Не ожидав, что Чжансунь Бои больше всего будет беспокоить исчезновение Ли Шао, Юань Цзэ изумленно замер и невольно бросил взгляд на Се Цзюня. Заметив, как Се Цзюнь едва заметно кивнул, он наконец ответил:
— Когда подчиненный поступил на службу при дворе, Третий принц уже пропал много лет назад. Все чиновники опасались преследований со стороны Ли Чжэна и не смели болтать лишнего. Боясь выдать себя, подчиненный тоже не отваживался доискиваться правды и знает лишь в общих чертах. Если генерал желает узнать подробности, не лучше ли пригласить Юн Нина?
Чжансунь Бои опустил взгляд и промолчал.
Глядя на бесстрастного Чжансунь Бои, Се Цзюнь вздохнул:
— Так или иначе, Юн Нина придется навестить. Если ты не хочешь с ним видеться, позволь мне потолковать с ним.
— Навестить его? — холодно усмехнулся Чжансунь Бои. — Если я сам позову его, он наверняка не придет. Пожалуй, я лучше лично наведаюсь в поместье Юн.
Услышав это, Се Цзюнь встревожился:
— Тогда… пусть Юй Ши составит тебе компанию.
Позволить Чжансуню и Юн Нину встретиться с глазу на глаз? Се Цзюнь даже в страшном сне не мог представить себе эту сцену.
Чжансунь Бои бросил на Се Цзюня косой взгляд, затем кивнул и, не выказывая особого энтузиазма, утешил Лю Цэ несколькими словами, после чего, взяв с собой Юй Ши, отправился в поместье Юн.
В самом поместье Юн Нину, которому не нужно было ни ходить на утренние доклады, ни заниматься государственными делами, было нечем заняться, и он проводил время во дворе, играя с женой и дочерью. На его лице играла улыбка, но в душе он тревожился за Ли Шао, запертого в Резиденции великого полководца Тяньцэ.
Все эти годы они наблюдали, как Чжансунь Бои с боями пробивался с юга на север, а известия о гибели сородичей из рода Ли следовали одно за другим. Это заставило его поверить, будто Чжансунь Бои твердо решил вырезать всех до единого представителей рода Ли, чтобы отомстить за ту кровавую вражду. По этой причине он все время опасался, что непреклонный Чжансунь Бои без колебаний убьет Ли Шао. И хотя сам Ли Шао относился к этому равнодушно, Юн Нин, будучи его другом, вовсе не желал, чтобы Ли Шао погиб столь бесславно; однако он поистине не ожитал, что Чжансунь Бои пощадит Ли Шао жизнь.
Если бы Чжансунь Бои оставил того в живых из-за не угасших до конца чувств — это еще куда ни шло, но если ради того, чтобы пытать Ли Шао, тогда…
Не успел он додумать, как слуга поместья Юн в испуге прибежал к нему и доложил, что Чжансунь Бои уже прибыл к воротам.
Внутри Юн Нина кольнуло предчувствие, но, подумав, он не сдвинулся с места, лишь велев слуге проводить гостя внутрь.
— Супруг мой, — заметив, как у Юн Нина изменилось лицо, госпожа Юн подвела к нему девочку Юн Вань и мягко произмила: — Раз у нас гости, я отведу Ваньэр в комнаты.
Юн Нин опомнился, перевел взгляд на жену и дочку и улыбнулся:
— Не нужно. Нам, пожалуй, предстоит беседа в кабинете, а вы с Ваньэр поиграйте здесь.
— Хорошо, — кивнула госпожа Юн и с беспокойством спросила: — Ничего страшного ведь не случится?
— Не бойся, — улыбаясь, Юн Нин взял жену за руку. — Ничего не будет.
Все происходило в точности так, как они с Ли Шао рассчитали, опираясь на свое понимание Чжансунь Бои. Дело, которым он занимался здесь, затрагивало судьбы всего поднебеснейшего мира, и даже Чжансунь Бои не осмелился бы творить произвол; он лишь сомневался насчет истинного отношения Чжансуня к Ли Шао.
Глубоко вздохнув и подняв голову в сторону входа в воротный двор, Юн Нин увидел, как Чжансунь Бои и Юй Ши, следуя по пятам за дворовым слугой, быстрыми шагами приближаются к ним.
Юн Нин бросил на жену многозначительный взгляд и проводил глазами жену и дочку, удалившихся в дальний угол двора. Только после этого он повернулся к Чжансунь Бои, изобразив на лице фальшивую улыбку:
— Стоило лишь войти в столицу на второй день, как ты тут же спешишь навестить меня. Какая трогательная верность старой дружбе, генерал Чжансунь, право же, это вызывает сердечный трепет.
Однако Чжансунь Бои оставил насмешку Юн Нина без внимания: с мрачным лицом он воззрился на возившихся неподалеку двух фигур — взрослую и детскую — и спросил Юн Нина:
— Кто это?
Юн Нин тоже повернулся к своей семье и ответил:
— Моя жена и маленькая дочь.
— Ты женился? — Чжансунь Бои снова перевел взгляд на Юн Нина.
Заранее предполагая подобный вопрос, Юн Нин с улыбкой парировал:
— А что? Женитьба — это нечто настолько удивительное?
— А как же Ли Шао?! — Чжансунь Бои вперил в Юн Нина потемневший взгляд.
Юн Нин легко усмехнулся:
— А при чем тут Ли Шао? Какое он имеет отношение ко мне? Разве генерал Чжансунь не слышал об этом от Юань Цзэ? Я порвал с Ли Шао, предал его, а взамен получил власть и богатство.
Он уже давно знал, что Юань Цзэ подослан Чжансунь Бои, а потому, несмотря на выдающиеся способности Юань Цзэ, так и не повысил его по службе и даже намеренно держался от него в стороне.
Услышав это, Чжансунь Бои понял, что Юн Нин раскусил личность Юань Цзэ с самого начала, вот только по какой-то причине предпочел закрыть на это глаза.
Чжансунь Бои внезапно подался вперед, вплотную приблизившись к Юн Нину, и процедил сквозь зубы:
— Неужели ты думаешь, что я не понимаю ваших маленьких штучек?
— О? Значит, в глубине души ты все понимаешь? — хмыкнул Юн Нин.
Чжансунь Бои на мгновение замер. Свирепость в его глазах угасла, он отступил назад и глухо произнес:
— У меня к тебе дело.
Взглянув на Чжансунь Бои, Юн Нин повернулся и зашагал к кабинету:
— Кабинет в этой стороне.
С каких это пор Чжансунь Бои научился отступать?
Войдя в кабинет, Юн Нин выпроводил всех слуг, а Чжансунь Бои оставил Юй Ши за дверью. В конце концов, в комнате снова остались только они двое, сидящие друг напротив друга.
Неторопливо заварив чайник чаю, Юн Нин с улыбкой заметил:
— Сколько мы знакомы, а мне еще ни разу не доводилось сидеть с тобой вот так вдвоем за неспешной чашкой чая.
— В твоем обществе даже чай становится отвратительным на вкус, — прямо ответил Чжансунь Бои, усаживаясь напротив Юн Нина, и поинтересовался: — Юань Цзэ сказал, что Ли Шао пропадал много лет. Что там произошло?
Юн Нин разлил чай по чашкам, придвинул одну из них Чжансунь Бои и невозмутимо улыбнулся:
— Странное дело: сам Ли Шао находится в твоей Резиденции великого полководца Тяньцэ, почему бы тебе не спросить у него самого? Зачем прибегать ко мне?
Услышав это, Чжансунь Бои опустил глаза и, уставившись на поднимающийся от чашки с чаем пар, глухо проронил:
— Он мне не скажет.
— Тогда и я тебе не скажу, — ехидно ухмыльнулся Юн Нин. А заметив, как Чжансунь Бои сердито вытаращил глаза, добавил с улыбкой: — Ты никогда мне не верил, к чему же теперь расспрашивать? Если сегодня ты пришел только ради этого, то можешь возвращаться назад — мне нечего тебе сообщить.
Он мог бы слово в слово поведать Чжансунь Бои обо всех страданиях, выпавших на долю Ли Шао за это десятилетие, но Чжансунь Бои ему не верил. Высказанные им слова, пройдя через сито подозрений и размышлений Чжансунь Бои, неизбежно обесценились бы. Если же он не сможет заставить Чжансунь Бои осознать всю боль Ли Шао, какой толк от его слов? К тому же, скажи он слишком много, Чжансунь Бои, пожалуй, еще решит, что это ловушка, искусно расставленная ими вместе с Ли Шао.
Покинув столицу, Чжансунь Бои был лишь неограненным юнцом. В один миг он лишился дома и близких, а затем пережил десять лет жестоких войн. Теперь Чжансунь Бои походил на пуганую птицу, и даже взрастивший его Чанъань превратился для него в чужое, полное опасностей место. Малейшая неосторожность могла стоить жизни тем ста тысячам верных ему воинов. Он был обязан соблюдать предельную осторожность, но излишняя бдительность приводила лишь к тому, что все вокруг казалось Чжансунь Бои хитроумным заговором, а любой человек выглядел врагом, жаждущим его смерти. В такой момент говорить с Чжансунь Бои о чем-либо было бесполезно.
Разозленный подобным отношением Юн Нина до скрипа в зубах, Чжансунь Бои тем не менее не забыл о второй цели своего визита и с нескрываемой досадой спросил:
— Слышал, ты стал левым помощником главы Державного секретариата при Ли Чжэне?
— Верно, нисколько не сомневайся, — Юн Нин налил себе еще чаю. — При дворе Ли Чжэна одни лишь бестолковые ничтожества. Если бы не твое появление, глядишь, я бы даже дослужился до главы Державного секретариата.
Чжансунь Бои закрыл глаза и глубоко вздохнул, внезапно отступил на два шага назад и отвесил глубокий поклон, произнеся со всей торжественностью:
— При дворе нет верных слуг, поднебесная еще не успокоилась, а моих нынешних сил попросту недостаточно, чтобы справиться с общей ситуацией. Поэтому прошу тебя: окажи мне содействие.
Пусть сам Юн Нин не был ему по душе, Чжансунь Бои не мог не признавать его способностей. Раз уж Юн Нин дослужился до левого помощника главы Державного секретариата, он просто обязан прекрасно разбираться в чиновниках трех ведомств и шести министерств. Ради великой цели государству был необходим именно такой человек, как Юн Нин.
Завидев это, Юн Нин цыкнул языком и пробормотал себе под нос:
— Вот за это качество я тебя больше всего и не выношу.
— Что? — не расслышав, переспросил Чжансунь Бои, поднимая голову и с недоумением глядя на Юн Нина.
Юн Нин с досадой скривил губы и произнес:
— Я помогу тебе, но ты должен выполнить одно мое условие.
http://bllate.org/book/40828/5192862
Сказали спасибо 0 читателей