Готовый перевод Bring Home a Skeleton / Мой незваный гость из костей: Глава 8

Твою мать... как же больно! Ци Хэн лишь слегка перевернулся на бок, как боль, притаившаяся в теле, тут же заявила о себе во весь голос. Казалось, каждую косточку в его организме сначала раздробили, а потом собрали заново, и теперь ныли абсолютно все мышцы и кости. Жив он сейчас или мертв?.. — лежа на земле, бездумно размышлял Ци Хэн. Ему хотелось открыть глаза и оглядеться, но ситуация в корне отличалась от предыдущей. В прошлый раз стоило ему поднатужиться и сжать зубы, как веки удавалось приподнять, теперь же всё тело казалось на редкость мягким и ватным, в нем не было ни капли сил. Он мог лишь неподвижно лежать на земле, не в силах ни произнести ни звука, ни открыть глаза — единственным, что еще функционировало, оставался слух.

Прямо сейчас он смутно слышал, как неподалеку кто-то плачет. Плач был сдержанным, полным глубокой скорби... и почему-то до боли знакомым. Словно... словно... Черт! Ци Хэн слегка разозлился: голос казался до того родным, но он никак не мог вспомнить, кому именно он принадлежит. То ли сказывалось состояние его собственного организма, то ли плач обладал слишком уж заразительной тоской, но настроение у Ци Хэна испортилось окончательно. Его охватило тяжелое давящее чувство, ему безумно хотелось подняться, вернуть контроль над собственным телом и посмотреть, что за несчастная плакса голосит рядом с ним! Однако усталость оказалась слишком сильной, и по мере того, как звуки плача становились все глуше и тише, он вновь провалился в глубокий сон.

— Кэ, помнишь этот кинжал? — Неподалеку от жертвенника Люлихай сидел на небольшом земляном холмике и, вертя в руке серебряный кинжал с резным узором, сам с собой вел беседу.

— Ххе... — окинув взглядом ряды небольших холмиков вокруг, он горько усмехнулся собственной глупости. Больше никто не ответит на его вопрос, все его сородичи уже мертвы. Люлихай со злостью вонзил кинжал в холмик, тяжело перевел дыхание и, сжав зубы, продолжил: — Теперь я возвращаю тебе этот кинжал. Как только я покончу с Островами Могубай и его дух отправится к Иньским Вратам, этот кинжал послужит тебе, чтобы покончить с ним раз и навсегда!

С этими словами Люлихай превратил руку в костяную лапь и острой концевой фалангой провел глубокий порез на другой руке. Ярко-алая кровь тут же брызнула из разорванной кожи. Поднявшись с холмика, он обошел вокруг воткнутого кинжала, капли за каплей орошая землю кровью. По мере того как крови становилось все больше, кинжал стал медленно погружаться в холмик, и вскоре скрылся из виду полностью.

Люлихай долго смотрел на могильный холм, прежде чем с тоской произнести: — Кэ, я ухожу... Жди здесь моих добрых вестей.

Перед тем как вернуться в селение, Люлихай специально завернул к старому дереву утук, чтобы проводить Смешанную птицу в последний путь. Именно из-за него птица лишилась шанса на перерождение, и именно по его вине... погинул весь Клан Серых Костей. Терзаемый чувством вины, он подошел к дереву утук. Люлихай изначально думал, что его встретят лишь осколки разбитой скорлупы, но под деревом не оказалось абсолютно ничего — даже бумажный талисман, который приклеил Ци Хэн, исчез. Это мгновенно встревожило Люлихая: Смешанная птица исчезла бесследно, не означало ли это, что Острова Могубай находится где-то поблизости?

Он стремительно переместился за ствол утука и принялся озираться по сторонам. В его нынешнем состоянии при встрече с Островами Могубай у него не было бы ни шанса на победу. И когда в душе уже закралась растерянность, налетевший порыв ветра сорвал с ветки потрепанный желтый бумажный талисман, который, покачиваясь, спланировал вниз и упал прямо к его ногам. Люлихай инстинктивно вскинул голову и увидел, что на нижней ветке надежно подвешено красное яйцо — очевидно, пока его не было, кто-то спас Смешанную птицу. И этим кем-то, без сомнений, был Ци Хэн, которого он сам же и вырубил. И действительно, неподалеку от утука на земле тихо лежал желтый походный рюкзак.

Горько усмехнувшись, Люлихай поднял рюкзак. Как бы то ни было, он остался в долгу перед Ци Хэном. Вспомнив, что парень, из-за которого у него теперь долг, находится в столь неопределенном состоянии, Люлихай не стал задерживаться под утуком, подобрал талисман и быстрым шагом направился туда, где оставил лежать Ци Хэна. Убедившись, что Ци Хэн все еще на месте, а приложив руку к груди, он услышал ровное сердцебиение, Люлихай наконец вздохнул с облегчением. К счастью, этот малый родился под счастливой звездой, иначе он... остался бы совсем один, без всякой поддержки. Подхватив Ци Хэна под руки и волоча за собой, Люлихай увел его подальше от подножия снежных гор. Перед уходом он создал костяной огонь и сжег все селение дотла. Сердце разрывалось от тоски, но он отчетливо понимал: все сородичи мертвы, и отныне в Земном мире больше нет Клана Серых Костей.

Зима в снежных горах в этом году наступила на редкость рано: сезон метелей, который должен был начаться лишь через месяц, по какой-то странной причине пришел гораздо раньше. Стоило им отойти недалеко от подножия гор, как с серого неба густо повалил снег. Сначала Люлихай относился к снегопаду беззаботно, но, бросив взгляд на состояние Ци Хэна, он тут же запаниковал. Он понятия не имел, какая температура является для людей критической, но внешний вид Ци Хэна явно говорил о том, что дальше так продолжаться не может. Делать было нечего, и Люлихай, спеша и суетясь, поволок Ци Хэна к ближайшей пещере.

Внутри пещеры в беспорядке валялось несколько туш мелких животных. Трупы уже начали разлагаться, и по всей пещере распространялся отвратительный зловонный смрад. Люлихай с трудом переносил такое амбре, но поблизости не было других пещер, а если медлить и дальше, Ци Хэн вполне мог отдать концы от переохлаждения. Пришлось смириться с неудобствами и уложить Ци Хэна в дальнем углу пещеры. За время их недавнего общения Люлихай успел понять, что люди — создания крайне хрупкие, поэтому он даже достал из рюкзака Ци Хэна небольшое шерстяное одеяло и подстелил ему под спину, а сверху укрыл парой вещей потеплее.

Устроив все наилучшим образом, Люлихай присел рядом и замер, неотрывно наблюдая за состоянием Ци Хэна.

— Кхе-кхе! Кхе...

Возможно, запах разлагающейся плоти оказался слишком едким, но бесчувственный до этого Ци Хэн вдруг зашелся в яростном кашле. Как ни пытался Люлихай похлопать его по спине, казалось, что парень вот-вот выплюнет собственные внутренности. Когда растерянный Люлихай уже не знал, что и предпринять, его взгляд упал на мертвых животных. Он засомневался: трупы были настолько сгнившими и вонючими, что приближаться к ним не хотелось ни на шаг. Но лежащий рядом Ци Хэн вряд ли разделял его брезгливость — удушливый смрад вызывал сильнейшие рвотные позывы... вот только сил на саму рвоту у него сейчас не было. Застряв в этом бесконечном круге между желанием вырваться наружу и невозможностью это сделать, он продолжал истошно кашлять.

Видя, что Ци Хэн кашляет все яростнее и явно не собирается останавливаться, Люлихай тяжело вздохнул. Судя по всему, если он не утащит эти туши из пещеры, Ци Хэн так и будет кашлять, пока не загнется. Делать было нечего, пришлось избавляться от падали — если Ци Хэн помрет от кашля, ему от этого тоже никакой пользы не будет. Он вытащил из рюкзака Ци Хэна футболку и разорвал ее на три куска. Двумя кусками он замотал руки, а оставшийся повязал на лицо вместо мапки.

Всего в пещере было четыре туши, судя по всему, принадлежавшие животным вроде земляных волков. В это время как раз шел сезон смены вожака у земляных волков, и эти особи, скорее всего, погибли от острых клыков соперников во время стычки за главенство в стае. Телосложение у земляных волков было небольшим, поэтому тащить их оказалось относительно легко. Вот только степень разложения была слишком сильной, и стоило чуть сильнее потянуть, как туша норовила развалиться на части.

Глядя на раскиданные по земле куски гнилого мяса, Люлихай разозлился: то, что можно было решить в два счета, внезапно прибавило ему хлопот. Противная мягкость разложившейся плоти отчетливо ощущалась руками даже сквозь слой ткани. Преодолевая сильнейшую тошноту, Люлихай то выходил, то возвращался несколько раз, пока наконец не вычистил пещеру.

Оглядев заметно преобразившийся пещерный свод, Люлихай беззастенчиво вытащил из рюкзака Ци Хэна еще одну вещь. Набрав у входа в пещеру охапку чистейшего снега, он засыпал им запачканные кровью и падалью участки пола и тщательно оттер все следы с помощью одежды Ци Хэна.

Стоило убрать источник вони и пустить внутрь свежий ветер, как резкий запах в пещере значительно ослаб. Из-за этого непрекращающийся кашель Ци Хэна постепенно сошел на нет, а дыхание выровнялось. Заметив, что парню стало заметно лучше, Люлихай немного успокоился.

Пока Ци Хэн спал беспробудным сном, Люлихай тоже не сидел сложа руки. В Земном мире сутки делились на один световой день и одну ночь. Приближалась смена времени суток, и он не мог просто сидеть сиднем в пещере. Ему нужно было добыть что-нибудь для костра, а заодно раздобыть еды и питья для Ци Хэна — в конце концов, этот парень сейчас числился раненым.

Но где искать припасы в такую метель? Люлихай поскреб подбородок в раздумьях: поблизости подходящих мест не наблюдалось, а вот чуть подальше он знал одно местечко. Правда, если он отправится туда, то рискует не вернуться до наступления темноты, и Люлихай опасался, что Ци Хэн очнется в его отсутствие.

Осененный внезапной идеей, Люлихай легко похлопал Ци Хэна по макушке: — Эй, очнешься... Тьфу! — не договорив, он сам невольно усмехнулся. — Если очнешься, просто посиди тут, я скоро вернусь. Веди себя смирно и жди меня.

Непонятно почему, но стоило Люлихай выговорить эти странные слова, как на душе у него сразу стало спокойнее. Он решил все же сходить за гору и добыть для Ци Хэна еды. А уж грозит ли тому какая-либо опасность — его больше не волновало, этот малый достаточно живуч, чтобы не помереть.

Впрочем, все произошло именно так, как и предполагал Люлихай: стоило ему покинуть пещеру, как Ци Хэн тут же, как по заказу, пришел в себя. Первым делом едва очнувшийся Ци Хэн принялся искать глазами Люлихая, а вторым — крыть его последними словами.

Ах ты ж мать твою, Люлихай, паршивец мелкий! Я из лучших побуждений закинул яйцо этой проклятой птицы на дерево, а ты в благодарность чуть до полусмерти меня не избил! Ладно бы просто поколотил, так ты меня еще и бросил умирать! Хорошо хоть сам я выжил, блин! Попадетсяшься мне в следующий раз — непременно отлуплю до синеватых искр из глаз, чтобы душу отвести! — ворча и ругаясь, Ци Хэн приподнялся с земли, изливая на голову Люлихая весь накопившийся гнев и напрочь позабыв о том, с чего вообще началось избиение.

Успокоившись немного, Ци Хэн сообразил, что сидит на принесенном им же маленьком шерстяном одеяле, а на плечах у него в беспорядке наброшены тяжелые вещи. Рядом же тихонько покоился его большой желтый рюкзак, забитый всякой полезной всячиной. Неужели? Это тот мелкий скелет притащил его сюда?

У этого костлявого все-таки осталась совесть?! Ци Хэн с воодушевлением попытался вскочить, но из-за резкого движения всё тело пронзила такая острая боль, что он скривился и зашипел. Пришлось смиренно усесться обратно на землю, уставившись неподвижным взглядом на выход из пещеры и предаваясь философским размышлениям о жизни.

http://bllate.org/book/40915/5205101