Готовый перевод Sweet Years of a Common Man's Obsession / Медовые годы: Тайная страсть: Глава 10

– Я знаю, что ты не это имел в виду. Не переживайте, как только я разберусь с этим, я напишу отчёт.

Чэнь Цзыюань отвёл взгляд, встал, слегка поклонился — его манеры по-прежнему оставались безупречными.

– Я пойду.

Конечно, земля вертится независимо от того, кто на ней находится, но вот будет ли вращение комфортным, зависело исключительно от сознательности. Поэтому отношение заведующего к Чэнь Цзыюаню было исключительно хорошим: он лично открыл дверь и почтительно проводил его.

Однако едва дверь закрылась, заведующий схватился за грудь, и без того редкие волосы на его голове зашевелились еще сильнее. Раскусив истинную сущность Чэнь Цзыюаня, он процедил:

– Бунтарь!

По дороге в отделение Чэнь Цзыюаня застал врасплох звонок от интерна. Тот разговаривал со старшим врачом так нервно, что едва не заикался:

– Ч-Чэнь-чжужэнь, тут скоро обход, вы придете? Доктор Юань просил передать: если вы не успеете, он начнет вместо вас.

Юань Пэй был ординатором под началом Чэнь Цзыюаня — технически грамотным, но неопытным и легкомысленным. Вчера перед уходом с работы Чэнь Цзыюань специально заглянул в написанную им историю болезни: в некоторых местах требовались исправления, о чем он сообщил в сообщении. Судя по всему, к этому часу тот ничего не исправил и теперь рвался на обход.

– Сколько человек выписывается сегодня?

– Трое, – ответил интерн. – Пятая палата, восемнадцатая, а также пациент из второй одноместной палаты.

Чэнь Цзыюань внезапно вспомнил ту руку, державшую канцелярский нож: белоснежную и точеную, такую же красивую, как лицо её обладателя.

Пи-и-и.

Лифт открылся, и Чэнь Цзыюань уловил аромат сладкого апельсина.

Подобное развитие событий, похожее на самовнушение, выглядело крайне странным. Будучи убеждённым материалистом, Чэнь Цзыюань наотрез отказывался признавать, что в его мыслях завелась нечистая сила. Он слегка кашлянул, пытаясь хоть чем-то это замаскировать, опустил голову, поднял палец и потёр кончик носа, а боковым зрение заметил пакет с апельсинами в руках у женщины из соседней палаты.

Чэнь Цзыюань: «……»

– Заведующий?

– Угу, я почти на месте, – Чэнь Цзыюань вошёл в лифт. – Выписные эпикризы сегодняшних пациентов я напишу сам.

Лу Хэн привёл свои вещи в порядок: осталось всего несколько предметов одежды, а весь прочий мелкий скарб он просто выбросил — пришёл налегке и уходил налегке. Эту напасть можно было считать успешным прохождением испытания небес. Цюцю был полон энергии и сейчас вовсю прыгал, припав к панорамному окну и разглядывая машины внизу.

Прикинув, что обход начнётся не так быстро, Лу Хэн решил ускользнуть за завтраком:

– Цюцю, ты голоден? Чего бы тебе хотелось?

Голосок у Цюцю был молочным, но выговорить слова правильно он не смог:

– Не хочу кашу! Хочу мясную булочку, большую мясную булочку!

Лу Хэн невольно усмехнулся. Иногда ему казалось, что растить ребёнка даже забавно, при условии, что всё идёт гладко.

– Ладно, будет тебе мясная булочка, – у самого Лу Хэна во рту за эти дни уже всё пресно стало, аппетит пропал, и от одной мысли о мясных булочках его едва не подташнивало. – А я попью кажи.

Он пошарил в скомканной куче одеял и выудил телефон: как раз пришло сообщение от Цяо Вэйвэй, которая интересовалась, во сколько он дома и не заказать ли машину доехать.

Лу Хэн шёл и отвечал на сообщения одновременно.

Ему послышалось, будто дверь снаружи кто-то толкнул, но он не стал ломать над этим голову и поднимать взгляд, продолжая шагать вперёд. И тут совершенно неожиданно прямо перед его глазами предстала пара невероятно элегантных туфель.

Слово «воздержание» едва успело промелькнуть в голове Лу Хэна, как он даже не успел осмыслить его, а сверху донёсся мягкий голос:

– Осторожнее.

Лу Хэн ошеломлённо поднял голову и столкнулся с Чэнь Цзыюанем — их тела ощутимо столкнулись друг с другом.

– Доктор Чэнь, – голос Лу Хэна звучал немного хрипло, последние два слога словно стёрлись в пыль, отчего он казался до крайности измождённым. – Прошу прощения.

– Ты либо благодаришь меня, либо извиняешься, – Чэнь Цзыюань протянул руку и слегка поддержал Лу Хэна за спину, тут же естественно убрав её, и улыбнулся: – Из-за этого я выгляжу бездушно. Неужели со мной так трудно ладить?

– Нет, – Лу Хэн отступил на полшага назад, чуть увеличивая дистанцию между ними. Он понятия не имел, как продолжить этот разговор, и ответил предельно честно, хотя вышло довольно неловко: – Вы не бездушный, вы очень хороший.

Всего три слова, но они легко рождали самые разные мысли.

Яркий цвет волос Лу Хэн на мгновение ослепил Чэнь Цзыюаня, вызвав в нём странное, ничем не объяснимое волнение. Он испытал недоумение от собственного состояния, однако развивать эту мысль в каком-то ином направлении не стал.

Чэнь Цзыюань поднял руку, поправляя очки, и зашагал рядом с Лу Хэном в палату:

– Как твоя рука? Заживает?

Лу Хэн все эти дни жил кое-как, приводить себя в порядок времени не было, и выглядел он точь-в-точь как первобытный человек, только что выбравшийся из пещеры — совершенно заброшенным. Ему было стыдно смотреть Чэнь Цзыюаню в глаза, и голос его звучал очень тихо:

– Гораздо лучше, водой не мочил.

– Вот и отлично, мы таких пациентов, что строго следуют врачебным предписаниям, любим, – произнёс Чэнь Цзыюань. – Так держать.

Лу Хэн улыбнулся.

Тогда и голос Чэнь Цзыюаня стал тише, приобретя бархатистые нотки, словно шуршание по грубой наждачной бумаге, пронзающие самую душу.

– Это я должен тебя благодарить, – сказал он. – Большое спасибо, что прикрыл меня от того ножа.

Чэнь Цзыюань говорил с такой торжественностью, что Лу Хэн растерялся и не знал, куда девать руки. Он замер на месте, подняв глаза, и увидел, как силуэт Чэнь Цзыюаня сливается с солнечным светом, льющимся из окна, образуя невероятно ослепительное зрелище.

Доктор Чэнь чертовски обаятелен.

Глава 6. — Лу-сяньшэн, вы свободны?

Чэнь Цзыюань поманил Цюцю рукой, сменив тон на тот, что так любили дети — мягкий, с оттенком добродушной детской игривости:

– Иди сюда.

Цюцю врачей не боялся, лекарства пить и уколы ставить давали без долгих уговоров и обмана, поэтому, увидев Чэнь Цзыюаня, он тоже проявил энтузиазм и откликнулся на зов:

– Иду!

– Покушал уже? – у Чэнь Цзыюаня был целый подход к обращению с детьми, а карманы его белого халата оказались набиты до отказа — наверняка опять что-то припрятал.

Цюцю помотал головой:

– Дядя сказал, сегодня едим мясные булочки!

Чэнь Цзыюань повернул голову, бросив взгляд на Лу Хэна, а затем снова перевёл его на мальчика:

– Дядя?

– Дядя!

– А, дядя, – Чэнь Цзыюань улыбнулся, протянул руки, подхватил Цюцю под мышки, слегка покачивая на ходу, и усадил на больничную койку. – Открывай рот.

Цюцю послушно разинул рот, позволив Чэнь Цзыюаню провести осмотр.

– Миндалины ещё немного красные, но гнойнички почти сошли, восстанавливается хорошо, – Чэнь Цзыюань убрал шпатель и фонарик. Лу Хэн стоял рядом, и в поле зрения врача попала легкая щетина, только-только пробивавшаяся на подбородке Лу Хэна. – Всё ещё кашляешь?

Пару секунд в палате стояла тишина, прежде чем Лу Хэн сообразил, что вопрос адресован ему:

– Днём почти не кашляю, а по ночам изредка.

http://bllate.org/book/41316/5265694

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь