Готовый перевод The Prince of Zhenbei's Beloved / Любимец сурового князя Севера: Глава 7

Гу Тин тогда сказал это вовсе не ради какой-то хитроумной стратегии, а просто опираясь на свои воспоминания из прошлой жизни.

История о клане Лю из Цзююаня в те времена была у всех на слуху. Ю Дачунь возжелал дочь из клана Лю, но семья ему отказала. Не прося ни у кого помощи, они решили стоять до конца, и в итоге позволили девушке сбежать с возлюбленным. Старшие члены клана сделали вид, что ничего не знают, заявив всем вокруг, что не ведают о произошедшем. Ю Дачунь, не добившись внятного ответа, просто отдал приказ о погоне. Девушка и её суженый недолго наслаждались покоем — их настигли и убили в логове разбойников.

Что такое логово разбойников? О том, что произошло с девушкой в таком месте, ходило столько небылиц, что Гу Тин, даже не находясь в Цзююане, слышал множество версий. Разумеется, он знал и имя главного героя той истории — того самого «суженого». Его звали Дун Чунчэн, и он был весьма успешным торговцем. Этот человек не погиб в логове разбойников, но остаток жизни провёл в поисках мести. Несмотря на всё своё могущество, Ю Дачунь так и не смог с ним справиться.

Побег пары не был случайностью — их связывало давнее чувство, кажется, возникшее ещё во время спасения жизни. Когда старшие ни о чём не догадывались, они уже дали друг другу клятву верности. Дун Чунчэн был глубоко предан госпоже Лю.

Теперь, когда Гу Тин оказал услугу клану Лю и держал в своих руках госпожу Лю, ему вовсе не нужно было ничего предпринимать — достаточно лишь спокойно сидеть на берегу, как рыбак, и ждать, пока добыча сама попадётся на крючок.

Дун Чунчэн, о, Дун Чунчэн, когда же ты придёшь?

Пока Гу Тин, подобно мудрецу Цзян Тайгуну, ждал, когда Дун Чунчэн сам заявится к нему, Гу Цинчан, разбрасываясь деньгами, разузнал, где тот остановился, и отправился на поиски.

Прошло несколько дней. Брат Цзян был настолько занят, что Гу Цинчан даже не мог с ним встретиться, а самого Гу Тина всё ещё не нашёл. Он начал нервничать и, не имея времени на постепенное вхождение в доверие, сразу перешёл к делу:

— Я приехал из Цзиньяна. У меня есть для вас деловое предложение.

Произнося это, он держался высокомерно, пытаясь подавить собеседника своим авторитетом.

Город Цзиньян не был расположен на опасных пограничных рубежах, но и не находился в самом сердце Столицы. Он лежал неподалёку, обладая богатыми ресурсами и выгодным географическим положением, что породило множество великих купцов. Один только Цзиньян контролировал тридцать процентов всей торговли Поднебесной — разве это не внушительная сила? Почти каждый торговец в мире стремился завести хоть какие-то связи с этим городом и наладить полезные знакомства.

Гу Цинчан был абсолютно уверен, что у Дун Чунчэна нет причин для отказа. В этот раз он точно справится с поручением брата Цзяна!

Увы, подобное высокомерие чаще всего тешит лишь собственное эго, но редко вызывает симпатию у других. Особенно когда человек и без того раздражён и совсем не горит желанием вам угождать.

Дун Чунчэн опустил глаза:

— Жаль, но я не из Цзиньяна.

Гу Цинчан не понял:

— Что?

Дун Чунчэн добавил:

— А потому не желаю иметь дел с людьми из Цзиньяна.

Гу Цинчан опешил:

— Ты… ты вообще понимаешь, что говоришь?

Уголки губ Дун Чунчэна дрогнули в насмешливой ухмылке:

— Похоже, у вас проблемы со слухом.

Гу Цинчан вспыхнул от гнева, но, вспомнив, что это касается брата Цзяна, был вынужден стерпеть. Он стиснул зубы и примирительным тоном продолжил:

— Я пришёл сюда сегодня, искренне желая стать другом брата Дуна. Приближается конец года, неужели вы не хотите заработать побольше денег, чтобы встретить праздник с размахом? Если вы согласитесь перепродать мне партию первоклассных лекарственных трав, я куплю их по цене на один… нет, на два процента выше рыночной!

Дун Чунчэн даже не обратил внимания на то, что лает этот человек. Торговля строится на добровольном согласии обеих сторон. Он уже сказал, что не хочет вести переговоры, так зачем продолжать навязываться? Пусть болтает, если не боится пересохнуть.

Однако в этот момент мимо чайной проехала карета: зелёное дышло, занавески из тонкой ткани, на углах позванивают серебряные колокольчики. Звук был чистым и мелодичным.

Дун Чунчэн небрежно бросил на стол деньги за чай и, развернувшись, выбежал наружу.

Гу Цинчан был в ярости. Не желая сдаваться, он бросился вдогонку, но, увидев, что карета розоватого оттенка, понял: внутри сидит молодая девушка… Что тут ещё было неясного?

— Эй, ты, по фамилии Дун! — закричал он вслед. — Из-за какой-то бабы ты отказываешься от такой выгодной сделки? Ты что, больной на голову?

Дун Чунчэн, придерживая полы халата, обернулся. Его взгляд был холодным, как клинок:

— Что я делаю — не твоего ума дело. Твои сделки я, Дун Чунчэн, никогда в жизни не приму!

Сказав это, он, не глядя на реакцию Гу Цинчана, бросился следом за каретой.

Карета въехала в длинный переулок и остановилась. Из неё вышла служанка и, подойдя к Дун Чунчэну, поклонилась:

— Молодой господин, прошу вас, возвращайтесь. Госпоже в последние дни нездоровится, ей немного тяжело, поэтому она не может вас принять.

Дун Чунчэн зачарованно смотрел на карету:

— Что говорит лекарь? Какие нужны лекарства? У меня дома есть лучшие…

Служанка прикусила губу, прерывая его:

— Не нужно. Все лекарства обычные, они есть у нас дома. Госпожа сказала, что сейчас в семье много забот, не стоит беспокоить вас. И в будущем… прошу вас…

Служанка выглядела смущённой. Дун Чунчэн опустил взгляд, его губы слегка дрожали:

— Я понял. Пожалуйста, передайте госпоже, что я… больше не буду её беспокоить. Я ни за что не доставлю ей хлопот. Пусть хорошо питается. Погода становится холоднее, пусть обязательно одевается теплее и бережёт себя…

— Молодой господин, и вы берегите себя.

Служанка поклонилась и поспешно вернулась в карету. Раздался щелчок кнута, карета медленно удалилась и скрылась из виду. На улице остался лишь одинокий мужской силуэт, полный сомнений, борьбы и глубокого отчаяния.

Карета въехала в поместье клана Лю, и Лю Богуань тут же позвал служанку, чтобы подробно расспросить о состоянии госпожи.

Слушая её, Лю Богуань всё больше тревожился.

В доме случилась беда, они все были в смятении, и дочь тоже сильно переживала. Серьёзной болезни как таковой не было, но из-за расстройства селезёнки и желудка она потеряла аппетит и уже несколько дней почти ничего не ела. Что же будет, если так продолжится?

Поскольку в последнее время они стали тесно общаться и слуги постоянно курсировали между домами, Гу Тин очень скоро узнал о недомогании госпожи Лю.

У него было открыто несколько лавок, самой крупной из которых была лавка лечебных блюд. Благодаря опыту прошлой жизни он неплохо в этом разбирался, так что теперь это… как раз могло пригодиться.

После полудня пошёл снег.

У Фэн подошёл к крыльцу и стряхнул снег с одежды:

— Молодой господин, тот самый Дун Чунчэн, не знаю уж почему, уселся в чайной напротив нашей лавки лечебных блюд. Сидит там уже полдня, ничего не делает…

Гу Тин отложил книгу и перевёл взгляд:

— Ты говоришь, он сидит там полдня?

У Фэн кивнул:

— Смотрит прямо на нашу вывеску, даже не ест!

Гу Тин тут же поднялся:

— На задний двор, принеси мне инструменты. А продукты… — он задумался и перечислил несколько наименований.

У Фэн приоткрыл рот:

— Моло, молодой господин, вы собираетесь готовить сами?

Гу Тин посмотрел на него без всякого выражения.

У Фэн вздрогнул и тут же развернулся:

— Сейчас же иду!

Когда инструменты были расставлены, а продукты подготовлены, Гу Тин закатал рукава и приступил к делу.

Он собирался приготовить запечённый тофу с четырьмя божественными травами.

Нарезав тофу кубиками, он слегка присолил его, дал настояться, обжарил в раскалённом масле, а затем поместил в горшок вместе с заранее вымытыми и нарезанными грибами, ломтиками бамбука и морковью. Добавил соевый соус, вино и «порошок четырёх божеств», который составил собственноручно. Томил на медленном огне полчаса.

Это блюдо было лёгким, укрепляло селезёнку и способствовало кроветворению. Возможно, оно не возбуждало аппетит так сильно, как что-то острое, но точно не вызывало отвращения — каждый мог съесть пару ложек, если только не был совсем сыт.

Блюдо простое, но приготовить его так, чтобы оно получилось изысканным, было непросто.

Гу Тин двигался размеренно, словно облака плывут, а вода течёт. Он готовил так элегантно и красиво, что это казалось верхом совершенства.

Он заранее велел У Фэну следить за улицей и подать сигнал, как только что-то произойдёт. Сигнал он уже услышал и знал, что гость пришёл. Гу Тин начал играть свою роль ещё усерднее, ни на что не отвлекаясь. Вся картина — сочетание вкуса, цвета и аромата, холод снега и тепло угольев…

Это зрелище невозможно было забыть.

У Фэн тоже подыграл: увидев, что молодой господин подал знак, послушно произнёс свою реплику:

— Молодой господин, что вы готовите?

Гу Тин держал нож тонкими пальцами, которые казались ещё белее и нежнее, чем лежавший под ними тофу:

— Запечённый тофу с четырьмя травами. Солёный, пикантный, укрепляет аппетит, селезёнку и кровь.

У Фэн спросил:

— Вы так стараетесь, неужели тоже положили глаз на госпожу Лю?

— У красавицы, похоже, есть возлюбленный, как можно быть таким бесцеремонным? Впредь не говори таких слов. — Даже делая замечание, голос Гу Тина звучал мягко и благородно, как и подобает истинному джентльмену.

У Фэн не унимался:

— Тогда это лекарственное блюдо…

— Отправь его позже в поместье Лю. Скажи, что слышал о болезни госпожи, это скромный дар от лавки. Не упоминай, что это я готовил. — Гу Тин тихо вздохнул. — Бэйди нападают на границы, Ван Северной Заставы держит удар. На этой земле каждую минуту проливается кровь. В такие тяжёлые времена клан Лю не должен навлечь на себя беду.

У Фэн сказал:

— Но даже если молодой господин, рискуя жизнью, ведёт переговоры и Ю Дачунь пока не трогает госпожу Лю, что будет, если у него что-то пойдёт не так и он снова решит использовать её как пешку? Полагаю, глава Лю прав: госпоже Лю лучше поскорее выйти замуж.

Гу Тин нахмурился, в его глазах промелькнула тень беспокойства:

— Достойного мужа трудно найти. Я боюсь лишь, что глава Лю ради безопасности дочери в итоге выдаст её за первого встречного…

Дун Чунчэн, всё это время тихо пробиравшийся вперёд, скрывался за колонной. Услышав эти слова, он и так уже преисполнился уважения, а теперь просто не смог сдержаться.

Он тут же вышел из своего укрытия и низко поклонился Гу Тину:

— Прошу, господин, выступите посредником и помогите мне жениться на госпоже Лю!

У Фэн округлил глаза: получилось! Дело, которое затеял молодой господин, выгорело! Он же говорил: этот клан Лю, этот Ю Дачунь — всё это лишь предлоги, а истинной целью молодого господина был этот Дун! Оказывается, Гу Тин всё это время просто выжидал и не подходил первым, чтобы другой человек сам пришёл к нему!

И правда, зачем навязываться, если куда лучше, когда навязываются тебе!

В этот миг У Фэн посмотрел на своего господина с нескрываемым обожанием.

Гу Тин, увидев пришедшего, изобразил удивление и на мгновение замер:

— Я знаю тебя. Дун Чунчэн, если не ошибаюсь… торговец лекарствами?

Он сказал только это и больше ни слова.

Дун Чунчэн поднял голову, его взгляд, полный огня, был прикован к Гу Тину:

— Я готов отдать всё: богатство, торговые пути, все редкие лекарства и сокровища, что есть у меня в запасах, — лишь бы получить этот шанс!

Наконец… получилось.

Гу Тин глубоко вздохнул про себя.

За полмесяца после перерождения все его старания, все расставленные им ловушки — помощь клану Лю, спасение госпожи Лю, расчёт против Ю Дачуня, перенаправление гнева разбойников, чтобы облегчить бремя Вана Северной Заставы… всё это было сделано не ради связей и не ради славы. Его конечной целью был именно этот человек и лекарства, что находились в его руках!

Вскоре здесь разразится великая война. Из-за нехватки продовольствия и медикаментов границы будут усеяны трупами, в деревнях не останется людей, город Цзююань подвергнется небывалому удару, а сам Ван Северной Заставы Хо Янь едва не погибнет.

Вот в чём заключался самый страшный кризис. Хребет Великой Ся не должен сломаться, Хо Янь не должен пасть. Эта битва не может быть проиграна!

Раз уж он переродился и получил такой шанс, он обязан сделать всё, чтобы предотвратить катастрофу!

Последний кусочек плана встал на место, последнее кольцо замкнулось. Разумеется, результат нужно было закрепить. Гу Тин не витал в облаках, принял невозмутимый вид и произнёс слова, которых никто не ожидал услышать.

http://bllate.org/book/41479/5290096

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь