Дело об убийце-маньяке.
Раздался резкий визг тормозов. Линь Моянь ошеломленно уставился на приближающееся лобовое стекло и только теперь сообразил, что из-за своих бесконечных мыслей в жёлчь забыл пристегнуться. Когда он уже зажмурился и мысленно приготовился встретиться со стеклом носом, чья-то рука внезапно схватила его за воротник.
— Дорогой братец, твой интеллект деградировал настолько, что ты даже ремень безопасности застегнуть не в силах? Ты что, маленький ребенок? Видишь, что сейчас впечатаешься в стекло, и даже не додумался выставить руки? — Линь Моянь в испуге зажмурился, а Ли Юэцзэ презрительно смотрел на него, продолжая держать за шиворот.
Черт, черт, черт! Вот почему старший брат так терпеть не может язвенников. Линь Моянь внутренне залился слезами, а затем открыл глаза. Между прочим, это ты первый резко затормозил, какого хрена брат тут вообще при чём?
— Я пошел тебе за галстуком, — Ли Юэцзэ отпустил воротник Линь Мояня, толкнул дверцу машины и вышел наружу. — Сиди мне здесь тихо и смирно.
— Я... — тоже хочу пойти. Линь Моянь еще не успел договорить, как в голове внезапно раздался сигнал системы.
Внимание! Характер прежнего владельца не совпадает с характером хозяина тела, при продолжении нарушения последует наказание!
Система, чтоб твои предки провалились! Ты ведь просто не хочешь, чтобы я открывал рот, признайся?!
Верно.
Система, ты победила.
— Чего тебе? — Ли Юэцзэ приподнял брови, глядя на сидевшего внутри Линь Мояня. Линь Мояню оставалось лишь с несчастным видом покачать головой.
Десять минут спустя.
Линь Моянь тупо смотрел на снующих туда-сюда людей. Прошло уже целых десять минут, неужели Ли Юэцзэ, покупая галстук, ухитрился оступиться и сдохнуть в выгребной яме?! — злобно подумал Линь Моянь.
Звук стука в стекло заставил его вернуться в реальность: снаружи на него с улыбкой смотрел незнакомый мужчина лет двадцати с небольшим.
Что тебе нужно? — Линь Моянь одарил его вопросительным взглядом.
Мужчина сделал жест рукой, призывая опустить стекло.
Линь Моянь приотворил соседнее окно.
— Ого, так ты и есть младший братец Ли Юэцзэ, тот самый легендарный ненормальный Ли Аньжань? — с прищуром и улыбкой спросил мужчина.
Какого хрена, разве нормальные люди с порога заявляют встречному, что он больной? И вообще, кто это такой? Линь Моянь в душе яростно бушевал, но при этом кивнул.
— Какой послушный, кхе-кхе, — в глазах мужчины засияли искорки. — Я твой двоюродный брат Ли Хаоюй. В общем, сегодня вечером день рождения Юэшань, так что я поеду с вами.
С этими словами он распахнул заднюю дверь и уселся прямо за спиной Ли Хаоюя.
Какого чёрта, кто тебя звал садиться, это машина моей семьи, посторонним просьба не навязываться! Уголки губ Линь Мояня дергались, пока он смотрел на этого бесцеремонного кузена, но сказать ни слова не мог.
— Слушай, Аньжань, а какого числа твой день рождения? — Ли Хаоюй с улыбкой свесился вперед, облокотившись на спинку сиденья Линь Мояня.
Не знаю. Линь Моянь, лишенный возможности говорить, с унылым видом уставился перед собой.
— Ты почему здесь? — Ли Юэцзэ, неизвестно когда появившийся возле машины с упакованным в фирменный пакет галстуком в руках, шел нахмурившись, скрестив руки на груди, и смотрел на Ли Хаоюя.
— Ого, какая встреча, Юэцзэ, давненько не виделись. — Ли Хаоюй с улыбкой перевел взгляд на Ли Юэцзэ, стоявшего снаружи.
Хм... — Ли Юэцзэ холодно фыркнул, обошел машину, открыл водительскую дверь и устроился внутри. Линь Моянь рядом продолжил тупо пяться в одну точку.
— Держи. — Ли Юэцзэ с хмурым видом швырнул пакет Линь Мояню.
Ой, больно... — Линь Моянь схватился за голову, прижимая к груди пакет, и тихонько пискнул, про себя лихорадочно соображая, как бы заставить Ли Юэцзэ остаться сегодня вечером.
Какой же ты неженка. — Бросив это, Ли Юэцзэ протянул руку, пальцем приподнял подбородок Линь Мояня и внимательно осмотрел его лоб.
А у вас с братом, похоже, прекрасные отношения. — Ли Хаоюй по-прежнему сидел на заднем сиденье, закинув ногу на ногу, и с улыбкой наблюдал за этой сценой, однако в глубине его глаз мелькнул холодный, зловещий блеск.
— Пф, — Ли Юэцзэ снова усмехнулся и отпустил подбородок Линь Мояня. — День рождения Юэшань уже почти начался. Ли Аньжань, слушай сюда: приедем на место, забьешься в какой-нибудь угол и сиди там тихо, чтобы ни звука. Если кто-нибудь обратится к тебе, не смей отвечать. Опозоришь семью Ли — отец с тебя шкуру спустит.
Забьюсь в угол... — У Линь Мояня дернулся глаз, невольно проводя аналогии с крысой.
Ой, Юэцзэ, ты слишком суров, разве ты не видишь, что Аньжань сейчас прямо-таки заплачет от жалости к себе? — Ли Хаоюй погладил себя по подбородку, затем снова перегнулся через сиденье и потрепал Линь Мояня по голове.
Это ты сейчас заплачешь, вся твоя семья заревет! — Линь Моянь сходил с ума от ярости внутри, но снаружи был вынужден сохранять туповатое выражение лица.
Ли Юэцзэ окинул Линь Мояня озадаченным взглядом, после чего завел мотор и направил машину к особняку семьи Ли.
http://bllate.org/book/40893/5202122
Сказали спасибо 0 читателей