— Иди.
Вскоре Чжоу Юй вернулся. Юэ Фанлинь с беспокойством спросил:
— У тебя дома всё в порядке?
— Всё хорошо, — ответил Чжоу Юй. — Жена сказала, что сегодня переночует с ребёнком у бабушки, а завтра они вернутся домой.
— Ого, Сяо Чжоу, ты такой молодой, а у тебя уже есть ребёнок.
Чжоу Юй кивнул:
— Мы с женой знакомы с детства, очень привязаны друг к другу. Поженились сразу после окончания университета, так что и с детьми не затягивали.
— Сколько ему лет? — поинтересовался Лу Чанфэн.
— Уже больше трёх, — ответил Чжоу Юй.
Заговорив об этом, Юэ Фанлинь вдруг вспомнил, что и сам Лу Чанфэн уже не мальчик.
— Чанфэн, а у тебя есть пара?
Лу Чанфэн покачал головой:
— Нет, я всё ещё холост.
Уголки губ Цзин Лэ едва заметно дрогнули.
Чжоу Юй удивился:
— Капитан Лу всё ещё один? Как такой красавец, как вы, до сих пор не нашёл себе никого?
— Желающих-то хватает, — спокойно признал Лу Чанфэн. Он действительно с детства был видным парнем: в школе — главный красавец, в городском управлении — тоже первый красавец, признанный всеми. — Но в уголовном розыске работа идёт без выходных. Бывает, что даже времени на сон не хватает, откуда тут взяться времени на отношения? Чувства требуют усилий от обоих, а тратить обрывки свободного времени на свидания с девушкой — значит проявлять к ней неуважение. Уж лучше тогда вообще не начинать.
Юэ Фанлинь отпил чаю, соглашаясь с его словами:
— В твоих словах есть доля истины. Когда работа наваливается, на семью времени не остаётся. У меня с бывшей женой так и вышло: со временем чувства остыли, вот мы и развелись.
— Сколько у вас детей, капитан Юэ? — спросил Лу Чанфэн.
— Двое. Старшая — дочь, младший — сын, в следующем году уже будет сдавать выпускные экзамены.
Лу Чанфэн прикинул в уме:
— Значит, вы тоже рано женились.
Юэ Фанлинь кивнул:
— В наше время все в начале двадцатых под венец шли. Если за двадцать пять перевалило, а ты всё один, люди уже начинали подозревать, что с тобой что-то не так.
Лу Чанфэн улыбнулся. Юэ Фанлинь перевёл взгляд на Цзин Лэ:
— А Сяо Цзин? Ты начал с кем-то встречаться? Есть девушка?
Лу Чанфэн тоже посмотрел на Цзин Лэ, загадочно улыбаясь. Цзин Лэ отчего-то стало не по себе. Лу Чанфэн прекрасно знает, что у него на уме, зачем же он тогда спрашивает?
Цзин Лэ ответил:
— Есть один человек, который мне нравится. Он намного старше меня.
— Насколько намного? — Еда ещё не была подана, и Юэ Фанлинь решил поддержать беседу; лучше уж так, чем сидеть в тишине.
— На двенадцать лет.
Юэ Фанлинь быстро посчитал:
— Ему тридцать пять? Говорят, что если жена старше на три года, это как будто ты нашёл слиток золота. Ну, а ты, получается, сразу четыре слитка отхватил.
Чжоу Юй прыснул со смеху, но тут же осёкся, решив, что это неуместно, и посмотрел на Цзин Лэ:
— Прости, не хотел тебя обидеть, просто показалось, что капитан Юэ забавно сказал.
Цзин Лэ покачал головой:
— Ничего, разница в возрасте действительно большая.
— Если чувства искренние, возраст — не помеха.
Однако если разница в двенадцать лет — это правда, то вряд ли человек захочет связаться с таким юнцом, как Цзин Лэ, посчитав его ненадёжным. Юэ Фанлинь не решился продолжать эту тему: у него самого была дочь, и если бы кто-то на двенадцать лет моложе начал к ней приставать, он бы как отец сильно заволновался.
Легко было представить, в какой ситуации оказался Цзин Лэ.
— Разница в возрасте — это полбеды, — добавил Чжоу Юй. — Главное, чтобы не возникло пропасти в мировоззрении.
Лу Чанфэн согласно кивнул:
— У человека в десять с небольшим, в двадцать с небольшим и в тридцать с небольшим годы взгляд на вещи совершенно разный. В моём возрасте пора страстей давно прошла, хочется только плыть по течению.
Цзин Лэ лишь молча кивнул. Возраст действительно стал непреодолимой пропастью между ним и Лу Чанфэном. Лу Чанфэн не останется вечно тридцатипятилетним, а каждый год, прожитый Цзин Лэ, будет прибавлять год и Лу Чанфэну.
Когда ужин подошёл к концу, было уже девять тридцать вечера. Юэ Фанлинь спросил:
— Где вы живёте? Я вас подвезу.
Чжоу Юй предложил:
— Давайте отвезём каждого по отдельности, так все быстрее окажутся дома.
Юэ Фанлинь согласился. Лу Чанфэн взглянул на Цзин Лэ и произнёс:
— Не нужно, мы с Цзин Лэ давно не виделись, нам нужно о многом поговорить. Время позднее, вы тоже поезжайте отдыхать, мы возьмём такси.
Цзин Лэ тут же кивнул. Поскольку все карты были раскрыты, остальные знали, что они знакомы давно и их отношения необычны, поэтому никто не стал настаивать.
— Ладно. Как доберётесь до дома, напишите в группу, чтобы мы знали, что вы в безопасности.
Лу Чанфэн улыбнулся:
— Мы же не маленькие дети, чтобы потеряться.
Юэ Фанлинь рассмеялся. Проводив их взглядом, Лу Чанфэн спросил Цзин Лэ:
— Где живёшь?
— Я живу у друга.
— У дома друга нет адреса?
Цзин Лэ назвал улицу. Лу Чанфэн вбил адрес в навигатор: шесть километров от ресторана, а до полицейского участка — все десять. Оглядевшись, он заметил поблизости кафе. Указав на него, он сказал:
— Давай посидим там. Угощу тебя кофе, поговорим.
Цзин Лэ коротко ответил:
— Хорошо.
Лу Чанфэн смотрел на него — сейчас тот казался таким поникшим, и было непонятно, откуда утром взялась такая решимость и смелость, позволившая ему поцеловать его в уборной.
— Что будешь пить? — спросил Лу Чанфэн.
— Что угодно.
Лу Чанфэн заказал два латте с пониженным содержанием кофеина, чтобы они могли заснуть ночью.
— Где ты был все эти годы? Чем занимался? Деньги, которые я переводил на жизнь, ты возвращал обратно — на что ты вообще жил? И почему ты решил прийти в Девятый отдел по расследованию тяжких преступлений? Ты обязан мне всё объяснить.
Цзин Лэ смотрел на Лу Чанфэна, не в силах скрыть нахлынувшие чувства:
— В последние годы в Юго-Восточной Азии остро стоит проблема телефонного мошенничества. Меня отправили туда под прикрытием.
Лу Чанфэн видел новости о том, как китайская и камбоджийская стороны совместными усилиями разгромили несколько центров мошенников.
— После того как я ушёл из твоего дома, я жил на компенсацию за гибель родителей, потом подрабатывал в университете, получал стипендию, на каникулах брался за любую работу — этого хватало на текущие расходы. — Цзин Лэ серьёзно посмотрел на него. — Когда я работал под прикрытием в логове мошенников, я чуть не погиб. В тот момент я подумал: если смогу вернуться на родину живым, то обязательно буду рядом с тобой. Даже если ты меня не любишь, даже если не примешь — я просто хочу быть рядом, как в детстве, чтобы видеть тебя в любой момент. Мне этого было бы достаточно.
Официант принёс кофе. Лу Чанфэн сделал глоток, не зная, что ответить на такое признание. Глядя на снующие по дороге машины, он собрался с мыслями и тихо произнёс:
— Лэ-лэ, твои чувства ко мне — не обязательно любовь. Возможно, это просто привязанность. Я помог тебе в трудную минуту, и ты принял это чувство за любовь ко мне.
— Лу Чанфэн! — Цзин Лэ резко прервал его. — В восемнадцать лет я, может, и не понимал, что чувствую, но сейчас мне двадцать три. Мы были в разлуке пять лет, и за это время я многое пережил. Я пытался перестать думать о тебе, пытался разлюбить, но у меня не вышло. На краю смерти я думал только о тебе. Перед тем как отправиться на задание, я проезжал через Чуньчэн, и единственным моим желанием было хоть одним глазком взглянуть на тебя, потому что я боялся, что больше никогда тебя не увижу.
— Я прекрасно осознаю, что это любовь, а не привязанность. Я знаю много людей, которые хорошо ко мне относились, и не только мужчин. У меня есть близкие друзья, с которыми мы вместе ходили в баню и могли раздеться догола, но я никогда не смотрел на них иначе. Я никогда не хотел их поцеловать или лечь с ними в постель. Но я хочу тебя.
— Ещё в подростковом возрасте я понял, что мне не нравятся девушки. Когда однокурсники обсуждали фильмы для взрослых, я ничего не чувствовал. У меня нет к ним влечения. А к тебе — есть. Когда они рассуждали о девушках, я думал только о тебе.
Лу Чанфэн был поражён — раньше он об этом не догадывался.
— Моё поведение дало тебе повод для таких мыслей?
Цзин Лэ покачал головой:
— Нет. Я просто с самого начала предпочитал мужчин. Если бы не ты, был бы кто-то другой. Просто ты был слишком добр ко мне, и в моём окружении не было другого человека, способного относиться ко мне так же. Но дело не только в твоей доброте, ты и сам по себе замечательный человек. Я не могу пройти мимо кого-то настолько выдающегося и полюбить кого-то другого. Если бы в моей жизни не случилась та трагедия, если бы ты не стал моим опекуном и не забрал меня домой, окружая заботой, я бы всё равно вырос и понял, что мне нравятся мужчины. Просто, возможно, это был бы не ты.
— Но в этом мире не бывает сослагательного наклонения, и рассуждения о том, что было бы, лишены смысла. Мы жили вместе, я полюбил тебя, и этого уже не изменить.
Он повзрослел. Это уже не был тот Цзин Лэ, который, будучи пойманным с поличным, мог только кричать и убегать от стыда. Теперь он мог сидеть напротив Лу Чанфэна и спокойно обсуждать эти темы.
— Честно говоря, я думал, что сегодня, встретившись с тобой, скажу: Лу Чанфэн, я больше тебя не люблю. Но как только я увидел тебя, всё, что я планировал, рассыпалось в прах.
Цзин Лэ помолчал, его грудь тяжело вздымалась, кадык нервно дёрнулся. Он сказал предельно искренне:
— Лу Чанфэн, я всё ещё люблю тебя.
— Цзин Лэ, — окликнул его Лу Чанфэн.
Цзин Лэ смотрел на него, ожидая продолжения. Лу Чанфэн отпил кофе, собрался с мыслями и продолжил:
— Цзин Лэ, я не могу ответить на твои чувства.
Причин, по которым он не мог ответить взаимностью, было много.
— Ты не любишь мужчин или боишься, что за спиной будут шептаться? — спросил Цзин Лэ.
Лу Чанфэн покачал головой:
— Ни то, ни другое. Меня не волнует чужое мнение. Просто я тебя не люблю. Ты жил со мной с одиннадцати лет, я видел, как ты рос из ребёнка в мужчину, который стал выше меня. Я смотрел, как ты взрослеешь, и мне крайне сложно испытывать к тебе иные чувства. В глубине души я считаю тебя семьёй, можно даже сказать — я вырастил тебя как сына.
— Хватит... — Цзин Лэ встревожился, он не хотел слышать подобных слов от Лу Чанфэна.
http://bllate.org/book/41522/5297250
Сказали спасибо 0 читателей