Полчаса спустя.
Машина въехала на территорию управления по делам одарённых города C.
Припарковавшись, Хуа Цзиншу снова попытался договориться с толстым гусем, чтобы тот подождал в машине.
Толстый гусь был сама послушность: кивнул головёнкой, явно соглашаясь.
Однако…
Против был Хуа Чжичжи.
Хэ Цзюньчэн сидел впереди за рулём, Хуа Чжичжи и Хуа Цзиншу – сзади.
После всех папиных нотаций малыш предусмотрительно отодвинулся подальше: уселся у окна. Толстого гуся посадили посередине, а справа оказался Хуа Цзиншу.
Через толстого гуся Хуа Цзиншу объяснял сыну, что нельзя превращаться во вторую форму, когда вздумается.
Уговорив Хуа Панпана, он хотел взять Хуа Чжичжи на руки и выйти.
Но Хуа Чжичжи оказался быстрее.
Малыш первым открыл заднюю дверцу, схватил толстого гуся пухлой ручонкой и выбрался наружу – очень уж ловко.
Что там машина Хэ Цзюньчэна – даже в грузовик с плоской кабиной у деда с бабушкой малыш забирался и слезал без всяких проблем.
Толстый гусь явно не собирался выходить, но Хуа Чжичжи потянул его за собой, и он был вынужден подчиниться.
Хуа Цзиншу вышел следом, прищурился и сказал: – Хуахуа, Панпан не может пойти с нами.
Малыш замотал головой и пролепетал: – Хуахуа нужен Панпан! Хуахуа летать, Панпан ловить! – С этими словами он, хотя сам был всего девяносто сантиметров ростом, с невероятно гордым видом поднял гуся, который был крупнее него самого.
Толстый гусь моргнул своими бусинками глаз и по-птичьи нежно прижался к шее малыша.
Малыш и гусь выглядели на редкость гармонично.
Хуа Цзиншу не находил в этой картине ничего странного.
В конце концов, существо весом более пятнадцати килограммов без малейшего усилия подняло питомца весом больше пяти.
Нормально.
Можно сказать, Хуа Панпан вырос на руках у Хуа Чжичжи.
А вот Хэ Цзюньчэн считал иначе.
Ему смутно казалось: при всей своей милой внешности Хуа Чжичжи был на удивление силён.
Хуа Цзиншу всерьёз обдумал слова сына, вспомнив недавнюю опасную сцену.
В этом был резон: когда цветочек унесло ветром, ни он, ни Хэ Цзюньчэн ничего не смогли сделать, а Хуа Панпан сумел поймать его.
Ради безопасности сына можно взять гуся с собой на обследование. – Ладно, – согласился Хуа Цзиншу.
Тут же гусь вырвался из объятий, подхватил малыша, взвалил себе на спину и закружился от радости.
Хуа Чжичжи обхватил пухлыми ручонками длинную гусиную шею и залился смехом.
Хэ Цзюньчэн не удержался: – Э-э… Обычный гусь, наверное, не такой сильный? – уверенности в его голосе не было.
– Наверное, это нормально? – отозвался Хуа Цзиншу. – Нынешние животные ведь все сильные, да?
– Пожалуй, да?
За разговором они с малышом и гусем вошли в лифт, который поднимался из подземного гаража на первый этаж.
В лифте Хуа Чжичжи сполз с гуся, и они обнялись: малыш чмокал его, гусь легонько пощипывал его клювом. Полная идиллия.
Хуа Цзиншу слегка нахмурился: – Не знаю, разрешат ли пройти обследование вместе с домашним питомцем.
– Если не разрешат, отведём Панпана вниз, – успокоил Хэ Цзюньчэн.
– Угу, – отозвался Хуа Цзиншу.
Хуа Чжичжи не хотел расставаться с гусем и обнял его крепче. Гусь легонько потыкал его клювом, словно утешая.
Малыш снова чмокнул гуся.
Лифт остановился на первом этаже, и взрослые с малышом и гусем вышли.
На первом этаже была стойка регистрации, за которой работали две молодые женщины.
В холле было полно народу. Некоторые приходили с боевыми питомцами: крупных – тигров, леопардов, медведей, львов – обычно вели на поводке, а мелких ничем не ограничивали. Один воробушек так и вовсе кружил вокруг мужчины в военной форме.
Впервые увидев такое, Хуа Чжичжи вытаращил глаза. На его лице застыло классическое выражение деревенского малыша, впервые попавшего в город и потрясённого увиденным.
Толстый гусь таращил свои бусинки глаз то влево, то вправо – в них читался полный шок.
Хуа Чжичжи: – (⊙o⊙) Ва!
Хуа Панпан: – (⊙o⊙) Га!
Даже в управлении по делам одарённых компания из двух взрослых, малыша и гуся притягивала взгляды – на них то и дело оборачивались.
Хуа Цзиншу подошёл к стойке и объяснил, зачем пришёл.
Сотрудница с безупречно вежливой улыбкой сказала: – Господин Хуа, вы записали ребёнка на оценку уровня на половину одиннадцатого. Вы как раз вовремя. Следуйте за мной.
Она повела их за собой, поглядывая на белого гуся: – Это боевой питомец или домашний любимец?
– Домашний, – ответил Хуа Цзиншу. Наверное?
Сотрудница кивнула и ничего не сказала.
Хуа Цзиншу выдохнул с облегчением.
По крайней мере, Хуа Панпана не придётся отводить вниз.
Лифт поднялся на одиннадцатый этаж и остановился.
Сотрудница проводила их в зону проверки талантов.
Помещение было просторным. Внутри стояла очередь из людей от трёх до пятидесяти лет.
Дифференциация и пробуждение способностей не зависят от возраста: это может случиться в любом возрасте. Но, как правило, чем раньше происходит дифференциация, тем сильнее оказывается одарённый.
На одиннадцатом этаже к ним подошли двое мужчин в военной форме. Им предстояло записывать данные Хуа Чжичжи.
У Хуа Чжичжи разбегались глаза. Он с любопытством озирался, всё казалось ему в новинку. И тут он не выдержал!
Малыш поднял голову и сказал: – Папа, смотри, у той тёти такая красивая чашка! Хуахуа первый раз такой видит! – На лице его было написано восхищение.
Хуа Цзиншу посмотрел: обычная чашка для воды с рисунком птички.
– Папа, папа, смотри скорее! У того мальчика такая вкусная конфета! Хуахуа ни разу такую не ел!
Хуа Цзиншу: – М-м…
Он сам вырастил этого малыша. Не знай он этого, решил бы, что малыш в жизни не пробовал конфет.
– Папа, смотри скорее! Там большой пушистик, коричневый, такой огромный, больше Хуахуа! Что это?
Хуа Цзиншу взглянул: большой лев.
Малыш вёл себя так, будто никогда не бывал в зоопарке. И действительно не бывал. Зато в деревне стоило ему остановиться – и вокруг него собиралась всякая живность, большая и маленькая.
Видя, что на маленького деревенского гостя оборачивается всё больше людей, Хуа Цзиншу взял сына на руки.
Но одним малышом дело не ограничилось: пришлось подхватить и толстого гуся, иначе тот гоготал бы без остановки, пока у всех не лопнуло терпение.
Благодаря этим двум неразлучным малышам сила Хуа Цзиншу, деда и бабушки Хуа росла с каждым днём.
Поначалу поднять одного было тяжело, а теперь – хоть обоих сразу, без проблем.
Вся семья стала крепче.
Спасибо этим двоим.
– Смотри больше, говори меньше, – сказал Хуа Цзиншу.
Малыш и гусь продолжали разить окружающих наповал выражением «(⊙o⊙)»: вытаращенные глаза, приоткрытые рты – до чего же живые мордашки.
Обследование было подробным.
Возраст, рост, вес – причём здесь фиксировали параметры не только человеческого облика, но и второй формы.
Пока стояли в очереди, они насмотрелись на чужие вторые формы.
Белые кролики, кошечки, рыси, белые крысы… Вторые формы весили от десятков граммов до пятидесяти с лишним килограммов, и уровень у большинства был первый-второй.
Наконец настала очередь Хуа Чжичжи.
Хуа Цзиншу и Хэ Цзюньчэн заметно нервничали.
Сначала измерили рост.
Хуа Чжичжи было уже больше трёх лет, но он оказался ниже большинства сверстников, зато куда пухлее. Рост – всего 89,97 сантиметра. Это означало, что в детский парк с ограничением по росту в девяносто сантиметров он прошёл бы бесплатно.
Честно говоря, Хуа Цзиншу лучше бы заплатил, лишь бы сын не был ниже среднего, но всё же это оставалось в пределах нормы.
Больше молока, больше солнца, иногда повисеть на турнике – и он быстро вытянется.
Каждый раз, когда измеряли рост ребёнка, Хуа Цзиншу не мог сдержать тревоги.
Он подавил желание достать из рюкзака бутылочку, слегка нахмурился и продолжил наблюдать за обследованием.
Рост меньше девяноста сантиметров, а вес – целых 16,12 килограмма. Настоящий маленький толстячок, даже слишком.
Малыш был плотно сбит, без единой пустоты.
Военный, измерявший вес, посмотрел на Хуа Цзиншу: – Давайте ребёнку больше молока и меньше сладостей.
Хуа Чжичжи всё понял: надулся, мотнул головой и громко фыркнул: «Хм!»
Хуа Цзиншу улыбнулся и кивнул. Ему было неловко признаться, что сын ест не так уж много сладостей – просто у него отменный аппетит: за раз он мог съесть три большие миски риса.
Хуа Чжичжи подвели к силомеру и попросили ударить по нему.
Так проверяли силу.
– Хуахуа, постарайся, – тихо сказал Хуа Цзиншу.
Малыш взглянул на военных и ткнул в прибор мягким кулачком.
Чем младше ребёнок, тем труднее его контролировать: сколько его ни уговаривали, он отказывался бить в полную силу, и результат получился конфузный.
Глядя на мягкий кулачок сына, Хуа Цзиншу помялся и попытался спасти положение: – Вообще-то… По-моему, у нашего малыша сила вполне приличная.
Результат теста силы – уровень F.
Хуа Цзиншу был уверен: сила Хуа Чжичжи не может ограничиваться уровнем F.
Военный записал результат: – Детский организм с возрастом крепнет. Мы фиксируем данные раз в год. Даже если результат неточный, ничего страшного, лишь бы отклонение было небольшим.
Хуа Цзиншу понял: тест не из важных, можно отнестись к нему спустя рукава.
– На самом деле всё, что ниже уровня A, примерно одинаково, – пояснил Хэ Цзюньчэн. – Важен уровень S+. Те, у кого он есть, – настоящее ходячее оружие.
Хуа Цзиншу перевёл взгляд на мягкого и пухлого Хуа Чжичжи.
Пусть Хуа Чжичжи и был деревенским задирой – мог справиться с кабаном и задать трёпку большому жёлтому псу, – Хуа Цзиншу не видел между своим малышом и «ходячим оружием» ни малейшей связи.
– Угу, – тихо отозвался он.
После силы проверяли скорость.
По команде военного Хуа Чжичжи вместе с белым гусем помчался вперёд, топая ножками. Скорость была не то чтобы медленной, но и совсем не быстрой.
«Когда Хуа Чжичжи бежит во всю прыть, он обгоняет деревенских собак», – подумал Хуа Цзиншу.
Впрочем, если скорость ниже уровня S, то и неважно.
В итоге за скорость тоже поставили F.
Когда базовые измерения закончились, военный присел на корточки, посмотрел малышу в глаза и мягко спросил: – Малыш, скажи дяде, какая у тебя вторая форма?
При этих словах обиженный Хуа Чжичжи сразу загордился, задрал подбородок и заявил: – У Хуахуа самая красивая вторая форма!
Военный опешил: – И какая же?
– Хуахуа – это цветочек! – Он поднял голову, выпятил грудь и, казалось, готов был смотреть на всех свысока.
Военный посмотрел на Хуа Цзиншу.
– Белый цветочек, – сказал тот. – Вид не знаю.
Военный кивнул.
Затем по просьбе обоих военных Хуа Чжичжи превратился во вторую форму.
Крошечный белый цветочек закружился на месте, вокруг него словно всплывали почти осязаемые пузырьки радости. Очевидно, малыш был совершенно доволен своей второй формой.
Надо признать: красиво – да, но сильным это точно не назовёшь.
Военный взял покачивающийся цветочек и принялся измерять его параметры.
Сначала – рост.
Цветочек был совсем крошечный: от корешков до лепестков – всего 10,2 сантиметра, а вес – 8,2 грамма.
Хуа Цзиншу даже подумал: будь в мире конкурс на самую лёгкую вторую форму, Хуа Чжичжи наверняка занял бы первое место…
Хотя нет: есть ещё мошки, муравьи, комары и прочая мелочь.
Как бы то ни было, 8,2 грамма означало, что стоит дунуть посильнее – и цветочек унесёт.
Раньше Хуа Цзиншу бесконечно переживал из-за лишнего веса малыша и представить не мог, что спустя несколько лет его ребёнок окажется легче пушинки.
Военный понёс цветочек от одного прибора к другому, проводя остальные измерения.
Уровни в тестах шли от F до SS.
После череды проверок перед всеми предстали результаты.
Сила: F.
Выносливость: D.
Ловкость: SS.
Бодрость: D.
Резерв энергии: SS.
Неожиданно обнаружились целых два таланта уровня SS; впрочем, один F и два D выглядели вполне закономерно.
Хуа Цзиншу машинально погладил листик цветочка и похвалил: – Наш Хуахуа и правда молодец! У него даже есть таланты уровня SS.
Хуа Чжичжи не понимал результатов, но от папиных слов тут же радостно запрыгал и залепетал: – Ой, такой сильный Хуахуа – чей это такой любимчик?
Белый гусь рядом поддержал: – Га-га-га!
Что именно он хвалил, оставалось загадкой.
Уголки губ Хуа Цзиншу приподнялись: – Такой замечательный цветочек, конечно же, папин любимчик!
Двое военных со сложным выражением лица посмотрели на Хуа Цзиншу, потом перевели взгляд на цветочек, которого мог унести любой ветерок.
Хоть это и не абсолютное правило, но чем легче существо, тем выше ловкость – всё в пределах нормы.
Однако, к их удивлению, в таком крошечном создании таился резерв энергии уровня SS.
Тело каждого человека – сосуд для энергии, разница лишь в том, сколько её помещается.
Энергия – основа любых сверхспособностей. Чем её больше, тем дольше можно сражаться.
Трудно поверить: вторая форма весит всего 8,2 грамма, а внутри бурлит такая мощная энергия.
Без резерва энергии невозможно применять способности.
Крупные страны постоянно разрабатывают добавки для восполнения энергии – «энергетики». Их действие зависит от уровня.
Стоят они недешёво.
Поэтому люди с малым запасом энергии так завидуют тем, у кого он велик.
Один из военных с улыбкой посмотрел на цветочек и ласково предложил малышу прислушаться к себе.
Цветочек старательно прислушался – и не почувствовал ровным счётом ничего.
– Обычно пробуждение второй формы непременно сопровождается способностью, – заметил второй военный.
Хуа Цзиншу положил цветочек на ладонь.
Цветочек подпрыгнул, забрался на папино плечо, вцепился двумя зелёными листиками в его лицо и принялся тереться: трётся-трётся.
Хуа Цзиншу улыбнулся: – Хуахуа, если ты покажешь дядям свою способность, как они просят, папа вечером почитает тебе сказку. Хочешь?
– Папа и так каждый вечер читает Хуахуа сказку, – тоненько ответил цветочек.
Соблазнить малыша не удалось.
Хуа Цзиншу помолчал и сменил приманку: – Тогда папа купит тебе новую одежду, хорошо?
Все заметили: цветочек стал трясти листиками быстрее, а сами лепестки из белых начали становиться розовыми, и цвет словно сгущался.
При виде этого мысли всех присутствующих странным образом синхронизировались.
Все вдруг представили, как малыш тужится, когда у него запор. А затем…
Из жёлтой сердцевинки цветочка вылетел пузырь.
Белый пузырь в лучах, падавших сквозь стекло, переливался всеми цветами радуги. Но внешне – надо признать – он выглядел самым обыкновенным пузырём.
Малышу, похоже, понравилось: сначала пузыри вылетали медленно, потом всё быстрее, целыми длинными гирляндами.
У Хуа Цзиншу дёрнулся уголок рта. Он протянул руку и осторожно ткнул пузырь.
Тот лопнул от одного прикосновения.
Всё подтвердилось.
Как выглядел обыкновенно, так и оказался совершенно обыкновенным.
Хуа Чжичжи, вероятно, развеселился: захихикал и залепетал: – Хуахуа пускает пузыри, папа и дяди лопают пузыри! – И выпустил ещё целую тучу пузырей.
Белый гусь с гоготанием хлопал крыльями и лопал пузыри всех размеров.
В зале были и другие дети.
Их внимание привлекло происходящее: цветочек пускает пузыри, гусь радостно их лопает. Дети заёрзали.
Терпели.
Терпели-терпели – и не вытерпели.
Один малыш притопал и ткнул пузырь. Потом ещё и ещё – целая толпа детей прибежала лопать пузыри.
Король пузырей Хуа Чжичжи принялся пускать их с удвоенным усердием.
В зале проверки зазвенел детский смех.
Несколько сотрудников в военной форме, наблюдавших за этим, переглянулись и принялись ловить своих подопечных.
Хуа Цзиншу принялся уговаривать сына и уже собирался дать ему конфету… но, встретив неодобрительные взгляды обоих военных, ограничился тем, что предложил её лизнуть. Наконец цветочек перестал пускать пузыри.
Последний тест тоже завершился.
Вторая форма: белый цветочек.
Уровень второй формы: беззвёздный.
Уровень способности: беззвёздный.
Все проверки закончились.
Хуа Цзиншу вздохнул и попросил Хуа Чжичжи вернуться в человеческий облик.
Цветочек послушно превратился в малыша. Тот обнял папину ногу, поднял голову и сказал: – Папа, Хуахуа молодец, Хуахуа умеет пускать пузыри!
Хуа Цзиншу легонько коснулся пальцем межбровья сына и ласково сказал: – Да, Хуахуа молодец. – Он не считал, что быть обычным – плохо.
Чем больше сила, тем тяжелее ноша. А обычность означает, что эту ношу не нужно взвешивать.
Толстый гусь обхватил крыльями другую папину ногу: – Га-га-га!
Хуа Цзиншу улыбнулся и мягко сказал гусю: – Наш Панпан тоже молодец.
Хуа Чжичжи приревновал и толкнул гуся.
Гусю это не понравилось, и он толкнул малыша в ответ.
И вот уже дружные малыш и гусь готовы были снова сцепиться, но папа предупреждающе повысил голос – и оба встрепенулись, бросившись в жаркие объятия друг друга.
Обследование Хуа Чжичжи завершилось.
У каждого дифференцировавшегося есть своё удостоверение личности: имя, дата рождения, вторая форма, её звёздный уровень и прочее…
Военный посмотрел на Хуа Цзиншу: – Удостоверение будет готово через три дня – неделю. Можете забрать его сами или мы отправим курьером.
Хуа Цзиншу решил забрать сам.
В ближайшие дни ему всё равно придётся часто выходить из дома в поисках работы – заодно и заберёт.
Взрослые собрались уходить вместе с малышом и гусем.
Перед уходом Хуа Цзиншу взглянул на толстого гуся, обнимавшегося с Хуа Чжичжи, перевёл взгляд на военного и сказал: – Э-э, мне кажется, наш белый гусь немного необычный.
Оба военных разом посмотрели на Хуа Цзиншу, а затем – на толстого гуся, который с виду казался совершенно обыкновенным.
– Вообще, отец возил его на проверку, – продолжил Хуа Цзиншу. – Говорят, самая обычная порода. Но мне всё же кажется, что наш Панпан не совсем обычен. Можно его проверить? – осторожно спросил он.
Словно понимая, что речь о нём, толстый гусь задрал голову, выпятил грудь, и в его бусинках глаз застыла надменность. Он звонко загоготал: – Га-га-га!
http://bllate.org/book/41577/5397153
Сказали спасибо 0 читателей