Готовый перевод Abyssal Confrontation / Противостояние в бездне: Столкновение двух миров: Глава 8

Спустя год в международном аэропорту из зала прилета вышел изящный молодой человек. Его лицо скрывали темные солнцезащитные очки, но даже не видя глаз, по переносице и губам можно было догадаться, что без очков он наверняка свел бы с ума немало женщин. Мочки его ушей украшали миниатюрные бриллиантовые пусеты — они вовсе не делали его образ женоподобным, а напротив, придавали ему некий аристократический шарм. На нем был непринужденный хаки-пиджак свободного кроя, а темно-синие джинсы подчеркивали стройность его ног.

В этот момент к нему приблизился мужчина средних лет, на вид за сорок: — Эй, молодой человек, можно с вами поговорить? Уверяю, у меня нет злых намерений.

— Ладно, сэр, у вас есть две минуты, — с улыбкой остановился молодой человек. Жест, с которым он взглянул на часы, давал понять, что он спешит, но тон был на редкость терпеливым.

— Ваш рост и манеры просто идеально подходят для работы моделью. Вот моя визитка, пожалуйста, возьмите.

— Хорошо, спасибо. — Молодой человек вежливо убрал визитку в кошелек.

— Могу я угостить вас чашкой кофе, чтобы мы могли нормально побеседовать?

— Простите, — молодой человек бросил взгляд на часы. — Две минуты истекли.

Тут к ним подошла элегантная женщина в строгом черном костюме: — Господин Дин Ян, я прождала вас полчаса, а вы все еще находите время болтать с незнакомцами?

— О, прости, Лейла. Этот господин выглядел весьма искренне.

— А мое ожидание, по-вашему, было неискренним? — Лейла приподняла бровь и перевела взгляд на мужчину средних лет. — Здравствуйте, сэр. Это Дин Ян, наследник известной в Нью-Йорке ювелирной компании семья Ян. Ему ни к чему становиться моделью, певцом или актером, его ежегодный доход превышает пять миллионов. Мой вам совет: поищите лучше других кандидатов, которые готовы кривляться перед объективами.

— Ах, прошу прощения, — смутился мужчина.

Дин же, напротив, остался безупречно вежлив: — Я слышал о вашей компании. Вы открыли немало перспективных моделей, вас называют фабрикой грез индустрии моды. Буду рад сотрудничеству с вашей фирмой, если представится возможность, разумеется, в сфере демонстрации ювелирных изделий.

— О, спасибо!

Терпение Лейлы было исчерпано. Она подхватила Дина Яна под руку и увела прочь.

Усевшись в машину, Лейла закинула ногу на ногу: — Ну как ощущения?

— Отлично. — Дин снял солнцезащитные очки. Возле виска у него крался шрам длиной около двух сантиметров — он не выглядел пугающе, но добавлял его чертам лица таинственности.

В этот момент в наушнике раздался чуть прохладный голос: — Офицер Чжоу Чоу, каковы результаты испытаний этого нового коммуникатора?

— Идеально. — Молодой человек легко коснулся пальцами бриллиантового украшения на мочке уха и чуть изогнул губы. — Что ж, желаю удачи на сегодняшнем приеме.

Да, молодой человек, сидевший сейчас в машине и выглядевший точь-в-точь как Дин Ян, был не кто иной, как Чжоу Чоу.

После того взрыва год назад Чжоу Чоу пришел в себя в больнице. От воздействия высоких температур у него остался шрам, тянувшийся от левого плеча до груди, при падении он сломал ребра, не считая множества других мелких травм. Когда Гвен и остальные подоспели, они увидели его лежащим там в сплошном кровавом зареве — зрелище было устрашающим. Гвен думал, что он умрет, но в итоге тот оказался пострадавшим меньше всех в том взрыве и к тому же единственным выжившим.

— Эй, братишка! — Гвен дежурил у его больничной койки целых четыре дня, и когда Чжоу Чоу открыл глаза, первое, что он увидел, было предельно измонутое лицо этого парня.

— Это рай... или ад?

— Это земля.

Месяц спустя раны Чжоу Чоу затянулись. Руководитель нью-йоркского филиала Интерпола навестил его лично.

В тот момент у больничной койки Чжоу Чоу, помимо коллег, находился пожилой человек лет шестидесяти — Ян Цзинь.

В том взрыве его единственный сын, Дин Ян, получил тяжелейшие ожоги и скончался после трех дней невероятных мучений. Для старика это стало сокрушительным ударом. Теперь ему не нужно было ничего, кроме мести за сына.

Он предоставил Интерполу огромную спонсорскую помощь лишь для того, чтобы отыскать виновного в установке бомбы и привлечь его или их к ответственности.

— Как бизнесмен, я всегда вел дела осторожно и никогда не ввязывался в теневые сделки. Я хотел, чтобы мой бизнес был чист, как мои алмазы. И даже при этом мой сын... — упомянув об этом, старик задрожал, и из его глаз потекли слезы.

Чжоу Чоу был единственным выжившим в том взрыве: если не считать серьезно поврежденного лица, то, что он остался жив, было чудом из чудес.

— Мне очень жаль, мистер Ян.

Чжоу Чоу помнил Дина Яна — это был молодой человек, похожий на драгоценный камень: яркий, но не вычурный. Его жизнь должна была быть простой, но он увлекся опасной женщиной.

— Но теперь ты можешь мне помочь.

— Помочь вам?

— Я хочу, чтобы ты стал моим сыном — Дином. семья Ян поможет тебе подобраться к тем торговцам оружием, ты сможешь собирать информацию...

— Подождите... Как это — стать вашим сыном? — Чжоу Чоу смутно чувствовал, что атмосфера складывается странная, ведь в его палате, помимо руководителя группы Гвен, находился и глава нью-йоркского филиала Оуэн Листер.

— Твоему лицу потребуется пластическая операция, врачи могут изменить твою внешность до неузнаваемости, превратив тебя в Дина.

— Что? — Чжоу Чоу повысил голос и перевел взгляд на Гвен и Листера. — Послушайте... господин Ян, не сошел ли он с ума от горя?

Оуэн Листер сделал жест, призывая Чжоу Чоу дослушать господина Яна до конца.

— Быть может, ты сам того не замечая, поразительно похож на Дина. У вас обоих первая группа крови, рост у обоих — сто восемьдесят пять сантиметров. Дин знал четыре языка, а ты владеешь ими даже лучше — на два больше. Дин умел играть на фортепиано, но учился всего три года — этот мальчик не интересовался музыкой. Согласно же досье, собранному мной на тебя, твоя мать была пианиристкой, гастролировавшей в Америке, и до своей смерти она тоже учила тебя играть на пианино...

— Хватит... — Чжоу Чоу закрыл глаза. — Даже если так, я не смогу по-настоящему стать Дином Яном! Его знает столько людей, рано или поздно правда всплывет!

— Поэтому после операции я обучу тебя всему: всем привычкам людей, которых знал Дин, тому, как они разговаривают.

— Боже мой... Как я мог согласиться на этот бред...

— Твои родители погибли в автокатастрофе, но виновник скрылся, и его до сих пор не нашли. Я же уже знаю, кто это. Если ты согласишься мне помочь, я назову тебе имя.

— Что? — Чжоу Чоу замер.

— Держу пари, на этом свете только мне известно, кто это был. Можешь хорошенько подумать, соглашаться ли на мои условия. — Опираясь на трость, господин Ян покинул палату.

Чжоу Чоу посмотрел на Гвен: — Я что, головой повредился? Он хочет сделать мне пластику под Дина Яна? И шантажирует меня автокатастрофой моей матери?

— Не все так плохо, — Гвен пожал плечами. — По крайней мере, этот Дин — красавчик, а в роли Дина Яна ты сможешь наслаждаться роскошной жизнью, о которой раньше и не мечтал.

— Гвен! — Чжоу Чоу разозлился, отчего тут же заболели свежие раны, и рухнул обратно на кровать.

— Чоу, я понимаю, что идея господина Яна кажется безумной. Когда он только связался со мной, я тоже счел это неприемлемым. Но успокоившись, подумал: а ведь, пожалуй, это отличный план. — Оуэну Листеру было около пятидесяти с небольшим, в структуре Интерпола он состоял почти тридцать лет. Он раскрыл множество дел, арестовал немало наркобаронов и оружейных баронов, а его голова когда-то входила в топ-10 черного рынка по размеру награды за поимку. И пусть он уже не был так безудержно отважен, как в молодости, стратегический ум по-прежнему заслуживал доверия всего нью-йоркского филиала. Как и сейчас — в его глазах мерцал спокойный и мудрый свет.

— Что... — Чжоу Чоу нахмурился. Он никак не ожидал, что Оуэн Листер, глава филиала, которого он всегда уважал, тоже сочтет это хорошей идеей.

— Нам нужен кто-то, кто сможет проникнуть в тот мир, а не топтаться снаружи, пытаясь нащупать ходы вслепую, как это делают Энсон и Ева. Ты даже в страшном сонне не представишь, сколько оружейных сделок заключается в мире ежегодно и какими суммами они ворочают. Я никогда не помышлял уничтожить этот мир — это чистой воды фантастика. Все, что мы можем сделать сейчас, — лишь позаботиться о том, чтобы порох того мира не затронул наши жизни и жизни других обычных людей.

— И что же? Выходит, следуя вашей логике... чтобы поддерживать баланс, если я стану этим самым Дином Яном, мне придется играть эту роль до самой смерти? — Чжоу Чоу казалось, что он бредит.

— Разумеется, нет. Ты наверняка уже слышал о корпорации МАССИВ. У этого конгломерата масса различных активов, по масштабам они вполне могут потягаться с Семьей Лоренцо. И совершенно очевидно, что МАССИВ пытается вытеснить Лоренцо с позиций в оружейном бизнесе. Пусть первые два раунда противостояния они проиграли, никто не может поручиться за исход следующего.

— Выходит, мы, Интерпол, теперь на стороне Семьи Лоренцо? Получается, мы с преступниками — одним миром мазаны? — Чжоу Чоу начал заводиться. Слова Листера подрывали всю его веру в организацию, он уже почти сомневался — не сошел ли с ума этот мир или он сам.

— Хорошо, я скажу тебе так. Энсон Лоренцо — безумец. Он заколачивает деньги, сжигает их пачками и наслаждается жизнью, но у его жадности есть рамки. Пусть наши позиции не совпадают, у него с нами общие взгляды на одну вещь — на баланс. Но если на его месте окажется кто-то другой, мир может скатиться в еще больший хаос, думаешь, от этого станет лучше? Наверное, товарищей, погибающих при поимке таких отморозков, станет еще больше, чем сегодня. У нашей текущей операции лишь одна цель — выяснить, кто на самом деле заправляет в МАССИВЕ. Вычислить его и повязать, пока этот тип не перевернул все вверх дном. Можешь не разделять моего мнения об Энсоне Лоренцо, но разве истинный теневой главарь МАССИВА не должен понести наказание? Этот подонок взорвал сына господина Яна, он строит планы по переброске ракет в другие страны, а завтра, глядишь, начнет торговать ядерным оружием. Когда наступит момент всеобщего безвластия, тебе уже не поможет маска Дина Яна. — Листер умолк на секунду, словно принимая какое-то тяжелое решение, и произнес: — Помнишь Мэри? Коэна и Винсента...

— Помню, они были со мной в одной группе.

— Они *были* с тобой в одной группе, — Листер выделил интонацией слово «были», а Гвен нахмурился, на его лице промелькнула тень боли.

— Что случилось?.. — у Чжоу Чоу зародилось недоброе предчувствие.

http://bllate.org/book/41262/5258947

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь