Готовый перевод The Surgeon's Guide to Surviving the Royal Mansion / Скальпель в рукаве: Как выжить хирургу в княжеском дворце: Глава 5

Глава 4. Предупреждение Янь Юньчжоу

Крики и звон оружия снаружи становились всё яростнее. Каждый понимал: если план провалится и Янь Юньчжоу останется в живых, их ждет неминуемая смерть.

Хотя пожар во дворе удалось взять под контроль, дыма и гари становилось всё больше. Нин Цзю прижал к лицу мокрое полотенце, из его глаз текли слёзы — вид у него был поистине жалкий, донельзя растерянный и несчастный.

Янь Юньчжоу прислонился к изголовью и закрыл глаза. Воспользовавшись этим, Нин Цзю украдкой бросил на него внимательный взгляд, лихорадочно перебирая в памяти возможные симптомы: кашель с кровью, одышка, непереносимость табачного дыма и едкой гари. К тому же все вокруг только и говорили, что о рецидиве его старых ран, поэтому доктор заподозрил, что в прошлом мужчина серьезно повредил легкие.

Условия древней медицины оставляли желать лучшего, и даже если травму залечили вовремя, вряд ли она зажила до конца. То, что они называли рецидивом старой раны, скорее всего, означало, что прежнее повреждение снова дало о себе знать, вызвав легочную инфекцию.

Последние дни прошли не впустую: он также успел выяснить, что у Янь Юньчжоу, похоже, были проблемы с ногами.

С самого момента их встречи молодой человек ни разу не видел, чтобы тот вставал с постели. Оставалось лишь гадать — то ли из-за слабости он не мог подняться, либо с ногами действительно что-то не так. Сам того не заметив, Нин Цзю перевел взгляд на одеяло и даже не заметил, как Янь Юньчжоу открыл глаза.

— Кхе-кхе, молодой господин Нин проявляет к этой ван большой интерес.

Хриплый голос внезапно вернул Нин Цзю в реальность. Он резко отвел взгляд, встретившись с непроницаемыми, черными, как тушь, глазами:

— Прошу прощения за бестактность, надеюсь, ван не в обиде.

Его извинения прозвучали так быстро и гладко, что Янь Юньчжоу не стал продолжать.

Шум снаружи, казалось, стих. Нин Цзю попросил еще один платок и сменил компресс на лбу Янь Юньчжоу. Вскоре из-за окна донесся низкий голос:

— Докладываю вану: все мятежники полностью уничтожены.

Рука Нин Цзю едва заметно дрогнула. Уничтожены? То есть все мертвы?

Янь Юньчжоу приподнялся, опираясь на локоть:

— Войти, доложить.

Дыма на улице все еще было слишком много, поэтому Ань Ци велел приоткрыть дверь лишь настолько, чтобы можно было протиснуться внутрь. Янь Юньчжоу легко взмахнул рукой, и слуги по обе стороны отдернули капающие водой тяжелые портьеры.

Нин Цзю увидел вошедшего человека: на нем были черные доспехи, покрытые множеством царапин и ран, впрочем, судя по всему, неглубоких. Вся его одежда была испачкана кровью.

Невозможно было понять, чья это кровь — его собственная или чужая. Будучи врачом, Нин Цзю обладал особой чувствительностью к запахам и при первом же приближении уловил тяжелый, удушливый смрад.

Лицо Янь Юньчжоу помрачнело. Помолчав с минуту, словно собираясь с мыслями, он спросил:

— Были знакомые лица?

Стоя на одном колене в пяти шагах от ложа, Ань Сюань крепко сжимал рукоять меча, а в его глазах мелькнуло колебание:

— Среди убийц был Цзинь Да. Стрелы пускали с угловой башни, а боковая дверь башни оказалась открытой.

Воздух в комнате словно сгустился. Нин Цзю не знал, кто такой Цзинь Да, но по смыслу слов догадался: они находились в Резиденции князя Янь, и раз кто-то смог забраться на угловую башню, чтобы стрелять из лука, а боковая дверь была отперта, значит, здесь не обошлось без предательства своих.

Он невольно скосил глаза на человека, лежавшего на постели. Янь Юньчжоу слегка прикрыл веки, по его лицу невозможно было прочесть ни гнева, ни радости, но грудь стала вздыматься заметно сильнее:

— А где Янь Юньфэн?

— Третий молодой господин переоделся и попытался покинуть поместье, но мои люди перехватили его. Прошу вана помиловать за то, что проявил излишнюю самодеятельность.

Ань Сюань был личным стражем Янь Юньчжоу и по протоколу не имел права задерживать третьего молодого господина Резиденции.

Но среди убийц обнаружился Цзинь Да — личный охранник Янь Юньфэна, и теперь, замешан тот в покушении или нет, выпускать его из поместья было нельзя ни в коем случае.

Янь Юньчжоу открыл глаза, и в их глубине мелькнул свирепый отблеск:

— Приведите его в Беседку Мелкого Дождя.

— Слушаюсь.

Снаружи уже совсем стемнело, среди руин еще кое-где тлели язычки пламени. Нин Цзю стоял в сторонке, стараясь казаться как можно менее заметным.

Из того, что ему удалось узнать, следовало, что Янь Юньчжоу не был старшим сыном старого вана — он приходился ему вторым сыном. У покойного Вана Янь было трое наследников: старший сын пал в полевой битве еще при жизни старого князя, оставив после себя лишь сына и дочь (младшая, по слухам, тогда еще была младенцем).

Позже, после кончины старого вана, Янь Юньчжоу, как законный сын от первой жены, унаследовал княжеский титул. Границы оставались неспокойными, и он годами держал оборону в Северных землях. Что же до Янь Юньфэна, то он, судя по всему, был младшим сыном старого князя и родным братом Янь Юньчжоу. Кроме того, Таоюэ рассказывала, будто Янь Юньчжоу души не чает в своем младшем брате.

Нин Цзю испытывал смешанные чувства недоумения и горечи: зачем Янь Юньфэну понадобилось убивать Янь Юньчжоу? Если он претендовал на титул, то после смерти брата он и так получил бы его совершенно законным путем. Зачем рисковать ради такого опасного покушения? Логики в этом не было никакой.

— Переодеть.

Его размышления прервал глухой, мрачный голос. Никто не осмеливался в этот момент попадаться под горячую руку Янь Юньчжоу. Ань Юй провел слуг внутрь для помощи, а Нин Цзю забился в угол и стал наблюдать.

Состояние лица Янь Юньчжоу и впрямь оставляло желать лучшего. Окинув одеяло в сторону, он позволил двоим слугам поддержать его и поднялся на ноги. Только тогда Нин Цзю заметил, насколько высок этот человек.

Он возвышался над нынешним телом Нин Цзю сантиметров на семь-восемь. Наблюдая за его состоянием, доктор отметил, что с ногами у того действительно были проблемы: левая нога казалась совершенно неспособной выдерживать вес тела.

Служанки действовали споро. Янь Юньчжоу облачился в темно-зеленый халат с завязанным на талии поясом, что еще сильнее подчеркивало его статную фигуру, хотя талия казалась чересчур тонкой и хрупкой. Ань Сюань принес плотную накидку с черным лисьим воротником и накинул на плечи господина, зная, что сейчас отговорить вана не сможет никто.

— Идем в Беседку Мелкого Дождя, прихватите с собой труп Цзинь Да.

Вся процессия двинулась следом в строгом порядке. Нин Цзю замялся в углу: следовать ли за ними? Не прикончат ли его как свидетеля после того, как он все это услышал? Пока он колебался, Янь Юньчжоу остановился:

— Молодой господин Нин только что прибыл и еще не видел нашего поместья, пойдемте с нами.

Нин Цзю послушно зашагал позади. Опираясь на плечо Ань Сюаня, Янь Юньчжоу двигался очень медленно — почти весь вес его тела приходился на стражника. Наконец створки доселе запертых ворот отворились с обеих сторон.

В тот же миг густой дым вперемешку с запахом крови ударил в нос. Нин Цзю, шедший за Янь Юньчжоу, застыл на месте, потрясенный открывшейся картиной.

Весь внутренний двор утопал во тьме. От некогда роскошной сливовой рощи, радовавшей глаз по прибытии, остались лишь обугленные, черные ветви. Трупы убитых нападавших еще даже не успели убрать.

Отрезанные конечности и изуродованные тела валялись кучами прямо посреди двора, земля была залита кровью, которая стекала с крыльца на дорожки, а густой металлический запах стоял столбом до самого неба.

Будучи медиком по образованию, Нин Цзю повидал немало трупов и мертвецов, но учебные тела на секционных столах, безнадежно тяжелые пациенты в реанимации и эта жуткая картина вокруг не шли ни в какое сравнение.

Больше десяти лет он отдал медицине, и все тела, что ему доводилось видеть прежде, служили лишь поискам истины в науке и почтению перед хрупкостью жизни. За все эти дни еще ни разу реальность не ударила по нему с такой силой: он окончательно осознал, что действительно заброшен в иной мир, где больше нет прежних спокойных и мирных дней.

Янь Юньчжоу окинул взглядом залитый кровью двор:

— Исполняйте приказ, похороните их со всеми почестями.

— Слушаюсь.

Нин Цзю шагал следом за Янь Юньчжоу через это море крови и трупов. В этот момент он вдруг смутно понял, зачем тот велел ему идти вместе с ним: это было молчаливое предупреждение — не строить планов, которых строить не следует.

У ворот двора уже ожидали утепленные носилки. Ань Сюань помог Янь Юньчжоу забраться внутрь. Вечером воздух стал еще холоднее, чем днем, а на Нин Цзю по-прежнему было лишь то красное свадебное платье, которое продувало насквозь ледяным ветром. Молодой человек невольно поежился, и в этот момент из паланкина раздался голос:

— Молодой господин Нин, заходите.

Ань Сюань тут же откинул занавеску:

— Прошу вас, молодой господин Нин.

Внутри носилок оказалось неожиданно уютно. Янь Юньчжоу полулежал, откинувшись на мягкую спинку, и слегка кавнул подбородком, приглашая сесть рядом.

Внутри паланкина было тепло — видимо, там заблаговременно установили жаровню. Находясь так близко, Нин Цзю отчетливо уловил тяжелый, шлейфовый запах лекарств, исходивший от Янь Юньчжоу.

Недавнее потрясение еще не отпустило его: человек, сидевший рядом, обладал абсолютной властью над чужими жизнями в эту эпоху. Нин Цзю пытался расслабиться, но спина помимо его воли оставалась натянута, как струна.

Янь Юньчжоу полуприкрыл глаза, внешне ничем не выдавая перемен, однако Нин Цзю чувствовал исходившую от него колоссальную, сдерживаемую на пределе сил напряженность. Ни тот, ни другой не спешили нарушать молчание — у Янь Юньчжоу явно не было настроения вести беседы.

Паланкин остановился у Беседки Мелкого Дождя. Вокруг нее повсюду выстроилась стража по приказу вана. Когда Янь Юньчжоу попытался встать, левую ногу пронзила острая боль, и он едва не рухнул обратно.

Нин Цзю помедлил мгновение, но все же протянул руку, поддерживая его за локоть. Оперевшись на эту помощь, Янь Юньчжоу поднялся. Едва они выбрались из носилок, как из Беседки Мелкого Дождя донеслись женские рыдания и крики. Заметив приближение вана, кто-то бросился наружу и рухнул на колени:

— Ван! Третья госпожа покончила с собой, и третий молодой господин намерен лично принести ее тело, чтобы искупить свою вину перед вами!

Янь Юньфэн собирался свалить всю вину на третью госпожу. Но разве возможно в одиночку, силами одной лишь женщины, провернуть столь масштабное покушение?

Это прекрасно понимали все присутствующие, и тем более — сам Янь Юньчжоу. Так что Янь Юньфэн вовсе не пытался обелить себя — он молил о пощаде. Подсовывая человека, способного взять вину на себя, он ставил на то, что у Янь Юньчжоу дрогнет сердце. Если бы ван согласился принять эту версию, убийцей Третьей госпожи официально признали бы заказчицу покушения на князя Янь.

Лицо Янь Юньчжоу исказилось от гнева. Ань Сюань помог ему войти во двор, а Нин Цзю следовал позади. Изнутри доносились отчаянные, искренние рыдания, и Янь Юньчжоу резким движением оттолкнул руку Ань Сюаня.

http://bllate.org/book/41220/5250677

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь