Ши Суй было совершенно всё равно: в его глазах Гу Тинсюань давно превратился в мерзавца.
— Вот и отлично, я тоже не хочу его видеть, одна морока.
Услышав это, Гу Сыбай невозмутимо прикрыл рукой рот, якобы притворяясь, что кашляет, а на самом деле пытаясь скрыть улыбку, игравшую на губах.
Гу Сыбай поселил Ши Суй в комнате по соседству с собственной, и скрытый смысл этого поступка был более чем очевиден.
Получив распоряжение Гу Сыбая, Ши Суй со спокойной душой остался жить в доме.
— Что ты хочешь на ужин?
Ши Суй перевёл взгляд на экран своего телефона, а затем бросил косой взгляд на Гу Сыбая, который работал за столом прямо рядом с ним, и решительно произнёс:
— Я сижу прямо перед тобой, так какая разница, скажи ты мне всё вслух? Зачем присылать сообщения в WeChat?
Мужчина, изображавший неприступность, так сильно сжал в пальцах бумаги, что ровные края листов пошли складками.
Обладая железной хваткой, позволившей ему взять под контроль корпорацию Гу, Гу Сыбай, конечно же, не был праздным генеральным директором из романов про властных боссов, у которого нет иных забот, кроме как волочиться за женщинами и крутить романы.
Не прошло и нескольких часов после выписки из больницы, как ему пришлось взяться за разбор накопившихся документов.
— Так что, Сяо Суй, что бы тебе хотелось на ужин?
Гу Сыбай с невозмутимым видом повторил вопрос.
— Давай что-нибудь для восполнения жизненных сил и крови. Врач сказал, что у тебя небольшая кровопотеря. А я в еде не привередлив, буду всё подряд.
У Ши Суя был главный принцип — не перебирать харчами и быть неприхотливым, так что он полностью доверял Гу Сыбаю решить этот вопрос.
Убедившись, что тот действительно не имеет никаких предпочтений, Гу Сыбай отдал распоряжение экономке приготовить ужин на её усмотрение.
— Ши Суй? Почему ты у меня дома?
Эту гармоничную атмосферу прервал резкий голос. Брови Гу Сыбая слегка дёрнулись, он поднял взгляд на лишённого всякой сообразительности Гу Тинсюаня, и на его лице промелькнуло раздражение.
— Я к тебе обращаюсь, Ши Суй! С чего это ты в моём доме?
После того инцидента, когда его едва не сбили с ног дверью, Гу Тинсюань несколько дней не общался с Ши Суем, и вот теперь они снова встретились — прямо в его собственной вилле.
И надо же было такому случиться, что Ши Суй сидел рядом с Гу Сыбаем. Даже если бы Гу Тинсюань и захотел подойти и схватить его за руку, он не смел бесчинствовать на глазах у Гу Сыбая.
— Гу Тинсюань, куда подевалось твоё воспитание? Я отправлял тебя учиться, неужели все книги пошли собаке под хвост?
Гу Сыбай отложил документы в сторону, и его голос, полный ледяного холода, прозвучал с высоты положения человека, стоящего на самой вершине. Он отчитывал Гу Тинсюаня властным тоном.
Из-за столь бесцеремонного разноса перед Ши Суем лицо Гу Тинсюаня то бледнело, то багровело, а руки, опущенные вдоль тела, сжались в кулаки.
— Прости, отец, я просто поддался эмоциям.
Гу Тинсюань прекрасно понимал, что всё, чем он сейчас владеет, — это подачки со стороны Гу Сыбая. Если он разозлит его, то снова станет тем же круглым сиротой, у которого за душой ни гроша.
Гу Тинсюань низко опустил голову и с покорным видом принялся извиняться, изо всех сил стараясь выглядеть послушным.
— Я сам пригласил Сяо Суя. С этого момента, если ты посмеешь проявить к нему неуважение...
Гу Сыбай оборвал фразу молчаливым предупреждением. Гу Тинсюань не посмел возразить ни единым словом и лишь закивал в знак согласия.
— Не переживай, отец, я хорошо позабочусь о Сяо Суе.
Ши Суй, листавший ленту коротких видео, замер, поднял на него тяжелый взгляд и холодно произнёс:
— Мне не нужно твоё заботливое внимание. Ступай лучше поиграй со своим дружком Жуань Няньмяо, да смотри не возвращайся, раз выпала такая возможность.
Получив двойную пощёчину от них обоих, Гу Тинсюань понял, что не сможет вынести здесь и минуты. Натянув на лицо неестественную улыбку, он бросил, что ему нужно наверх, и поспешил удалиться.
Видя, что Гу Тинсюань ушел не в духе, Ши Суй почувствовал, что настроение у него значительно улучшилось. Он с комфортом устроился на диване, по соседству с которым всё еще сидел Гу Сыбай, занятый бумагами.
— Ур-р...
Ши Суй молча прижал руку к животу: запоздало накатил голод.
Вообще-то, когда он утром выходил из дома, то собирался поесть. Фаньтун тщательно подобрал для него отличную лапшичную.
Судя по хвалебным отзывам, которые откопал Фаньтун, костный бульон там варили прямо на месте, лапша была упругой и эластичной, а в заведении царили идеальная чистота и порядок — словом, первоклассное место.
Вот только дойти до входа в ресторан Ши Суй так и не успел, потому что побежал спасать какого-то бедолагу, едва не попавшего под машину.
— Ур-р...
Дело было не просто в голоде. У этого тела, в котором очутился Ши Суй, были слабый желудок и склонность к гипогликемии. Из-за того, что он долго ничего не ел, в желудке начались спазмы, отдающие жгучей болью, словно там полыхал огонь.
Ши Суй закусил губу, слегка потянул Гу Сыбая за полу одежды и тихо произнёс:
— Гу Сыбай, я хочу лапши. С костным бульоном...
Живот в унисон издал еще пару урчащих звуков, и Гу Сыбай наконец обратил внимание на странное состояние Ши Суя.
Он даже не успел толком отреагировать, как Ши Суй, пошатываясь и бледный как полотно, поднялся на ноги.
— Гу Сыбай, я так голоден...
Приступ гипогликемии накрыл с головой, и Ши Суй, едва успев договорить, погрузился во тьму и рухнул обратно на диван.
— Ши Суй! Сяо Суй!
Экономку, готовящую на кухне, срочно отозвали от дел: она бросила разделочную доску со свеженарезанными овощами и бросилась ставить вариться бульон для лапши.
Когда Ши Суй снова пришел в сознание и открыл глаза, он увидел Гу Сыбая, который аккуратно вливал ему в рот сладкую воду.
Мужчина только что зашил рану, а теперь ему приходилось и работать, и ухаживать за больным — до чего же жалостливый директор, смутно подумал Ши Суй, проглатывая сладкую воду.
Упокоив совесть лишь после того, как впоил Ши Сую полмиски подслащенной воды, Гу Сыбай наконец остановился.
Человек, которого он сам пригласил к себе, чуть не умер у него в доме от голода! Если такие слухи разойдутся, Гу Сыбай искренне считал, что больше никогда не сможет поднять голову.
— Ши Суй, лапша почти готова. Если ты чувствуешь себя плохо, нужно сразу же мне говорить.
Когда Ши Суй минуту назад бесчувственно рухнул без сознания, Гу Сыбай испытал совершенно необъяснимый страх, идущий из глубин самой души, а к горлу подступил удушливый ком.
Он даже подумал, что у Ши Суя проявились скрытые травмы после взрыва, и едва не вызвал врача напрямую.
Но, немного успокоившись, Гу Сыбай догадался, что у Ши Суя, скорее всего, упал сахар в крови. Он велел прислуге заварить чашку теплой воды с сахаром и сам стал понемногу поить потерявшего сознание парня.
Ши Суй взял оставшуюся половину миски со сладкой водой, залпом осушил её до дна, поставил пустую посуду на журнальный столик и виновато улыбнулся:
— Вообще-то я был всего лишь капельку голоден, никак не ожидал, что всё зайдёт так далеко.
Прожив столько времени в храме в образе совершенно здорового человека, Ши Суй всё еще никак не мог привыкнуть к этому хрупкому и болезненному телу.
Тёплые пальцы коснулись уголков его губ, стирая оставшиеся капли влаги.
Гу Сыбай молча отдернул руку. Ши Суй на мгновение замер, моргнул, а видя, что Гу Сыбай ничего не говорит, решил сделать вид, будто ничего особенного не произошло.
http://bllate.org/book/40932/5207906
Сказали спасибо 0 читателей