуха, как эта штука работает?
— О, вот так.
Янь Хэань не отказывал никому, кто первый шел на контакт, поэтому он взял совершенно новый карандаш 2B и продемонстрировал всё на месте, без тени смущения безжалостно воткнув карандаш прямо в грудь Железного Человека.
На груди Железного Человека вспыхнул круг золотого света, и автоматически зазвучал знакомый мягкий механический голос:
— Добро пожаловать домой, сэр.
Точилка работала полностью автоматически, и карандаш сточился в мгновение ока.
Ань Сюнь с бесстрастным лицом наблюдал за процессом боковым зрачком, прикидывая, что если точить этот карандаш еще минуты три, от него вообще ничего не останется.
Все это время голос Джарвиса не умолкал ни на секунду, продолжая что-то бубнить.
Классный руководитель отсутствовал, атмосфера к учебе не располагала, и многие отвлеклись, с любопытством глядя в задние ряды класса.
Хань Юйнань был типичным отстающим, способным понять разве что повседневный английский на уровне «привет-пока».
Но он горел жаждой знаний и, не понимая, тут же спросил:
— Чего это она сейчас ляпнула?
Янь Хэань, изобразив низкий, хриплый голос, словно у него застряла мокрота, ответил с глубокомысленным видом:
— Страх или уважение? Я предпочитаю совмещать.
— Тот же мир, та же мечта, — задал философский вопрос Хань Юйнань. — А как ее остановить-то?
Половина карандаша уже ушла внутрь безвозвратно.
Янь Хэань опешил от такого вопроса: «……»
Точилка неслась вперед, словно взбесившаяся лошадь, решив покончить с карандашом раз и навсегда перед тем, как у нее сядут батарейки.
Он осмотрелся по сторонам с видом крайнего усердия, немного понаблюдал за происходящим и решительно сдался.
— Она не остановится, — авторитетно и безоговорочно заявил Янь Хэань. — Настоящая точилка, как и настоящий мужчина, никогда не оглядывается назад. Ты видел, чтобы поезд разворачивался? Он прет только вперед.
Ань Сюнь был не в силах помешать бредням Янь Хэаня осквернять его слух.
Уголки его губ дернулись: «Вот же чертов дебил».
Хань Юйнань вовсе не возражал против потока бреда из уст Янь Хэаня — было видно, что эта штука его заворожила.
— Охринеть, как круто.
— Нравится? — Янь Хэань небрежно двинул точилку вперед. — Забирай.
Не прошло и пяти минут, как эти двое уже выглядели так, будто отыскали разлученных много лет назад кровных братьев.
Янь Хэань и Хань Юйнань тут же разобрались с субординацией:
— Будешь звать меня братом Янем.
Хань Юйнань засомневался. Парни вечно норовят стать друг другу отцами, а вот быть сыновьями или младшими братьями они не любят:
— Я родился в январе, а ты в каком году?
Янь Хэань не стал отвечать, протянув руку к самому больному месту:
— Не назовешь — верну назад.
Оборона Хань Юйнаня рухнула со скоростью света, и он выдал с такой искренностью, какой только мог:
— Брат Янь!
Янь Хэань остался доволен:
— Юйнань, брат преподаст тебе сегодня один урок.
Хань Юйнань обратил все свое внимание в слух:
— Говори.
Янь Хэань бессовестно заявил:
— Всех красавчиков называют братьями, и это всегда верно.
— …… — Хань Юйнань потрогал подбородок. — Я ведь тоже красавчик, да?
Янь Хэань не стал спорить:
— Можешь быть чьим-нибудь чужим братом.
Хань Юйнань немного подумал и решил, что в этом что-то есть.
Он хлопнул по плечу своего соседа по парте, усердно решавшего задачу:
— Старик Юй, а ну-ка назови меня братом, дай послушать!
http://bllate.org/book/41645/5317621
Сказали спасибо 0 читателей