Фраза Сунь Вэньцюя о том, что он будет приходить каждый день, сильно раздражала Фан Чи.
И не просто так, а из-за того, что он сам не мог каждый день бывать дома. Стоило только подумать, что такой бездельник и тунеядец, как Сунь Вэньцюй, целыми днями мающийся дурью и ленивый, как змея, способен заявить подобное, в то время как самому Фан Чи, безумно тосковавшему по дедушке и бабушке, оставалось лишь терпеть, — это казалось ему крайне несправедливым.
Однако, вновь переведя взгляд на сиявших от радости дедушку и бабушку, он временно отбросил чувство несправедливости и, продолжая уплетать еду, то и дело швырял Лянцзы кости.
Половину времени за обедом Лянцзы просиживал у него за спиной, а Сунь Вэньцюй каждые несколько глоток оборачивался, прикидывая, не пора ли отбежать подальше.
После еды зазвонил телефон Сунь Вэньцюя — это звонил Ма Лян:
— Ты у своего сынка обедаешь? Закончили уже?
— И как это ты догадался? — улыбнулся Сунь Вэньцюй.
— Плохиш-большой, а за цветочком родины увязался! Я во всех подробностях видел, как этот бутончик распускался, — Ма Лян хихикнул пару раз. — Пора на лодках кататься.
— Угу, уже иду.
Сунь Вэньцюй повесил трубку и посмотрел на Фан Чи:
— Пойдешь с нами в качестве проводника?
— Не нужно, там всего-то небольшой водопад, — убирая со стола, ответил Фан Чи. — Туда и обратно часа за полтора управитесь. Проводник нужен только в глубоких горах.
— А ты неплохо зарабатываешь, так легко деньги даются, — заметил Сунь Вэньцюй.
— Спроси-ка у своего старшего, сунется ли он со своей тусовкой в горы без меня, раз ты так уверен, — неторопливо отозвался Фан Чи.
Сунь Вэньцюй вернулся на туристическую базу: все уже собрались и как раз собирались садиться в лодки.
— Куда это тебя носила нелёгкая! — стоило ему появиться, как Ли Бовэнь бросился к нему с озабоченным лицом. — Еще про какое-то воздержание от пищи толковал, и надолго же тебя занесло.
— Ну а как же, надо было переждать, пока вы все не пообедаете, — улыбнулся Сунь Вэньцюй и взял протянутый Ма Ляном рюкзак.
Ему даже закидывать этот рюкзак за плечи не хотелось, стоило лишь представить, что туда уже натолкали сменной одежды. Вещей внутри было полно — Ли Бовэнь обо всем позаботился, там даже спальный мешок лежал, — но от всего этого веяло какой-то тоской.
Ли Бовэнь с самого детства был таким. Все вокруг считали, что у них прекрасные отношения, и Ли Бовэнь вечно относился к нему просто замечательно, но только сам он ничего подобного не чувствовал — ему вечно казалось, что всё это какая-то дешевая игра на публику.
— Поплыли! — крикнул с берега старший группы. Три моторные железные лодки местных жителей уже жгли солярку у самой кромки воды, и несколько девчат с криками и смехом уже запрыгнули внутрь.
Ли Бовэнь попытался затащить его с собой в переднюю лодку, но Сунь Вэньцюй сделал вид, что ничего не заметил, и вместе с Ло Пэном шагнул в замыкающую.
Когда все расселись, лодочник запустил мотор, и суденышки двинулись против течения. Двигатели тарахтели вовсю, а Сунь Вэньцюй сидел как раз на корме, и от этой вибрации у него даже затылок онемел.
Добравшись до притока чуть ниже небольшого водопада, три лодки выстроились в ряд у берега, и народ начал по очереди выпрыгивать на сушу.
Борта лодок были высоковаты, а вода — глубокой, так что даже у самого берега, стоило кому-то сигануть вниз, судно начинало отчаянно раскачиваться. Лодочнику приходилось упирать в дно длинный железный шест, чтобы хоть как-то удержать лодку на месте.
Большая часть людей уже выскочила, и Сунь Вэньцюй вслед за Ма Ляном приготовился сходить на берег. В тот самый момент, когда одна его нога уже ступила на борт, а вторая оторвалась от днища, с соседней лодки прыгнул какой-то парень. Он не удержал равновесие и оттолкнулся ногой как раз о борт лодки Сунь Вэньцюя, прежде чем кое-как замереть на месте.
Из-за резкого толчка лодка круто кренянулась набок, и Сунь Вэньцюй почувствовал, что центр тяжести стремительно смещается наружу.
— Черт! — выругался он, мгновенно присел на корточки и вцепился в борт мертвой хваткой, чудом не свалившись головой вперед прямо в реку.
— Не прыгайте туда-сюда! — завопил лодочник. — Просто сходите на берег, нечего тут скакать!
— Бовэнь, ты что, кролик?! — донесся с берега голос Ло Пэна. — Слезай давай, какого хрена ты прыгаешь...
Покрытый холодным потом Сунь Вэньцюй обернулся и увидел Ли Бовэня, который с виноватым видом направлялся к нему. Удержаться от едкого замечания не получилось:
— Ты чего, крысиного яду нажрался, блин?
— С той стороны медленно выходили, — Ли Бовэнь смущенно поскреб в затылке. — Вот я и подумал, что проще здесь сойти... Ты в порядке?
— А если бы нет? — бросил Сунь Вэньцюй и, перешагнув через борт, спрыгнул на землю.
— Если бы ты упал, — Ли Бовэнь спрыгнул следом за ним, — я бы точно сразу за тобой сиганул.
Сунь Вэньцюй ничего не ответил и лишь одернул одежду.
— Ты чего творишь, до смерти меня напугал! — подбежав, Чжао Хэ прижалась к плечу Ли Бовэня. — Лодка так качалась, а ты прыгаешь. На дворе не лето, упал бы — как холодно!
— Ничего страшного, хорошо хоть Вэньцюя не вытряхнуло. Я просто... — Ли Бовэнь полез за телефоном и догнал Сунь Вэньцюя. — Смотри, какую твою фотографию поймал.
Сунь Вэньцюй бросил взгляд на экран: там красовался его собственный профиль на фоне проплывающих пейзажей.
— Это ты снял?
— Угу, — Ли Бовэнь с улыбкой хлопнул по кофру фотоаппарата через плечо. — Атмосферно получилось, да?
— Повыше твоего обычного уровня, — кивнул Сунь Вэньцюй. Ли Бовэнь вечно увлекался фотографией, правда, особо не утруждался учиться всерьез, зато камеру менял каждый год, и каждая следующая модель стоила дороже предыдущей.
— Есть и другие, я скинул на телефон, глянь, — Ли Бовэнь листал снимки. В основном там был сам Сунь Вэньцюй и пара кадров с Ма Ляном. Вышло действительно неплохо: даже мрачное выражение лица Ма Ляна на снимках выглядело чертовски круто. Ли Бовэнь пролистал еще немного. — Всё, кончились.
— Погоди-ка, — Сунь Вэньцюй перехватил телефон прямо из рук Ли Бовэня, который уже собирался его убрать. — Что это за кадр был?
— Какой? — моргнул Ли Бовэнь.
— Сразу за тем, где Лянцзы сопли вытирает, — Сунь Вэньцюй отмотал назад.
— Когда это я сопли... да я нос просто трогал! — возмутился Ма Лян.
— Точно, это где он нос трет, — подтвердил Ли Бовэнь. — Следующий.
Сунь Вэньцюй добрался до нужного кадра, быстро притормозил и ткнул пальцем в снимок:
— А это что такое?
— Гриб, — Ли Бовэнь растерянно посмотрел на него. На фотографии крупным планом был запечатлен крошечный грибок с белой ножкой и красной шляпкой, притаившийся под слоем прелых листьев. — Ну а что?
— Это тот самый, про который твой батя рассказывал? — Сунь Вэньцюй всмотрелся в экран. — Ну, помнишь, в нашем детстве: стоптанная тропа, и если найдешь такой, то любое желание исполнится?
— ...Ага, — Ли Бовэнь рассмеялся. — Ты до сих пор это помнишь? Да необязательно, что это именно он, мой отец тогда просто нас с тобой развлекал, это же случайность.
— Да неужели они существуют... — Сунь Вэньцюй поднес телефон прямо к лицу Ма Ляна. — Глянь, тот самый красный гриб, о котором я тебе рассказывал.
— Ккра... красиво, — Ма Лян уставился на экран, а затем тихо добавил: — Тот самый, который ты вссегд... вечно искал в детстве? О коем тл... твердил без остановки?
— Угу, — отозвался Сунь Вэньцюй, возвращая телефон Ли Бовэню, а затем, подумав, спросил: — Бовэнь, а где это снято?
— Да прямо здесь, — ответил Ли Бовэнь. — Я снимал, когда приезжал сюда пару месяцев назад. Только шли мы тогда другой дорогой — это старый пешеходный маршрут для туристов, тогда проводника не было, так что сюда мы не совались.
— А.
Сунь Вэньцюй больше ничего не сказал.
Некоторые детские воспоминания остаются кристально чистыми в памяти на всю жизнь, и чем больше проходит времени, тем сильнее кажется, будто всё случилось вчера.
Сунь Вэньцюй прекрасно запомнил те маленькие красные грибочки, которые существовали лишь в его воображении. И дело было не только в словах дяди Ли о том, что такой гриб может исполнить любое желание; просто года два или три подряд он был буквально одержим идеей во что бы то ни стало отыскать эту диковинку.
Тогда у него было столько жгучих желаний: не писать прописи, не заниматься рисованием, бросить лепку из глины и еще... чтобы папа с мамой перестали наконец ругаться.
Но он так ничего и не нашел.
Поэтому папа с мамой до сих пор то и дело скандалят, а когда не ругаются — им просто не о чем говорить, и отец не появляется дома почти до самых праздников.
Значит, они и правда существуют — эти маленькие красные грибочки.
Хотя выглядели совсем не так, как он себе представлял.
Вот только жаль, что теперь у него не осталось никаких несбывшихся желаний.
Было лишь упрямое, въевшееся наваждение отыскать то, что так и не далось в руки.
Водопад находился недалеко от берега — меньше километра вверх по течению ручья. Вода оказалась чистейшей, а сам водопад — весьма живописным.
Правда, крошечным.
Тем не менее, завидев его, вся компания тут же с восторгом шлепая по воде бросилась вперед.
Сунь Вэньцюй присел на огромный валун и принялся смотреть по сторонам. Посидев так немного, он поднялся и пару раз прошелся вдоль кромки близлежащего подлеска.
— Грибы ищешь? — Ма Лян подошел ближе.
— Ничего подобного, — бросил Сунь Вэньцюй и снова уселся на прежний камень.
— Врешь... неубедительно, — усмехнулся Ма Лян.
Сунь Вэньцюй тоже усмехнулся:
— Если и здесь такие растут, я бы тебе сорвал один. У тебя есть какое-нибудь заветное желание?
— А у тебя? Хочешь... я тебе... отыщу один такой, а? — предложил Ма Лян.
— Я-то? — Сунь Вэньцюй уставился на водопад, долго молчал, а потом спрыгнул с камня. — Понятия не имею. Разве что прожить жизнь заново, если уж на то пошло.
Ма Лян хлопнул его по плечу и промолчал.
Поплескавшись у водопада с полчаса, старший группы повел всех дальше, к началу самого главного этапа их сегодняшнего похода.
— Дальше снова едем на машинах в горы, по старой дороге, ее никто не ремонтировал, так что покрытие паршивое, да и развилок полно, — на ходу пояснял проводник. — Держитесь за головной машинкой, если нужно остановиться — сначала свяжитесь с головной, а потом тормозите.
— Какой же Лю-гэ зануда, — бросила одна из девчат.
— Ничего не поделаешь, если с кем-то из вас что-то случится, отвечать мне, — возразил проводник. — Именно поэтому я и говорил, что без местного проводника в горы ни за что не потащусь.
— А этот проводник на вид совсем пацан, он вообще справятся? — засомневался кто-то.
— Не переживайте, этот парень с начальной и средней школы по скалам лазает, в дикой природе старый вояка, — с улыбкой ответил проводник. — К тому же он здесь вырос, каждый уголок в этих местах исходил вдоль и поперек.
Когда они выбрались из зоны притока обратно к реке, Сунь Вэньцюй с удивлением увидел, что Фан Чи уже стоит у лодки и о чем-то болтает с лодочником.
— Давно здесь? — крикнул проводник, едва завидев его.
— Чуть-чуть, — отозвался Фан Чи.
— Он пришел сразу после того, как вы вошли в ущелье, — подтвердил лодочник. — Мы, местныe, эти пути пешком преодолеваем куда быстрее, чем на лодках.
— Видали? — проводник победоносно обернулся к туристам. — Пока мы тут битый час на моторках плыли, человек этот путь на своих двоих преодолел.
Сунь Вэньцюй действительно был впечатлен: когда они плыли сюда на лодке, он вообще не заметил вдоль берега никаких троп. А этот малый изо дня в день гонял туда-сюда без всякого велосипеда, словно владел каким-то секретным боевым искусством.
Вернувшись на лодке в деревню, они забрали машины и двинулись в глубь леса.
Фан Чи устроился на заднем сиденье и командовал поворотами везшему машину Ма Ляну, заранее предупреждая то про выбоину справа на крутом повороте, то про торчащий на подъеме булыжник.
— До чего же ты ориентируешься... — восхищенно протянул Ма Лян. — Прямо как навигатор... гоночный.
— С детства каждый день здесь хожу, — ответил Фан Чи.
Сунь Вэньцюй всю дорогу молча сидел на переднем пассажирском сиденье, но тут обернулся:
— Эй, спросить хочу.
— М? — Фан Чи посмотрел на него.
— У вас тут в горах грибы водятся? — поинтересовался Сунь Вэньцюй.
— Есть, только мало, — ответил Фан Чи. — Скоро совсем пропадут. Грибов захотелось?
— Не попадался ли тебе такой... с красной шляпкой? — Сунь Вэньцюй попытался изобразить размер руками. — Знал бы, прихватил ту фотографию Бовэня.
— Не вздумай тащить в рот всякую дрянь, они ядовитые, — отрезал Фан Чи.
— Я и не собирался их есть, я спросил — видел или нет? — нахмурился Сунь Вэньцюй.
— Нет, обычно тут попадаются всякие уродливые, серо-бурые, — последовал ответ.
Сунь Вэньцюй умолк.
Старая горная дорога оказалась жутко ухабистой, к тому же во многих местах случались обвалы, а путь был очень узким, так что вскоре Ма Лян уступил место водителя Сунь Вэньцюю.
— Он водит... надежно, — заверил Ма Лян. — Десять лет без прав, десять лет с правами.
— Истинно вундеркинд, — кивнул Сунь Вэньцюй.
Без прав он, конечно, целое десятилетие не гонял, но года три-четыре набежало. Просто в районе двадцати лет он страсть как любил машины и целыми днями мотался повсюду за рулем, так что опыта у него было побольше, чем у Ма Ляна.
В конце концов машины остановились возле глинобитной хижины на склоне холма — похоже, когда-то это место служило приютом для местных жителей, отправлявшихся в горы.
— Дальше на машине не проехать, оставляем здесь, — Фан Чи легко выпрыгнул из кабины. — Вещи берите с собой, проверьте снаряжение.
Сунь Вэньцюй не спешил выходить. Ухватившись за лямку своего рюкзака, он вспомнил, как тяжело ему было тащить его к водопаду, и теперь размышлял, нельзя ли выкинуть из машины что-нибудь лишнее.
— Ты чего застрял? — подошел к нему Фан Чи.
— Облегчаю вес, — ответил Сунь Вэньцюй.
Фан Чи молча протянул руку, приподнял рюкзак, шарил внутри пару секунд, а затем вытащил несколько бутылок с водой и швырнул их обратно в салон.
— Тут что, можно пить горную воду? — Сунь Вэньцюй снова прикинул вес рюкзака — тот заметно полегчал.
— А ты рискнешь? Вон выше по течению деревня стоит, — усмехнулся Фан Чи.
— Тогда какого хрена ты воду забрал? — прищурился Сунь Вэньцюй.
— Мою пить будешь, — бросил Фан Чи, мазнув по нему взглядом. — Раз уж такой легкий рюкзак унести не в силах...
— А сам-то что пить будешь? — не отставал Сунь Вэньцюй.
— Горную воду, — вздохнул Фан Чи. — Я к ней уже лет десять как привык.
Сунь Вэньцюй ничего не ответил. Когда вся компания двинулась вглубь леса, он догнал Фан Чи, дернул за лямку его рюкзака и вполголоса процедил:
— Слышь, четырнадцатилетний подросток, ты часом не взрывчатку за спиной тащишь?
— Под ноги смотри и поменьше болтай, — бросил Фан Чи. — Если идти без остановок, до стоянки часа два. А с перекурами, фотосессиями и восхищениями природой — все три с половиной. И это при условии, что никто из вашей компашки не свалится с ног.
— Твою мать, — стоило Сунь Вэньцюю это услышать, как он почувствовал себя до смерти уставшим. — А можно я обратно в машине посижу?..
— И это человек, который целых два часа проводит в тренажерке, — Фан Чи шел впереди, и в его голосе отчетливо слышалось презрение. — Наверное, только кофе там попиваешь.
— Ошибаешься, глазею на мужиков с голым торсом, — со смешком отозвался Сунь Вэньцюй.
Фан Чи резко обернулся, окинул его тяжелым взглядом, после чего снова отвернулся и зашагал вперед широким шагом.
Сунь Вэньцюй больше не догонял его и, пребывая в прекрасном расположении духа, болтал на ходу с остальными.
Погода стояла прохладная, днем в горах температура держалась вполне комфортная, но к ночи, должно быть, здорово похолодает — хорошо хоть Ли Бовэнь раскошелился на нормальные утепленные спальники.
Хотя, если не думать о холоде, здешние виды и правда впечатляли. Стоило углубиться в лес совсем немного, как пейзаж вокруг неузнаваемо преобразился.
Этот Уявэнлин горной грядой назвать было трудно — скорее, цепь зеленых холмов. С одной стороны громодились крутые горы и непроходимые чащи, а с другой то и дело открывались просторные долины с разбросанными тут и там полями и домиками.
— Ой, как красиво! — раздался сзади голос Чжан Линь. — Завтра на рассвете здесь, наверное, потрясающе! Красавчик, скажи ведь?
— Точно! — тут же отозвался Ло Пэн.
— Совсем стыд потерял! — со смехом отчитала его Чжан Линь. — Я у нашего маленького проводника спрашиваю.
— Посмотрим, сумеете ли вы вообще подняться так рано, — отозвался Фан Чи. — Впереди есть площадка побольше, оттуда открывается отличный вид. Фотографии получаются классные, сюда частенько фотографы за этим приезжают.
Сунь Вэньцюй камеру брать не стал, решив, что это обычная лесная прогулка — в конце концов, он сам прожил в горах три года, так что виды были ему привычны.
Но стоило им подняться на смотровую площадку, как он тут же пожалел о своем решении: здешняя красота не имела ничего общего с унылыми пейзажами, к которым он привык.
В тот самый момент, когда он ступил на платформу, перед глазами словно развернулся грандиозный свиток. Лучи полуденного солнца падали на долину, подсвечивая белые тени облаков, а чуть в стороне из-за поворота вынырнула петляющая речушка, сверкающая на солнце серебром.
— И вправду... до чего же красиво, — пробормотал подошедший к нему Ма Лян.
— Угу, — кивнул Сунь Вэньцюй и сделал пару снимков на телефон.
Те, кто захватил с собой фотоаппараты, тут же рассредоточились по площадке, принявшись щелкать затворами. После пейзажей настала очередь позировать на фоне долины.
Сунь Вэньцюй наблюдал за ними со стороны и тихо посмеивался:
— Надо же, никто даже шелковый шарф не догадался захватить.
— Ой, Вэньцюй напомнил! Я же совсем забыла! — Чжан Линь тут же расстегнула рюкзак и вытащила цветастую шаль. — Пусть не шарф... зато есть палантин!
— Серебряные браслеты имеются? — с усмешкой спросил Сунь Вэньцюй. — Такие, с бубенчиками.
— Заткнись! — Чжан Линь набросила на плечи шаль. — Бовэнь! Сделай мне кадр, чтобы прямо романтично-возвышенно получилось.
— Без проблем, — Ли Бовэнь тут же подбежал с фотоаппаратом.
Повеселившись еще немного, Сунь Вэньцюй огляделся по сторонам. Остальные туристы разбрелись кто куда: кто-то взбирался на валуны, кто-то карабкался по старым стволам на краю леса. Он бросил свой рюкзак на землю и тоже решил прогуляться.
Пройдя пару кругов и чуть не подвернув ногу на скользких камнях, он так и не обнаружил поблизости Фан Чи.
— Спасибо хоть за трекинговые ботинки, — обернувшись, Сунь Вэньцюй заметил плетущегося следом Ма Ляна. — Иначе б ноги переломал.
— Без этих шуз ты бы сю... сюда отроду не добрался, — цыкнул Ма Лян, присел на корточки прямо там, где стоял, и чиркнул зажигалкой.
— Экологию соблюдаем, — Сунь Вэньцюй кивнул на окружающий лес. — Редкий первозданный тайник природы.
Ма Лян промолчал, извлек из кармана маленькую жестяную корочку и вытряхнул туда пепел.
— Куда это мой сынок запропастился? — Сунь Вэньцюй тоже присел рядом на корточки.
— Вон ту... туда ушел, — Ма Лян кивнул вперед. — Наверное, разведы... разведывает дорогу.
Сунь Вэньцюй поднялся на ноги и направился вперед:
— Пойду гляну.
— Чего гл... глядеть, — усмехнулся Ма Лян. — Опять небось цветочки... бутончики тиранит.
Под ногами не было ровной тропы, так что Сунь Вэньцюю было некогда пререкаться с Ма Ляном — он лишь молча кинул тому через плечо средний палец.
Пройдя еще немного, узкая горная тропка нырнула в густую чащу. Землю устилали мокрые камни, а между ними серебрились тонкие струйки воды.
Сунь Вэньцюй как раз размышлял, куда же мог забраться Фан Чи, как вдруг заметил впереди под деревом тонкую струйку дыма.
Прячется тут, курит?
— Фан Чи? — громко позвал он, направляясь в ту сторону.
— Чего тебе? — раздался впереди голос парня.
— Ты чего тут прячешься? — Сунь Вэньцюй наконец разглядел Фан Чи. Тот стоял у ствола большого дерева, и в профиль было отчетливо видно зажатую в зубах сигарету.
— Ссу, — хмуро бросил Фан Чи.
— Да ладно тебе, — Сунь Вэньцюй невольно усмехнулся — поза у Фан Чи была вовсе не похожа на ту, с которой обычно справляют нужду, да он хотя бы стоял лицом к дереву. Тут он вспомнил, как в прошлый раз Фан Чи точно так же замер у стены его двора, выдав то же самое: — Ты вечно говоришь это, когда не знаешь, что ответить?
Фан Чи еще не успел раскрыть рот, как Сунь Вэньцюй уже подошел вплотную и легким движением вытащил сигарету у него изо рта:
— Ишь ты, малец еще дымить.
Фан Чи уставился на него исподлобья, храня молчание.
— Ты... — заметив, что выражение лица парня какое-то странное, Сунь Вэньцюй скосил глаза вперед. — Да погоди...
Доворить он не успел: Фан Чи резким движением локтя врезал ему прямо в подбородок.
http://bllate.org/book/41200/5247308
Сказали спасибо 0 читателей