Готовый перевод Stop Messing with Me Later / Впредь не нарывайся на меня: Глава 30

Положив трубку, Цзун Линь снова вздрогнула всем телом.

— Что случилось?

— Учитель Лу… Становится всё страшнее и страшнее. У неё уже прямо задатки настоятельницы Мэйцзюэй! — вздохнула Цзун Линь, вновь убедившись, как обманчива бывает внешность.

— Он преподаёт тебе девять предметов?

— Не совсем. В основном это точные науки, — задумалась Цзун Линь. — Он действительно впечатляет. Стоит мне запутаться в задаче — он мельком взглянет и сразу знает, как её решать. Когда же я стану такой же, как он? Хотя, наверное, даже за всю жизнь этого не добиться.

Сун Цзичэнь ничего не ответил, лишь повёл Цзун Линь в книжное кафе.

Было половина шестого вечера, в заведении никого не было. Они устроились в дальнем углу.

Каждый заказал маленький кусочек торта и напиток и, угощаясь, разбирали задания.

Цзун Линь, слушая объяснения Сун Цзичэня, то и дело невольно бросала взгляд на его лицо. С трудом отвела глаза — и тут же украдкой перевела их на его руки.

Действительно, каждая черта в нём притягивала её.

— Сосредоточься, — остановился Сун Цзичэнь, глядя на неё.

Цзун Линь вздрогнула, покраснела и энергично кивнула.

Сун Цзичэнь продолжил объяснение.

Он говорил в умеренном темпе и, заметив, что Цзун Линь хмурится, тут же повторял материал ещё раз.

Несмотря на это, продвигались они довольно быстро. Почти к девяти вечера осталось разобрать лишь самую малость.

Сун Цзичэнь взглянул в окно: у первокурсников уже закончились занятия.

— Голодна?

Цзун Линь хотела сказать «нет», но в этот момент у неё заурчало в животе.

— Пока ты молчала, ты не была голодна. Пойдёшь домой есть или перекусишь где-нибудь?

— Перекушу где-нибудь, — ответила Цзун Линь, глянув на телефон. Она написала отцу, что находится с Сун Цзичэнем, и тот прислал в ответ лишь «о» — и больше ничего. Надо сказать, нервы у него поистине железные.

Они собрали вещи и вышли, направившись в маленькую забегаловку рядом со школой. Заказали два жареных блюда. Пока готовили заказ, Сун Цзичэнь успел объяснить ещё немного.

Цзун Линь сначала думала, что это шанс сблизиться с ним, но вскоре поняла: он действительно всерьёз собрался объяснять ей уроки.

Она украдкой взглянула на Сун Цзичэня.

Что он вообще имеет в виду?

Еда в этой забегаловке была съедобной разве что для утоления голода — на вкус совершенно безвкусная.

Цзун Линь посмотрела на Сун Цзичэня: тот сохранял бесстрастное выражение лица, и невозможно было понять, кажется ли ему еда вкусной или нет.

Утром она не взяла велосипед, поэтому после ужина они как раз успели на последний автобус домой.

В салоне сидело ещё несколько человек. Заметив, что вошли Цзун Линь и Сун Цзичэнь, все на миг замерли. Цзун Линь увидела два свободных места и направилась к ним. Двое парней тоже хотели сесть, но, увидев её движение, замерли и молча уступили место.

Цзун Линь была ошеломлена, но промолчала: раз есть место — почему бы не сесть?

Хотя она и не понимала, почему все так её боятся.

Она наклонилась к Сун Цзичэню и тихо спросила:

— Я что, страшная?

— Почему ты так спрашиваешь?

— Похоже, они меня боятся, — вздохнула Цзун Линь. — Я же даже разогнала всех мелких хулиганов вокруг школы!

— Слухи всегда искажаются. Это нормально. Не обращай внимания, — сказал Сун Цзичэнь.

Цзун Линь всё равно тяжело вздохнула.

Многие пассажиры вышли, но они остались в автобусе — ведь им ехать до самой последней остановки.

В салоне было темно, лишь изредка уличные фонари на мгновение освещали пространство.

Они вышли на одной остановке, но пошли в противоположных направлениях.

Цзун Линь, неся за спиной рюкзак, то и дело оборачивалась, быстро оглядывалась назад и так же быстро отворачивалась.

Интересно, смотрит ли он на неё так же?

Хотя она и не могла представить, чтобы Сун Цзичэнь делал нечто столь глупое.

Вернувшись домой, Цзун Линь открыла дверь — и увидела, как Ян Юнь и Цзун Шэн, сидевшие на диване, одновременно повернули к ней головы.

Она моргнула:

— Вы чего так на меня уставились?

— Что у вас с Сун Цзичэнем? — спросил Цзун Шэн.

— Просто друзья, — ответила Цзун Линь, заметив их недоверчивые взгляды, и вздохнула. — Хотя, конечно, я бы хотела, чтобы между нами было что-то большее.

Цзун Шэн посмотрел на дочь:

— Ну да, главное, чтобы ты сама никого не обижала.

— Пап, ты меня за кого принимаешь? — скрипнула зубами Цзун Линь.

Цзун Шэн кашлянул и серьёзно произнёс:

— Ты ведь правда заинтересована в нём? Я думал, тебе просто три дня новизны хватит.

— Я разве такая?

— Ладно, в общем, я тебя не контролирую. Только не смей обманывать чужие чувства.

Цзун Линь несколько секунд молча смотрела на отца, затем прижала ладонь к груди и тяжко вздохнула:

— Пап, ты ранил моё сердце.

— Ты ещё молода, — вдруг вставила Ян Юнь, многозначительно взглянув на дочь.

Цзун Линь стала ещё более обескуражена.

Похоже, весь мир глубоко заблуждается насчёт неё.

Она крепче сжала рюкзак, фыркнула и поднялась наверх.

Ян Юнь и Цзун Шэн переглянулись.

— Очевидно, Сун Цзичэнь не согласился, — сказала Ян Юнь, очищая мандарин. — Эх, мы-то переживали из-за раннего романа, а с её характером кто её вытерпит? Неизвестно даже, выйдет ли она когда-нибудь замуж.

Она тяжело вздохнула.

— Хм! — фыркнул Цзун Шэн. — Моя дочь так красива — разве может быть проблема с замужеством? А если и не выйдет — ну и что? Мы ведь не бедствуем, сможем содержать. Посмотрим, кто посмеет её презирать!

Ян Юнь улыбнулась, глядя на мужа:

— Так что не мечтай понапрасну. Пусть сама разбирается со своими делами — она уже не ребёнок.

Вернувшись в комнату, Цзун Линь легла в ванну, и лицо её потемнело.

В голове крутились слова отца и поведение тех парней в автобусе, которые инстинктивно уступили ей место.

Если даже родные так думают о ней, что тогда говорить о посторонних?

Цзун Линь взяла лежавший рядом телефон и позвонила Ян Лэ.

Тот ответил почти сразу.

— Что случилось?

— Я вдруг поняла, что в школе, наверное, немало тех, кто меня боится. Ведь я же здесь, считай, авторитет. Надо начинать готовить PR-кампанию — вдруг кто-то решит использовать это против меня. Вокруг школы везде стоят камеры. Завтра сходи к директору, попроси выгрузить все записи, где я защищаю других. Сохрани их — пригодятся.

Ян Лэ на секунду замер:

— Хорошо.

— Ещё помнишь того учителя, которого я заставила уйти? Попроси у директора видео, где он на уроках или в кабинете оскорбляет учеников. Я точно помню, что такие записи есть. Он ведь брал немало взяток. Собери всё это — на всякий случай.

— Слушай, а ты ещё что-нибудь подобное делала?

— Вроде ничего особенного. Однажды, помнишь, наш классный руководитель не разрешил включать кондиционер, и я повела два класса в библиотеку. Это считается?

Ян Лэ: …

Он вдруг почувствовал тревогу за будущее.

Этот артист, похоже, обожает устраивать беспорядки.

— Понял. Хотя я не очень разбираюсь в этом. Кстати, когда ты планируешь искать менеджера?

— Сначала воспользуемся PR-отделом компании. А по поводу менеджера… спрошу у отца, что он думает.

— Хорошо.

Положив трубку, Цзун Линь снова погрузилась в воду.

Их ванна была большой — в ней можно было полностью вытянуться.

Цзун Линь задержала дыхание, открыла глаза и сквозь воду смотрела на светильник на потолке. Он слепил глаза.

После ванны, хоть теперь её и обучал Сун Цзичэнь, стало не легче.

Например, те упражнения, которые он помечал галочками, казались немногочисленными, пока не начинаешь их делать — а там их оказывалось предостаточно.

Хорошо ещё, что домашнее задание она уже закончила, пока разбирала задачи.

Иначе бы точно в стену головой ударилась.

Она взяла телефон и открыла Weibo.

Сфотографировала свой письменный стол и добавила фильтр.

[Цзун Линь сегодня снова фея V: Длинная ночь, и я в компании экзаменационных листов. [изображение]]

Отправила пост и отложила телефон в сторону, не обращая внимания на комментарии под ним.

Всё равно времени читать нет — заданий слишком много.

Закончила она примерно в половине первого ночи, потянулась и потрогала уже урчащий от голода живот. Хотела спуститься на кухню перекусить.

Но, открыв дверь и увидев тёмный коридор, задумалась, потрогала живот и сделала шаг назад.

Лучше не есть.

Хотя она и не склонна к полноте, но всё же стоит себя контролировать.

Снова ущипнула себя за живот, вздрогнула и укрепилась в решимости.

Пусть на съёмках она и сильно похудела, но этого всё ещё недостаточно.

Правда, из-за отказа от еды ночью она не могла заснуть от голода, и на следующее утро чувствовала себя совершенно разбитой.

Цзун Шэн посмотрел на дочь и с досадой покачал головой:

— Всё-таки не смогла уснуть после совместного выполнения домашки? Так взволновалась?

— А? — зевнула Цзун Линь. — Просто голодная не могла уснуть. В следующий раз купите дома что-нибудь низкокалорийное — я ночью чуть не умерла от голода.

Цзун Шэн: …

Хотя причина и звучала смешно, но всё же лучше, чем если бы она не спала из-за какого-то парня.

Утром в школу её, как обычно, отвозил Цзун Шэн.

По его словам, скоро Цзун Линь будет часто уезжать на съёмки, и тогда они редко будут видеться — поэтому каждую минуту вместе нужно ценить.

Цзун Линь с трудом сдержала смех.

Она думала, что в её отсутствие Цзун Шэн и Ян Юнь отлично наслаждаются жизнью вдвоём.

Ведь, вернувшись домой, она, будучи человеком с отличным зрением, сразу заметила: оба заметно поправились.

Каждый обеденный перерыв был для шестидесяти пяти процентов школьников временем боевого духа.

Остальные тридцать пять процентов — либо старшеклассники, которые шли в столовую заранее, либо девочки, решившие сесть на диету или просто не любившие бегать.

Цзун Линь обычно с энтузиазмом шла обедать, но вспомнив вчерашний вечер, когда нащупала жировую складку, почувствовала угрызения совести.

Сюй Цянь заметила перемену в настроении подруги и обернулась:

— Что с тобой?

— Кажется, я немного поправилась. Решила есть поменьше, — сказала Цзун Линь.

Сюй Цянь помолчала три секунды, потом закатила глаза:

— Цзун Линь, если ты такая худая и говоришь, что полнеешь, то мне вообще жить не хочется!

— У нас разные ситуации. Ты не знаешь, какие там в шоу-бизнесе девчонки. Я в обед ем только салаты, а тут вдруг мясо — это же ужасно!

Цзун Линь вздрогнула:

— Хотя я и не склонна к полноте, но вдруг? Вес ведь незаметно ползёт вверх, когда ты не смотришь.

Сюй Цянь потрогала свой живот:

— Ладно, тогда я тоже попробую есть поменьше.

Когда Сюй Цянь и Цзун Линь сидели в столовой, держа в руках пакетики с цельнозерновым хлебом,

Фан Цянь, вернувшись с подносом, нахмурился:

— Вы что, с ума сошли?

— На диете, — хором ответили девушки.

Фан Цянь взглянул на Цзун Линь — и сразу понял, чья это инициатива.

Но он не волновался.

Девчонки каждый месяц пару раз объявляют диету, а через два дня всё бросают.

Поэтому он и не стал отговаривать.

Сюй Цянь нахмурилась, глядя на молчаливого Фан Цяня:

— Почему ты не споришь со мной?

— О чём спорить? — не сразу понял Фан Цянь.

— Ну как «о чём»? Ты явно считаешь, что я поправилась! — вздохнула Сюй Цянь и укусила хлеб.

Фан Цянь: …

Цзун Линь не удержалась от смеха и откусила кусок хлеба:

— Эта штука… реально несъедобная.

— Сс… сестра…

— А? — Цзун Линь подняла глаза и увидела перед собой робкого парня.

— Пожалуйста… возьми горшочек с супом, — пробормотал он, поставил горшочек на стол и, боясь отказа, стремглав бросился прочь.

Цзун Линь опешила, посмотрела на цельнозерновой хлеб в руке, потом на дымящийся ароматный горшочек рядом — и решительно швырнула хлеб, придвинув к себе горшочек.

Ну, с диетой, пожалуй, подождём до завтра.

http://bllate.org/book/4117/428790