Готовый перевод Will I Survive? Bend the Emperor to Live / Как выжить, соблазнив императора: пособие для предателя: Глава 3

Сяо И с сияющей улыбкой посмотрел на Правого канцлера: Раз уж он в ваших руках, к чему вам опасаться, что я предам вас?

В тайной комнате прежнего владельца тела хранилось несколько портретов без лиц. Судя по телосложению, на них был запечатлен юноша. Кроме того, Сяо И обнаружил пачку не отправленных писем. Хотя на них не было подписи, а содержание было разрозненным и не позволяло сделать определенных выводов, этого было достаточно, чтобы доказать: у прежнего владельца тела существовал некий человек, которого Правый канцлер держал в заложниках, и это была бесспорная ахиллесова пята покойного.

Правый канцлер легкомысленно усмехнулся: Мы с тобой в одной лодке, с какой стати мне тебе не доверять?

С этими словами он небрежно сменил тему: С чего это вдруг император заинтересовался тобой?

Сяо И покачал головой: Не знаю, но император и впрямь человек осторожный: евнух преподнес мне чай с добавлением порошка Потрясенных сердец.

Услышав это, Правич канцлер тут же расхохотался: Разве это осторожность? Просто он еще молод и воображает, будто, держа в руках военную власть, можно угрозами решить любые проблемы.

Сяо И понял, чему смеется Правый канцлер: он насмехался над тем, сколь неуклюжим был способ Фэн Тинъюня привлечь его на свою сторону, ведь тем самым император сам давал им в руки козырь.

Что еще сделал император? — снова спросил Правый канцлер.

Сяо И сделал глоток чая. Не прошло и пяти секунд после того, как жидкость коснулась горла, как он невольно вспомнил отравленный чай, которым его потчевал Фэн Тинъюнь, — тот ничем не отличался от стряпни Правого канцлера.

Сделав вид, что все так и надо, он допил чай и произнес: Выпил чаю, и на этом все закончилось, разве что перед входом он расспросил меня о моих отношениях с господином Вэнем.

Чтобы притянуть за уши попытку переманивания, в ход снова пошли императорские экзамены.

Ты хочешь сказать, что император опасается вмешательства в экзамены? — Правый канцлер на мгновение задумался. — С чего бы ему быть столь проницательным?

Сяо И попросту проигнорировал последний вопрос: Исключать нельзя. Император только взошел на престол, и толковых гражданских чиновников у него в подчинении раз-два и обчелся. Вэнь Чжуань хоть и честен, но душой с ним не заодно.

Правый канцлер опустил взгляд на пиалу с чаем, некоторое время молча кивал, а затем со вздохом произнес: Верно, император и впрямь держит меня под строжайшим надзором!

Опустив чаяние на стол, он добавил: Впредь будь осторожнее, не буди в императоре подозрений. А с младшим братом Вэнь Чжуаня поторопись. Мне нужно, чтобы ты любыми средствами добился доверия Вэнь Чжуаня. Сейчас ты человек императора, и сближение с Вэнь Чжуанем как раз поможет рассеять подозрения Вашего Величества.

Сяо И кивнул. По сравнению с Фэн Тинъюнем, Правый канцлер, державший в кулаке слабое место прежнего владельца тела, казался гораздо более подходящей фигурой для завоевания доверия.

Едва он поднялся, собираясь уходить, как Правый канцлер положил на стол сверток с цукатами: Их приготовил тот ребенок, отведай.

Сяо И на мгновение замер, глядя на цукаты, и примерно догадался, что эта вещь как-то связана со слабостью прежнего владельца.

Выставить это напоказ сейчас могло преследовать лишь одну цель — предупредить его, чтобы он не вздумал своевольничать.

Посмотрев на сверток с полминуты и соблюдя все приличия прелюдии, Сяо И хрипловатым голосом подал голос: С ним все в порядке?

Правый канцлер легко улыбнулся: Прекрасно. Очень скоро ты сможешь с ним увидеться.

Из-за этих слов Сяо И всю обратную дорогу до поместья ломал голову над тем, что значит это самое скоро сможешь увидеться?

Но главная проблема заключалась в другом: эта ахиллесова пята в руках Правого канцлера при малейшей оплошности превратится в острый меч, способный разрубить доверие между ним и Фэн Тинъюнем.

При этой мысли Сяо И стиснул зубы. Он решительно не представлял, как именно следует поступить со слабой точкой, чтобы остаться в выигрыше на обе стороны.

Раз прежний владелец тела был готов пойти на смерть ради этого человека, ахиллесова пята определенно представляла собой нечто из ряда вон выходящее. Теперь, когда он занял чужое тело, оставаться в стороне от чужих бед он не мог, но и пособничать злу было нельзя.

Не успел он толком обдумать, как поступить, до него донесся окрик издалека: Первая стража часа сюй! Воздух сухой, берегитесь огня!

Услышав это, Сяо И наугад схватил за рукав проходящего мимо слугу: Бегом в Цзиньтяньцзянь!

Если исторические хроники не врали, именно в этот промежуток времени в Чанъани должен был вспыхнуть пожар, причем очагом возгорания становился именно Цзиньтяньцзянь.

Стоило пламени разгореться, как в народе поползли слухи: мол, дворцовый переворот Фэн Тинъюня противоречит воле Небес, и если он не отречется от престола, бедствия и страдания простого народа не прекратятся.

Впоследствии даже те случаи, когда в районе Цзянхуая случались наводнения, а на северо-западе — снежные бури, целиком и полностью вешали на совесть Фэн Тинъюня.

Раз уж Сяо И встал на сторону императора, сидеть сложа руки он не собирался.

Слуга растерянно захлопал глазами: Господин, а зачем нам в Цзиньтяньцзянь?

Сяо И выпалил первое, что пришло в голову: Буду наблюдать за небесными знамениями.

И тут же бессовестно соврал: Говорят, сегодня ночью будут падать звезды. Опоздаем — ничего не увидим.

Поспешишь — глядишь, удастся поймать злоумышленников на месте преступления, а припозднишься — по крайней мере, успеешь потушить пожар.

Что же до объяснений перед Фэн Тинъюнем и Правым канцлером, то первому можно сказать, что сведения получены от Правого канцлера, а второму — будто тайный агент Фэн Тинъюня назначил ему встречу именно там.

Интересы Фэн Тинъюня это не ущемит, а от Правого канцлера удастся отговориться ссылкой на императора.

Короче говоря, Сяо И был обязан предотвратить это происшествие.

Слуга внезапно все понял: Тогда нам нужно поторопиться! Расположение Цзиньтяньцзяня как нельзя лучше подходит для наблюдения за падающими звездами.

Сяо И полностью разделил его мнение.

Цзиньтяньцзянь находился к югу от Левых ворот Чанъани. Издалека Сяо И уже разглядел небольшую башню, возвышавшуюся над окружающими постройками.

Подойдя к воротам, Сяо И велел сопровождавшим его слугам разойтись: Вы двое ступайте к другим воротам и ждите меня там. — И, поясняя свое решение, добавил: Слышал, в Цзиньтяньцзяне в последнее время завелись воры, а у меня при себе императорская бирка. Чтобы ее не украли, покараулите-ка снаружи, не появится ли кто подозрительный.

Слуги ошеломленно произнесли а-а, совершенно не улавливая логической связи, но, видя серьезное выражение лица Сяо И, возразить не посмели, кивнули и разошлись исполнять приказ.

Правда, на полпути Сяо И передумал: он вернул назад того из слуг, что казался ему расторопнее прочих, подошел ближе и шепнул пару фраз на ухо.

Проводив слугу взглядом, Сяо И под предлогом служебной необходимости наугад выдернул из дозора стражника, чтобы тот указал дорогу: Ваше Величество приказал мне явиться в Башню Наблюдения за Небом за кое-какой вещью, будь добр, братец, проводи. Согласно записям, пожар начинался именно там.

Стражник не заподозрил неладного: Прошу за мной, господин.

Едва они добрались до Башни Наблюдения за Небом, как Сяо И заметил нескольких людей, которые таскали деревянные ведра и плескали какую-то жидкость на стены. Издалека потянуло резким запахом лампового масла.

Сяо И даже не задумываясь истошно завопил: Эй, люди! Кто-то хочет сжечь башню!

Однако, обернувшись, он увидел, что сопровождавший его стражник выхватил меч и бросился прямо на него: Господин Сяо, должно быть, ослеп.

Внезапное требование автора:

Глава 3. Чиновник с горсткой людей

Его собственный крик привел к тому, что спереди на него пер стражник с обнаженным клинком, жаждавший заткнуть ему рот, а сзади путь преграждали с десяток дюжих молодцев, размахивающих ведрами с маслом. Пути назад и вперед оказались наглухо отрезанными.

Понимая, что при любом раскладе унести ноги не удастся, Сяо И лишь проклинал собственную опрометчивость: не успели его четвертовать, как он погибнет совершенно нелепой смертью.

В исторических хрониках не упоминалось, что поджигателей была целая толпа — действовала группа лиц, а в записях значился лишь один схваченный начальник стражи Цзиньтяньцзяня.

Прикинув кое-что в уме, Сяо И помрачнел и холодно бросил: Подумай хорошенько: я человек Правого канцлера, а теперь императору уже известно о поджоге. Ты хочешь сам загреметь в темницу или сделать их козлами отпущения?

Был ли Правый канцлер организатором этого дела, Сяо И не знал, но успех предприятия определенно пошел бы Правому канцлеру на пользу, так что вероятность того, что все это устроено по его приказу, была крайне высока.

Повесить вину на Правого канцлера не составляло труда.

Стражник не поверил: Если это так, зачем господин явился сюда один?

К чему привлекать лишних людей? Раз уж так, у меня нет причин спасать тебя. — Сяо И с бесстрастным лицом повернулся спина к противнику, лихорадочно соображая лишь об одном: как бы потянуть время.

Стражник не стал атаковать безрассудно, а с мечом наготове последовал за Сяо И.

Приблизившись к крепким молодцам, которые безостановочно поливали стены маслом, Сяо И вдруг почусил неладное: его собственный окрик пару мгновений назад был не таким уж тихим, но эти люди мало того что никак не отреагировали, так даже теперь, когда он подошел вплотную, не подали ни малейшего признака жизни.

Что-то здесь не так!

Нормальные люди не могли этого не услышать, если только они не глухие!

Сяо И нарочно повысил голос: Эй, принесите-ка мне огня!

Ни один из здоровяков даже не шевельнулся — лишь жилы на руке стражника вздулись от напряжения.

Даже если бы сам Сяо И был глухим, с глазами у него все было в порядке, чтобы заметить: вокруг него собрались сплошные глупцы. Если бы он действительно подослан истинным зачинщиком, его маска уже была бы сорвана.

Как организатор мог не знать, что на дело посылают глухих?

Стиснув зубы и поразмыслив пару секунд, Сяо И разразился бранью: Как же так, я, сановник третьего ранга, не могу докричаться до какого-то стражника? А ну подать сюда огонь!

Или ты думаешь, что Правый канцлер станет из-за какого-то ничтожного стражника жертвовать мной?

Заместитель министра финансов обладал реальной властью, причем весьма значительной, так что у Сяо И были все основания командовать людьми.

Стражник, сжав рукоять меча, на мгновение замер, на его лице отразилось тяжелое колебание. Заметив это, Сяо И поддал жару и продолжил: Даже если бы поджог учинил я сам, никто не посмел бы сметь со мной и пальцем.

Сказав это, Сяо И мысленно разжал кулак: и впрямь, чем более лживы твои слова, тем увереннее они звучат.

Правый канцлер использовал его как пешку, а доверие императора еще не успело укрепиться до конца — по сути, лишить его жизни мог любой.

Но стражник ничего этого не знал. С окоченевшим лицом он начал вкладывать меч в ножны, опустился на одно колено и принес повинную: Простите меня, господин, это унтер-офицер помутился рассудком.

Сяо И не расслабился от этих слов — что-то здесь по-прежнему не вязалось.

Ни отношение стражника, ни все прочие мелочи.

Сяо И не считал, что обладает даром заставлять людей покоряться всего несколькими фразами.

Не спуская глаз со стражника, Сяо И незаметно отступил на шаг назад. Его сокурсница как-то упоминала Правого канцлера: улыбчивый тигр, старый лис, истинный мастер политических интриг. Такой человек, даже если и вырастит глухонемых смертников, станет использовать их лишь для самых острых лезвий, а не для рукояти.

Нанимать столько глухих для поджога башни совершенно не в стиле Правого канцлера.

Более того, все люди Правого канцлера прекрасно знали, какое положение он занимает в их кругу, и стоило ему появиться лично, как никто не смел бы подвергать его слова сомнению.

Стражник не только усомнился в нем, но и до сих пор держал меч наполовину обнаженным — это означало, что он боялся вовсе не стоящего за его спиной Правого канцлера! Настоящий хозяин этих людей был совсем другим!

Сяо И продолжал пятиться и вдруг врезался кому-то в грудь. Сзади повеяло леденящим холодом, и над самым ухом раздалось: И что же это господин Сяо изволит здесь делать?

Не дожидаясь, пока Сяо И унимет бешеный стук сердца, в его пояс уперлось лезвие меча, а человек за его спиной весело и непринужденно продолжил: Как же так, разве Правый канцлер не растолковал вам, что он вовсе не причастен к этому поджогу?

Сяо И молчал, но стоявший сзади мужчина вошел во вкус и с видом знатока принялся рассуждать: Господин Сяо, разве это не то же самое, что рубить чиновников нынешней династии мечом прошлой? Вот уж поистине презренная собачья доля.

Докончив фразу, мужчина громко рассмеялся, а Сяо И тем временем лихорадочно перебирал в памяти всех, кто находился в конфликте с императорским домом. Внезапно вспомнив о низложенном Князе Юэ, он с легкой усмешкой произнес: Его Высочество Князь Юэ совершенно прав: мой господин действительно не стал бы марать руки о столь глупые затеи. Иначе он не восседал бы сейчас так прочно на вершине, наблюдая за тем, как Ваше Высочество, подобно балаганному шуту, изобретает столь безумно глупые трюки вроде поджога башни и распускания слухов.

http://bllate.org/book/41352/5269933