Говоря это, женщина внимательно оглядывала Гу Фэна с ног до головы, а обеспокоенное выражение её лица, казалось, выдавало стремление проверить, не пострадал ли он.
Однако Гу Фэн видел в её глазах нечто иное: на самом деле она оценивала некий товар, опасаясь, что её «собственности» был нанесён какой-то непоправимый ущерб.
— Хорошо, что ты цел, мама так переживала, — произнесла она.
Сказав это, женщина перевела взгляд на Чжао Цзинмина, который стоял у входа и переобувался, и одарила его вежливой улыбкой:
— Спасибо вам, господин полицейский, что вернули моего ребёнка. Простите за доставленные неудобства.
При этом её взгляд невольно задержался на обуви, которую уже успел сменить гость. Неужели этот полицейский собирается остаться в гостях?
— Кстати, информация, которую мы слышали ранее, была довольно отрывочной. Сяо Фэн, что же всё-таки произошло? Почему тебя похитили прямо из дома и увезли в… такое место?
Она лишь краем уха слышала, как другие упоминали некую секту, но подробностей не знала. А вот приёмный сын, Гу Янхуэй, утверждал, что Гу Фэн якобы связался с сектантами из мести, после того как его отчитали. Слова Гу Янхуэя были даже более зловещими, чем её собственные домыслы: он пересказывал байки, похожие на страшилки, от которых у Юй Сялань мурашки бежали по коже.
Истории о призывании духов, жертвоприношениях зловещим сущностям — прежде она всегда относилась к такому с презрением, считая всё это лишь глупыми фокусами для одурачивания людей. Что касается фэн-шуй и метафизики, то к ним она прибегала лишь для собственного спокойствия. Секты же, по её мнению, были уделом социальных низов, промышляющих сетевым маркетингом вроде Фалуньгун.
Она никогда не верила в подобную чушь. Узнав, что её сын ввязался в нечто подобное, она лишь посмеялась. Подумала: хоть мальчишку и вернули в семью, и учится он неплохо, кругозор у него всё же узкий, нужно как следует заняться его воспитанием. Она уже распланировала, каких учителей нанять, чтобы забить график Гу Фэна до отказа, дабы он сосредоточился на учёбе и перестал забивать голову всякой ерундой.
Однако Гу Хуншэн тогда пришёл в ярость: он перебил несколько чашек и кричал такие оскорбления, что уши вяли. В тот момент его гнев выглядел пугающе, будто он увидел перед собой самого дьявола.
— Я так и знал! Этот сопляк связался с дьяволом! Черт возьми!
Слова мужа сильно встревожили Юй Сялань. Но когда она попыталась расспросить его подробнее, то в ответ получила лишь очередную порцию брани. В порыве ярости этот человек не щадил даже самого себя.
Жалкий мужчина.
Юй Сялань раздражённо закатила глаза. Если бы не то, что он родился в семье Гу, да ещё и имел младшего брата-бездельника, разве мог бы этот безмозглый слабак заслужить её любовь? Даже при отсутствии конкуренции внутри семьи, он до сих пор не взял управление компанией в свои руки, позволяя Старому господину Гу продолжать всем заправлять. А ведь Старый господин Гу совсем не был одержим жаждой власти, он давно хотел отойти от дел и дать дорогу молодым, но вовсе не для того, чтобы этот мужлан погубил их семейное дело.
Размышляя об этом, Юй Сялань посмотрела на Гу Фэна ещё нежнее. Тринадцать лет назад Гу Фэн был гением, маленьким сокровищем, которого Старый господин Гу с самого рождения не выпускал из виду. Даже после тринадцати лет разлуки разум Гу Фэна не пострадал: он оставался умным и послушным ребёнком. Если приложить усилия, он вырастет выдающимся человеком, ведь у него есть и способности, и подходящая внешность. Совсем не то, что этот глупец Гу Хуншэн.
Это её ребёнок, а значит, и её козырь.
Юй Сялань начала выстраивать планы, как только впервые увидела мальчика. Но Гу Хуншэн будто лишился рассудка: он проявлял к ребёнку явную неприязнь и постоянно норовил его отчитать. Она совершенно не понимала его логики: разве нельзя было просто представить мальчика Старому господину и тем самым легко завоевать его расположение? Старик, глядишь, подобрел бы и отвалил приличную сумму, чтобы Гу Хуншэн мог «попытать счастья» в очередном бизнесе. Она и подумать не могла, что муж вообще не собирался признавать сына. Если бы дело не получило огласку, она бы даже заподозрила, что он готов был довести мальчишку до самоубийства.
— Сяо Фэн, твой отец просто слишком сильно переживал за твою безопасность, поэтому и наговорил лишнего, — Юй Сялань мягко погладила юношу по плечу, изображая на лице печаль. — Мужчины все такие, не принимай его слова близко к сердцу. Работа изматывает его, он очень устаёт, вот характер и портится. Просто держись от него подальше, и всё будет хорошо.
Сказав это, она добавила про себя: если будешь слишком много общаться с этим придурком, только психику себе подорвёшь. Лучше не приближайся к нему, считай, что это такая форма молчаливой отцовской любви, которую проще забросить в дальний угол.
Она утешала мальчика, возлагая на него большие надежды. А раз муж оказался никудышным, ей тем более стоило подумать, как извлечь из ситуации собственную выгоду. Видя, что ребёнок тронут её словами, Юй Сялань решила ковать железо, пока горячо, и продолжила расспросы. Пусть даже секты её не волновали, но похищение — это серьёзно.
— Я сама не в курсе всех деталей похищения. Думаю, если полиция что-то выяснит, нам сообщат.
— Да, госпожа. Ситуация серьёзная. Это опасная секта, и они могут вернуться в любой момент, — перейдя к делу, Чжао Цзинмин выпрямился. — Эти люди — отъявленные преступники, у нас есть разрешение на их ликвидацию при необходимости. В ближайшие дни я буду лично охранять Гу Фэна.
Услышав это, Юй Сялань задумалась: не пора ли нанять для дома охрану? Неужели эти сектанты и правда куда опаснее, чем она полагала?
Как раз в этот момент от входной двери донёсся шум.
http://bllate.org/book/41456/5286297
Сказали спасибо 0 читателей