Эртэйнмент-компания Чэньсин являлась дочерним предприятием Группы Чэнь.
Как говорится в пословице, за большим деревом хорошо прятаться от жары. Благодаря мощной финансовой поддержке Группы Чэнь, Чэньсин Эртэйнмент, основанная сравнительно недавно, за последние годы стремительно обогнала многие старые компании и прочно закрепилась в индустрии развлечений.
Однако настроение у главного акционера Группы Чэнь — Чэнь Лунфэя — сегодня было из рук вон плохим.
Он с большим трудом заранее закончил работу и, завершив командировку, словно на крыльях примчался обратно в Город Б. Он хотел лишь одного: опираясь исключительно на собственные силы, испытать себя на конкурсе талантов.
Но, судя по всему, сказалось то, что в последние несколько дней выставка шла за выставкой без перерыва, из-за чего сопротивляемость организма упала. Вчера вечером он посидел на сквозняке, лег спать, а проснувшись ранним утром, обнаружил у себя легкий жар.
Поддавшись пылкому порыву, Чэнь Лунфэй решил, что справится, ведь он — истинный мужчина из стали и железа! Поэтому он полностью собрался и отправился к месту проведения предварительного отбора шоу Стопроцентные судьи...
И там он столкнулся с одним тупицей, который посоветовал ему отправиться в больницу.
Он безумно разозлился и из последних сил вступил в перепалку...
А потом... А что потом?
То, что было дальше... Чэнь Лунфэй помнил смутно.
Когда к нему вернулось сознание, он уже сидел в процедурном кабинете больницы, а в вену была вставлена капельница.
Вместе с сознанием вернулось и чувство жгучего раскаяния.
Если подумать, за все свои двадцать три года он всегда беспрекословно подчинялся старшим в семье и усердно помогал отцу с матерью, занимавшими посты председателей правления, разделять их заботы. И вот, когда он наконец добился возможности проявить свои таланты...
Как он мог так просто сдаться?
Хотя Чэнь Лунфэю уже поручили часть семейного бизнеса, он все равно страстно желал стать звездой — тем, кого нынешняя молодежь называет кумиром, айдолом.
Изначально он давно уже договорился с родителями, что семейное дело унаследует его старшая сестра Чэнь Ушуан, а он будет бездельником, борющимся за собственную мечту!
Конечно, всё это было бы так, если бы...
Если бы его старшая сестра, сославшись на необходимость набраться жизненного опыта в миру, не исчезла невесть куда на три года...
Если бы эта пропавшая на три года сестра не привезла ему в придачу зятя, у которого тоже имелась своя корпорация...
Черт побери, неужели между президентами корпораций существует взаимное притяжение?!
— Лунфэй, я считаю, что у тебя есть большой талант к бизнесу. Ты действительно всё хорошо обдумал? Индустрия развлечений тебе совсем не подходит, деловой мир гораздо лучше, — как-то раз спросила его сестра Чэнь Ушуан.
Он твердо ответил:
— Сестра, я всё обдумал, я просто хочу стоять на сцене. Подумай о хорошем! Вдруг в будущем я стану знаменитым, и нашей семье даже не придется нанимать звезд для рекламы, я всё возьму на себя!
Хоть он и произнес эти слова с невероятной гордостью, сестра тогда лишь вздохнула, пробормотав:
— С твоим-то взбалмошным и непостоянным характером хлебнешь ты еще горя, мажористый бездельник, — после чего отправилась звонить родителям, находившимся за границей.
В конце концов, после долгих и упорных споров со стороны Чэнь Лунфэя, родители и сестра позволили ему сделать одну попытку.
Если на недавнем совместном проекте Чэньсин — в развлекательном шоу Стопроцентные судьи — он сможет получить шанс на дебют, тогда пусть катится на все четыре стороны.
Если же нет, пусть послушно возвращается управлять компанией.
— Разумеется, в этот период мы не ограничиваем твои собственные методы, но даже не смей рассчитывать на помощь Группы Чэнь, — именно с таким выражением крайнего разочарования на лице сестра объявила об этом решении...
— Молодой человек, это лекарство, которое только что выписал врач.
Мысли Чэнь Лунфэя прервала протянутая перед его глазами рука.
Он поднял голову и увидел лицо мужчины с соболиными бровями и звездными глазами — это был не кто иной, как Цинь Гуань.
Чэнь Лунфэй с некоторым смущением принял пакет с лекарствами и поблагодарил его.
Стоило голове проясниться, как к нему начал возвращаться и здравый смысл. Он понимал, что его прежнее состояние действительно было опасным: если бы он просидел целый день напролет в холодном выставочном зале, не проглотив ни крошки, было бы просто чудом, если бы от жара у него не помутился рассудок.
При этой мысли на душе у него немного потеплело, и он перевел взгляд на мужчину, стоявшего рядом и проверявшего капельницу.
У мужчины была стройная фигура, широкие плечи и подтянутая талия, но при этом на нем была самая обычная белая футболка и черная куртка какого-то безымянного бренда.
В голове Чэнь Лунфэя внезапно мелькнула нелепая мысль: этот человек определенно прекрасно смотрелся бы в строгом костюме. Не то что он сам — с его узкими плечами всегда не получается придать одежде солидный вид.
— Послушай... — заговорил он.
Услышав это, Цинь Гуань, привезший его в больницу, обернулся.
— Что такое? Где-то болит? — с беспокойством спросил Цинь Гуань.
Услышав это, настроение Чэнь Лунфэя стало еще чуть-чуть лучше. Он подумал, что, пожалуй, начинает понимать, почему некоторые президенты компаний так любят проверять характер своих подчиненных.
Какое же это блаженство — такое искреннее проявление заботы, когда собеседник относится к тебе как к обычному человеку; он уже давным-давно не испытывал ничего подобного.
И раз уж на душе у него полегчало, тон тут же стал непринужденным:
— Ты ведь тоже не пошел на прослушивание?
Цинь Гуань улыбнулся:
— Я загляну туда чуть позже, если успею, будет просто замечательно.
Приподнятое настроение Чэнь Лунфэя медленно пошло на спад. Ах, этот человек действительно оказался добрым, а он сам и вправду доставил этому хорошему человеку немало хлопот.
Город Б был немаленьким: пока они добрались до больницы, завели карту и отсидели процедуру с капельницей, прошло уже почти три часа. Даже если отправить этого человека обратно сию же минуту, дорога займет около часа. За это время, если экзаменаторы вызовут его, а его не окажется на месте, съемочная группа сочтет, что он отказался от участия в отборе.
— А, кстати, — Цинь Гуань пошарил в кармане одежды, достал больничный чек и протянул его. — Вот квитанция за твои медицинские расходы, я уже всё оплатил.
Чэнь Лунфэй на мгновение замер. Означает ли это, что он просит возместить расходы?
Хотя он понимал, что в нынешней ситуации требовать деньги вполне естественно, и, разумеется, не собирался уклоняться от долга, но, если сопоставить это с одеждой этого парня и с его манерой требовать компенсацию сразу же, как только спасенный человек пришел в себя...
Жизнь этого человека, судя по всему, была крайне стесненной.
В душе Чэнь Лунфэя завязалась борьба.
Надо же было ему натворить такое на площадке! Мало того, что он поставил под сомнение намерения этого добросердечного коллеги, так еще, пожалуй, лишил его драгоценного шанса на выживание.
Представив, что этого бедного молодца в ближайшее время могут ожидать холодные взгляды и придирки со стороны компании, он быстренько полез свободной от капельницы рукой в кошелек, вытащил оставшуюся тысячу с лишним юаней наличными и сунул ему в руку:
— Возьми, скорее возвращайся на площадку! Может быть, предварительный отбор еще не закончился.
Цинь Гуань же, казалось, вовсе не заметил смены настроения у этого заболевшего господина. Он взял протянутые деньги, бегло пересчитал их, а затем вытащил несколько купюр и вернул обратно:
— Прости, столько не нужно, вот сдача.
Чэнь Лунфэй опешил и хотел было сказать еще что-то, но телефон Цинь Гуаня внезапно зазвонил.
Цинь Гуань достал аппарат, увидел, что звонит его агент Ван Мэй, и поспешил ответить:
— Сестра Мэй, что случилось?
— Цинь Гуань? Я тут услышала от пары новичков, которых отправила компания, что они уже закончили прослушивание. Ты прошел? Как всё прошло? — раздался в трубке слегка взволнованный голос агента.
Цинь Гуань бросил взгляд на Чэнь Лунфэя, который всё еще пытался запихнуть деньги ему в карман, и беззвучно показал губами: я пошел.
После чего отвернулся и продолжил разговор.
— Сестра Мэй, я тоже прошел прослушивание. Но выступил неважно, судьи ничего особенного не сказали. Наверное, в этот раз ничего не выйдет, извините.
На беду, в руке все еще торчала игла капельницы, поэтому Чэнь Лунфэй мог лишь сидеть на процедурном месте и смотреть, как этот добрый человек удаляется, продолжая говорить по телефону. Дешевый отечественный мобильный телефон собеседника ничем особо не выделялся, но динамик у него работал невероятно громко — слова женщины на том конце провода он расслышал предельно отчетливо.
Хлоп!
Чэнь Лунфэй свободной рукой яростно ударил себя по бедру... Э-э... Из-за болезни сил было слишком мало, так что даже не заболело.
Сейчас ему безумно захотелось воспользоваться своим положением президента компании, несмотря на то, что совсем недавно он с пеной у рта собирался добиваться всего исключительно своими силами...
Э? Но ведь полагаться на собственные силы — это же значит пользоваться и собственной сетью связей, верно?
Президент Чэнь мгновенно просиял.
По крайней мере, так он сможет сделать один звонок и вернуть долг вежливости перед этим добрым человеком.
Больше всего на свете Чэнь Лунфэй ненавидел быть кому-то должным. Обычно подобные мелкие одолжения в итоге превращаются в нечто вроде: эй! А вы знали? Я в свое время оказал огромную услугу президенту Чэню, мы с ним просто водой не разольешь!
Он вытащил телефон, нашел в записной книжке контакт Чжоу Туна, высокопоставленного сотрудника Чэньсин Эртэйнмент, и нажал вызов.
— Алло? Здравствуйте, президент Чэнь! Я уже связался с организаторами Стопроцентных судей! Как только получите приглашение, можете смело ехать! — едва вызов соединился, человек на другом конце затараторил пулеметной очередью, докладывая обо всем. — Или прислать за вами служебную машину? В таких делах я всегда держу руку на пульсе...
Чэнь Лунфэй слегка потерял дар речи. Хотя он уже упоминал руководству компании о своем намерении участвовать в конкурсе талантов, он вовсе не собирался просить их расчищать ему путь.
Он даже не знал, радоваться ли высокой эффективности подчиненного или огорчаться от того, что со стороны он действительно выглядит человеком, не способным пройти даже предварительный отбор...
Как бы то ни было, а дело делать надо.
— Чжоу Тун, на досуге наведи справки о новичке по имени Цинь Гуань, из какой он развлекательной компании, — решительно прервал собеседника Чэнь Лунфэй.
— А? Хорошо! Как только выясню, сразу же перезвоню вам! — Чжоу Тун, вообще-то, уже перешагнул сорокалетний рубеж и в индустрии шоу-бизнеса считался довольно известной персоной.
Но каким бы крутым ты ни был, перед боссом всё равно придется гнуть спину, верно? Поэтому, повесив трубку, он тут же отдал распоряжение заняться поисками человека...
К тому времени, как Чэнь Лунфэй от нечего делать закончил разбираться с помощью телефона с четвертым по счету оставшимся на рассмотрение контрактом, ему наконец перезвонили.
Нажав кнопку ответа, Чжоу Тун на сей раз вел себя странно: вместо того чтобы сразу доложить о результатах, он замялся и нерешительно произнес:
— Эм-м... Президент Чэнь, могу я спросить... Зачем вам понадобился этот Цинь Гуань?
Чэнь Лунфэй недолго думая ответил:
— Он не успел на первый тур Стопроцентных судей. Если ты знаешь, в какой он компании, свяжись с Медиа Синьи и сделай так, чтобы он прошел отборочный тур без лишних препятствий.
Он высказался предельно прямо и непринужденно, но вот Чжоу Тун на другом конце провода от услышанного едва не лишился рассудка.
Если бы на каком-нибудь форуме вроде Мибан появилась тема с названием:
#Почему богатый босс-мужчина решает протащить по знакомству малоизвестного артиста?#
то процентов восемьдесят комментариев под ней наверняка гласили бы: автор поста совсем дурак, что ли? Ясное дело, что это классическая схема содержанчества.
А оставшиеся двадцать процентов утверждали бы: всё ради любви.
— Видите ли... Цинь Гуань — это новичек из нашей собственной компании, — в конце концов выдавил из себя Чэнь Тун.
Чэнь Лунфэй на мгновение замер, а затем пришел в восторг:
— Тем лучше! Свяжись с организаторами шоу и сделай всё как надо, только его агенту ни слова о том, что это моя инициация.
Наверное, это была сама судьба. Стоило ему представить, какое удивление наверняка отразится на лице доброго человека, как Чэнь Лунфэю стало безумно весело от этой маленькой шутки.
Хотя в этом мире за добрые дела далеко не всегда платят добром, он сам неизменно придерживался правила: капля добра возвращается источником... ну, а источником в данном случае был он сам.
В итоге, после завершения звонка Чжоу Тун окончательно уверился в том, что их босс вознамерился завести себе фаворита среди начинающих артистов-мужчин.
Хотя он не вполне понимал, почему у столь состоятельных и привлекательных боссов постоянно возникает тяга брать на содержание молоденьких звезд, разве могут простые смертные вроде них пытаться разгадать причуды президентов?
Работать, работать. Пора сматывать удочки.
А сам виновник этого «источника» — неисправимый натурал и президент Чэнь — одновременно призывал медсестру забрать пустую бутылку из-под капельницы и с нетерпением предвкушал начало съемок шоу Стопроцентные судьи месяц спустя.
http://bllate.org/book/41271/5259970
Сказали спасибо 0 читателей