К тому же, если бы прежний хозяин тела вдруг неожиданно бросил безумно любить Суй Синъюня и отдалился от него, это, пожалуй, вызвало бы лишь лишние подозрения у окружающих.
Линь Сяньань принял решение для начала действовать осторожно и постепенно.
-
Десять минут спустя под руководством режиссера группа из шести человек была готова отправиться к упомянутому им озеру с тысячей му лотосов, арендованному съемочной группой.
Для удобства передвижения и в соответствии с концепцией шоу съемочная группа подготовила в общей сложности пять машин.
Два больших фургона предназначались для операторов и сопровождающего персонала, а остальные три — для шестерых гостей.
Хотя задания в этом шоу порой оказывались самыми неожиданными, в конце концов, это было романтическое реалити-шоу.
И поездка на машине становилась первым шагом к началу романтики.
— Жотин-ге, давай сядем вдвоем в одну машину.
По сравнению с остальными, Нин Чжиюй был самым живым и разговорчивым; едва завидев Су Жотин, он тут же схватил его за руку и потащил к ближайшей двери автомобиля.
Су Жотин по характеру был застенчивым и робким, особенно когда дело касалось Су Яньбая.
Услышав это, он не стал возражать и с улыбкой кивнул:
— Хорошо.
[Нет-нет-нет! Наша Нуонуо принадлежит нашему Даяню, а Малыш Рыбка, быстро иди к своему Солнышку!]
[Малыш Рыбка, от союза двух омег не будет никакого толка!]
[Подружки-лесбиянки — молния с небес поразит! Малыш Рыбка, быстро отпусти Нуонуо, ступайте каждый в свой дом и ищите каждый своего альфу!]
[Янь-цзы, быстрее хватай свою жену!]
— Я думаю, это не очень хорошая идея.
В тот самый момент, когда Су Жотин уже собирался нырнуть в салон, Су Яньбай протянул руку, перехватил его за другую руку и с усилием оттянул Су Жотин себе за спину, а затем поднял руку и толкнул Цун Яна вперед:
— Сяо Жо принадлежит мне, а тебя пусть твой Цун Ян сопровождает.
[Вау, черт, как сладко!]
[Брат Янь, умеешь же ты сказать!]
[Так вы что, уже сошлись? Мне все равно, наша пара Сун-Сун — самая сладкая!]
Уголки губ Цун Яна слегка приподнялись в легкой улыбке. Он забрался в салон, сел рядом с Нин Чжиюем и под прицелом автомобильных камер протянул руку и слегка ущипнул Нин Чжиюя за плечо:
— Не дури, с чего бы Жотин-ге садиться с тобой.
— С чего бы это не сесть? — Нин Чжиюй недовольно надул губы. — Я ведь самый любимый младший брат Жотин-ге.
В темных зрачках Цун Яна мелькнул намек на насмешку:
— Ты — моя самая любимая женушка, так что тебе тем более положено сидеть со мной.
— Тьфу, кто твоя женушка? Сериал уже закончился, пора бы тебе выйти из роли.
[Ух ты, эта парочка тоже такая милая.]
[Умру со смеху, что за фразочки про самую любимую женушку? Неудивительно, что твоя женушка недовольна. Солнышко, сколько же у тебя вообще хороших женушек?]
[Точно-точно, наше Солнышко уже давно вышло из роли, сейчас это его самые искренние мысли.]
Остальные четыре гостя уже выбрали машины и устроились внутри, и только Линь Сяньань и Суй Синъюн стояли возле последней машины, не делая никаких движений.
Подставив лицо палящему солнцу, Линь Сяньань перевел взгляд и снова украдком покосился на Суй Синъюня, который находился в десятке шагов от него и смотрел на машину Су Жотин и Су Яньбая.
Из-за слишком большого расстояния Линь Сяньань не мог толком рассмотреть выражение лица Суй Синъюня.
Но, судя по его ощущениям, брови Суй Синъюня были сурово сдвинуты, и от всего его вида веяло холодом и глухим недовольством.
Судя по воспоминаниям прежнего хозяина тела, если не считать персонажей фильмов и сериалов, которых играл Суй Синъюн, он, казалось, вообще никогда в жизни не улыбался.
Впрочем, и неудивительно: когда человек видит, что тот, кого он любит столько лет, с кем-то другим, да еще и вынужден терпеть приставания со стороны такого типа, как прежний хозяин тела, вряд ли у кого-то будет хорошее настроение.
Линь Сяньань вдруг даже немного пожалел Суй Синъюня.
В оригинальной книге жизнь Суй Синъюня словно бы вечно погружена во мрак, где не видать белого света.
Колеблясь какое-то время, Линь Сяньань шагнул к Суй Синъюню и, робко теребя край своей одежды, обратился к нему с предельно почтительным и заискивающим видом:
— Эм, учитель Суй, не могли бы вы потесниться с ними? Мне больше нравится ехать в машине одному.
Глава 5: Он обязан отдать карточку признания Суй Синъюню
В тот же самый момент прозвучал и голос Су Жотин:
— Синъюн, не хочешь поехать с нами?
Всем было прекрасно известно, что Суй Синъюн терпеть не может Линь Сяньаня, и при нормальном раскладе Суй Синъюн ни за что не согласился бы сесть в одну машину с Линь Сяньанем.
Су Жотин, будучи другом Суй Синъюня, конечно же, не мог спокойно смотреть, как Суй Синъюн страдает.
Поэтому он и выступил с личной инициативой пригласить Суй Синъюня.
Однако интернет-пользователи услышали лишь слова Линь Сяньаня и тут же вновь взорвались гневом:
[Ты что, тупой идиот, что ты вообще несешь?! Да как ты смеешь указывать нашему брату Юню идти тесниться к тем двум парочкам, у тебя мозги дверью прищемило или как?]
[Да не дверью, а ослиным копытом.]
[Группа Линь на месте? Я реально советую вам отправить вашего третьего молодого господина в больницу проверить голову. У меня знакомый работает в психиатрии, могу попросить, чтобы вам выделили номерок.]
[Блин, да я просто в ауте, я просто в ауте, я просто в ауте! Ши Лин, собака ты этакая, на кой черт ты позвал этого придурка на Признание в любви?! Мало того, что он вечно вешается на нашего брата Юня, так теперь он еще и выгоняет нашего брата Юня из машины, заставляя его быть там третьим лишним! Чего сам-то не ушел?]
[Раз тебе нравится ездить в одиночестве, вали домой и будь там своим главным господином, какого хрена ты припперся на наше Признание в любви? Если бы не ты, стал бы наш брат Юнь так мучиться?]
На самом деле Линь Сяньань и сам думал о том, чтобы поехать в другой машине и потесниться с кем-то из оставшихся двух пар.
Но, вспомнив, как Суй Синъюн только что таращился на машину Су Жотин, и оценив свое собственное положение всеобщего объекта ненависти, он понимал: с кем бы он ни попросил подсесть, атмосфера в машине будет просто удушающей.
Пожалуй, лучше всего было бы, если бы Суй Синъюн сам немного потеснился с теми ребятами.
Суй Синъюн сядет на переднее пассажирское сиденье, так что это не будет считаться помехой, к тому же там будет водитель, и уж тем более язык не повернется назвать его третьим лишним.
К тому же это послужит отличным знаком для Суй Синъюня: он увидит, что Линь Сяньань больше не намерен преследовать его так назойливо, как раньше.
Раз уж он сам высказал пожелание не прилипать к Суй Синъюню, тот наверняка не станет испытывать отвращения и снижать ему шкафу симпатии.
Кто знает, может, за то, что Линь Сяньань проявил инициативу и позволил ему оказаться рядом с любимым человеком, Суй Синъюн даже добавит ему очков симпатии.
Таков был результат тщательных размышлений Линь Сяньаня.
http://bllate.org/book/41047/5224480
Сказали спасибо 0 читателей