Сюй Линьлинь не смела и думать о том, что бы́ло бы, если бы она сегодня не вернулась к этому гадальному прилавку, а по глупости вышла замуж за своего парня, забеременела и подхватила эту грязную болезнь…
Она была единственным ребенком в семье, а родители уже в возрасте…
— Я поняла, — Сюй Линьлинь сжала зубы, ее голос осип, а тело покачивалось. — Рубишь сплеча — только хуже делать, я расстанусь с ним как можно скорее. Мастер, спасибо вам.
Янь Си легко улыбнулся и открыл QR-код WeChat:
— За прорицание, три тысячи.
Сюй Линьлинь отсканировала код и перевела три тысячи юаней:
— Спасибо.
У Старика Лю глаза на лоб полезли:
— Она тебе перевела деньги, да еще и спасибо говорит!
Он сидел здесь с прилавком и за весь месяц едва ли зарабатывал те же несколько тысяч, а одно гадание Янь Си приносило ему месячный доход.
Сюй Линьлинь ушла в слезах, но перед гадальным прилавком становилось все оживленнее. И Чжан Цюпин, и Сюй Линьлинь — Янь Си гадал им обоим быстро и исключительно точно, из-за чего толпа вокруг заволновалась и зашевелилась, однако три тысячи за одно гадание казались слишком дорогими.
Из толпы протиснулась женщина средних лет:
— Я хочу погадать на судьбу брака для своей дочери, не мог бы ты взять подешевле? Давай за тысячу юаней, и я погадаю.
Взгляд Янь Си скользнул по лицу женщины. Дворец детей у нее был полным и округлым, что говорило о том, что замужество ее дочери складывается гладко. В процессе могут возникать небольшие трения, но в целом она будет вполне счастлива.
Поэтому Янь Си безжалостно отказал:
— Скидок нет.
— Такой молодой парень, а до чего же жадный до денег, — женщина осталась недовольна. Нахмурившись, она отчитала его: — Тысяча юаней — это немало.
Янь Си с улыбкой вытянул вперед руки с четко очерченными суставами:
— Доброго пути, провожать не буду.
— Тц! — женщина топнула ногой и в ярости удалилась.
Старик Лю просто извёлся от сердечной боли:
— До чего же ты бестолковый! Это же тысяча юаней! Мне бы этого на месяц жизни хватило.
Взгляд Янь Си оставался спокойным и отстраненным:
— Три гадания в день, три тысячи за каждое, условия неизменны.
Людям, идущим по пути Дао, вмешиваться в чужие судьбы — значит навлекать на себя карму. Раскрывать слишком много небесных тайны — сплошной вред и никакой пользы, поэтому три гадания в день — это уже предел.
К тому же Янь Си был уверен: после того как первые два гадания послужат примером, желающих погадать у него станет только больше.
И действительно, не прошло и много времени, как перед Янь Си уселся мужчина средних лет с весьма интеллигентными манерами и внешностью.
В человеке, чья душа преисполнена книг, благородство проявляется само собой. Мужчина был одет в повседневный костюм, на переносице красовались очки в серебряной оправе, а его черные с проседью волосы были аккуратно зачесаны.
К тому же дворец богатства у него сиял ярким румянцем — сразу видно человека из обеспеченной семьи, который отроду не знал забот о еде и питье, а в делах преуспевал во всем. Такого вполне можно было назвать победителем по жизни.
Однако его дворец детей выглядел на редкость тусклым, и было очевидно, что с его ребенком случилось несчастье.
Янь Си отвел взгляд и спросил:
— На что хотите погадать? На своего ребенка?
Цжуан Тинфэн на мгновение опешил. Он ведь еще ничего не сказал, а Янь Си уже догадался, что именно он намерен узнать. Похоже, у этого парня действительно имелись подлинные навыки.
— Профессор Цжуан, неужели и вы в это верите? — с улыбкой произнес молодой человек из толпы. Наклонив голову, он посмотрел на Цжуан Тинфэна и заговорщически подмигнул.
Цзянчэнский университет находился как раз напротив этого пешеходного моста. На восточной стороне моста располагался шумный коммерческий центр и старые жилые дома — именно там жила Чжан Цюпин, та самая тетушка, которая недавно чуть не сварила собственного внука.
На западной стороне раскинулся лучший университет Цзянчэна. Цжуан Тинфэн был профессором финансового факультета Цзянчэнского университета, а заговоривший с ним парень — его студентом.
Цжуан Тинфэн узнал молодого человека и с улыбкой кивнул:
— Раз уж выдалось проходить мимо, почему бы не заглянуть? Подумал, что гадание сможет немного успокоить душу.
— Эх, мастер… — ответив студенту, Цжуан Тинфэн помрачнел, на его лице проступила легкая тоска. — Дело вот в чем…
Цжуан Тинфэн был человеком, полностью погруженным в научные исследования. Возвращаясь с работы поздно, он нередко ночевал прямо в лаборатории, и виделся с сыном реже, чем со своими студентами. К тому же он всегда предъявлял к своему сыну Чжуан Цзяшу довольно строгие требования, из-за чего отношения между отцом и сыном никогда особенно не ладились.
Когда Чжуан Цзяшу учился в университете, он в порыве юношеского энтузиазма вздумал заняться рок-музыкой. Мало того что он стал одеваться черт знает как, так еще и татуировку сделал, и ухо проколол, да так разозлил Цжуан Тинфэна, что тот прямо на месте задал ему трепку.
По мнению Цжуан Тинфэна, весь этот рок годился разве что для минутного развлечения, но никак не мог стать серьезным делом всей жизни. Он яростно выступал против увлечения Чжуан Цзяшу и даже пригрозил лишить его карманных расходов, пытаясь заставить сына вернуться на истинный путь.
Однако Чжуан Цзяшу тут же распахнул дверь и ушел, заявив напоследок, что не вернется, пока не добьется выдающегося успеха.
С тех пор прошло уже два года. Цжуан Тинфэн втайне начал сожалеть о случившемся, но гордыня Чжуан Цзяшу не позволяла ему первому пойти на уступки и признать неправоту, а сам Цжуан Тинфэн никак не мог переступить через себя и первым заявить о примирении. Так они с сыном и застряли в этом противостоянии.
Цжуан Тинфэн уже почти смирился с мыслью, что разногласия с сыном продлятся до конца его дней, но некоторое время назад сын, к его величайшему удивлению, сам позвонил по видеосвязи. Он стал ежедневно справляться о его здоровье, тон заметно смягчился, а сам он как будто сильно переменился и даже извинился за свое прежнее безрассудное поведение.
Цжуан Тинфэн был невероятно растроган. Он решил, что за эти два года вдали от дома Чжуан Цзяшу натерпелся лиха и наконец осознал свои былые ошибки, поэтому и сам смягчился, первым признавшись, что тоже очень скучает по сыну, и призвал его поскорее вернуться домой.
Но Чжуан Цзяшу наотрез отказался, заявив прямо, что в его бизнесе возникли проблемы и он обязан нести ответственность перед партнерами, а не сбегать с поля боя трусом.
Цжуан Тинфэн проникся гордостью за то, что сын наконец повзрослел, и тут же перевел ему пятьсот тысяч, велев поскорее разобраться с делами. Однако вскоре Чжуан Цзяшу снова вышел на видеосвязь и попросил еще денег.
В общем и целом Цжуан Тинфэн перевел ему уже больше двух миллионов, но Чжуан Цзяшу по-прежнему не собирался возвращаться.
— Мастер, погадайте как следует, — Цжуан Тинфэн достал телефон и отыскал скриншот видеозвонка с сыном двухдневной давности. — Не увяз ли он в каких-нибудь азартных играх и не набрался ли огромных долгов?
http://bllate.org/book/41124/5234963
Сказали спасибо 0 читателей