Готовый перевод Where Clouds Run Deep / Где скрываются облака: Сердце, согретое тьмой: Глава 14

— Ко, — видя, что старший брат молчит, Су Юньхо лишь укрепился в своих догадках. Он взглянул на Вэнь Жуня и переспросил: — Ответь мне честно, ты ведь положил глаз на брата Вэня?

В этом тоне не было и намека на шутку. Долго молчавший Вэнь Жунь невольно поднял взгляд на Су Юньшэня, и в его чистых глазах промелькнуло ожидание, словно он тоже ждал этого ответа.

Под столь пристальным вниманием обоих вечно невозмутимый Су Юньшэнь редко когда выказывал хоть капельку растерянности. Он отвел взгляд, не смея встретиться глазами ни с кем из них.

В тот момент за окном поднялся ветер, взметнув прядки волос Вэнь Жуня. Они легко скользнули по тыльной стороне руки Су Юньшэня, покоившейся на коленях. Он машинально ухватился за эту прядь, но стоило кончикам пальцев сжаться, как тут же разжал их.

— Юньхо, перестань дурачиться, — наконец ответил он на вопрос Су Юньхо, и в его голосе прозвучало скрытое смущение. — Мы с Жунь-эром... оба мужчины...

Едва он договорил, как боковым зрение заметил, что лицо Вэнь Жуня помрачнело.

В груди у него тесно сжалось, и он попросту отвернулся, устремив взор на сгустившиеся за окном сумерки.

— Поздно уже, хочу сходить к реке, прогуляться.

Сказав это, он поднялся на ноги и, не дожидаясь их ответа, направился к выходу.

— Брат... — тихо окликнул его Су Юньхо. Не дождавшись ответа, он перевел взгляд на Вэнь Жуня, увидел, что тот покачал головой и последовал за Су Юньшэнем, после чего и сам со вздохом поспешил следом.

Все трое отправились к Охраняющему город каналу. Широкая гладь воды казалась прозрачной, и водная рябь мерцала в сумерках мириадами бликов, создавая впечатление, будто она способна унести людские сокровенные желания далеко-далеко.

На западном берегу стоял несмолкаемый шум, а огни сияли ярче дневного света; на восточном же виднелась лишь тихая персиковая роща и зловещие тени от лунного света — казалось, это были два совершенно разных мира.

Берега соединял лишь один-единственный одинокий мостик. Говорили, что из-за уединенности восточного берега мастера цзянху часто назначали здесь поединки, чтобы свести личные счеты, и простые люди обходили это место стороной, не смея ступать туда без нужды.

Перейдя по мостику на восточный берег, троица углубилась в персиковую рощу и уселась кружком прямо на траве под старым персиковым деревом.

Вспомнив о том, что у мастеров из различных секптов уничтожили боевые искусства, Вэнь Жунь спроси у Су Юньхо:

— Юньхо, а что сейчас стало с главами и учениками тех сект, чью силу, как ты упомянул ранее, разрушили?

Су Юньхо при этих словах тяжело вздохнул и произнес:

— По слухам, их меридианы серьезно повреждены, и они, боюсь, больше никогда не смогут постигать боевые искусства.

Поразмыслив мгновение, он вновь нахмурился от недоумения:

— Только вот я не понимаю, почему они не отправятся на Гору Юньшань за исцелением? Искусство врачевания моего брата не имеет себе равных в Поднебесной, он непременно должен суметь их вылечить.

— Они не смеют прийти, — произнес Су Юньшэнь.

— Почему?

— Тот, кто их покалечил, наверняка дал им понять, что Жунь-эр находится у меня. Как они посмеют явиться ко мне?

Тут Су Юньхо всё понял. Он уже собирался что-то сказать, как вдруг откуда-то неподалеку донесся свист рассекаемого воздуха.

Все трое вскинули головы и увидели, как две фигуры взмыли в воздух с противоположного берега, легко ступили на водную гладь и опустились на восточном берегу.

Шедший впереди молодой человек лет двадцати с небольшим был одет в развевающиеся черные одежды. Его черты лица были прекрасны, как на картине, а осанка — пряма и горда, подобно сосне, источая некоторую бессмертную благодать. Это был не кто иной, как признанный гений боевых искусств в мире цзянху, глава Павильона Туманных Далей Ся Исяо. Позади него следовал бледный Чу Хайчуань.

Заметив недобрый настрой прибывших, Вэнь Жунь помог Су Юньшэню подняться, велел ему немного отдохнуть, а сам в одиночку шагнул навстречу незваным гостям, останавливаясь лицом к лицу с ними.

— И впрямь ты, глава Вэнь.

Распознав его, Ся Исяо заговорил ледяным голосом, который прозвучал в тишине рощи особенно отчетливо.

Вэнь Жунь с улыбкой кивнул:

— Глава Ся, давно не виделись.

Ся Исяо не ответил на приветствие, лишь холодно бросил:

— Мой ученик Сяо Цяньсюй был своенравен и дерзок, он оскорбил тебя, но преступление это не тянет на столь суровую расплату.

При упоминании Сяо Цяньсюя лицо Вэнь Жуня помрачнело:

— Молодой господин Су — человек благородного происхождения, и твой ученик оскорбил его безо всякой на то причины. Я преподал ему лишь легкий урок, проявив изрядное милосердие.

— Легкий урок?

Лицо Ся Исяо почернело от гнева, его пальцы крепче сжали метелку из конского хвоста.

— Когда я вернулся в трактир Юэсинь, то обнаружил, что кровеносные сосуды во всей его правой руке пронизаны невидимыми нитями ци, кожа сочится кровью дюйм за дюймом, и при этом на ней не сыскать ни единого пореза!

В этот момент в его глазах мелькнула тень опаски:

— Ты покалечил его с помощью Путей Тысячи Нитей — и это ты называешь легким уроком?

— Пути Тысячи Нитей?! — вырвалось у стоявшего рядом Су Юньхо. Он так вцепился в рукав одежды Су Юньшэня, что даже голос его изменился от испуга. — Брат! Да когда это брат Вэнь... успел освоить Пути Тысячи Нитей?

Су Юньшэнь отвел руку назад и прижал запястье брата, останавливая его расспросы, но взгляд его по-прежнему был прикован к Вэнь Жуню и Ся Исяо.

Вэнь Жунь не стал оправдываться и лишь произнес:

— Глава Ся пожаловал сюда, чтобы вершить суд или чтобы отомстить? Я готов к любому исходу.

Словно не ожидая такой твердости от собеседника, Ся Исяо еще крепче сжал метелку в руке. Поразмыслив немного, он все же ослабил хватку и медленно промолвил:

— Ты стал другим.

Слегка подавшись вперед, он заглянул прямо в глаза Вэнь Жуня, и в его взгляде читалось сложное сплетенье чувств.

— Когда много лет назад я ранил твоего отца и совершил нападение из засады на Культ Созерцания Луны, ты и тогда не проявлял такой жестокости.

Встретив его взгляд, Вэнь Жунь с полным спокойствием ответил:

— В распрях между праведными и демоническими сектами у каждого свои резоны, и с тебя я тогда спрашивать не стал. Но Сяо Цяньсюй без всякой причины избил молодого господина Су, а за такое должно нести наказание.

Слушая, как каждое слово Вэнь Жуня пропитано стремлением защитить Су Юньшэня, Ся Исяо нахмурился, и в его тоне прорезалось нетерпение:

— Кто же этот молодой господин Су, раз ты так дорожишь им? Каким бы знатным он ни был, он всего лишь получил...

Говоря это, он машинально взглянул на белую фигуру неподалеку, но стоило ему разглядеть лицо Су Юньшэня, как он невольно умолк.

В следующее мгновение он мгновенно отбросил прежнюю воинственную позу, развернулся боком к нему и сложил руки перед грудью в почтительном поклоне.

— Ваша милость столь необыкновенно прекрасна и величественна, неужто вы — ученик Горы Юньшань?

— Именно так, — на лице Су Юньшэня не дрогнул ни один мускул, он лишь слегка кивнул. — Приветствую главу Ся.

Выражение лица Ся Исяо слегка изменилось, он подался на полшага вперед, и его манера держаться стала куда вежливее, чем прежде.

— Вы изволите шутить, молодой господин Су...

Эта перемена до крайности изумила стоявшего рядом Чу Хайчуаня, и тот не выдержал, тихо окликнув:

— Учитель, именно из-за него Цяньсюй...

— Хайчуань, не смей дерзить!

Ся Исяо поднял руку, останавливая его, и, не сводя глаз с Су Юньшэня, заговорил тоном, в котором сквозило редкое для него почтение:

— Этот молодой господин Су — прямой преемник Господина Ванчэня.

Чу Хайчуань тут же умолк.

Он слышал имя Господина Ванчэня. Ходили слухи, что этот человек не только достиг вершины в боевых искусствах, но и обладал невероятными способностями, превосходя в познаниях любые философские школы. Вот только он постоянно жил на Горе Юньшань, уже несколько десятилетий ведя уединенный образ жизни, так что люди из цзянху были наслышаны о нем, но почти никто не видел его воочию.

Он никак не ожидал, что преемник Господина Ванчэня окажется столь молод и к тому же с виду совершенно не владеющим боевыми искусствами.

Не удержавшись, он бросил еще один взгляд на Су Юньшэня и больше не смел вымолвить ни слова.

Ся Исяо больше не обращал на него внимания. Он с глубоким уважением поклонился Су Юньшэню и искренне произнес:

— Если мой ученик оскорбил молодого господина, любое наказание будет заслуженным. Но он еще столь юн, и лишиться правой руки навсегда — это было бы слишком большой потерей.

С этими словами он опустился еще ниже, бросил взгляд на Вэнь Жуня и продолжил:

— Раз глава Вэнь сумел ранить его с помощью Путей Тысячи Нитей, то наверняка знает и способ исцелить его. Надеюсь, молодой господин проявит милосердие к юношескому невежеству моего ученика и замолвит за него словечко перед главой Вэня, дав ему еще один шанс.

В этих словах звучала такая искренность, что выражение лица Су Юньшэня смягчилось. А вот стоявший рядом Сунь Юньхо слушать это больше не стал: не дожидаясь ответа брата, он сделал стремительный шаг вперед.

— Не стоит услаждать наш слух сладкими речами. Мой брат мягок сердцем, но я — нет! Раз уж совершил проступок, изволь заплатить за него цену.

Он указал в сторону трактира Юэсинь и тут же добавил:

— Пусть он явится сюда, встанет на колени и извинится от всего сердца, и только тогда мы подумаем о том, чтобы спасти его.

Услышав это требование, до того молчавший Чу Хайчуань не выдержал и перебил:

— Искренне раскаяться — это долг каждого, но ведь он сейчас даже с постели встать не может, как же ему прийти сюда и встать на колени?

Возражение было не лишенным смысла, однако Су Юньхо остался непреклонен. Чуть вздернув подбородок, он принял вид человека, с которым невозможно договориться.

Лицо Чу Хайчуаня то бледнело, то покрывалось багрянцем. Внезапно он сжал зубы, согнул колени и рухнул прямо на землю.

Подняв голову, он посмотрел на них с упрямством на бледном лице:

— Вину младшего брата искуплю я, его старший соратник. Так годится?

Не ожидав от него такого шага, Сунь Юньхо сперва опешил, а затем нахмурился:

— Проступок совершил он, а какого черта здесь на колени опускаешься ты?

— А если к нему присоединюсь я?

Голос Ся Исяо прозвучал ровно и спокойно. Закончив фразу, он взмахнул одеждами и тоже опустился на колени.

Чу Хайчуань резко повернулся к нему, его зрачки сузились:

— Учитель!

Ся Исяо не обратил на него внимания. Выпрямив спину, он произнес, обращаясь к Су Юньшэню:

— Ся дурно воспитывал учеников, раз позволил ему оскорбить молодого господина Су. Это коленопреклонение — плата за половину вины моего ученика, а вторую половину он искупит лично, как только залечит раны.

Глава первой в цзянху секты, одна из самых влиятельных фигур в мире боевых искусств, опустился перед всеми на колени, вымаливая прощения ради несмышленого ученика.

Су Юньхо окончательно лишился дар речи и повернулся к Су Юньшэню.

В роще на мгновение воцарилась тишина.

Глядя на Ся Исяо, застывшего на коленях в лунном свете, Су Юньшэнь наконец кивнул Вэнь Жуню.

Поняв его без слов, Вэнь Жунь смягчил тон и мягко произнес:

— Принесите бумагу и кисть.

Получив его согласие, Ся Исяо просиял лицом и тут же отдал приказ Чу Хайчуаню:

— Живо за всем необходимым!

Не смея медлить, Чу Хайчуань немедленно поднялся на ноги и молнией сорвался с места.

Ся Исяо тоже поднялся, сложил руки в приветствии перед Вэнь Жунем и сказал:

— Благодарю главу Вэня.

Вэнь Жунь покачал головой и больше ничего не добавил.

Ночной ветер пронесся сквозь ветви персикового дерева, развеяв остатки прежнего напряжения.

Вскоре Ся Исяо пригладил свои слегка растрепавшиеся одежды, повернулся к Су Юньшэню и с глубоким почтением произнес:

— Два года назад мне посчастливилось удостоиться наставлений Господина Ванчэня и изучить Технику кнута, изгоняющего демонов, так что у меня есть некоторая связь с Учителем. Раз сегодня довелось случайно встретиться с молодым господином Су, прошу вас передать мои почтительные приветствия Господину.

Услышав упоминание о своем наставнике, Су Юньшэнь легко вздохнул и ответил:

— Благодарю главу Ся за заботу, но мой учитель уже давно отошел в мир иной.

— Что... что?..

услышав это, Ся Исяо тотчас исполнился глубокой скорби.

— Молодой господин... прошу вас, утешьтесь...

Заметив, что Су Юньшэнь слегка кивнул, он продолжил с беспокойством в голосе:

— Раз Учитель скончался, а вы... к тому же не владеете боевыми искусствами, безопасно ли вам жить в одиночестве на Горе Юньшань? Если вам потребуется защита, Павильон Туманных Далей с готовностью приложит все силы, чтобы помочь.

http://bllate.org/book/40950/5210147

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь