Собеседник вёл себя крайне дружелюбно:
— Привет, меня зовут Цяо Цяо — Цяо от слова «малыш Цяо», а вторая часть — от слова «хуацяо».
У Цяо Цяо было такое же заурядное лицо, как и у него самого, выглядел он опрятным зубрилкой, а тонкие губы выдавали в нём персонажа из романа, которому суждено вечно сплетничать на задворках сцены.
И действительно, Цяо Цяо с большим энтузиазмом завёл с ним беседу, интересуясь, где тот учился раньше и почему перевёлся сюда уже во втором полугодии одиннадцатого класса.
— Пересаживайся ко мне, — неожиданно понизив голос, предложил Цяо Цяо.
Нин Сун послушно пересел.
Оказавшись в новой обстановке, нужно как можно быстрее завести друзей — глупо отвергать протянутую кем-то руку помощи. К тому же по манере держаться и одежде этот Цяо Цяо совсем не был похож на жертву буллинга.
Это тоже имело огромное значение: если новичок подружится с изгоем, то и сам легко может оказаться в изоляции.
Цяо Цяо понизил голос ещё сильнее:
— Тебе лучше держаться подальше от Пу Даси. Ему не нравится, когда кто-то подбирается к нему слишком близко.
— Пу Даси?
Цяо Цяо кивнул и, заметив, что новичок ничего не знает, принялся тайком просвещать его.
Того красивого парня, что выглядел отрешённым и молчаливым, звали Пу Юй, а Пу Даси — это его прозвище.
Поскольку в средней школе он играл мистера Дарси в постановке «Гордости и предубеждения» по мотивам Общества Весеннего Дня, все решили, что он — мистер Дарси версии для старшеклассников.
И надо сказать, сходство и впрямь наблюдалось!
Парни в их классе все были как на подбор — в конце концов, сплошь мажоры разной степени влиятельности, рост и стать при них, — но Пу Юй всё равно выделялся больше всех. И пусть в элитной школе никогда не было недостатка в богатых и могущественных людях, происхождение Пу Юя всё равно занимало самую верхушку пирамиды высшего общества.
Цяо Цяо добавил вполголоса:
— Его дедушка — Пу Минке.
Всего лишь простое имя, без каких-либо титулов и регалий, и на то была лишь одна причина: это имя гремело на весь мир.
Он украдкой вбил это имя в поисковик на телефоне.
И тут же вспомнил, что это за семейка.
Ведь Отец Нин работал у Пу водителем.
Во время декабрьских беспорядков в прошлом году отец Пу подвергся нападению бандитов. Говорили, что Отец Нин оказался поблизости и, рискуя жизнью, сбил преступника с ног. После этого отец Пу не только щедро отблагодарил его крупной суммой денег, но и устроил к себе водителем, благодаря чему Мать Нин смогла уволиться из прачечной в трущобах и получить место горничной в поместье семьи Пу. А когда Госпожа Пу услышала, что у их сына блестящие успехи в учебе, она даже похлопотала о выделении ему особой квоты для поступления в Мужскую общеобразовательную школу Шандун.
Отец Нин и Мать Нин были бесконечно благодарны и трепетали от страха, поэтому в первый же день учебы сына даже не посмели взять отгул.
Если бы в Шандунской академии существовала своя собственная игра на выживание в верхах...
Пу Юй находился на самом её пике.
А он — у её подножия.
Во всей школе вряд ли нашлось бы два человека, расстояние между которыми было бы больше.
Неудивительно, что, когда он сел рядом с Пу Юем, одноклассники посмотрели на него именно так.
— В нашем классе царит супергармоничная атмосфера, нет никого дружнее нас, — усмехнулся Цяо Цяо. — Если не считать Пу Даси и Чжэньчжэня.
— Чжэньчжэня?
Нин Сун инстинктивно перевёл взгляд на миловидного мальчишку, сидевшего за первой партой.
Цяо Цяо пояснил:
— Чжэньчжэнь немного замкнут в себе, пожалуй, не любит общаться с людьми, но он очень послушный.
Невероятно красивый и утонченный, слегка аутичный, молодой господин из богатой семьи, с фирменным хвостиком на макушке — все возможные черты характера сошлись воедино.
Неужели он — половинка пейринга с Пу Юем?
Нин Сун бросил взгляд на Пу Юя.
Едва начался урок, их преподаватель по виолончели попросила его сыграть небольшой отрывок, чтобы оценить его примерный уровень.
На виолончели он играл ужасно.
По правде говоря, последние два месяца он пытался запрыгнуть в уходящий поезд: как только пришло известие, что он прошёл по спецнабору в Шандунскую академию, Отец Нин и Мать Нин тут же записали его на несколько экспресс-курсов. Ведь главным отличием четырёх ведущих академий Азиатской Федерации от обычных школ был упор на всестороннее развитие учеников. Раньше Нин Сун учился в обычной старшей школе, где его академические успехи были на высоте, но по части искусства и спорта он катастрофически отставал от избалованных богатеньких наследников из элитных учебных заведений.
К сожалению, особого усердия в учебе он не проявлял.
Ничего не поделаешь, когда он только попал сюда, он понятия не имел, в какой именно роман угодил. Лишь услышав радостные вопли Матери Нин о том, что у неё появились нужные знакомства и его попытаются пристроить в Шандунскую академию, он смутно припомнил, что название школы звучит подозрительно знакомо, и с ужасом осознал, что угодил внутрь какой-то книги.
Поэтому первым делом после переселения он начал думать о том, как заработать деньги.
С детства у него не было никаких других особых талантов: брошенный ребенок, хлипкий с самого рождения, кроме учебы он любил только видеоигры.
Сначала ему просто нравилось играть, а потом увлекло создание собственных игр.
В детском доме был один учитель по имени Лю Чжаохуэй, который во всём его поддерживал. Программированием он начал заниматься еще в четвёртом классе начальной школы, и все остальные ребята называли его гением.
Сам он не считал себя каким-то особенным гением — просто искренне любил это дело.
А уж если он чем-то загорался, то отдавался этому без остатка, доводя увлечение до фанатизма.
В последнее время он как раз вёл переговоры с одной игровой компанией под названием Шарк Электроникс. Создание игр — не та сфера, где можно в одиночку тянуть лямку, продвижение и маркетинг платформы имеют огромное значение. Шарк была новой компанией, но с безупречной репутацией, они охотно выискивали и взращивали новичков. Он отправил им разработанную им ранее игру — проект, который он начал писать еще в средней школе. Воспроизвести весь исходный код по памяти было совершенно невозможно, поэтому в свободное время он продолжал дорабатывать игру, заодно поджидая оценку и отзывы от Шарк Электроникс.
Как же это ценно и удивительно — иметь дело, в котором ты по-настоящему силен и которое искренне любишь. Даже проживи он сотню жизней заново, его цель осталась бы прежней.
Погрузившись в разработку игр с головой, он порой забывал нормально поесть, так что на занятия виолончелью у него уже не оставалось ни сил, ни времени.
Казалось, кроме игр, в его прожитой больше чем за десяток лет жизни больше ничего и не было.
Он был невероятно скучным человеком, и даже эта его единственная сильная сторона делала его похожим на унылого, пресного программиста. Совсем не похоже на главных героев, которые то танцуют, то музицируют, то занимаются живописью, а если и связаны с видеоиграми, то лишь в образе смазливых киберспортсменов или вспыльчивых, но безумно ярких и притягательных стримеров.
Чистой воды ходячий инструмент для продвижения сюжета.
Поэтому, как только он закончил играть, кто-то из одноклассников хихикнул, а преподавательница испытала глубочайший шок.
Впрочем, возможно, она изначально и не питала на его счёт больших иллюзий: стипендиат из трущоб, уже хорошо, что вообще имеет возможность учиться в школе, откуда у него деньги на музыкальные инструменты.
http://bllate.org/book/41474/5289165
Сказали спасибо 0 читателей