Глава 4. Кукла
Увидев этот пост, опубликованный Сюй Лэ, Се Ланчэнь почувствовал, как у него стынет в жилах кровь. Хотя он уже стал призраком, его всё равно охватило тоскливое и мертвящее ощущение холода во всём теле.
Смотря на сидевшего перед ним Сюй Лэ, который выглядел невероятно серьёзным, Се Ланчэнь совершенно не знал, что и сказать. Он протянул руку, желая коснуться парня, но его пальцы просто прошли сквозь чужое тело, отчего Се Ланчэня охватило глубокое отчаяние.
Глаза Сюй Лэ всё ещё слегка покраснели, однако в этот момент он казался необычайно спокойным, раз за разом обновляя только что выложенный пост.
Се Ланчэнь скончался совсем недавно, и сейчас среди подписчиков сообщества Синьчэнь наблюдалась пиковая активность, так что на пост Сюй Лэ очень быстро откликнулись.
[Одинокий Господин: Обнимаю автора! Наш босс ушёл из жизни, и мне тоже так грустно, в какой-то момент даже промелькнула мысль: эх, взять бы и умереть вслед за ним, было бы здорово… Но я думаю, что если бы босс был жив, он непременно хотел бы, чтобы мы жили хорошо. Автор, чур тебя, даже не думай о глупостях!]
Увидев этот комментарий, Се Ланчэнь почувствовал некоторое тепло на душе. Он понял, что его поклонники всё-таки были весьма здравомыслящими людьми — по крайней мере, после его смерти они не стали творить безумств.
Многие в индустрии говорили, что у Се Ланчэня удивительно сильная база преданных фанатов, и он всегда этим гордился. Но теперь, когда его не стало и он даже не успел сказать им прощального слова, Се Ланчэнь не мог не испытывать горького сожаления.
Сюй Лэ, однако, остался явно недоволен этим ответом и принялся обновлять страницу дальше.
[Я маленькое яблочко: Автор, мне тоже так больно, я по ночам уснуть не могу. Как подумаю, что босс умер, сердце кровью обливается. Но если кто-то из нас наложит на себя руки из-за смерти босса, об этом обязательно раструбят в новостях, и это бросит тень на репутацию босса. Так что всякие прыжки с крыши и всё такое — даже не думайте! Если уж соберётесь покончить с собой, лучше сначала оставьте предсмертную записку, чтобы доказать, что ваша смерть никак не связана с уходом босса.]
Этот комментарий заставил Се Ланчэня в ярости свести брови. Впервые в жизни он воочию понял значение фразы: кумир творит дичь, а разгребают фанаты, или наоборот. Он, конечно, хотел, чтобы люди любили его, но вовсе не до такой степени, чтобы из-за этой любви отправляться на тот свет!
Сюй Лэ, судя по всему, остался вполне доволен подобным отзывом. Неожиданно он наклонился, выдвинул ящик под столом и достал оттуда тетрадь для писем.
Се Ланчэнь подплыл поближе и заглянул через плечо — батюшки святы! На обложке красовался он сам, семи- или восьмилетней давности, с неформальной чёлкой. На это зрелище просто невозможно было смотреть без слёз.
Глядя на изображение Се Ланчэня, Сюй Лэ помрачнел. Его взгляд наполнился такой болью, что он протянул руку и нежно огладил лицо Се Ланчэня на обложке, озарив лицо странной, отрешённой улыбкой. От этой улыбки Се Ланчэню стало ещё страшнее.
Раскрыв блокнот, Сюй Лэ отыскал чистый лист бумаги без портрета Се Ланчэня и аккуратно вырвал его. В этот момент Се Ланчэнь занервничал так сильно, что едва не потерял рассудок.
— Чёрт побери! Ты что, реально собрался помирать?! Да как я после этого буду смотреть в глаза твоему брату?! А тёте?! А-а-а-а-а!
Обхватив голову руками, он был готов в отчаянии биться о стену. Будь у него такая возможность, Се Ланчэнь ни секунды бы не сомневался.
Не подозревая, что любимый человек находится прямо рядом с ним, Сюй Лэ вытащил перьевую ручку и принялся выводить строчки на бумаге.
[Предсмертная записка]
Чёрные чернила легли на белый лист бумаги. Почерк у Сюй Лэ был очень изящным и аккуратным, но каждый штрих и каждая черта казались острыми, словно лезвие ножа, в самое сердце Се Ланчэня.
У Се Ланчэня, который ещё минуту назад мог позволить себе отвлекаться на посторонние мысли, теперь просто раскалывалась голова. Кто-то собирается покончить с собой прямо перед его глазами! Разве мог Се Ланчэнь не сойти с ума от подобного кошмара?
— Сюй Лэ! Сюй Лэ! Да как… до чего же ты докатился?!
Припав всем телом к столу прямо перед Сюй Лэ, Се Ланчэнь вложил в свой голос всё отчаяние человека, чьи надежды рухнули. Ведь в детстве Сюй Лэ был невероятно милым ребёнком, так почему же теперь он превратился в это?
Сюй Лэ продолжал сосредоточенно писать предсмертную записку. Впрочем, назвать это запиской можно было с натяжкой — пара коротких предложений.
[Мой мир рушится с сегодняшнего дня. Человек, которого я люблю, покинул меня...]
Дописав до этого места, Сюй Лэ, похоже, остался недоволен. Он нахмурился, словно о чём-то вспомнив, скомкал исписанный лист бумаги, тщательно разорвал его на мелкие кусочки и швырнул в мусорную корзину.
— Я же знал, что ты не хочешь умирать! Напугал до смерти, ублюдок! — увидев этот жест, Се Ланчэнь тотчас решил, что лишь напрасно себя накручивал, и на его лице невольно промелькнула улыбка.
Однако следом Сюй Лэ вырвал из блокнота ещё один лист и принялся выводить всё заново.
[Предсмертная записка]
[Папа, мама, брат, я Сюй Лэ. Я всю жизнь шёл за своей верой, но теперь понял, что она рухнула. И куда бы ни ушла эта вера, я последую за ней следом. Надеюсь, вы сможете меня понять.]
Столь короткого послания было более чем достаточно, чтобы выдать слишком многое. Наблюдая со стороны за подобной предсмертной запиской молодого человека, Се Ланчэнь внезапно захотел узнать, что же произошло с Сюй Лэ в те годы.
Что заставило его сделать своей жизненной верой именно его?
— Эх ты… Совсем не похож на себя в детстве. Какой же ты был милыш…
Протянув руку, Се Ланчэнь ткнул парня в лоб, но пальцы прошли сквозь воздух, не коснувшись кожи. От этого сердце Се Ланчэня сжала необъяснимая тоска.
Закончив с предсмертной запиской, Сюй Лэ аккуратно сложил её, снова перевёл взгляд на экран компьютера и обновил страницу с постом.Побег удался: автор треда, девушка сверху дело говорит, ни в коем случае не прыгай из окна! Это же так больно!! А всякие там таблетки и самоубийство! Всё это ненадежно! И вены резать тоже очень больно! Так что автор, умоляю, не делай глупости!
Белая ночь — это ночной дожрак: Босс уже умер, неужели все не могут успокоиться? Хотя мы все очень опечалены смертью босса, но, автор, пока мы живы, кто-то будет помнить о боссе еще сильнее, если мы тоже последуем за боссом на тот свет, босс наверняка возненавидит нас!
Гавайский свет: Я раньше пробовала резать вены, когда рассталась с бывшим парнем, это и правда очень больно. Автор, ты ведь шутишь, скажи? Босс был таким нежным человеком, ему наверняка не нравится, когда кто-то из-за него кончает с собой...
Су Хохохо: Хе-хе, раз хочешь умереть, так зачем еще и пост здесь создаешь? Какое внимание привлекаешь? Больше всего терпеть не могу таких фанатов, как автор, которые только портят репутацию босса. Хочешь умереть? Вешайся, режь вены, прыгай с крыши — да что угодно! Если не получается, просто бросься в воду и утопись нахрен!!!
Звезды Вэнь Яньцина: Охренеть, дамочка сверху, не будь такой злой, а? Все, кто приходит на этот форум — фанаты босса, и раз с боссом случилось такое, неужели все будут еще и издеваться тут? Автор, ни в коем случае не делай глупостей!
На форуме Синьчэнь в этот момент было очень много народу, поэтому на пост Сюй Лэ очень быстро появилось множество ответов — были как добрые, так и злобные. А Се Ланчэнь наблюдал за этим со стороны, впервые осознав, насколько безумными бывают его фанаты...
Не прошло и пяти минут, как этот пост прямо-таки удалил администратор. Когда Сюй Лэ обновил страницу и увидел сообщение об удалении поста, он так и замер перед компьютером. Се Ланчэнь же, увидев это, почувствовал некоторое облегчение на душе.
— Этот админ отлично справляется! — мысленно похвалив администратора, Се Ланчэнь снова перевел взгляд на Сюй Лэ, он ведь и правда боялся за него.
Сюй Лэ тупо смотрел в монитор, не двигаясь с места и неизвестно о чем думая. Так он просидел в оцепенении добрых десять с лишним минут.
Се Ланчэнь, паривший рядом с Сюй Лэ, сначала очень переживал, но спустя десяток минут уже успокоился, решив, что Сюй Лэ наверняка отказался от мысли покончить с собой. Однако он никак не ожидал, что, выйдя из задумчивости, Сюй Лэ просто выключит компьютер и направится прямиком в ванную.
Не имея возможности удалиться от Сюй Лэ, Се Ланчэнь оказался затащен им в ванную комнату совершенно неподготовленным. На этот раз Сюй Лэ собирался не руки мыть: он подошел к стене, закрытой плотными шторами, и раздвинул их.Се Ланчэнь на мгновение подумал, что Сюй Лэ собрался выброситься из окна, но когда Сюй Лэ раздвинул шторы, открывшееся перед глазами зрелище заставило Се Ланчэня вытаращить глаза. Он был шокирован куда сильнее, чем когда впервые вошёл в комнату Сюй Лэ, и даже не мог описать словами то, что творилось у него на душе.
В голове Се Ланчэня непрерывным потоком неслись мысли, словно комментарии на экране:
Человек, который тайно сохнет по тебе, держит дома твою реалистичную куклу — это же жуть как извращённо!
Что делать, если обнаружил, что некогда чистый мальчик превратился в жуткого извращенца?
Сюй Лэ, ты такой маньяк, знают ли об этом твои родители?!
На секунду Се Ланчэню показалось, что его мозг заполнился бегущей строкой, ведь за раздвинутыми шторами он увидел не просто большую ванну — рядом с ней стояла его полноразмерная кукла.
Как бы это получше описать? Зачастую у каких-нибудь затворников дома можно найти надувных кукол или что-то в этом роде, но ростовая кукла — вещь куда более высокого уровня. По крайней мере, когда Се Ланчэнь увидел эту фигуру, изображающую его самого, он едва не подскочил от испуга.
Всё потому, что эта кукла выглядела до безумия реалистично. Пугающе реалистично!
Почти помимо воли приблизившись, Се Ланчэнь принялся рассматривать куклу в упор: казалось, на её лице можно было разглядеть даже поры. До чего же тонкая работа! Она совсем не походила на простую игрушку!
Сюй Лэ в этот момент на куклу даже не смотрел — он молча набирал воду в ванну, погруженный в какие-то свои мысли.
Долго и тщательно разглядывая статую, Се Ланчэнь прошёл путь от первоначального шока до одной сплошной, написанной жирным шрифтом пошлости в голове.
В памяти всплыло то, как Сюй Лэ недавно целовал полотенце с его изображением, а теперь, глядя на эту ростовую куклу, взгляд Се Ланчэня сам собой соскользнул на те самые мужские места куклы, о которых не принято говорить вслух.
Кукла была облачена в узнаваемый костюм. Се Ланчэнь отлично помнил, что был одет именно в этот костюм во время своего последнего интервью. Что же касается запретной зоны... ну, ладно... покроем это завесой тайны, Се Ланчэнь всё равно ничего не мог разглядеть.
Закончив изучать куклу, Се Ланчэнь наконец перевёл взгляд на Сюй Лэ и с удивлением обнаружил, что тот начал раздеваться!
Всё верно! Сюй Лэ принялся раздеваться!
Глядя на то, как бледные изящные пальцы легли на одежду и ловко расстегнули первую пуговицу рубашки, обнажая нежную ключицу Сюй Лэ, Се Ланчэнь тут же отвернулся.
Погодите-ка, мы же оба мужчины, чего мне бояться? — успокоил он себя, отвернувшись.
К тому же я привидение, Сюй Лэ меня всё равно не видит...
Подумав об этом, Се Ланчэнь снова повернулся обратно, а Сюй Лэ тем временем уже расстегнул последнюю пуговицу и в следующее мгновение принялся снимать рубашку...
http://bllate.org/book/41532/5299862
Сказали спасибо 0 читателей